<< Главная страница

Виктор Доценко. Возвращение Бешеного




Думаю, что очень трудно найти русского человека ("русского" не в смысле национального признака, а в смысле внутреннего ощущения принадлежности к России), который бы в душе не гордился своей столицей.
Понятие "москвич" постепенно превратилось как бы в национальность и стало вожделенной мечтой живущих в других городах великой России за исключением, пожалуй, Ленинграда, или Санкт-Петербурга, говоря языком "перестройки".
Приехав в любой другой город, москвич или москвичка тут же становились объектом охоты местных невест и женихов. Десятилетиями создавался в сознании народа ореол "удивительного, самого прекрасного города на Земле, в котором есть ВСЕ"! В любой, даже самый неурожайный год Москва продолжала снабжаться всем самым лучшим, самым дефицитным. И человеку из провинции, из русской глубинки трудно было доказать, что изобилие это кажущееся, что им пользуется весьма ограниченный контингент москвичей, принадлежащих к "верхушке", допущенных к распределителям, спецскладам, "своим" магазинам.
Основная же масса столичных жителей живет от зарплаты до зарплаты и так же, как по всей стране, часами простаивает в очередях за тем, что подешевле и посытнее, а если заикнуться про жилье, то здесь надобно скорее жаловаться москвичам, а не тем, кто проживает в провинции. Почему? Да разве найдется такой город на Земле, где было столько коммунальных квартир? Мне кажется, что слово "коммунальная родилось именно, в Москве.
Коммуналки! Господи, вспоминая те коммуналки, в которых "посчастливилось" пожить и вашему покорному слуге, начинаешь нервно дрожать. Одна квартира, семнадцать комнат, и в них проживает шестнадцать семей! И на всех, как сказал великий Высоцкий, "всего одна уборная"!
Однако народ жил теми мифами, которые ему преподносили. Отсюда и двойственное отношение к москвичам: с одной стороны, зависть и желание всеми правдами и неправдами перебраться в столицу, с другой - ненависть или в лучшем случае пренебрежительное отношение к ее жителям... Однако меня что-то совсем не туда потянуло: мой рассказ совершенно о другом, хотя и проходит его действие большей частью на территории Москвы и ее окрестностей.
Москва тысяча девятьсот девяносто второго года... Если бы ее коренной житель по какой-либо причине отсутствовал пять лет, да что там пять - года три, то он, прибыв в город, в первую минуту, вероятно, потерял дар речи. Он бы не узнал "первопрестольную", и - жалость переполнила бы его сердце. Да, Москва никогда не отличалась кристальной чистотой улиц, парков и скверов, а ее жители не излучали повсеместно голливудских улыбок, но сейчас, после семи лет "перестройки", столица превратилась в настоящую помойку. Помойку с иностранными ярлыками, каковыми стали названия офисов и магазинов, всевозможные рекламные плакаты и стенды.
Лично мне до сих пор непонятно, на каком основании, с чьей злой руки было разрешено официально исковеркать русский город иностранными надписями? Почему? Впрочем, народ страны Советов столько лет был изолирован от всего заграничного, что любой ярлык, яркая этикетка с надписями на "западном языке" воспринимались как знак качества, и товар, украшенный им, раскупался моментально.
Москву заполонили палатки, витрины которых уставлены "заграничными" товарами. Конкуренция, скажете вы? Что ж, конкуренция - дело хорошее! Однако давайте немного сравним... В развитой капиталистической стране конкуренция, лаже между мелкими, "палаточными" продавцами, улучшает уровень обслуживания, качество и ассортимент товаров, снижает цены, чтобы увеличивать товарооборот. А что происходит у нас? Как были за прилавками злые, постные лица до "перестройки", во время "застоя", так ничего и не изменилось сейчас, после нее. Я допытался проанализировать этот феномен, и оказалось: если тогда продавцу было все равно, купит покупатель, товар или нет - зарплата постоянная, товары государственные, чего суетиться - то сейчас все совсем по-другому: товары принадлежат продавцу и, казалось бы, твоя прибыль в твоих руках, а вот и нет!
Парадокс заключается в том, что чем больше будет крутиться хозяин палатки, тем больше ему придется отдавать. Кому? Да мало ли кому! Рэкетирам, мафиозным структурам, контролирующим не только доставку товаров и их реализацию, но и цены. Попробуй откажись от "услуг"! В первый раз побить могут, и не только стекла, а во второй-третий - сжечь твое "предприятие", а то и жизни лишить... Вот и видим мы в конечном итоге тот же самый результат: постные и безразличные лица за окошками палаток-ларьков.
Дорого покупать? Так становитесь продавцами, если уверены в своих мускулах. И вторая "капиталистическая" волна охватила столичный город. Кажется, что нет ни единого более или менее людного места, где не толпились бы массы "ручных продавцов", то есть тех, кто продает с рук то, что сумел вырастить (таких единицы) или приобрести мелким оптом, чтобы "наварить" на разнице цен.
С такими труднее всего бороться: их сотни тысяч, они так загрязнили Москву, что стало казаться, будто раньше она была просто стерильным городом. Каждый подземный переход, каждая станция метро, как внутри, так и снаружи, заполнена разновозрастными продавцами. В руках, на самодельных лотках, под полой можно увидеть и приобрести все, что, твоей душе угодно: от ниток с иголкой до телевизора. Можно договориться о покупке современного танка: "Сами поедете или доставить по указанному адресу?"
Но как же изменился состав покупателей! Если раньше с первого же взгляда можно было определить: это наш, среднестатистический гражданин, у которого в кармане немногим меньше, чем в его домашнем, верней сказать, домашней "банке"; а вот человек с Запада, и он может купить весь твой нехитрый товар и даже не заметит, что в его карманах поубавилось денег. Сейчас все подругому: можно встретить одетого по последнему "писку" моды человека, подъехавшего на шикарном лимузине к палатке-ларьку, а он может оказаться и человеком с Запада, и обыкновенным бандитом, по которому давнымдавно плачет Бутырка. Но чаще всего встречаются люди, живущие, как сейчас говорят, за чертой бедности. Их не очень трудно распознать: вечно голодные глаза, давно требующая ремонта одежда, часто не соответствующая сезону. Многие из них уже дошли до той грани, когда впору идти на паперть и просить милостыню, но им стыдно, просто невыносимо пойти на такой шаг, и они слоняются в поисках какой-нибудь случайной работы или "халявного" угощения.
Человек, который привлек наше внимание, производил странное впечатление: с первого взгляда его нельзя было уверенно отнести к какой-либо группе. Что было ясно сразу, так это то, что его одежда давно нуждалась в чистке, хотя бы элементарной. Непонятного цвета брюки, порванные в различных местах, заношенная донельзя грязно-лилового цвета рубашка, непонятно как еще держащиеся на ногах кроссовки уважаемой фирмы "Адидас". Даже если внимательно присмотреться, вряд ли можно было бы точно определить его возраст. С одинаковой степенью вероятности ему можно было дать и тридцать, и все сорок пять. Волосы на голове были достаточно длинны, но давно не соприкасались ни с мылом, ни с расческой. Было ясно также, что человеку негде и нечем побриться.
Но особенно привлекали его глаза. На первый взгляд они казались безразличными, даже пустыми, хотя и несколько злыми, но если присмотреться внимательнее, они начинали притягивать своей глубиной. Он медленно брел среди снующих людей, и взгляд его как бы скользил по ним, не останавливаясь ни на ком. Лишь раз его глаза задержались на моложавой упитанной женщине. Она торговала горячими беляшами, и потому вполне справедливо можно было предположить, что парню хочется есть.
Постепенно он добрел до самого конца "аллеи ларьков", где чуть обособленно стояла одинокая палатка, судя по всему, поставленная совсем недавно. Трудно сказать, что в ней привлекло парня, но он подошел к этой палатке и стал рассматривать различные товары, красиво расставленные за стеклом витрины.
В этот момент рядом остановился светло-коричневый "Мерседес", из которого вывалились четверо мускулистых парней. Их хмурые лица и бесцеремонное поведение - направившись к палатке, они пару раз оттолкнули прохожих, не успевших уступить им дорогу, - заставило потенциальных покупателей поспешно уйти от опасного места.
Наш герой продолжал созерцать витрину, даже не взглянув в сторону странной четверки. Мельком посмотрев на него, эти четверо тоже не удостоили его своим вниманием. Подойдя к небольшому окошечку ларька, за которым сидел парень лет двадцати пяти, один из четверки сказал тоном, не терпящим возражений: - Сегодня пятнадцатое число, надеюсь, не забыл? - Что дальше? - спокойно отозвался продавец. - Тысячу гринов приготовил? - Парень из четверки явно начал терять терпение.
- С какой стати? - без всяких эмоций бросил палаточник.
- Сынок, ты, кажется, не понял смысла нашего визита! - зло ухмыльнулся парень. В солнечном свете ярко блеснула одинокая золотая фикса. - А непонятливых мы учим! - Фиксатый кивнул своим дружкам, и те направились к двери палатки.
Но дойти не успели. Дверь вдруг резко распахнулась и навстречу "гостям" выскочили четверо внушительных молодых парней. Если четверка, подъехавшая к ларьку, была одета довольно элегантно, в костюмы и галстуки, то выскочившие из дверей ларька - в фирменные спортивные костюмы разного цвета.
- Какие проблемы, земляки? - с бесшабашной улыбкой спросил один из них, словно предлагая помощь нуждающимся.
В этот момент раздался звон разбитого стекла витрины: фиксатый, не зная, что происходит у дверей, начал действовать. Реакция на эту выходку была разной: продавец набросился на Фиксатого с матом и руганью, а обе группы у дверей устремились на звук лопнувшего стекла. Началась довольно крутая заварушка. Со стороны было видно, что и те и другие подготовлены к таким действиям. Удары наносились жестко и профессионально, но и держались весьма стойко.
Наш герой продолжая стоять на том же месте. Казалось, что его совершенно не интересует то, что происходит рядом. Лишь когда один из осколков разбитой витрины отскочил в его сторону, он мгновенно вскинул руку и отбил летящий в его лицо осколок. Он не испугался, не предпринял каких-либо действий, но глаза его недобро посмотрели на Фиксатого. Вполне вероятно, что этим бы все и закончилось для нашего героя, случайно оказавшегося свидетелем разборки между двумя группировками, если бы двое дерущихся не решили использовать его в качестве защиты. Сначала один из них вскользь задел его спину, потом другой, пытаясь достать противника ногой, довольно ощутимо пнул его в плечо.
Это переполнило чашу терпения нашего героя: он молниеносно прыгнул вверх, а два его случайных обидчика повалились на землю. Водитель "мерседеса" даже рот раскрыл от изумления. Он внимательно следил за потасовкой и держал мотор в рабочем состоянии. Он видел, как прыгнул наш герой, но глаза не смогли заметить ударов. Участники драки, увидев лежащих на земле дружков, неожиданно бросились на нашего героя, захватив его в круг.
Силы были явно не равны: семеро против одного. Семеро крепких рослых мужиков против невысокого, среднего телосложения, к тому же голодного парня. Картина эта выглядела нелепо: "моська" в окружении семи "слонов". Злые оскаленные лица говорили о том, что шутить с "моськой" не собираются. Они стали сжимать кольцо.
Неожиданно наш герой снова прыгнул вверх, словно подкинутый какой-то непонятной силой. Прыжок был достаточно высоким: парень смог в сальто перепрыгнуть через головы противников и нанести несколько ударов, после которых на землю повалились еще трое. Это оказалось настолько неожиданным для нападавших, что они растерянно взглянули друг на друга, и один из них вытащил из кармана пистолет.
- Ну, сука, пришью на месте! - крикнул он, поворачиваясь лицом к нашему герою.
Тот очень спокойно взглянул на них и даже вздохнул с сожалением, но принял какое-то странное положение: то ли к прыжку приготовился, то ли к бегу. Он метнулся в сторону, однако парень с пистолетом тут же снова взял его на прицел. И вновь высокий прыжок и удар ногой, страшный удар в лицо. Выстрел все-таки прогремел, но пуля, предназначенная обидчику, попала в одного из своих, прямо в живот. Оба повалились на землю. И тут случилось неожиданное: двое, оставшихся невредимыми, неожиданно вскинули руки вверх.
- Все, парень! Все! - со страхом воскликнул один из них. - Извини, ошибка вышла! - Казалось, что еще миг, и он падет перед нашим героем на колени.
Тот молча посмотрел на них, потом оглядел лежащих на земле, покачал головой, опять же с явным сожалением, и медленно пошел своей дорогой.
Водитель выскочил из "мерседеса" и помог одному из уцелевших парней подобрать раненых дружков и отнести их в машину. После чего они тут же уехали.
Второй из уцелевших втащил приятелей в палатку и, не дожидаясь пока те придут в себя, начал очищать витрину от стеклянных осколков, изредка бросая взгляды вслед незнакомцу. И было непонятно, осуждает он его или восхищается увиденным.
Богомолов - генерал КГБ
Парень, внесший некоторую поправку в обычную разборку двух группировок, не мог себе представить, что его вспоминают не только те, с кем он только что разделался у палатки, но и человек, сидящий в огромном кабинете учреждения, совсем недавно внушавшего ужас целому народу и ненависть другим странам.
Хозяин кабинета явно находился в плохом настроении. Это был полковник Богомолов, получивший после провала августовского путча звание генерала за успешное руководство операцией по обезвреживанию генерала Галина и возглавивший отдел, которым и руководил погибший Галин. Так случилось, что Богомолов сам себе обеспечил продвижение по службе и новый чин.
Его плохое настроение было вызвано тем, что уже несколько месяцев не выполнялся его приказ. "Найти и задержать Савелия Кузьмича Говоркова". Было отчего нервничать новоиспеченному генералу: ситуация в стране была крайне неустойчива. И провал путча не давал никаких гарантий долгожданного мира и стабильности в Российском государстве. Приблизившись к верхнему эшелону руководства, Богомолов столкнулся с такой мерзостью, - с такими страшными людьми, что ужаснулся и несколько дней находился в полной прострации. Пытался сначала алкоголем заглушить свои "новые знания", но это только усугубило его плохое настроение. Почувствовав, что такой путь может привести к петле, он бросил испытывать себя на "алкогольную прочность" и ударился в самоанализ. Стал подумывать об отставке, но и этот путь посчитал для себя трусливым и унизительным.
Запутавшись окончательно, генерал Богомолов пришел наконец к выводу, что не имеет морального права оставлять свой пост. Он понял это, задав себе довольно простой вопрос: "Кому будет выгодно, если все честные уйдут от борьбы в сторону и этим облегчат жизнь врагам и проходимцам?"
Ответив на этот вопрос, Богомолов пожалел, что не задал его себе раньше. Однако принятое решение заставило его сильно измениться. Он стал подозрительным и недоверчивым. Если раньше, встречая нового человека, он доверял своей интуиции, то сейчас стал доверять только фактам, да и то неоднократно проверенным.
Сотрудники, проработавшие с ним несколько лет, удивлялись этим изменениям в его характере и относили их на счет новой должности и звания. "Загордился человек! Снизу не доплюнешь!" - вздыхали они за его спиной, но в глаза заискивающе улыбались, говорили только комплименты и этим еще сильнее раздражали Богомолова.
Чем больше он узнавал о том, что происходит "наверху", тем больше его заботило отсутствие сведений о Савелии Говоркове. Этот талантливый прирожденный боец слишком много знал того, чего ему не положено знать. Его знания могли повредить, нанести ощутимый вред Органам и стране. Здесь Богомолов немного лукавил: больше всего его заботило то, что Савелий знает о нем самом. Не дай Бог что изменится в стране, и к власти придут реакционные силы? (Даже про себя Богомолов не в силах был назвать их настоящим именем - фашистские.)
Да, у него в силу должности, им занимаемой, скопилось достаточно сведений о существовании профашистской организации, собравшей под свои знамена большие силы, которые всеми средствами пытаются захватить власть в стране. Многим депутатам заморочили головы демагогическими лозунгами, и они, не понимая, куда их ведут, стали в оппозицию президенту России и правительству. Начали блокироваться все правительственные указы и постановления, издаваться противоположные законы, и противостояние все больше увеличивалось. Народ, пославший своих избранников в Советы всех уровней, все больше убеждался, что его чаяния и заботы меньше всего волнуют депутатов. "Народных избранников" прежде всего волновало их благополучие, льготы, машины с личными водителями, дачи, квартиры и зарплаты. И все это происходило на глазах простых людей.
Богомолов понимал, что долго так продолжаться не может и рано или поздно должен произойти взрыв. А умелая тактика оппозиционеров привлекла в свои ряды многих деятелей антиправительственного толка. Испокон веков известна народная мудрость: "В мутной воде легче рыбку ловить!" Противостояние становилось взрывоопасным. И даже сам Богомолов не мог с достаточной вероятностью определить, кто придет к власти. При таких условиях он просто обязан обеспечить себе защиту и от тех, и от других. А времени оставалось очень мало: по его сведениям, спикер Верховного Совета и один из претендентов в президенты решили объединиться, и объединение придавало им реальную силу. Сознавая это, они могли пойти на крайние меры.
Проанализировав создавшееся положение, Богомолов пришел к выводу, что при любом исходе противостояния он должен заполучить Савелия Говоркова раньше, чем его захватят те или другие.
Рассказов - бывший генерал КГБ
Богомолов даже случайно не мог предположить, что имя Савелия Говоркова не дает спокойно спать еще одному человеку, находящемуся за тысячи километров от его кабинета. По странному совпадению они оба имели одно и то же звание, принадлежали в прошлом к одной и той же организации, более того, тот человек возглавлял одно время отдел генерала Богомолова. Оба в прошлом молились одному богу - Коммунистической партии Советского Союза, свято верили (и продолжают, обманывая даже себя, верить), что все их усилия направлены только на благо народа, на благо всей страны.
Этим человеком был бывший генерал Комитета государственной безопасности Рассказов.
Тщательно разрабатывая операцию по доставке дезинформации в правительство России, Рассказов оставил для Савелия Говоркова только два возможных варианта: либо его гибель во время выполнения "дорожки смеха" (так Рассказов окрестил для себя эту операцию, услышав рассказ об одном из испытаний на тренировочном полигоне той самой базы, которую он сознательно подставил" органам КГБ), либо переход Савелия-Рэкса на его сторону. Когда переворот в России провалился, а Савелий остался в живых и отказался работать на них, он стал опасен для организации и мог помешать ее дальнейшим планам. А этого Рассказов допустить не мог. Он послал пятерых опытных сотрудников убрать этого "опасного кретина".
Тот день был для Рассказова не самым лучшим: час назад ему сообщили, что Савелий Говорков бесследно исчез. Все попытки разыскать его оказались безрезультатными. Это настолько встревожило бывшего генерала, что, он решил воспользоваться услугами человека, к которому обращался крайне редко. Этот сотрудник был самым надежным и неоднократно проверенным. У него были обширные связи в правительстве России, и ему удавалось усидеть в органах Госбезопасности при всех властях. Время от времени Рассказов подбрасывал ему значительные суммы в валютой в рублях, словно предчувствуя ситуацию, когда тот сможет принести ему пользу.
Составив шифровку, содержание которой знали только трое - сам Рассказов, его агент и незаменимый шифровальщик, Рассказов отправил ее и стал ждать ответа. Ответ должен был прийти через два-три дня: именно столько времени понадобится, чтобы ответить на заданные вопросы. Однако против всяких ожиданий ответ пришел через два часа. Он был коротким, но исчерпывающим: "Интересующий Вас человек исчез из нашего поля зрения четыре месяца назад и, по личному указанию лица, которое должно было "уйти на отдых", находится в негласном розыске. Исчезновение произошло при весьма странных обстоятельствах: на лестничной площадке, где он проживал, было взорвано самодельное взрывное устройство, но взрыв не был направлен на его квартиру, хотя у него и была сорвана дверь. Виновники не найдены, как и интересующий Вас человек. С уважением, Третий".
Эта информация совершенно сбила с толку Рассказова: он был уверен в ее достоверности на все сто процентов. Более всего насторожило сообщение о том, что Говорковым интересуется и его старый знакомый - бывший полковник Богомолов. Черт его дери! Как чувствовал, что этот полковник доставит еще им хлопот, потому и приказал убрать его, но "под колесо" попал другой. Жаль старика! Рассказов вздохнул и покачал головой. С генералом Галиным он был знаком лично. "Вечный генерал" - так о нем говорили тогда, когда в Комитете работал и сам Рассказов. Столько бурь пережить и... На покой хотел уйти после операции с Рэксом... Хотел и ушел, только на вечный покой. Царствие ему небесное - много полезного успел он сделать для них.
Леша-Шкаф и Лолита
Однако не только двое бывших соратников пытались разыскать нашего героя. Инцидент у одинокой палатки привлек внимание и других людей. Главе одной из самых сильных преступных группировок в Москве со странной кличкой Леша-Шкаф (можно предположить, что кличку он получил из-за габаритов его необъятного тела) было доложено об этом досадном происшествии.
День у Леши-Шкафа складывался довольно удачно: он получил хороший контракт от фирмы со странным названием "Алаконд". Эта фирма, созданная двумя родными братьями, представляла две страны - Россию и Италию. Один из братьев, уехавший лет десять назад за границу, сумел там прочно встать на ноги, заработать приличный капитал. Вероятно, не без его помощи и второй брат, оставшийся в России, сумел довольно быстро обернуть средства, совершить ряд выгодных сделок и прибрать к рукам несколько небольших фирм-производителей. Создав новую фирму, братья очень успешно занялись импортом-экспортом, и с ними были вынуждены считаться даже те, кто раньше них пришел в этот бизнес.
Леше-Шкафу этот контракт сулил огромные доходы, причем легальные, и это, пожалуй, было самым главным для него в этой сделке.
Конечно, он подумывал и о том, чтобы вообще "проглотить" фирму и убрать братьев, но... Чисто интуитивно Леша-Шкаф чувствовал, что за братьями стоят очень серьезные люди и убрать их без шума не удастся, а обрашаться за разрешением на их ликвидацию он почемуто не стал: то ли не хотел никого ставить в известность о своих планах, то ли был уверен в отрицательном ответе. В таких случаях лучше выждать, чем рискнуть и потерять все.
Ближе к обеду ему, наконец, доставили длинноногую красавицу из ночного варьете "Арлекино", приглянувшуюся ему еще с месяц назад. На все его послания, подарки и роскошные букеты девушка отвечала отказом, а вышибалы варьете, приглядевшись к назойливым посыльным, последнее посещение просто выкинули их за дверь.
Лолита, как звалась девушка, действительно напоминала героиню из одноименного романа Набокова. Ей было двадцать лет, но выглядела она лет на шестнадцать. Юное лицо сохранило детскую непосредственность и наивность, а огромные синие глаза смотрели на мир удивленно и без порочности. Несколько лет занятий балетом дали о себе знать: ее хрупкая тонкая фигурка была очень гибкой.
Когда девушку ввели в огромный кабинет Леши-Шкафа, нижняя часть ее лица была обвязана шелковым платком. Тело извивалось в мощных руках "исполнители". Под его взглядом они отпустили девушку и сняли с лица платок.
- Что ж, ваша кличка, сэр, вполне соответствует вашим габаритам! - чуть не плача выпалила она, с ненавистью глядя на хозяина кабинета, восседавшего в огромном кожаном кресле.
- Свободны! - сухо бросил Леша-Шкаф, и парни тут же вышли за дверь, тихонько прикрыв ее за собой. - Что, нечего ответить? - усмехнулась девушка. - А вы разве что-то меня спросили? - улыбнулся он и тут же добавил: - Вы уж извините моих ребят, они слишком буквально воспринимают мои просьбы! Присаживайтесь, - радушно предложил он, встав и пододвинув ей другое кресло.
Его манеры и дружелюбный тон несколько обескуражили девушку, и она, немного помедлив, седа в кресло, скромно поджав свои стройные ножки. Да, сидящий перед ней мужчина действительно был огромен: под два метра ростом, мощная грудная клетка, крепкие руки и при всем этом интеллигентное симпатичное лицо, роскошные черные волосы.
- Может, выпьете что-нибудь? - спросил он и нажал какую-то клавишу на пульте.
В стене откинулась крышка и вперед выдвинулся зеркальный бар, уставленный различными напитками: марочными коньяками, ликерами, шампанским.
- А может, еще проще: чашечку кофе с клофелином и пользуйся без проблем... - со злостью бросила она.
- Да-а-а... - протянул Леша-Шкаф, - Богатый у вас опыт... - Он покачал головой. - Как вас зовут, кстати? Не думаю, что имя героини Набокова является вашим настоящим именем.
- Какая разница - Девушка все больше распалялась. - Меня зовут Илона! А опыт? Опыт действительно появился после того, как один смазливый подонок, пригласив дослушать шикарную "музыку", сыпанул в кофе клофелину и изнасиловал меня, совсем еще сопливую девчонку, мне тогда и пятнадцати не исполнилось - Она вдруг всхлипнула. - Все вы, одинаковы, кобели проклятые! - И неожиданно стала срывать с себя кофточку, потом юбчонку, швырять их на пол. - Ну, чего уставился? Где меня трахать собрался: на столе, в кресле, на диване?
Нагота еще сильнее подчеркнула ее детскость и беззащитность. Она напоминала выточенную удивительным мастером фигурку с совершенными формами, на которую можно смотреть часами.
Для хозяина кабинета ее поведение оказалось настолько неожиданным, что он действительно уставился на девушку, не зная, как себя вести в подобной ситуации.
- Мне кажется, что вы не совсем правильно поняли мои намерения, - тихо выговорил он наконец. - Конечно, вы можете оставаться и в таком виде, если вам жарко, но...
И вдруг девушка заплакала навзрыд - видно напряжение было настолько сильным, что нервы не выдержали. Леша-Шкаф встал из-за стола, откупорил бутылку минеральной, налил в хрустальный стакан и протянул девушке:
- Вот, выпейте, пожалуйста! - Она взяла стакан и стала жадно пить, продолжая всхлипывать, а он поднял с пола ее кофточку и юбку, протянул девушке. - У вас очень красивая фигура, мне очень нравится, но... - Он улыбнулся. - Оденьтесь, пожалуйста.
Илона как-то странно взглянула на него, поставила стакан на стол и начала одеваться.
- Скажите, что бы вы сделали с тем парнем, который изнасиловал вас? - неожиданно спросил Леша-Шкаф, - Убила бы подонка! - зло выпалила она. - Вы уверены, что смогли бы это сделать? - Уверена! - не задумываясь ни секунды, ответила Илона.
- Вы знаете, где он живет?
- Еще бы! В десяти минутах ходьбы отсюда, а что? - Мог бы встречу вам организовать, если вы этого хотите...
- Да он же прибьет меня потом! - растерянно всхлипнула девушка. - Он уже дважды угрожал мне.
- Не беспокойтесь: ваши проблемы с этого дня стали моими проблемами, - снова улыбнулся он. - Говорите адрес.
Страшная месть Лолиты
Когда парня разыскали и доставили к Леше-Шкафу, на что ушло немногим более часа, они с Илоной уже заканчивали роскошный обед.
- Можно, шеф? - заглянул в кабинет один из тех, что привез Илону.
- Ну что, нашли? - тут же спросил Леша-Шкаф. - А как же! - осклабился тот. - Сопротивлялся?
- Да нет, шеф, мы ему предложили обсудить одно заманчивое предложение по бизнесу. - Он подмигнул.
- Хорошо, через пять минут пригласи. - Парень вышел, а Леша-Шкаф повернулся к девушке: - Значит, как договорились. Когда я произнесу фразу: "Молодой человек, вы играете с огнем" - вы поворачиваетесь к нам лицом.
- Хорошо! - Илона села в глубокое кресло у противоположной стены. Оно было развернуто спинкой ко входу.
- Разрешите, Алексей Борисович? - Да, пожалуйста.
В кабинет вошел смазливый парень лет двадцати пяти, сопровождаемый двумя ребятами Леши-Шкафа. Одет был парень, что называется, с иголочки: дорогие кроссовки, фирменные джинсы, кожаная куртка. Он был нагловато-самоуверен: вошел, сел на стул напротив хозяина кабинета и вытащил пачку "Мальборо".
Леша-Шкаф ничего не сказал, только чуть прищурил глаза. Его парни, хорошо зная характер своего шефа, поняли, что пришедший допустил ошибку, которая может ему дорого стоить.
- Я готов выслушать вас! - покровительственно проговорил он, прикуривая от дорогой зажигалки.
- Скажите, вы всегда так себя ведете или только на деловых встречах? - странно улыбаясь, поинтересовался Леша-Шкаф.
- Всегда, а что? Чем вам не нравится мое поведение? - Вадим...
- Михайлович, - подсказал тот. - Во-первых, Вадим... Михайлович, вы допустили ошибку, когда вошли в чужой кабинет, не поздоровавшись, закурили, не попросив разрешения. - Но это же вы меня пригласили, а не я сам пришел... - Тем более! - сухо оборвал его Леша-Шкаф. - Но самой большой ошибкой может оказаться то, что ты родился на свет!
Почуяв неладное, парень нахмурился и быстро оглянулся на стоящих за его спиной "амбалов", даже попытался встать.
- Я не понимаю... - От его гонора и самоуверенности не осталось и следа.
- Сиди и говори только тогда, когда тебя будут спрашивать, - пробасил над ухом один из парней, прижимая мощной рукой его тело к стулу.
- Ты хорошо помнишь июнь восемьдесят седьмого года?
- Да, помню, а что? - быстро ответил тот, нервно потирая руки.
- Я слышал, что ты большой любитель тяжелого рока.
- Увлекаюсь немного, но я не пони... - Его "речь" была оборвана несильным ударом кулака по голове.
- Я же предупреждал! - усмехнулся парень за спиной.
- Пока поешь без фальши... - кивнул ЛешаШкаф. - А имя Илона, согласись, довольно редкое, тебе ято-нибудь говорит? - Илона? - Он наморщил лоб, словно пытаясь вспомнить. - Нет, это имя я слышу впервые - сказал он наконец, но глаза его стали еще беспокойнее.
- Даю тебе еще один шанс: тебе знакомо имя Илона?
- Нет, точно не знаю. - Он весь покрылся испариной.
- Молодой человек, вы играете с огнем! - проговори с улыбкой Леша-Шкаф, и кресло с Илоной медленно развернулось.
Увидев девушку, парень попытался вскочить со стула, но снова был припечатан к нему.
- Что теперь скажешь, подонок? - процедила сквозь зубы Илона.
- Но мы же договорились... Ты же обещала... - со страхом залепетал он.
- Ты же такой смелый был всегда! Куда же делась твоя смелость? Что, в задницу ушла? - Она подошла к нему и неожиданно вцепилась ему в волосы. - Сволочь, подонок, мразь! - И вдруг резко рванула его голову навстречу своей коленке. Улар был настолько сильным, что кровь брызнула из носа и рассеченной губы, парень вскрикнул от боли. - Что же ты делаешь, сука? - Я сука? - взвилась девушка, схватила висящую на стене резиновую дубинку и стала бить его по лицу, шее, спине. Тот пытался защищаться и ударил ее в живот. У девушки перехватило дыхание, а Леша-Шкаф, до этого с улыбкой наблюдавший за происходящим, подскочил к парню, схватил своими ручищами ударившую девушку руку и хрястнул о колено. Хруст кости и вопль несчастного раздались одновременно.
- Чтобы крыльями зря не махал больше? - сказал Леша-Шкаф. - Заткните пасть этой гниде! - Он кивнул на салфетки, лежащие на столе.
Парни сунули ему салфетку в рот, и тому осталось только мычать.
- Как вы, Лолочка? - участливо проговорил ЛешаШкаф, притронувшись к плечу девушки.
- Чуть не задохнулась... - с трудом восстанавливая дыхание, ответила она. - Ну, мразь, думала, разобью тебе морду и успокоюсь. Зря ты меня ударил! Ох, зря! - В ее голосе послышалась такая злоба, что парень испуганно замотал головой, а Леша-Шкаф с интересом посмотрел на девушку.
- Дать пистолет? - участливо спросил он, не без восхищения глядя на нее. Он был твердо уверен, что она вряд ли решится на что-либо серьезное.
- Этим ребятам можно доверять? - тихо спросила она.
- Как мне самому! - шепотом ответил Леша. - Их кто-нибудь видел, когда они тащили его сюда? - спросила Полита. - Они, девочка моя, профессионалы... - Пока еще не твоя, но... все впереди, - с намеком добавила она и тут же повернулась к своему насильнику. - Снимай штаны, мерзавец!
- Как? - испуганно воскликнул он, выплевывая на пол кляп.
- Руками! - усмехнулся тот, что ранее уже "успокаивал" его. Он перехватил взгляд своего хозяина и ткнул насильника в бок. - Поторопись, мальчик! Кажется, нам с приятелем придется тебя трахнуть.
- Нет-нет! - взмолился тот, но снова получил увесистый тычок под ребра и стал нехотя снимать штаны.
- И трусы! - зло кинула Илона, затем налила себе полный стакан водки, залпом выпила, закусила ломтиком апельсина. Когда она повернулась, насильник стоял уже оголенный, прикрываясь руками.
- Ты погляди на него: стесняется! - она чуть истерично хохотнула. Было заметно, что хмель ударил ей в голову. - Заткните его поганый рот и привяжите к стулу!
Несмотря на попытку сопротивления, парни быстро привязали его ремнями к стулу. Они делали это с явным удовольствием, ожидая с нетерпением, чем кончится представление.
- А теперь, мальчики, оставьте нас втроем и никого не пускайте сюда! Хорошо? - спросила девушка, повернувшись к Леше-Шкафу. - Разумеется, сегодня ты здесь хозяйка! - улыбнулся он, и парни тут же вышли, с сожалением поглядывая на привязанного.
- Значит ты, Лешенька, любишь меня и хочешь, чтобы я была твоею? - девушка говорила эту фразу, глядя на испуганно замеревшего насильника, потом резко повернулась к хозяину кабинета. - Ты дважды угадала! - вздохнул он. - Я не знаю, чем ты занимаешься, но ты мне нравишься: впервые в моей жизни появился мужчина, который не полез сразу на меня, а, наоборот, вступился за мою честь. Я останусь с тобой, но при одном условии: я должна знать, чем ты занимаешься, и сама принимать участие во всем!
- Ты хорошо подумала? - нахмурился Леша-Шкаф. - Более того, я так решила! - Она в упор уставилась на него.
- И не будешь потом жалеть? Ведь обратного хода у нас нет!
- А значит, и выбора не будет! А жалеть... Я никогда ни о чем не жалею! - твердо добавила она, продолжая смотреть ему в глаза.
- Хорошо, я согласен, - немного подумав, сказал он и облегченно вздохнул. - У тебе есть ножичек?
- Какой ножичек? - Леша-Шкаф был несколько озадачен.
- Нож или опасная бритва! - пояснила девушка, и ее глаза недобро заблестели. Почувствовав опасность, парень стал дергаться на стуле и мычать, испуганно вращая глазами.
- Попытать хочешь? - Леша-Шкаф был немного взволнован.
- Ты что, Лешенька, я не из гестапо и не из подвалов Лубянки. Он должен потерять то, чем насиловал меня! Чтобы эта мразь уже никогда не смогла причинить зло девушке!
Все еще надеясь, что девушка просто решила попугать своего обидчика, Леша вытащил из стола нож, сделанный по его собственному заказу, нажал на кнопку, и из удивительной работы ручки выскочило стальное лезвие, блеснув в солнечном луче ярким светом.
Илона взяла в руки нож, внимательно и неторопливо осмотрела его, словно любуясь изящной работой. ЛешаШкаф налил себе коньяку и стал отпивать маленькими глоточками, забавляясь ее игрой. Возможно, сначала это действительно было игрой с ее стороны, но нахлынувшие воспоминания о боли и издевательствах при насилии показались ей настолько свежими, словно это случилось только вчера. А тут еще она перехватила странный взгляд-улыбку Леши-Шкафа. Илона снова налила почти полный стакан водки, отпила половину, затем подошла к смертельно напуганному насильнику, ухватила его за член и... резко чиркнула по нему ножом.
Даже сквозь кляп был слышен вопль парня. ЛешаШкаф растерянно вскочил со стула и уставился на жертву с открытым ртом. Илона стояла и со злостью смотрела на насильника до тех пор, пока он не потерял сознание, потом брезгливо отбросила кусок члена в сторону, ополоснула кровавые руки водкой. Взглянув на кофту, заметила на ней кровь, сорвала ее с себя, вытерла руки. Все ее движения были механическими, как бы бессознательными. Налив еще полстакана водки, залпом выпила и только после этого взглянула на ошарашенного ЛешуШкафа:
- Я сделала это! Я все-таки сделала это, - устало, но с гордостью проговорила она наконец. - А ты думал, не сделаю?!
- Да, откровенно говоря, ты меня сразила наповал! - Он все еще не знал, как себя вести.
- Ну, что же ты, теперь я - твоя, - тихо, с дрожью в голосе сказала Илона и быстро сняла оставшуюся одежду. Затем пошла и легла на огромный кожаный диван. Она действительно напоминала точеную статуэтку, а грудь просто была совершенной.
Леша-Шкаф глотнул коньяка прямо из горпышка, скинул с себя одежду и опустился перед ней на колени. Его огромная ладонь, казалось, могла обхватить ее талию. Он нежно провел пальцами по бархатистой нежной коже живота. Девушка вздрогнула и обвила своими ручонками его мощную шею. - Какой же ты огромный! - томно прошептала она, извиваясь от охватившего ее желания. - Боже мой!.. Как хорошо... А ты не раздавишь меня?
Леша-Шкаф молча подхватил ее на руки, сел на диван и осторожно опустил девушку на свою плоть. Она томно вскрикнула, с силой опустилась, вбивая его в себя до конца, и так замерла на некоторое время, словно прислушиваясь к тому, что он делает внутри нее. Губами она впилась в ето губы и, громко постанывая, стала приподниматься и опускаться, едаа не теряя сознания от охватившего ее блаженства. Дойдя до пика наслаждения, Илона вскрикнула, но продолжала интенсивные движения, пока не взрычал и он. Выпустив в нее целую струю, которая, казалось, обожгла ее изнутри, ЛешаШкаф откинулся ва диване, продолжая прижимать девушку к своей мощной груди.
- Удивительны - прошептал он. - Я думал, что уже все испытал в интиме, но ты просто прекрасна!
- И мне здорово с тобой. Ты, конечно, вправе не поверить тебе, во до тебя я мужиков воспринимала только как бы кожей, а ты... - Она нежно провела пальчиком по его груди, потом прикоснулась к ней губами.
Неожиданно они услышали стон - несчастный парень очнулся.
- Что с ним делать? - нахмурился Леша-Шкаф. - Он же может сдать нас!
- Это, Лешенька, твоя забота! - улыбнулась девушку. - Но оставлять его в живых нельзя! Это точно! - Последнюю фразу она произнесла твердо и зло, выжидающе взглянув ему в глаза.
Немного помедлив, Леша-Шкаф встал, поднял с пола нож, покачал головой.
- Сам виноват, парень! - прошептал он и резко воткнул нож ему в сердце. Тот коротко дернулся и обмяк на стуле, оставив грешный мир и свои в нем грехи.
Снова усадив девушку в кресло спиной ко входной двери, Леша-Шкаф вызвал своих ребят и кивнул на мертвое тело. Ни слова не говоря, они быстро отвязали его от стула, вынули из шкафа какую-то материю, напоминающую мешковину, упаковали тело, затем сунули в огромный ящик. Пока все это делалось. Леша-Шкаф позвонил кому-то и попросил привезти джинсовый костюм сорок второго и кроссовки тридцать четвертого размера.
Когда какая-то женщина постучала в дверь кабинета, он уже был тщательно отмыт от крови, и даже нельзя было представить, что недавно здесь было совершено убийство.
- Лешенька, это лучшее, что было на складе у Серафима Львовича! - Она развернула сверток и достала из него куртку, брюки и целлофановый пакет с кроссовками. - Кому это?
- Ничего, сойдет для временного пользования, - кивнул он, оглядев вещи. - Это ей. Лолочка! - позвал он, и девушка повернулась в кресле.
- Ой, какая прелесть! - воскликнула женщина, увидев ее хрупкую фигурку.
- Лолочка, одевайся, бери Марину и дуйте по магазинам. - Он протянул две пачки сторублевых ассигнаций. - Купи себе все, что нужно, и денег не жалей! Потом поезжай ко мне, Марина отвезет, и обживайся. К вечеру приеду. Захочешь - звони. - Он протянул визитную карточку. - Вопросы? Ты уж извини, милая, - дела, которые пока для тебя не важны! - улыбнулся он.
- Вопросов нет, Лешенька! Скучно будет - вызывай! - проговорила она, уже облачившись в новый костюм и кроссовки. Затем чмокнула его и помахала ручкой: - Бай-бай!
- Пока, милая! Погоди, чуть не забыл! - Он нажал на кнопку, и в кабинет буквально влетел парень под два метра ростом. - Это Миша, твой телохранитель, водитель, юрист и т.д. и т.п. Да, тебе же еще нужно уволиться из варьете, не так ли? Будут проблемы? - Возможно... Контракт подписан на весь год... - Ничего, Миша решит эти проблемы. - Разумеется, шеф! - кивнул парень - и галантно открыл перед девушками дверь. Не успели они уйти, как в кабинет постучали. - Разрешите, шеф? - В дверь заглянул парень, который наблюдал из "мерседеса" за разборкой у палатки.
- Заходи, Никита! Какие проблемы? Думаю, серьезные, если ты решился прийти сюда?
- Понимаете, шеф... - осторожно начал тот. - Мы не смогли выбить налог из новой палатки. - Не понял?! - нахмурился Леша-Шкаф. Коротко, но красочно Никита описал то, что произошло у палатки.
- Идиоты! Как же вы могли упустить его! - вскричал Леша-Шкаф.
- Можете поверить, шеф, выбьем все, что нам причитается, да еще с крышечкой! - взмолился Никита, зная крутой нрав хозяина.
- Это само собой! - Леша-Шкаф неожиданно успокоился. - Но меня интересует другое. Возьми побольше ребят, и во что бы то ни стало разыщите мне этого парня. - Хлопнуть?
- Идиот! Не хлопнуть, а вежливо попросить встретиться со мной! Понял? - Понял! - Никита хитро потер руки. - Ничего ты не понял! Если откажется, установить слежку и не упустить, пока я сам с ним не повидаюсь!
- Вот теперь понял! - серьезно кивнул Никита и выскользнул за дверь.
Человек без прошлого
Так началась очередная охота на нашего героя, который не ведал о ней, как говорится, ни сном, ни духом. Самое интересное, что он даже не знал, кто он, откуда и зачем живет на белом свете. Да, он совершенно не помнил ни своего имени, ни своего прошлого.
Несколько месяцев назад он очнулся в дыму среди обломков мебели в развороченной квартире и долго не мог сообразить, где находился. Его поразило, что вокруг стоит мертвая тишина, и это по-настоящему напугало его. Что происходит? Где он? И кто он? Он напоминал взрослого человека с мыслями и опытом новорожденного. Он как бы заново знакомился с окружающими его вещами, с незнакомым ему миром.
Выбравшись из-под обломков, он вышел в проем от вывороченной двери и медленно побрел по улицам города, удивляясь тому, что не слышит шума и скрежета проносящихся рядом машин, не слышит говора проходящих мимо людей. Где-то, в самых дальних уголках сознания, мелькала мысль, что это все неправильно, так не должно быть, однако он не стал вдаваться в анализ происходящего. Он шел вперед, не ведая куда. Сколько часов он бродил по улицам шумного города, неизвестно, он потерял ощущение времени и не чувствовал усталости. Но его остановило желание поесть, и он, проходя мимо длинной цепочки торговок съестным, неожиданно остановился около молодой девушки, которая торговала горячими булочками с сосиской внутри.
- Пять рублей! - ответила девушка на незаданный вопрос.
Однако наш герой продолжал стоять молча и смотреть на аппетитные булочки.
- Вы будете брать или нет? - спросила девушка и вдруг заметила его неподвижные глаза, перевела взгляд на свежий кровоподтек на широком лбу. - Вы не можете разговаривать? - спросила она, не понимая, с чего это пришло ей в голову.
Стоящий перед ней незнакомец согласно кивнул и указал на ее товар, издав какой-то звук. Он вдруг испуганно посмотрел на девушку: до этого он не слышал никаких звуков, а сейчас слышит ее голос.
- У вас есть деньги? - спросила она и показала на пачку, которую держала в руке.
Догадавшись, наконец, что от него требуется, Савелий пошарил по карманам и, вытащив бумажник, протянул молодой продавщице.
Пожав плечами, девушка взяла бумажник, открыла его:
- Не думала, что у вас столько денег! - Она покачала головой и снова спросила: - Сколько вам? Савелий пожал плечами.
- Ладно, вы кушайте, а потом расплатитесь! - Она улыбнулась и сунула ему бумажник. Затем подцепила вилкой два "Хот-дога" и кивнула на стоящий рядом столик. - Там удобнее, все равно пока еще не открывали.
Савелий кивнул, взял еду и встал за столик. Сосиски были горячими и показались ему очень вкусными. Торговля у девушки шла бойко, и доброжелательная улыбка не сходила с ее лица. Савелий заканчивал второй "хот-дог", когда к девушке подошел какой-то пьяный упитанный мужик.
- Ух, какая красулечка! - ухмыльнулся он. - Может, свернешь торговлю сисечками-засисечками? И со мной пойдешь?
- Что вы, дядечка, ни к чему все это, лучше домой отправляйтесь, к жене и детям! - улыбнулась она. - Сколько вам завернуть?
- Да при чем здесь жена, дети? Я же на тебя глаз положил! А за товар не беспокойся: все оплачу, а за тебя - сколько скажешь! Не веришь? - Он вытащил из кармана пачки сторублевок.
- Вот что, гражданин, спрячьте свои деньги, берите булочки или проходите мимо! - Ее улыбку словно сдуло с лица.
Савелий, внимательно наблюдавщий за девушкой и не понимавший, что происходит, заметил исчезновение ее улыбки и сразу же подошел ближе.
- Ну чо ты ломаешься? Сказал, не обижу, будешь довольна! - Мужик вдруг схватил ее за руку и потянул к себе.
- Вы что, совсем спятили? - возмутилась она, тщетно пытаясь сопротивляться. Все еще думая, что ей удастся отделаться уговорами, она даже не повысила голос.
- А ты молодец, соображаешь, что пищать - дело опасное! - ухмыльнулся мужик и облапил ее за ягодицы.
- Ты что руки распускаешь? - Она вдруг всхлипнула и уперлась руками ему в грудь, не давая поцеловать себя.
Неизвестно, чем бы закончилась эта неравная борьба, но тут вмешался Савелий. Он понял, наконец, что милой обаятельной девушке неприятно то, что делает незнакомец. Савелий схватил его за руку и крепко сжал. Мужик от неожиданности выпустил девушку и повернулся к Савелию.
- Ты, жук навозный, сдерни отсюда, пока я тебя не размазал по асфальту! - прорычал он сверху, будучи чуть не на голову выше.
Савелий не слышал, что говорил ему этот человек, но он как бы почувствовал исходящую от него угрозу не только для девушки, но и для себя. Он сделал резкое движение рукой, а ногой дал подсечку. Его движения походили на движения робота, настолько они были четкими и скупыми.
Он сам не понимал, как это у него получилось, но мужчину подкинуло вверх и он упал на асфальт.
Тот даже не сообразил, что с ним случилось. Оказавшись на земле под дружный смех прохожих, он рассвирепел, вскочил - и бросился на Савелия: - Ну, сморчок паршивый, держись! - крикнул он. И опять произошло нечто удивительное: его снова что-то подбросило вверх, он ощутил сильную боль в паху, от которой перехватило дыхание, а руки и ноги отказались подчиняться. Он корчился на земле, даже не пытаясь встать.
- Пошли отсюда! - бросила девушка, подхватывая свой лоток в одну руку, а другой - Савелия. - А то милиция нагрянет, и проторчите у них весь день!
- Молодец, паря! - восхищенно проговорил стоящий рядом мужчина на костылях. - Видать, из наших! - подмигнул он, чуть отвернув ворот рубашки, где мелькнула тельняшка с голубыми полосами.
- Он говорить не может! - ответила девушка и потащила Савелия прочь.
Удалившись на безопасное, с ее точки зрения, расстояние, продавщица перевела дух, выбрала более или менее выгодное для торговли место, положила на землю свой лоток и устало опустилась на него.
- Послушайте, где вы так классно научились драться? - неожиданно спросила она Савелия.
Он пожал плечами и внимательно посмотрел на девушку.
- Да что с вами? - Она вдруг поймала себя на мысли, что как бы слышит этого странного незнакомца. - Ничего не понимаю! - Девушка нахмурилась и недоверчиво взглянула ему в глаза. - Вы что, телепат?
И снова Савелий пожал плечами, но ничего не произнес вслух.
- Телепат - это человек, который передает свои мысли на расстоянии. Чушь какая-то... Скажи кто - не поверила бы, что такое со мной случится! А вы с рождения не можете говорить? Не знаете? Понятно... - Она немного задумалась. - Как ваше имя?
- Не... знаю... - сильно запинаясь, произнес Савелий.
- Во! Заговорил! Что же вы мне голову морочите? - Девушка рассердилась.
- Я не... не мо...ро...чу... Со мной... что-то произошло, но я не знаю что... И не помню свое имя... - он отвечал просто, без обиды, и ей показалось, что она может ему верить.
- Ну и хорошо! - Она вздохнула. - Недавно я смотрела у своих друзей по видику фильм, где главный герой тоже потерял память: не помню названия, но все заканчивается хорошо... Вспомнила: амнезия называется, когда человек теряет память... А может, у вас есть какие-то документы, записная книжка? Посмотрите в карманах!
Савелий тщательно обшарил карманы, но, кроме ключа от квартиры, ничего не обнаружил, как и в бумажнике, наполненном только деньгами. - И куда вы сейчас?
- Не знаю... мне некуда идти... - к его радости и удивлению девушки он с каждой фразой говорил все лучше.
- Может, вам в милицию обратиться? - В милицию? - Савелий вдруг нахмурился: что-то в нем "щелкнуло" и неприятной волной прокатилось по телу. - Нет, мне туда нельзя! - твердо сказал он. - Нельзя? Почему? - Не знаю, но чувствую - нельзя! - Меня Наташей зовут. - Она протянула руку, и Савелий вдруг наклонился и поцеловал ее. - Ну что вы, зачем?
- Не знаю... все так делают, - смутился вдруг Савелий.
- Если бы все... - вздохнула девушка. - Странный вы какой-то! А может быть, вы и за границей бывали? - осенило ее. - Вы какой-нибудь язык знаете? - Не знаю... - растерялся он. - А какой? - Шпрехен эи дойч? Парле ву франсе? Ду ю спик ннглиш?
- Иес ай ду! Ай спик инглиш вери вел! - ответил он на чистом английском. - Ю спик инглиш?
- Ну, прикол! - воскликнула она. - Как в кино говорит! Нет-нет, я только эти фразы и знаю! - Она замахала рукой. - Просто с одним парнишей встречалась, а он спецшколу заканчивал, вот и нахваталась у него... А вы, случаем, не шпион? - подакнула Наташа. - Может, вас закодировали?
- А что такое "шпион"? И что такое "закодировать"? - простодушно спросил Савелий.
- Шпион - это человек, который работает на свою страну, находясь в чужой стране, а закодировать... Откровенно говоря, я и сама толком не знаю, что это такое. Чем-то воздействуют на мозг, и человек вспоминает то, что знал, только тогда, когда нужно тем, кто его кодировал... Кажется, так.
- Понятно... - задумчиво проговорил он. - Это как шифр в банке: откроет только тот, кто знает код! - неожиданно добавил он.
- Чертовщина какая-то: никак не пойму - то ли вы придуриваетесь, то ли действительно вспоминаете коечто...
- А на этот вопрос я пока не знаю ответа... - вздохнул с сожалением Савелий. - Кажется, я вам должен десять рублей? Вот вам двадцать пять, дайте еще три штуки.
- И куда вы пойдете? - спросила Наташа, протягивая завернутые в бумагу "хот-доги".
- Не знаю, Наташа, - задумчиво ответил он. - Правда, не знаю, - повторил он со всей искренностью, заметив ее недоверчивый взгляд.
- Вот что... - Чуть поразмыслив, Наташа оторвала клочок бумаги, вытащила из кармана карандаш и что-то написала. - Это мой телефон, позвоните, если нужна будет помощь. Мои родители сейчас на гастролях, они актеры, а мы живем с бабушкой.
- Хорошо, спасибо... - Он сложил бумажку и сунул в карман.
- Но как же мне вас называть? - А просто - Рэкс - не задумлваясь, ответил он. - Почему Рэкс? - Не знаю... Так хочется!
- Странное желание... Рэкс - похоже на собачью кличку!
- Рэкс в переводе с латинского означает - король! - Король? Как интересно! Но откуда вы это знаете? - спросила она подозрительно.
- Не знаю... Ладно, я пошел, а то вы итак слишком много уделили времени моей персоне, рискуете не продать оставшиеся "хот-доги". - Он протянул ей руку на прощанье. - Спасибо вам. - За что?
- За то, что научили меня говорить и слышать! - на полном серьезе ответил он, снова прикоснувшись губами к руке девушки, и медленно пошел прочь.
Наташа долго смотрела ему вслед, надеясь, что этот странный парень вернется или хотя бы обернется на прощанье. Но ни одно из ее желаний не свершилось, и она осталась в смятенных чувствах, противоречивых и непонятных. В какой-то момент ей даже начало казаться, что все ей пригрезилось и не было никакого странного незнакомца по прозванию Рэкс...
Савелий не лукавил и был вполне искренен, - когда благодарил свою новую знакомую. Как много он узнал о себе благодаря этой девушке! Он, как ребенок, обрадовался тому, что может говорить и слышать все окружающие его звуки, и жадно впитывал все новое вокруг. Странно, откуда он знает английский язык? Неужели Наташа права, и он приехал сюда из-за границы? Тогда кто же он по национальности? Он усиленно напрягал свою память, пытаясь найти хотя бы малюсенькую подсказку, но... А это странное желание назваться Рэксом... Куда это он бредет? Не все ли равно! Ему понравилась эта девушка, и он рад, что она дала свой телефон, но сейчас ему хотелось остаться одному. Голова буквально раскалывалась от копошащихся в ней мыслей и вопросов, на которые не находились ответы.
Странная встреча
Генерал Богомолов нервно ходил по кабинету из угла в угол, пытаясь хотя бы немного успокоить взвинченные нервы. А нервничать было от чего: он был вызван на беседу со спикером Верховного Совета. Встреча носила приватный характер и была обставлена с достаточной секретностью. Сейчас, анализируя все, что было связано с ней, Константин Иванович четко осознал, что встреча была тщательно спланирована и подготовлена. Если бы кто и решил следить за генералом Богомоловым, то никоим образом не смог бы догадаться, что он встречается с самим спикером.
Свое отношение к нему, генерал Богомолов определил давно, когда тот еще не был избран, спикером. Это был самовлюбленный, эгоистичный и деспотичный человек, умеющий скрываться под личиной простодушного и обаятельного миротворца, который и голоса-то никогда не повысит.
Константин Иванович не был националистом и ко всем национальностям относился ровно и спокойно, но иногда ловил себя на мысли о том, что южный человек, стоит ему добраться до власти - в семье ли, на работе, в дружбе, почти всегда становится настоящим деспотом, причем деспотом мстительным, который никому не прощает ошибок и считает непогрешимым лишь себя. А это страшно.
Константин Иванович разработал для себя классификацию всех людей по склонностям и характеру, по образу их звериной сущности: тот волк, тот лиса, а тот лев. И в этой классификации он сразу же отвел спикеру змеиную сущность. Этому человеку он никогда не смог бы довериться до конца и - всегда оставался бы настороже, даже при возникновении признаков дружбы.
Подчиняясь интуиции, своему "поводырю по жизни", Константин Иванович отобрал троих наиболее преданных сотрудников и поручил им постоянное негласное наблюдение за спикером. Не вдаваясь в подробности, он, оставаясь верным себе - не доверять до конца никому, приказал им вести наблюдение так, чтобы ни объект, ни его сотрудники ничего не заподозрили. Оперативную сводку наблюдений раз в три дня докладывать лично ему, но при экстренных ситуациях - в любое время. В случае обнаружения слежки сотрудники должны были сослаться на Богомолова и представить легенду о дополнительной охране спикера.
Отправляясь на встречу со своими друзьями (а они виделись, по крайней мере, раз в месяц), Константин Иванович, даже не предполагал, что эта встреча тоже подстроена и на ней он увидит не своих старых друзей, а спикера. Они разговаривали с глазу на глаз, и за эти сорок минут их никто не побеспокоил.
В первый момент он несколько растерялся, и это не ускользнуло от внимания второго человека в стране. И сейчас, вспоминая эти минуты, Богомолов поморщился. Хитрая улыбочка человека, довольного произведенным эффектом, маска доброжелательности и покровительственный тон - словом, все вызвало у него чувство брезгливости. Он ощущал себя так, словно побывал в серпентарии и даже прикасался к тварям.
- Ну, что уж вы так - улыбнулся спикер, вставая из-за стола и направляясь к генералу с протянутыми руками. - Боевой офицер, генерал Госбезопасности - и вдруг растерялся. Вы уж извините за такой сюрприз, но очень не хотелось привлекать к нашей встрече ненужного внимания. Здравствуйте, дорогой Константин Иванович! - Он покровительственно обнял и похлопал его по спине. - Присаживайтесь. - Он вдруг ехидно рассмеялся. - Тут как-то пришел ко мне один, и я ему: "Садитесь, дорогой!" А он мне в ответ с этакой обидой в голосе: "Я уже сидел!" Ничего, как считаешь?
Генерал, не зная что ответить, пожал плечами, но спикер и не ожидал ответа.
- Как видишь, тебе не предлагаю "садиться"! - сказал он, глядя генералу прямо в глаза, но тут же вновь рассмеялся. - Ладно, шутки в сторону. Ты догадываешься, почему я захотел с тобой встретиться?
Богомолов сразу отметил его ненавязчивый переход на "ты", и это ему было неприятно, но он решил занять выжидательную политику и сделал вид, будто ничего не заметил.
- Если откровенно, не догадываюсь. - Насколько тебя устраивает то, что происходит в нашей стране? - Спикер как-то хитро прищурил глаза.
Кажется, разговор пойдет прямой, подумалось Константину Ивановичу, здесь вряд ли удастся отделаться общими фразах. Конечно, он сразу понял, ради чего спикер решил встретиться с генералом Комитета государственной безопасности. Новый руководитель Комитета - сторонник Ельцина, а от "силового" министерства так просто не отмахнешься, вот спикер и решил потихоньку готовить надежные тылы. Кое с кем из ведомства он уже встречался, и Богомолову было известно об этих встречах, а одну просто удалось записать дословно. И хотя весь разговор состоял из полунамеков, полушуточек, ни к чему всерьез не прицепишься, но смысл был совершенно ясен - поиски "своих" людей.
Никогда еще не было так трудно Богомолову: нужно было моментально принимать решение, а не хотелось. Для себя он уже давно решил, что ни при каких обстоятельствах не примет сторону спикера: он не был симпатичен генералу. Однако и решительный отказ может осложнить не только лично его жизнь, но и ситуацию "при дворе". И все-таки нужно прикинуться "ванечкой" и потянуть время, если удастся. - Каждого честного и порядочного человека не может устраивать то, что происходит в нашей стране! - с каким-то вызовом ответил Богомолов.
- Отлично сказано. Костя! Ты не возражаешь, если я так буду обращаться к тебе? Ведь я считаю тебя своим другом.
- Пожалуйста, - без эмоций ответил он. - Ты погляди, до чего довели нашу бедную Россию! - воскликнул с пафосом спикер, и Константину Ивановичу показалось, что тот либо пьян, либо "укололся": уж слишком нездорово блестели его глаза.
Спикера действительно "несло": он витиевато и нудно говорил прописные истины, обвинял всех и вся в развале экономики, государства, "радел" за "сирых и убогих", "наших бедных россиян". С трудом удержался генерал Богомолов, чтобы не задать ему вопроса: "А почему вы, господин спикер, не говорите о своем участии в этих бедах?" Можно подумать, что он сам до момента избрания "главным депутатом" проживал на другой планете или, в лучшем случае, в другой стране. Но Константин Иванович ни разу не прервал его и, как оказалось, поступил правильно: вконец запутавшись в своих выводах и обвинениях, спикер стал уставать, а может, действие "допинга" иссякло. Так или иначе, он прекратил разглагольствовать и некоторое время молча смотрел на собеседника, как бы пытаясь определить, пришшает он его позицию или нет.
Богомолов не прерывал молчания. Его взгляд не выражал никаких эмоций - за долгие годы службы в Органах он научился владеть собой - и сановный собеседник, вероятно, решил, что сумел завладеть душой и телом нужного ему человека.
- Что же, дорогой Константин Иванович, я доволен нашей встречей, как, думаю, и вы, - полувопросительно подытожил он. - Надеюсь, что в решительный для нашей страны и для нашего народа момент вы займете верную позицию и правильно определите, кто вам друг, а кто враг! - Он серьезно, в упор посмотрел в глаза генералу, и тут уже надо было что-то отвечать.
- Об этом вы твердо можете быть уверены - решительно и с некоторым пафосом воскликнул генерал.
- Другого я от вас и не ожидал, - просиял спикер. - И знайте, переломный момент очень скоро наступит! - торжественно, но устало добавил он и встал с кресла. - Всего доброго.
Было от чего нервничать и переживать: интуиция не подвела и на этот раз, он был уверен, что времени для раздумий совсем не осталось - в любой момент оппозиция перейдет к решительным действиям. Какими они будут, он не знал, но мог предположить самое худшее - военный переворот. Что же ему делать? Он прекрасно понимал, что без фактов ему не поверят, и не только не поверят, но рассмеются прямо в глаза. А может быть, он напрасно так паникует? Может быть, все "решительные действия" оппозиция заключаются в открытых выпадах с трибуны парламента? Чточто, а поговорить наши парламентарии умеют: хлебом не корми - дай побалабонить. И генерал Богомолов решил, что в данный момент лучшим действием с его стороны - будет бездействие.
Современный Франкенштейн
Бывший товарищ Богомолова по партии и коллега по Органам Аркадий Сергеевич Рассказов также расхаживал из угла в угол по своему роскошному кабинету в компьютерном центре. Полученные им из Москвы данные были неутешительными - несколько человек, завербованных его агентами, попались на взятках, и новые люди, возглавившие правосудие, вцепились в них мертвой хваткой. Рассказов понимал, что подступиться к ним пока совершенно нереально. Такова природа человека: получив мало-мальскую власть и возможность вершить человеческими судьбами, он хочет казаться (даже себе) честным, волевым, бескомпромиссным и неподкупным. Должно пройти хотя бы немного времени, чтобы отлаженная система подчинила нового чиновника своим правилам. Кто-то сопротивляется дольше, кто-то ломается сразу - все зависит от характера, но мало кто выстаивает, такие, как правило, подают в отставку.
Так что пока о своих подопечных можно забыть и дожидаться того момента, когда новые Генеральный прокурор, министр внутренних дел и министр юстиции вольются в систему, сложившуюся за более чем семь десятков лет.
А эти болтуны... Сколько было обещаний, только помоги им... А сейчас, забравшись в депутатские кресла, ни о чем, кроме своего материального благополучия, говорить не хотят. Синдром "нахапать, пока у кормушки" заменяет разум и благоразумие. Сволота, можно подумать, что они мало получили от его людей. Как же можно быть такими твердолобыми и не понимать, что так нахапать на всю жизнь не удастся, а завоевав авторитет у масс, их доверие, можно долгие годы держать руку на вентиле и самому открывать или закрывать его для других, не забывая, разумеется, себя и своих близких.
Нет! Ни одно государство мира, будь оно вдесятеро сильнее военной мощью, не сможет завоевать и покорить Россию. А если он, Рассказов, ошибается и кто-то ее сумеет завоевать, то и полгода не сможет управлять ею и сбежит оттуда, проклиная лень, час, минуту, когда решился пойти против России. Какой разумный западный человек может поверить, что долгие годы "бизнес по-русски" был жизненной правдой, воплотившейся позднее в анекдот: "Своровать ящик водки, продать, а деньги - пропить!" Какому фермеру на Западе придет в голову дожидаться, когда "сверху" спустят приказ - собирать урожай или подождать, сеять пшеницу или огурцы. Или как понять западному руководителю какого-нибудь российского директора, который всеми правдами и неправдами выбивает для своего завода заниженный план, выполняет его, получает мизерные премиальные, вместо того чтобы наладить производство так, чтобы товарооборот продукции многократно увеличил заработки как рабочих, так и руководства.
Но все это может случиться, если там, где руководят этим директором, будут думать не о своих креслах, а о работе, о людях. Снова все упирается в систему. И пока жива эта система, отработанная коммунистами, в этой стране ничего нельзя будет перестроить. Для этого нужно долгие годы беспощадно ломать систему, отстранять от руководства бывших партийных деятелей, причем не только верхушку, но и до самого низу. Только тогда может что-нибудь получиться и новое поколение станет жить лучше, чем их родители.
Вот такие светлые мысли были у бывшего кагэбэшника и коммуниста Аркадия Сергеевича Рассказова, потомка русских дворян. Мысли мыслями, а он хочет жить сейчас, хочет получать что-то сам, и потому он никогда и никому не открывал своих истинных намерений: прийти к власти и стать своеобразным царем для русского народа. Он был уверен, что сумеет не только удержать власть в своих руках, по и сделает все, чтобы "русскому мужику" стало лучше жить. Для этого не нужно брать иностранной помощи и снова залезать в кабалу к западным странам. Россия богата своими ресурсами. И для того, чтобы народ жил лучше, необходимо разумно их использовать. А сытый, обутый и одетый человек воевать и скандалить по пустякам не будет.
Рассказов понимал, что от мечты взойти на "российский престол" до ее воплощения не рукой подать, нужен поэтапный подход. Потому-то он и решил после провала августовского путча внедрить своих людей в парламент, подобраться ближе к Верховному Совету. И чего же он добился? Одни, кроме болтовня, ничего не умеют или не хотят, другие сидят под следствием. Трудно стало работать в России, ох трудно! Раньше можно было прогнозировать каждый шаг: этому нужно дать столько для решения вопроса, а этому столько, а третьему и простого звоночка сверху будет достаточно. А сейчас... Вроде бы простой вопрос: подыскать хорошее здание для выгодного Москве совместного предприятия. Есть деньги на покупку или долгосрочную аренду, есть здание, которое готовы отреставрировать за свой счет, но... Заверил один, что все будет в полным порядке и назвал открыто сумму взятки, которую тут же получил. Шли недели, месяцы, а он продолжал заверять, что все будет в "полном порядке", пока, в конце концов, не сказал, что есть еще один человек, от которого все зависит. Со вторым важным "господином чиновником" повторилось все с точностью до слова, с одной лишь разницей - на порядок повысилась сумма взятки.
Когда Рассказову доложили об этом деле, он прошелся матом по "тупоголовым бюрократам" из России. Нет, ему не было жаль потраченных средств, он был готов заплатить в десять раз больше, но... Здесь, на Западе, есть различные гарантии, которые заставляют соблюдать правила игры. Есть официальные: суды, прокуратура, полиция, наконец. Есть неофициальные: не выполнил обязательства - отвечай своими квартирами, дачами, машинами, родственниками и своей жизнью. Каждый человек должен быть ответственен за свои поступки и слова.
В дореволюционной России было такое понятие - "купеческое слово". Тогда не нужно было бежать к нотариусу, чтобы зафиксировать сделку или обещание - достаточно было слова. И не дай Бог кто-то не сдержит своего слова! Оно было синонимом чести! И невыполнивший своих обязательств мог ставить крест на своей карьере. Он сразу становился изгоем в обществе, его бойкотировали и презирали.
Аркадий Сергеевич решил пойти двумя путями для врастания в структуры власти: помогать оппозиции финансами и людьми, постепенно заставляя ее выполнять свою волю, а также подобраться к тем, кто сейчас стоит у власти. Как говорил Христос: "Пусть бросит в эту женщину камень первым тот, кто сам безгрешен!" Никто, разумеется, не бросил. Нет такого, кто был бы стерилен во всем! Значит, нужно выискивать человеческие слабости, ошибки, просчеты, а порой и грешки.
Когда тайные пороки человека делаются явными для другого, он становится беззащитным и с ним можно делать все, что угодно. Он будет готов пойти на любую мерзость, лишь бы скрыть правду о себе. И чем выше стоит такой человек на социальной ступеньке, чем больше он может потерять, тем на большую мерзость он может пойти. Конечно, в бывшей стране Советов репутация - понятие весьма растяжимое, и нравственные пределы определяются совсем по другой шкале, нежели на Западе, но...
Рассказов, имея точную и полную информацию о том, что происходит в самых верхах власти в России, прекрасно понимал, что провал августовского путча девяносто первого года был запланирован. Он нужен был, чтобы отвлечь россиян от насущных проблем и набрать политические очки для будущей борьбы на выборах. Рассчитано было точно: все, кто "грудью стоял у Белого дома" и имел достаточно возможностей доносить свой "клеймящий голос" до народа, легко "прошел в депутаты". Нет, правильно говорил Петр Великий, когда ему предлагали выгнать проворовавшихся чиновников: новые будут воровать еще больше, а эти уже что-то наворовали. России нужен царь или диктатор. Конечно, вздохнул Рассказов, Сталин был еще той сволочью, но во времена его правления воровали намного меньше и уж во всяком случае никогда не афишировали это. Не то чтобы боялись "вождя всех народов", хотя и это было, а интуитивно понимали, что нельзя у народа отнимать Веру в честность и непогрешимость коммуниста. Ведь за всю советскую историю не был судим ни один коммунист! Ни один! Если член партии на чем-либо попадался и ему грозил суд, его мгновенно исключали из партии! На любом уровне! Так поддерживался миф о честности коммуниста, его неподкупности, верности партии и долгу.
Хорошие были времена! Рассказов вздохнул и придвинул к себе листок с фамилиями. Этот список готовился несколько месяцев по данным из разных источников. В нем были фамилии людей, обладавших хотя бы какимто реальным весом в правительстве России. Причем каждая фамилия тщательно анализировалась, прежде чем попадала в окончательный список. Главным же было наличие у человека чего-то такого, на чем можно было сыграть и заставить его выполнять правила его, Рассказова, игры. Да, он шел на самый настоящий, неприкрытый шантаж. Отличная штука, между прочим: почти всегда действует безотказно.
Просмотрев внимательно список, где напротив каждой фамилии давались краткие сведения о депутате, - должность, специальность, возраст, семейное положение. Аркалий Сергеевич посетовал на то, что в нем почти нет фамилий высоких чинов из министерства обороны. Он понимал, что министерство обороны является одним из "силовых" министерств и иметь там своего человека очень важно.
Понимал он и то, что найти "своего" в таком министерстве очень непростая задача: все люди на виду, все тщательно "просеяны". Новоиспеченный министр, прошедший "Афган" и ставший там Героем Советского Союза, поступил так, как поступил бы и сам Рассказов, заняв кресло министра: отправил на пенсию почти всех генералов, которые, как говорится, усыпали сзади себя пол песком, и набрал новых, среди которых преобладали его соратники и друзья по войне в Афганистане. Рассказову приходилось встречаться и бывшими "афганцами", и он знал им цену, хотя и не мог их понять. Они были словно вылеплены из другого теста. И казалось, обходились в жизни только двумя цветами: черным и белым. Они имели своеобразные понятия о честности и чести.
Взять хотя бы того же Савелия Говоркова - Бешеного, Рэкса, Тридцатого... Что он видел в своей не очень длинной жизни? Детдом, армия, спецназ, война в Афганистане, ранение, тюрьма, побег, тайга, снова Афганистан, ранение, плен, снова побег, нищенское существование за границей, возвращение на Родину, которая его снова бросила в бой... Казалось, Рассказов почти наизусть знал биографию Савелия Говоркова. Жизнь, наполненная сплошными приключениями, порой смертельно опасными. И что же? С точки зрения Аркадия Сергеевича, Савелий должен был принять его условия игры. Его - Рассказова! А он, пройдя такие испытания, столько раз столкнувшись с предательством, получив по зубам от своей Родины, продолжает нести в себе преданность своей гребаной стране. Продолжает во что-то верить. Господи? Да откуда у этого взрослого ребенка такая вера?
Рассказов вышел из-за стола и снова стал нервно вышагивать по кабинету. Нет! Здесь какая-то игра? Не может человек нести в себе такой заряд нравственности и жизненной силы, не может!
Он решил бросить вызов ему, Рассказову?! Решил внести путаницу в его мысли, в его годами выстроенную систему оценки любого человека? Не выйдет! Он подомнет под себя Савелия Говоркова! Будь он хоть трижды Рэксом!
Черт бы его побрал, этого проклятого Говоркова! Рассказов уже давно заметил, что стоит о нем подумать, как тут же настроение портится. Была задета его профессиональная гордость, его внутреннее "я", а этого он простить не мог! Говоркова нужно найти во что бы то ни стало. Он уже распорядился сразу доставить Савелия к нему. А здесь есть много средств заставить его не только от Родины отказаться, но и от самого себя! Рассказов зловеще улыбался: совсем недавно ему удалось завербовать одного из медицинских светил. Этот человек был долгие годы так строго законспирирован, что о нем не было известно даже родной матери. Не один десяток сотрудников ФБР охраняли его круглосуточно. Этот человек являлся одним из основных авторов разработки биосенсорного воздействия на мозг человека. И легенды о "зомби" воплотились в жизнь.
Генерал Рассказов слышал об этих опытах давно, когда еще работал в Комитете госбезопасности, и давно мечтал о чем-то подобном, но все никак не удавалось подобраться ближе к этим разработкам. И вдруг такая удача! Именно удача! Никакой заслуги его или соратников не было: вмешался Господин Случай! А случай находит только тех, кто его ищет! Как бы там ни было, ученый согласился работать на Рассказова, и им удалось разработать безотказную систему связи между собой. В глубине души Рассказов немного побаивался этого человека: тот мог запросто и его закодировать, подчинить себе... Сначала он скептически относился ко всему этому, но Франк - именно такую кличку дал ему Рассказов, уменьшив фамилию Франкенштейн, - сам предложил продемонстрировать свое изобретение, если господин Рассказов предоставит ему "ненужный материал".
Выяснив, что под "ненужным материалом" подразумевается человек, которого никто не будет искать, который никому не нужен. Рассказов поручил своим "амбалам" быстро привести такого человека.
Когда такого доставили. Франк удалился с ним на пять минут в другую комнату, прихватив свой портфель, а когда они вернулись, то Франк шепотом объяснил Рассказову, что произойдет: стоит произнести этому сорокалетнему мужчине условную фразу, и он выполнит все, что от него потребуют. Он "вложил" ему три установки на три действия: на убийство любого, кого назовет тот, кто произнесет условную фразу; на любую команду и на самоубийство.
Франк предложил Рассказову самому испробовать испытуемого и написал на листочке бумаги три условные фразы. Недоверчиво усмехнувшись. Рассказов взял листок в руки и сказал фразу, после которой мужчина повернулся к нему и, бесстрастно глядя перед собой, замер в ожидании. Рассказов приказал ему раздеться догола и порвать свою одежду. Тот быстро и четко выполнил приказание, а его глаза оставались такими же холодными и безразличными, как и ранее. Генерал подумало том, что выполнить предложенное им несложно, и неожиданно Франк, словно читая его мысли, улыбнулся и сказал, что для избавления от сомнений нужно приказать испытуемому невозможное.
Рассказов немного подумал и решительно произнес условную фразу, направленную на самоубийство. Мужчина осмотрелся вокруг, сначала не было понятно для чего. Его взгляд остановился на окне, он быстро подошел к нему, выглянул.
Аркадий Сергеевич недоуменно посмотрел на Франка. - Наберитесь терпения, господин Рассказов! - улыбнулся тот. - Он ищет оптимальное решение для исполнения вашего приказа.
- Он что, не слышит нас? - шепотом спросил Аркадий Сергеевич.
- Слышит, но не реагирует. Более того, если вы сейчас скажете ему, что он не должен выполнять ваш приказ, он не послушается!
- Как? Даже я сам не смогу отменить свой приказ? - удивился Рассказов.
- Можете, если в испытуемого будет заложено кодовое слово или фраза на отмену команды. В этот раз я не вложил такой код потому, что этот человек не подготовлен для какого-либо вашего задания, а значит, не представляет совершенно никакой ценности, - ответил Франк. В его взгляде было что-то садистское, а может, Рассказову это только показалось.
Тем временем испытуемый не удовлетворился тем, что увидел из окна, и остановился на толстом шнуре, при помощи которого закрывались шторы. Он быстро сорвал его, сделал петлю, взбежал по лестнице, ведущей на второй этаж, привязал к перилам шнур, накинул петлю себе на шею и быстро, словно выполняя обычный прыжок, спрыгнул вниз. Рассказов даже опомниться не успел, как раздался страшный хруст: от веса тела у обреченного разорвались шейные позвонки, и все кончилось моментально.
Несколько минут Рассказов стоял в оцепенении, не в силах ни заговорить, ни пошевелиться. Потом медленно подошел к висящему телу и покачал головой: ему стало немного жутковато от того, что произошло на его глазах. С Франком нужно быть предельно осторожным, решил он для себя, и быстро повернулся к нему, совершенно придя в себя от шока.
- Впечатляет! - Он улыбнулся, подошел к Франку. - Поздравляю? Вы действительно гений!
- Ну что вы, господин Рассказов! - неожиданно засмущался тот, довольный похвалой. - Скоро это сможет лелать любой рядовой врач!
- Когда это еще будет... - Рассказов подошел к бару. - Что будете пить? - Виски с содовой, если можно. - Дорогой Франк, - Рассказов протянул ему хрустальный бокал, - как я понял из эксперимента, любого человека можно закодировать на какие-то разовые исполнительные функции. А можно ли с помощью вашей системы заставить его изменить свой внутренний мир, сделать... как бы это точнее выразиться...
- Вы имеете в виду заставить его совершить переоценку ценностей? Возненавидеть то, что он раньше любил, и полюбить то, что ненавидел? Я правильно понял ваш вопрос?
- В который раз вы удивляете меня! - усмехнулся Рассказов.
- Это как раз то, над чем мы сейчас и ломаем голову, - пояснил Франк. - Результаты есть, но окончательных гарантий пока дать невозможно: такое воздействие на каждом испытуемом сказывалось по-своему. Но... - Он развел руками. - Мы ищем! - За ваши успехи! - поднял бокал Рассказов. - Ваше здоровье!
Страшная находка
Несколько дней прошло с тех пор, как Савелий познакомился с симпатичной продавщицей. Все его попытки вспомнить хоть что-нибудь из своего прошлого ни к чему не привели. Он замкнулся, ушел в себя и был совершенно безразличным ко всему, что происходило вокруг. Его угрюмый и молчаливый вид не располагал к симпатии со стороны окружающих, да он и не стремился к тому, чтобы допускать кого-то к своей душе, к своим мыслям. Приткнувишсь к бомжам, он принял предложение ночевать в их "нижнем отеле". Так они окрестили подземные шахты, по которым проходили трубы теплоцентрали города. Бомжи обосновались в коллекторе, откуда в разные стороны разбегались трубы.
Это помещение напоминало небольшую комнату. Натаскав с разных свалок матрасов и спинок от сломанных диван-кроватей, они соорудили довольно удобные спальные места человек на десять.
Оказавшись там в первый раз, Савелий, толком не спавший двое суток, моментально уснул. Однако спать ему долго не пришлось - он вскочил от ощущения, что по его телу кто-то бегает. Тусклая лампочка с трудом освещала их помещение, но Савелий увидел, что его разбудило: крысы - огромные, чуть не полуметровые твари - спокойно разгуливали по "постелям", совершенно не обращая внимания на Савелия.
- Ничего, постепенно привыкнешь! - отозвался пожилой мужчина, точный возраст которого невозможно было определить. - Это наша охрана. Мы их подкармливаем, и они нас не трогают, да и нездешних своих сородичей отгоняют. Так что ложись и не сумлевайся: не тронут!
- Так они ж по мне бегают! - зло бросил Савелий. - Ну и правильно! Новый человек пришел, нужно же им познакомиться с тобой! Брось им что-нибудь пожрать и станешь для них своим. Они, как и всякая Божья тварь, ласку и внимание понимают. И не только понимают, но и помнят гораздо лучшее чем человек. Крыс-то нечего бояться: они смирные и верные. Человека бойся! Самая неблагодарная и злая тварь на свете. Только человек сжирает себе подобных!
- Как сжирает? - удивился Савелий. - Это я так, иносказательно. Сжирает, в смысле убивает! Назови хоть одну породу зверей, которая бы охотилась на своих сородичей. Нет, не назовешь! - Мужичок поднялся и сел, опершись спиной о стену. - Что-то сон сегодня не приходит. - Он вздохнул, вытащил из кармана пачку дешевых сигарет, не торопясь, достал одну, чиркнул спичкой и с удовольствием затянулся. - Самое ненужное удовольствие на земле! - кивнул он на сигарету. - И здоровье себе отравляешь, и кашлять начинаешь, а продолжаешь смолить... - Он снова затянулся. - Вот я и говорю: и звери одной породы меж собой скандалят, но только по двум причинам: из-за пищи, если ее мало, и из-за самки. Но эти споры никогда не оканчиваются смертью: слабый уступает и уходит, чтобы поискать пищу или самку в другом месте. И уж никогда не вздумает мстить обидчику.
- Мстить обидчику... - задумчиво проговорил Савелий.
В его глазах было что-то такое, из-за чего собеседник покачал головой.
- Странный ты какой-то, паря! - Он притушил окурок и сунул его назад в рачку. - За семь лет своего "бичевания" я многих повидал: убогих телом, душой, обиженных на людей, на жизнь, на власти... Словом, каждый в душе нес хотя бы какую-то обиду, которая и заставила уйти в мир. Возьми меня, к примеру, как-никак четыре курса Бауманского, это тебе не хухры-мухры! Престижный вуз. - Он горестно вздохнул. - Педагоги говорили: очень перспективный молодой человек! Уже на первом курсе такой реферат состряпал, что завкафедрой ахнул... Да что говорить! - махнул он рукой. - И что же случилось?
- Что могло случиться с таким, как я? Без роду, без племени, приехал из глубинки России... Кто такой? Откуда? Кто его родители? А все мои данные умещались в пару строчек: "родителей нет, проживал по дальним родственникам да по соседям". Очень уж мальчик стремился к знаниям! - Он вдруг хихикнул и полез к краю "кровати", вытащил бутылку водки, на четверть отпитую. - Ух ты, моя хорошая! - Чмокнул ее и ласково погладил. - Глотнешь?
- Давай, - пожал плечами Савелий. - Ты действительно странный тип: в твоих глазах я все время вижу безразличие, а это очень опасный симптом для молодого еще человека. Можешь поверить мне как старшему. Тебе сколько? - Не знаю... - Не знаешь или не помнишь? - Какая разница, когда не можешь ответить. - С одной стороны, никакой, а если глубже взглянуть, то может оказаться существенной... - Он сделал несколько больших глотков, зажевал куском хлеба, затем протянул бутылку Савелию.
Савелий глотнул пару раз и даже не поморщился, отказавшись от хлеба.
- Силен, нечего сказать! - Мужик покачал головой, подхватывая бутылку. - Мне уже шестой десяток стучит... - Он глубоко вздохнул. - Проскочила жизнь, как свисток паровоза. И пожить-то не успел как следует. Так вот, люди вокруг завистливые, не выносящие чужого успеха. А у нас курс был привилегированный: сыночек одного из секретарей партии учился, будь она неладна! Фамилию, правда, уже запамятовал, громкая такая, известная, ну и не понравилось этому сыночку, что какой-то там периферийный мальчик лучше его по всем статьям. Ну и пошло-поехало: то выговор, то взыскание... Другому даже и не заметят, а мне - как бы побольнее. Ну и не выдержал я - сломался!
- Сыночку вмазал?
- Если бы, - жалобно вздохнул тот. - Кабы врезал, то сейчас бы ни о чем не жалел! - гордо пояснил он, снова хлебнул из горла и предложил Савелию, но тот отказался. - Как хочешь... К ней припал. - Мужик кивнул на бутылку. - К ней, родимой! С тех пор почти и не просыхаю. За редким исключением, когда на больничную койку угораздит, а пару раз и в ЛТП отдыхал. - ЛТП?
- Тебе повезло, что не знаешь, - ухмыльнулся мужик. - Лечебно-трудовой профилакторий! Алкоголиков, короче, там лечат. Что твоя тюрьма! Те же решетки, охрана... Только и различие, что судимости нет. За это время все и подрастерял: родных, семью, дети отказались... Бог им судья! Я тут давеча, когда про тебя услышал, позавидовал даже. Да-да, не усмехайся. Позавидовал! Думаю, вот бы и мне, как этому мужику, тебе, в смысле, память бы отшибло. Чтобы ничего не помнить из своего прошлого. Класс! - Он восхищенно причмокнул и снова отпил. - Возможно, жизнь бы повернулась на все сто восемьдесят!
- А я бы многое отдал, чтобы узнать о своем прошлом. Кто я? Откуда? Зачем на свет появился? - Савелий начал говорить тихо, но с каждым словом все повышал и повышал голос.
- Как тебя забрало! На, выпей, может, полегчает. - Его собеседник вновь протянул бутылку.
Савелий на этот раз взял, скорее машинально, сделал несколько глотков, заставив поволноваться хозяина водки, испугавшегося, что ему больше не достанется. Он успокоился, когда получил бутылку назад. Допил остатки и аккуратно поставил пустую посуду на цементный пол.
Крякнув от удовольствия, а может, и от сожаления, что бутылка оказалась такой маленькой, он повернулся к Савелию:
- Вот что я тебе скажу, паря: коль ты так хочешь все вспомнить, то заставляй свой мозг работать. По своему примеру знаю, начну что-нибудь вспоминать и не могу, а мозги не отпускают, продолжают пахать даже ночью и в какой-то момент выдают информацию. Так что, уверен, и ты все вспомнишь... - Неожиданно он запел - видно, водка взяла свое: "Протопи ты мне баньку по-белому... Я от белого света отвык... И меня... та-та-та... угорелого..." - Голос у него был странно-грустным, пел он очень проникновенно и вдруг заплакал: - Сволочи, какого парня загубили! К черту все! Пойду я, напиться хочу, чтобы не думать и не вспоминать ни о чем! Все в мире суета сует!.. Ты со мной или остаешься?
- Остаюсь, поспать хочется... - Отозвался Савелий и стал укладываться.
- Ну, как знаешь... - Он медленно пошел к выходному люку, покачиваясь из стороны в сторону, потом остановился, повернулся к Савелию и сказал ни с того ни с сего: - Меня, между прочим, Сашкой зовут. Это я так, если что... Сашка-бомж! Бывай, земляк!
Савелий долго смотрел ему вслед, пока тот не скрылся в темноте тоннеля. Странный мужик, подумалось ему, и он усмехнулся: полное совпадение - он Сашке показался странным, а Сашка ему. Каждый рассматривает другого со своей колокольни, со своей точки зрения. Неожиданно Савелий понял этого мужчину и дал ему точную характеристику: надломленный жизнью человек! Потерявший веру во все: в близких, в знакомых, в страну, где живет, даже в самого себя. А потерять веру в себя - это страшно!..
Чем-то вэбередил ему душу этот разговор, задел в нем какие-то струны, и потому сон прошел окончательно. И песня, которую пел Сашка-бомж... Он знает эту песню, точно уверен, что слышал раньше эти слова.
Савелий напоминал золотоискателя, собирающего золотые песчинки, которые позднее сольются и образуют какую-нибудь форму. Сашка-бомж прав, ему постоянно нужно думать и напрягать свой мозг, заставляя его постепенно выдавать все, что было в его прошлом. Может, напрасно он не пошел вместе с Сашкой: сейчас ему хотелось поговорить, неважно о чем, а с этой мертвоспящей парочкой не поговоришь - пожилые, лет под семьдесят, глухонемые, брошенные всеми люди. Они живут в своем мире и, вероятно, немало выстрадали, но даже у них есть воспоминания, которых лишен он, Савелий.
Савелий вдруг подумало Наташе. Захотелось увидеть ее глаза, услышать ее певучий и добрый голос. Поговорить с ней, рассказать, что его мучает, о чем он постоянно думает. Собственно, что ему мешает? Вот телефон, который она сама предложила, автомат тоже несложно найти... А что, сейчас возьмет и позвонит! Возьмет и позвонит! Савелий решительно поднялся и пошел к выходу. Он впервые был здесь, но шел уверенно, словно путь был привычным, сам не понимая, как он смог так быстро запомнить его в довольно сложном подземном лабиринте.
Проходя один поворот, он, как и тогда, когда шел сюда, почувствовал тошнотворный запах. Этот запах ему был знаком, хотя он и не знал откуда. Было совершенно темно, но он шел уверенно, ориентируясь только по запаху. Через несколько десятков метров запах стал настолько нестерпимым, что он понял: добрался до места. Он чиркнул спичкой и огонь выхватил из тьмы мешок: зловоние исходило именно из него.
Оглядевшись, Савелий подхватил какую-то палку, обмотал ее тряпкой, оторванной от этого мешка, поджег ее. Затем брюзгливо начал разворачивать мешковину. Вскоре тусклое пламя импровизированного факела высветило что-то белое, и это что-то оказалось человеческим телом. Савелий не испытал страха при виде начавшего разлагаться трупа молодого мужчины. Ему сразу бросилась в глаза рана с левой стороны груди. По его поразило, что у парня был отрезан член. Бедняга, подумалось ему! Он почему-то был уверен, что парня оскопили еще живым. Скорее всего месть стала причиной его смерти.
Савелий снова огляделся и вдруг увидел изящный продолговатый предмет, поднял его и уверенно нажал на кнопку. Раздался щелчок и в свете факела блеснуло стальное лезвие. Как же они так оплошали, подумал он, - оставить такую улику рядом с трупом... На ноже даже осталась кровь, напоминавшая ржавчину. То ли небрежность, то ли уверенность в своей безнаказанности. Скорее всего и то, и другое.
Савелий тщательно обтер нож тряпкой и сунул в карман - красивая и нужная вещь, "в хозяйстве пригодится". Он вдрут подумал о том, что этим ножом был убит человек. И неважно, была ли в чем его вина, может, он и заслуживал смерти, но Савелий был уверен, что человек сам не имеет права чинить расправу! Не имеет! Должен быть суд, виновный должен иметь возможность оправдаться, защититься! Савелий вдруг со злостью сплюнул на сырой бетонный пол. Перед глазами встал тот подонок, что приставал к Наташе. Здоровенный такой бугай, и она, нежная, тонкая и беззащитная. Не окажись он рядом, неизвестно, чем бы все кончилось. Таких убивать сам Бог велел!
Ну, вот, договорился, нечего сказать! Выходит, нельзя все расставить по полочкам, невозможно быть со всеми одинаково ровным. Выходит, в каждом конкретном случае нужно подходить индивидуально и поступать по-разному. По-разному... Савелий покачал головой: совсем запутался. Поступать по-разному!? Но как определить, что ты не допускаешь ошибки? Кто даст гарантию, что ты сам не ошибаешься?
Ему (неизвестно откуда он слышал эту древнюю мудрость, да еще по-латыни) вдруг вспомнились слова: "Эраре гуманум зет" - "Человеку свойственно ошибаться". А значит, коль скоро судьи тоже люди, то и они могут ошибаться... Какой-то замкнутый круг получается: преступники должны быть наказаны, а определить степень их вины должен - человек, который сам может допустить ошибку! Так что же, не судить? И каждый судья должен быть высокопорядочным, честным и беспристрастным и судить должен сообразно своим убеждениям и понятиям. Вот и выходит, что каждый человек может быть судьей. Может-то может, но имеет ли право? Вот в чем вопрос...
Квартира Наташи
Так, размышляя, Савелий добрался, наконец, до телефона-автомата. Как ни странно, трубка не была оторвана и тут же отозвалась длинным гудком, едва он снял ее с рычага. Савелий быстро набрал номер.
- Да, вас слушают! - услышал он знакомый голос, и его сердце заколотилось.
- Наташа, это ваш новый знакомый... - с трудом преодолевая волнение, отозвался он.
- Знакомый по имени Рэкс? - ома проговорила это как-то неуверенно, и ему было непонятно, рада она звонку или нет. - Я уж всякое терпение потеряла, нехороший вы человек! Как же так можно? - ее голос дрожал.
- Простите, Наташа, я не пони... - растерянно начал он, но девушка тут же прервала:
- Он не понимает, видите ли! Столько времени прошло, я вся испереживалась! Хотела уж в милицию обращаться, да остановило то, что вы тогда на это слово странно среагировали. Нельзя же так! - тихо добавила Наташа.
- Наташа, я очень прошу меня простить: не думал, что будете так переживать за меня... - Он действительно был удивлен и сейчас не знал, как себя вести. - Я несколько раз порывался позвонить, но в последний момент передумывал. Правда, один раз все-таки позвонил, но услышал, видимо, вашу бабушку и...
- Дал деру? - Она вдруг рассмеялась. - Бабушка мне говорит: позвонил какой-то твой ухажер и молчит. Я ему "алло, алло", а он посопел-посопел, да и положил трубку! - Она так смешно изобразила свою бабушку, что Савелий очень легко представил ее и весело рассмеялся.
- Вы сейчас заняты, Наташа? - осторожно проговорил он.
- Да... разговором с вами! - В ее голосе он услышал иронию, и ему вдруг стало хорошо и тепло. - А потом? - не унимался он.
- Господи! - воскликнула Наташа. - Вы где сейчас?
- Недалеко от Старого Арбата... - Прекрасно! Значит, так: садитесь на "букашку" и доезжайте до Маяковки. На остановке, сразу за мостом я встречу. Идет?
- Еще как! - воскликнул радостно Савелий. - Лечу! - Он хотел уже положить трубку, но тут же воскликнул. - Ой, Наташа, подождите, забыл спросить: что взять по дороге? - Вы что, еще кредитоспособны? - Да есть еще немного! - усмехнулся он. - Ничего не нужно, все есть! - ответила она сразу, но тут же удивленно спросила: - А почему вы решили, что я вас к себе приглашаю?
- Так показалось, - откровенно признался Савелий. - Ну и хорошо! - решительно сказала Наташа. - Вам правильно показалось: мне никуда не хочется, решила вас домашним угостить! - А вы не боитесь? - Чего? - усмехнулась девушка. - Ну... вдруг я действительно иностранный шпион! - Значит, так тому и быть: буду вас перевербовывать! - в тон ему сказала она. - Все, жду!
В трубке послышались короткие гудки, и Савелий осторожно повесил ее на рычаг. Он чувствовал какую-то легкость, нежность. Как хорошо, что он позвонил! Он едва не бегом устремился к остановке. На троллейбус он не успел и тут увидел лоток, где продавались роскошные розы. Выбрав пять красных, он аккуратно взял букет и стал ждать троллейбуса, думая о предстоящей встрече с понравившейся ему девушкой. Когда Савелий подъехал, Наташа уже стояла на оста
новке. Она выглядела совсем по-другому, чем в день их знакомства. Волосы на этот раз были не сколоты, а спадали на плечи, развеваясь под легким ветерком и захлестывая иногда лицо, несмотря на ярко-красную ленту, повязанную вокруг головы. Высокие каблучки таких же ярко-красных туфелек подчеркивали ее длинные и стройные ножки. А красное платье с редкими белыми полосками, плотно облегающее ее красивую фигурку, удивительно шло ей.
Савелий вышел из троллейбуса и остановился, пораженный этой прекрасной девушкой. Довольная произведенным эффектом, Наташа и сама была приятно удивлена, когда увидела в его руках роскошный букет.
- Вы угадали: розы мои самые любимые цветы! - восхищенно проговорила она и вдруг чмокнула Савелия в щеку. - Они просто прелесть! Спасибо вам... - она чуть запнулась, не решаясь назвать его странной кличкой, но потом решилась на некоторую вольность. - Спасибо вам, Рэксик!
- Ну, что вы... Очень рад, что сумел угадать! - Он был явно смущен.
- Как забавно вы смущаетесь! - Она заливисто рассмеялась, и этот смех снял напряжение и у Савелия. - Ну что, пошли? - Наташа подхватила Савелия под руку и повела к восьмиэтажному дому сталинской постройки. Видно, в этом доме проживали, по крайней мере раньше, непростые люди: он был украшен вычурной лепниной, а большие расстояния между этажами говорили о том, что в квартирах очень высокие потолки.
По дороге Наташа успела поведать Савелию о том, что бабушка вместе с ее младшим братишкой уехали на три дня в дом отдыха в Переделкино, и сейчас она живет одна. Рассказывала обо всем этом Наташа без какоголибо намека, просто для того, чтобы Савелий не стеснялся и чувствовал себя более уверенно.
Они были так увлечены беседой, что не заметили парня, внимательно наблюдавшего за ними. Это был тот, кто сидел в "мерседесе" во время столкновения Савелия с рэкетирами. Парень проследил за ними до самого подъезда, вошел и запомнил этаж, на котором остановился лифт,
после чего подошел к телефонной будке и быстро набрал номер, внимательно поглядывая за подъездом.
Когда Савелий переступил порог Наташиной квартиры, то поразился чистоте и уюту. Нет, это была не стерильная чистота, над которой трясутся, а чистота, поддерживаемая аккуратностью и каждодневным вниманием. Поразился Савелий и великолепной мебели, уставленной разнообразными сувенирами, статуэтками, китайскими вазами. На стенах висели картины, удивительной работы гобелены.
На одной стене разместилась коллекция оружия: шпаги, сабли, дуэльные пистолеты и даже арбалет. Заметив интерес Савелия, Наташа понимающе улыбнулась:
- Все мужчины одинаковы: никто не остается безразличным к папиной коллекции!
- Как же вы не боитесь держать такое великолепие без охранной сигнализации? - удивился Савелий.
- Бог пока миловал! - вздохнула девушка. - Все время твержу папе об этом, а у него все руки не доходят. Правда, квартира почти никогда не бывает пустой: то я, то бабушка дома...
- Того, кто позарится на это, не удержит ни бабушка, ни вы.
Он продолжил экскурсию по квартире. Комнат было четыре, и Савелий без труда определял, кто в каждой проживает, пока они не оказались в комнате, которая была заставлена различными спортивными трофеями, увешана медалями, грамотами. Он недоуменно взглянул на девушку:
- Кроме артистов балета в вашей семье живет, оказывается, еще и чемпион? - Живет... - Она опустила глаза. - Вы? - неожиданно догадался Савелий. - Я, - просто ответила девушка. - Чудеса... Не зря я не решался вас на "ты" называть! - Он покачал головой.
- И напрасно. Мне бы это больше понравилось. - Она улыбнулась. - Да перестаньте смотреть на меня, как на идола!
- И каким же спортом вы занимаетесь? - Карате. - Что? Карате? - Его изумлению не было пре
дела. - Так что же вы позволили этому хаму так вести себя с вами?
- А что, мне нужно было устроить ему взбучку, помахать перед ним ногами? - серьезно спросила она.
- Да-а-а... - протянул Савелий и вдруг рассмеялся, представив на миг эту сцену. - Действительно, вы правы!
- Как ни странно... - хитро проговорила Наташа. - Скажите, а вы так ничего и не вспомнили о себе?
- Откровенно говоря... - Он вздохнул с сожалением. - Ничего!
И неожиданно для себя Савелий захотел рассказать Наташе обо всех своих переживаниях и волнениях: чемто эта девушка располагала к таким откровениям. Скорее всего тем, что умела слушать...
- Все мои мысли заняты попытками вспомнить хоть что-нибудь! Какую-нибудь зацепочку, деталь, которая, вполне возможно, потянет за собой цепочку воспоминаний. - Бусинка за бусинкой... - подхватила девушка. - В каком смысле? - Представь себе нитку с бусинками... - Ну?
- И вдруг эта нитка порвалась, и они раскатились по всей комнате...
Савелий никак не мог понять, куда она клонит. - И для того, чтобы создать те же бусы, необходимо вновь по одной набирать их, на нитку, следить за цветовой гаммой, чтобы создать нужный узор...
- Да, очень образно! - серьезно кивнул Савелий. - Порой мне кажется, что-то мелькает в моей голове, и я пытаюсь поймать это что-то, ухватиться, но... Это, словно вспышка молнии - длится какие-то мгновения, и остаются только ощущения и ничего конкретного! - Он тяжело вздохнул.
- Но кое-чего вы уже сумели доиться! - успокаивающе сказала Наташа, притрагиваясь к его руке. - Чего именно?
- Многого, если подходить серьезно: вы обнаружили знание английского языка, профессиональное владение техникой восточных единоборств... Правда, я так и не сумела определить стиль: то ли тэаквондо, то ли кунг-фу. Вы достаточно образованы: знаете слова на латыни...
И все это обнаружилось в первый же день, когда вы сумели заговорить!
- Думаю, что это вы на меня так воздействовали. После нашего расставания ничего нового о себе я не узнал... - Савелий с грустью вздохнул и опустил голову.
- Вот и сделайте вывод: сами виноваты, что так долго не искали встречи со мной! - игриво воскликнула Наташа, потом смущенно взглянула на него. - Вы что-то хотите сказать? - нахмурился он. - Не обижайтесь, Рэксик, но... не могли бы вы принять душ?
- Вот спасибо! - радостно воскликнул Савелий. - Сижу и думаю: как бы напроситься на водные процедуры! Чего тут обижаться, дней десять не мылся! Видно, запах от меня... - Он не нашел достойного определения и добавил: - Сам-то к себе принюхался, а вы... Так что принимаю предложение с огромной благодарностью! Руководите! - Он легко вскочил на ноги и пошел за Наташей.
Ванная комната так же сияла чистотой, как и вся квартира. Ее стены были выложены красивым старинным кафелем, на удобных полочках стояли шеренги разнообразных шампуней, каких-то коробочек. Пока Савелий все это рассматривал и изучал, Наташа принесла ему огромное махровое полотенце и халат.
- Вот, наденете, когда помоетесь... Это папин халат! - добавила девушка, отвечая на его немой вопрос. - Всю свою одежду сложите в этот бак! И никаких возражений! - строго заявила она, заметив, что Савелий хотел что-то сказать. - Выполняйте!
- Есть выполнять! - в тон ей четко сказал он, вытянувшись по стойке "смирно".
- То-то же! - Наташа игриво погрозила пальчиком. - Помощь понадобится - зовите. - Это если тонуть буду? - усмехнулся он. - И тонуть, и спину потереть: в нашей семье так заведено! - Девушка пожала плечами и скрылась за дверь.
- Классная у вас семья... - тихо проговорил Савелий и быстро скинул себя одежду. Среди прекрасного запаха дорогой парфюмерии он вдруг почувствовал, как от него пахнет. Он даже покраснел, подумав о Наташе: нечего сказать, пришел на свидание с девушкой. И как это он не
подумал об этом. Срам-то какой! Ладно, после драки кулаками не машут! Он полез в ванну, в которой набралось уже с четверть воды. Боже, какая благодать! Савелий с удовольствием растянулся во весь рост в этой огромной старинной ванне и стал отмокать. Увидев бадузан, плеснул немного, и вода мгновенно окрасилась зеленым цветом, послышался пьянящий запах хвойного дерева.
Неожиданно ему на ум пришло огромное дерево, которое уже готово было исчезнуть, но Савелий успел "остановить кадр". Он закрыл глаза и стал "смотреть" на это дерево. Молнией промелькнули руки, прикасавшиеся к оголенному стволу. Чьи это руки? Почему ствол дерева был оголен? Почему вдруг показалось, что он увидел седые волосы? Длинные седые волосы... Он пару раз стукнул себя по лбу: черт тебя подери! Вспомни хоть что-нибудь! Однако больше ему ничего не "виделось".
Савелий взял мочалку и остервенело стал сдирать с себя грязь. После первого раза вода была буквально черной, и он поменял ее, еще раз "поиздевался" над своей кожей и снова сменил. Потом выбрал шампунь, пахнущий розовым маслом, и трижды промыл волосы. Он не знал, сколько прошло времени, когда послышался негромкий стук в дверь.
- Вы еще живы? - поинтересовалась Наташа. - Еще как жив! - воскликнул Савелий. - Помощь не нужна? - Но мне как-то...
- Вы как ребенок! Не нужно стесняться матушкиприроды! Вхожу! - предупредила девушка и решительно открыла дверь.
Это было настолько неожиданно, что он не успел ничего предпринять и порадовался, что обильная пена укрывала почти все его тело.
- Да прекратите вы смущаться! - нарочито сердито бросила она, затем взяла мочалку и обильно намылила се. - Давайте спину!
Савелию ничего не оставалось, как подчиниться. У Наташи были сильные руки, это он ощутил сразу. Вскоре вся спина стала красной и "поскрипывала" от чистоты.
- Вы сейчас на молодого поросенка похожи! - девушка говорила, а сама думала совсем о другом. Она обнаружила на теле Савелия шрамы, которые удивили ее: это были следы огнестрельных ранений. Рассматривая Савелия более внимательно, она заметила и шрам на лице, на который, как ни странно, не обратила внимания при первом знакомстве. Сейчас, когда он принял ванну, шрам четко проявился. Конечно, ее познаний в медицине было недостаточно, чтобы точно определить происхождение этих шрамов: увлекшись однажды врачеванием, Наташа устроилась по знакомству в институт Склифософского нянечкой и там много чего насмотрелась.
Заметила она и наколку на его левом предплечье. Сначала она подумала, что это как-то связано с местами лишения свободы - очень уж наколка напоминала череп с костями. Но, присмотревшись повнимательнее, поняла, что это не череп с костями, а парашют и самолет. Вместо носа у "черепа" стояла цифра семь, а вместо рта - надпись "РЭКС". Это и придавало татуировке сходство с черепом. Поразмыслив, Наташа решила не задавать лишних вопросов, прежде чем не посмотрит кое-какую литературу: ей показалось, что она где-то видела нечто похожее, кажется, в какой-то книге или журнале об оружии. Может быть, увлечение отца, к которому она относилась скептически, принесет пользу.
- Ну что же, сейчас вы действительно как новенький, я хотела сказать, как новорожденный! Накидывайте халат и вон из ванной, через несколько минут я к вам присоединюсь! - Она предупредительно отвернулась, а Савелий быстро встал, вытерся, накинул халат и выскользнул из ванной комнаты.
Девушка вытащила из бачка его одежду, поморщилась от запаха и внимательно просмотрела все карманы: бумажник, сильно отощавший с момента их первой встречи, "командирские" часы, судя по многочисленным царапинам, побывавшие в переделках, и изящный нож с выкидным лезвием. Увидев его, девушка нахмурилась, затем насыпала в бачок побольше стирального порошка и замочила в нем одежду Савелия. Вода мгновенно стала черной от грязи. Она вздохнула, тщательно прополоскала, сменила воду и еще раз замочила. После чего взяла все, что вынула из карманов, и пошла к Савелию.
- Это ничего, что я поставил музыку? - смутился он, когда увидел вошедшую в комнату девушку.
- Даже очень хорошо! - улыбнулась она. - Это из ваших карманов! - добавила Наташа, положив перед ним бумажник, часы и нож. - Уникальная поделка!
- Да? - он ругнулся про себя за то, что совсем забыл про карманы и про этот дурацкий нож. - Сегодня нашел... - он это сказал таким неубедительным тоном, что она сразу почувствовала фальшь.
- Нашли и нашли... - Она пожала плечами. - Помогите мне, пожалуйста!
- С удовольствием! - отозвался Савелий, радуясь перемене темы. Он встал и пошел за ней. В просторной кухне стоял небольшой столик на колесиках, уставленный различными закусками и напитками.
- Катите его в большую комнату! - приказала Наташа.
- А может, здесь посидим? - застенчиво предложил Савелий.
- Нет, мы всегда празднуем в гостиной! - упрямо возразила она.
Савелий понял, что возражать бесполезно, и покатил столик. Наташа наполнила две тарелки супом, поставила на поднос и пошла вслед за ним.
- Сначала ухи поедим: в ней много фосфору, что совсем неплохо для мозгов.
- И в ночи не потеряемся! - подхватил Савелий и рассмеялся.
- В смысле? - не поняла Наташа. - Светиться будем. - А-а-а... - Она тоже рассмеялась. - Какой запах! Даже слюнки потекли. Вы отличная хозяйка.
- Поешьте сначала, может, не понравится. - Она довольно улыбнулась.
- С таким вкусным запахом не может быть плохо! - Да вам с голодухи сейчас все, что угодно, понравится, - усмехнулась Наташа.
- С голодухи или нет, но домашнего, мне кажется, сто лет не пробовал. - В таком случае приятного аппетита!
- Вам тоже. - Пить что-нибудь будете?
- Если только с вами. - Он взглянул ей прямо в глаза.
- Разумеется... - Она почему-то смутилась от его взгляда и еще раз подумала о том, что ей с ним как-то странно: то кажется, давно его знает, то, наоборот, то хочется надерзить ему, то наоборот, приласкать, пожалеть. Это сильно злило Наташу, и в который раз она с трудом сдержала себя, чтобы не выпалить ему прямо в лицо: "Может, хватит ваньку валять? Пора честно признаться: я - такой-то, вел себя так потому, что намеренно хотел заинтриговать тебя..."
Именно так она и хотела поступить до того, как увидела на его теле шрамы и эту странную наколку. Чисто интуитивно она поняла, что с этим парнем не все так просто. Да еще непонятный ожог вокруг наколки... Идеально правильной формы удлиненный ромб. Непонятно! Непонятно и... странно. Где же она видела похожую эмблему?
Господи! Вот идиотка! Ни в книге, ни в журнале - это же эмблема десантников! И видела она ее у папиного знакомого, который тоже увлекается коллекционированием оружия. Точно! Он был на дне рождения папы! Симпатичный такой генерал с запоминающимся баритоном. Как его? Генерал Чиндаров. Точно, Чиндаров!
Мама еще удивилась: заместитель командующего и такой простой мужик! Кажется, даже в Афганистане воевал. Наташа очень обрадовалась, что все-таки не пришлось рыться в библиотеке отца - там черт ногу сломит, и разобраться может только он сам.
- Скажите, Рэксик... странно как-то вас так называть...
- А мне, почему-то, не странно, хотя... - Савелий нахмурился, не зная, стоит ли говорить, но все же решился сказать, тем более Наташа наверняка и сама обратила внимание на его наколку. - Это имя я вдруг обнаружил на своем плече.
- Да, я тоже обратила внимание на эту наколку, - кивнула девушка. - И что, никаких ассоциаций?
- Никаких! - признался Савелий. - Что-то напоминает, но что? - Он пожал плечами.
- И мне напоминает, - осторожно проговорила она. - И я вспомнила... эмблему десантников! Только там самолеты по-другому расположены и нет надписи "РЭКС" - Она помолчала, давая ему возможность подумать и самому что-нибудь вспомнить, но он молчал, и девушка спросила. - Может быть, вы были в Афганистане? На войне?
- На войне? - он явно не понял. - Да, на войне... на этой позорной для нашей страны войне. - Она грустно вздохнула. - Я уверена, что вы там были! - с некоторой горячностью воскликнула Наташа. - Почему такая уверенность? - Эмблема - раз, огнестрельные раны - два! - Ничего не помню... - тихо проговорил он, сжимая от злости зубы. - Черт меня подери! - Он стукнул кулаком по колену. - На днях познакомился с одним пожилым мужчиной, разуверившимся во всех и во всем: ни семьи, ни детей, ни дома... - Он покачал головой. - Так вот, он мне позавидовал! Понимаешь, позавидовал! - Последнее слово Савелий выговорил по слогам. - Позавидовал тому, что я забыл свое прошлое!
- Это вы с ним причастились? - улыбнулась девушка, понимая, что ему тяжело и пора сменить опасную тему. - Что, заметно? Всего-то граммов сто, не больше. - Водки? - Ну!
- Тогда и наливайте водки - мне и себе. Мешать вредно! - Она придвинула к нему граненый стаканчик из чешского хрусталя.
- Ну что ж... - Савелий открутил крышечку у бутылки, налил ей и себе. - У меня есть тост.
- В очередь! - шутливо перебила Наташа. - Дамам уступать нужно. - Прошу прощения. Слушаю вас! - Обычно первый тост пьют за знакомство, но это банально, и я предлагаю нарушить традицию: выпьем за то, чтобы к вам как можно быстрее вернулась память! - Она чокнулась с ним и быстро выпила, потом поставила стаканчик и замахала рукой у рта. - Фу, какая гадость! Савелий подцепил вилкой помидорку из банки и протянул ей. Она не стала брать вилку из его рук, а наклонилась и сняла помидорку губами. - Если не нравится, зачем пьешь? - За компанию даже жид удавился! - Она громко рассмеялась. - Ой, сразу в головушку ударило!
- Наташа, спасибо вам за тост! - серьезно проговорил Савелий и быстро выпил. Поставив стаканчик на стол, помолчал немного, словно прислушиваясь, как водка побежала по его организму, потом взял ложку и стал с аппетитом уплетать уху.
- Ну как? - неуверенно спросила девушка. - Высший класс! - воскликнул он с полным ртом. - Если судить по тому, как вы уплетаете, то можно поверить, - усмехнулась Наташа и тоже принялась за суп.
- Надеюсь, теперь я могу произнести тост? - закончив есть, произнес Савелий.
- Попытайтесь! - Наташа взяла в руку стаканчик. - Наташа, - каким-то очень уж серьезным тоном начал Савелий, - я не помню, что у меня было в прошлом, и очень сожалею об этом, но то, что я встретил на своем пути вас, это удивительно! Мне действительно очень хорошо с вами, словно вы излучаете тепло, нежность и доброту... - Он смущенно замолчал, но девушка терпеливо ожидала продолжения. - Короче, этот тост за вас, Наташа! Просто за вас! - Он не очень ловко ткнулся стаканчиком в ее стаканчик, выпил и замер, уставившись немигающим взглядом в никуда. Он напоминал человека, совершившего какое-то преступление, и сейчас, после последнего слова, с волнением ожидавшего приговора суда.
Молчала и Наташа, пытаясь осознать то, что произнес Савелий. Нет, конечно, не слова, а то, что стояло за этими словами. Парень, сидящий рядом с ней, сказал немного, но то, как он сказал, взволновало девушку, заставило учащенно биться се сердечко. Это было какое-то необычное, непонятное состояние. Да, она давно уже не соплячка, на ее пути встречались парни, которые заставляли обратить на себя внимание. Была и "первая любовь"...
В кавычки она поставила бы это выражение потому, что, кроме грусти от принятой за любовь влюбленности и потери девственности, этот вроде бы важный эпизод в ее
жизнь ничего не принес. Были и еще две близости, и обе случайные, мимолетные. Первый раз - вскоре после того, как Наташа разочаровалась в своей "первой любви". Она кинулась в объятия едва ли не первому встречному красавцу. Это был очень кратковременный "эксперимент": ей было достаточно и одного раза, чтобы мгновенно опомниться и взглянуть на себя со стороны. А второй... второй был уже зрелым мужчиной и едва ли не полтора года ухаживал за ней, задаривал подарками и ненавязчиво дожидался своего часа, получив сначала отказ.
Его терпение было вознаграждено на его дне рождения. Было шумно, весело, много гостей. Наташа переоценила свои возможности, немного перепила и в какой-то момент решила отдохнуть в другой комнате. Когда же проснулась, обнаружила, что она в кровати, раздета, рядом спал он. Наташа стала быстро одеваться, ругая себя за происшедшее и желая как можно быстрее исчезнуть из этой квартиры. Но он проснулся и принялся убеждать се, что она сама приняла решение остаться с ним на ночь, и им было хорошо...
Их отношения продолжались с полгода, и всегда он выступал инициативной стороной. Он был внимателен, очень привязался к ней, и Наташа долго пыталась убедить себя, что, может, так и должно быть, а любовь, настоящая Любовь, бывает только в романах, в кино... Однако, чем дальше заходили их отношения, чем настойчивее он предлагал ей выйти за него замуж, тем сильнее росло ее внутреннее сопротивление. И в какой-то день нарыв прорвался: встретившись с ним, Наташа решительно произнесла "нет" и, несмотря на его настойчивые просьбы, больше ни разу не согласилась на встречу.
А встретив Савелия, Наташа с первого же момента, только взглянув в его глаза, почувствовала какой-то душевный подъем. Еще не осознав, что происходит с ней, она раскрылась ему навстречу, приняла его боль, переживания, хотела тут же предложить ему свою помощь и поддержку, но... предоставила ему самому сделать первый шаг. Вручив Савелию свой телефон, она стала с нетерпением ожидать его звонка.
Неужели к ней пришла Любовь?! Ей было тревожно и в то же время радостно переживать это томительное ожидание. Шли дни, а он все не звонил и не звонил, и в какой-то момент Наташа стала уговаривать себя, что произошла ошибка и он просто забыл о ее существовании, но в глубине души продолжала ждать и надеяться.
Он позвонил! Это было настолько неожиданно, что она, хотя и ждала его, в первый момент хотела надерзить, но не смогла. Наташа решила быть сдержанной и внимательной, словно боясь вспугнуть или нечаянно ранить его.
Сейчас, услышав его слова, она взволновалась, ей захотелось броситься ему на шею и рассказать о своих чувствах, о том, как она ждала его звонка, как пыталась даже ходить по улицам Москвы в надежде где-нибудь повстречать его...
- Спасибо вам большое, - тихо проговорила Наташа. - Мне... Я очень рада, что вы так думаете. Правда, очень рада! - Она быстро выпила, забыв, что пьет водку, снова замахала руками. Савелий сунул вилку в консервированные помидоры, но никак не мог подцепить, тогда Наташа подхватила банку и запила томатным соком. Потом, переведя дух, весело рассмеялась:
- Да, один опыт для меня не прибавляет знаний!.. Хотите, потанцуем? - Не дожидаясь ответа, она вскочила и устремилась к музыкальному центру, по пути едва не сбив стул. - Надо же, как штормит! - весело воскликнула она. - Совсем пьяная...
Савелий успел подхватить ее и помог добраться до музыкального центра. Послышался красивый блюз, и Наташа обхватила Савелия за шею. Он неловко взял ее за талию, едва не вытянутыми руками, но девушка сама решительно прижалась к нему, и они, сдерживая дыхание, стали медленно покачиваться на одном месте.
Им обоим не нужна музыка, она звучала внутри них, словно их сердца соединились невидимой нитью. О первых ощущениях любви писали, пишут и будут писать всегда, но у каждого человека все происходит по-своему, и здесь никогда не понадобится опыт других - каждый сам должен пройти эту реку, найти свой брод.
Этим двум повезло: их дыхание смешивалось, сердца стучали в унисон, их руки передавали друг другу нежность и теплоту...
Они еще не знали, что оба стали объектом внимания Леши-Шкафа.
Доходный бизнес
В этот момент подручный звонил своему хозяину: - Что делать, шеф? Мне кажется, мужик на всю ночь завалился к этой бабе!
- Что ты будешь делать, мне все равно! Хоть на Луну отправляйся, но не вздумай упустить этого парня! - В голосе Леши-Шкафа прозвучала явная угроза.
- Будь спок, шеф, глаз не сомкну, но он от меня никуда не денется! - торопливо заверил тот, боясь потерять расположение Леши-Шкафа. - Знаешь, шеф, видно у парня дела не ахти как идут... - В каком смысле? - не понял Леша-Шкаф. - Сейчас он больше похож на бомжа, чем на нормального человека - помятый, грязный... - Он брезгливо сплюнул. - И как только такая девушка решилась встречаться с ним, не понимаю. - Что, ничего кадр?
- Очень даже ничего, шеф! Я и сам бы с ней повалялся.
- Уймись! - В голосе хозяина снова послышались металлические нотки.
- Да что ты, шеф, я не в том смысле... - Короче, дождись, когда он выйдет от нее, и сразу же дай знать - получишь дальнейшие инструкции... - В трубке послышались короткие гудки.
- Легко сказать: дождись! Он там в постельке, видно, трахается, а я кукуй и жди его в машине, и не заснешь - вдруг упустишь... Мне тогда точно голову оторвут... - Он вздохнул и медленно направился к "мерседесу", не забывая поглядывать за треклятым подъездом.
Бросив трубку, Леша-Шкаф задумался. Интересную информацию он получил! Вероятно, с парнем что-то произошло с того времени, когда он вмешался в операцию у ларька. И этим нужно воспользоваться, только осторожненько, чтобы не спугнуть: эти бойцы очень горды и ранимы, предложи миллион - откажутся, да еще и обидятся. А парень, видно, хорош, если такой бывалый боец, как Фиксатый, восхищался его мастерством! На нем можно хорошие "бабки" заколачивать.
Леша-Шкаф неспроста интересовался рукопашным боевым искусством: несколько лет назад, когда карате запретили как вид спорта, он воспользовался этим положением и создал подпольный клуб восточных единоборств. Естественно, это было сделано не для благотворительных целей. В клубе он собрал всех самых лучших в то время бойцов и сумел достаточно быстро сколотить состояние при помощи тотализатора.
В связи с тем, что состязания были подпольными, большие залы арендовать без огласки было рискованно, и потому он начал с небольшого, всего на сто мест, зальчика, оборудованного в подвале старого здания. До этого он очень тщательно подыскивал так называемых зрителей. Билеты стоили очень дорого, но постепенно желающих становилось все больше. Вскоре ему удалось встать на ноги, и теперь только в Москве у него было уже пять подобных залов.
Каждый зритель обязан был принимать участие в тотализаторе. Ставки были высокими, но и выигрыш мог иногда превысить стоимость пяти "Жигулей". Система проверки благонадежности и кредитоспособности каждого зрителя была тщательной и безошибочной. Если вначале ктото и мог пойти на обман, то позднее это стало пресекаться столь жестоко, что никто не хотел рисковать жизнью.
Больше всего Леша-Шкаф любил новеньких бойцов, "темных лошадок". Их никто не знал, их способности держались в секрете ото всех. Обычно такой выигрыш приносил тысячную прибыль на каждый рубль. А сейчас, когда в стране стало многое разрешено и "зеленые" свободно залетали между людьми, то он все расчеты перевел только на валюту.
Подробно расспросив об этом парне, он сразу почувствовал, что напал на золотую жилу: неприметный с виду, среднего роста, не косая сажень в плечах - то, что надо. А дерется - дай Бог! Конечно, были сомнения у ЛешиШкафа: не сильно ли преувеличено, что парень в доли секунды расправился с пятью специально подготовленными для подобных разборок мужиками, но... чем черт не шутит, когда Бог спит! Надо подослать к нему более или менее умного парня, чтобы тот уговорил его на встречу. Нет, это примитивно и может не сыграть: пошлет куда подальше. На этот раз лучше действовать самому...
Мысли Леши были прерваны появлением Лолиты (постепенно и он привык ее так называть). Она действительно оказалась достойной помощницей, и он всецело ей доверял, то ли потому, что их связала кровь того насильника, то ли потому, что он питал к ней нежные чувства.
Нежная с Лешей-Шкафом, она была жестока со всеми другими, и ее стали побаиваться больше, чем самого хозяина. Это его вполне устраивало и освободило от многих дел. Войдя во вкус подпольного тотализатора, она с его подачи возглавила этот бизнес, предоставив ему заниматься легальным бизнесом - импортно-экспортными поставками. Сначала он им увлекся по необходимости, чтобы иметь постоянную возможность отмывать подпольные поступления. Понимая, что время анархии и беззакония не может продолжаться вечно, он набрал в ивою команду экономистов, юристов, бухгалтеров самого высокого класса. Он платил им хорошие деньги, и его главным девизом было: не обманывать государство. На каждую копейку - истраченную или заработанную - должен быть настоящий документ, налоги должны платиться регулярно. Леша также стал участвовать и в благотворительных акциях, взяв на свой баланс пару детских садов и один детский дом. Возможно, этим он хотел замолить перед Богом свои грехи.
- Какие проблемы, дорогой? - участливо проговорила Лолита, усаживаясь ему на колени.
- Проблемы? - машинально переспросил он, все еще погруженный в свои мысли. - Да есть небольшая проблема... хотя и проблемой ее не назовешь так... кое-что... Если получится, тебя ждет отличный сюрприз!
- Давай-давай, рассказывай! - Она прикоснулась язычком к его "больному" месту - за ухом.
- Ой, не заводи! - игриво воскликнул он, передергивая плечами: от этой ласки у него по телу пробегали мурашки, и это приятно возбуждало.
- Не буду, если расскажешь! - Она снова потянулась к его уху.
- Все, сдаюсь! - Он подхватил ее на руки и усалил прямо на стол перед собой. - Понимаешь, моим ребятишкам повстречался один парень, который в несколько секунд уложил отличных бойцов, даже Рафика.
- Рафика? - недоверчиво переспросила Лолита. - Тогда я хочу, чтобы он был в нашей команде! - Она капризно стукнула по столу кулачком, потом стала серьезной. - И в чем проблемы? Разыскали его? Пытались с ним разговаривать?
- Разыскать-то, наконец, разыскали, но разговаривать... Это не пацан, ему далеко за тридцать и, судя по всему, он бывший афганец!
- Да, к ним на ослике не подкатишь... - Она хитро посмотрела ему в глаза.
- Нет, Лодочка, твои чары здесь, боюсь, не помогут: он уже встречается с одной очень симпатичной особой и сейчас, по данным моей разведки, находится в ее постели.
- Одно другому не мешает! - цинично заметила она. - Хотя, ты прав в одном, с афганцами это может и не пройти - максималисты!
- Что не так уж плохо, - подхватил Леша-Шкаф. - И что же ты надумал, Лешенька? Выкладывай, не тяни душу! - взмолилась она.
- Сам попробую переговорить с ним... - и ЛешаШкаф рассказал Полите, каким образом он решил втянуть Савелия в их бизнес.
Странным образом переплетаются иногда людские судьбы, гораздо причудливее, чем в кино или даже в книгах. Прочитает, например, кто-то роман или посмотрит фильм и восклицает: "Так не бывает! Это все фантазия автора!" Но проходит время, и с этим же человеком происходит такое, что прочитанный роман или посмотренный фильм начинает им казаться простой хроникой.
Савелий Говорков
Нечто подобное произошло и с нашим героем: потеряв память, забыв свое прошлое, он еще не знал, что жизнь вот-вот преподнесет ему сюрприз. Из первых книг о моем герое уважаемые читатели, конечно же, знают подробности биографии Савелия, но я прошу этих читателей меня извинить и перескочить через строки, в которых я повторюсь для тех, кто не читал эти книги. Спасибо
Итак, Говорков Савелий Кузьмич, родился четвертого ноября тысяча девятьсот шестьдесят пятого года. Его родители погибли в автомобильной катастрофе в шестьдесят восьмом году, когда мальчику не исполнилось и трех лет. Он остался сиротой и был определен в детский дом. Годы, проведенные в нем, памятны несколькими событиями, и прежде всего неудачной попыткой стать сыном в чужой семье. Столкнувшись с побоями и еще большей несправедливостью, чем в детском доме, он сбежал оттуда. Из омского детдома его перевели в Подмосковье, где он сдружился с Андрюшей Вороновым. По возрасту тот был немного старше Савелия. Эта дружба была такой крепкой, что они стали как бы братьями.
После детдома Савелий Говорков ушел жить в общежитие, стал учиться в вечерней школе и работать на заводе. Много времени отдавал спорту. Когда его взяли в армию, то определили в войска специального назначения - спецназ, где он привлек внимание двух интересных людей: старого тренера по восточным единоборствам, много лет назад эмигрировавшего в Россию из Японии, Укеру Магасаки, и военного наставника, позднее генерала в отставке - Говорова Порфирия Сергеевича, признавшего Савелия лучшим своим учеником и полюбившего его, как сына.
После спецназа он попал в Афганистан, где служил в одной части с капитаном Вороновым. Савелий был признан отличным бойцом, награжден двумя орденами и медалью, ему было присвоено звание сержанта. После ранения его отправили лечиться на Родину. Потом - долгие мытарства в поисках работы, жилья. Наконец, устроился на рыболовный траулер, где и провел долгие месяцы в трудной изнурительной работе, пока его не разыскало неожиданное сообщение о том, что родная тетка оставила ему по завещанию небольшой домик в Ялте. Тетка унесла с собой в могилу тайну разрыва с матерью Савелия, но, решив покаяться перед смертью и загладить свою вину, отказала свой домик ее сыну.
Он приехал оформить завещание и встретился со своей давней любовью, которую много лет не видел. За эти годы она превратилась в красавицу, но вошла в преступную группировку, с помощью которой перевела Савелия в Москву, нашла для него высокооплачиваемую работу водителя и телохранителя. Там он встретил своего приятеля и однополчанина по Афганистану Варламова, который и приоткрыл Савелию глаза на его "фирму". Сам Варламов давно пытался вырваться, но "фирма" имела на него компромат и крепко держала его в своих лапах. Савелий вступил в борьбу за него, и глава "фирмы" Курехин Владимир Андреевич, он же Воланд, при помощи своих людей в Органах отправил его в тюрьму за валютные махинации: доллары Савелию были специально подброшены.
Савелий, боясь за Варламова, на суде взял все на себя, и его осудили на девять лет лишения свободы. Во время суда его предала и его первая любовь - Лариса. Воланд расправился и с ней, и с адвокатом Савелия. Решив еще сильнее запугать Говоркова, Воланд переслал в колонию фотографию растерзанного Варламова. Он был уверен, что заставит Савелия замолчать, но Говорков бежал из колонии, решив отомстить Воланду за смерть близких ему людей. Бежал с теми, кто попал в зону, чтобы расправиться с ним - Тихоней и Угрюмым.
Сначала погиб Тихоня, и Савелий много дней тащил на себе тяжело раненного Угрюмого. Потом умер и Угрюмый. Савелий остался один, без пищи, без воды бродил по тайге.
Однажды, пытаясь определить свое местоположение, Савелий забрался на дерево, но сорвался и сломал ребро. Егерша Варвара Калита нашла его бесчувственное тело. Она выходила Савелия и влюбилась в этого удивительного парня. Ее чувства не остались безответными: Савелий тоже потянулся к ней и стал отогреваться душой. И когда им было принято решение вернуться назад, в зону, подоспела группа Воланда, посланная убить Савелия. Варвара была зверски изнасилована. Савелий вступил с ними в схватку, уничтожил всех, но сам был тяжело ранен.
После выздоровления он решил вернуться к Варваре, но узнал о том, что она не смогла пережить позора насилия и покончила с собой, оставив Савелию письмо-покаяние. И Савелий вернулся в Афганистан, чтобы найти там смерть.
В Афгане судьба снова свела его с Андреем Вороновым, который помог ему не думать о смерти. При выполнении одного из заданий их группа попала в засаду душманов, и Савелий в бессознательном состоянии оказался в плену. Вскоре ему удалось бежать из плена, его подобрали монахи. Несколько лет он провел у них и обрел там своего Учителя, который не только поднял его на ноги и отнял у смерти, но и воспитал в нем Силу Духа, передал ему тайные знания Солнца, Земли, Воды и Огня, сделал его Посвященным. У Савелия на предплечье левой руки появился знак удлиненного ромба. Затем, со слезами на глазах. Учитель отпустил своего любимого ученика "в мир". "В ТЕБЕ НУЖДАЕТСЯ ТВОЯ РОДИНА, ТВОЯ ЗЕМЛЯ!" - сказал ему на прощанье Учитель.
Долгое время Савелий шатался по заграницам без документов, без денег. Он искал возможность вернуться на Родину. И в этот момент на него вышла мафия, которой он понадобился из-за своих способностей. Представившись сотрудником Комитета государственной безопасности, некий Григорий Маркович оформил ему паспорт, визу, дал денег и помог вернуться в Москву, приставив к нему девушку для надзора. Но у Ланы (так звали девушку) появились настоящие чувства к Савелию, да и он, испытывая недостаток нежности, проявил к ней нечто большее, чем просто дружба.
В Москве Савелию пришлось искать работу для получения утраченной прописки. От также искал своего названного брата Андрея Воронова, но получил сведения, что тот погиб в Афганистане. При содействии Григория Марковича Савелий отправился работать в Казахстан, якобы на объект КГБ для подготовки новобранцев.
Однако этот объект оказался прекрасно оснащенной базой мафии. Там Савелий неожиданно встретился с Андреем Вороновым, которого считал погибшим. Прихватив дискету со сведениями, разоблачающими мафию, они вдвоем бежали с базы. Однако им было невдомек, что все сведения на дискете являлись дезинформацией, с помощью которой высшие эшелоны власти готовили государственный переворот.
Когда Савелию стало известно об этом, он предпринял все, чтобы спутать планы путчистов. Путч провалился, но Савелий был снова ранен - его снова предает любимый человек: Лапа стреляла в него, спасая своего покровителя Григория Марковича. Вдвоем они сбежали за границу.
Вот такая судьба у нашего героя. Тяжелая, опасная, все время расставляющая смертельные ловушки на его жизненном пути, подвергающая постоянным испытаниям. Простому человеку не под силу все это вынести, но Савелию помогли его твердый характер, воля и непримиримость к насилию. Он всегда вставал на защиту слабых, своих близких и друзей. Очень важным было и то, что он встретил в жизни хороших и преданных людей, пройдя такие испытания, он сумел сохранить в своем сердце чистоту и доброту, не озлобился ни на людей, ни на окружающий его мир.
Итак, надеюсь, вам, уважаемый читатель, было интересно узнать биографию нашего героя, а те, кто ее уже знал, с интересом обновили свои воспоминания. Но вернемся к Савелию Говоркову.
Что с ним происходит?
- Вы удивительно танцуете - прошептал Савелий на ухо Наташе. --
- У вас тоже прекрасное чувство ритма... - тоже шепотом ответила девушка, и ее губы нежно прикоснулись к его щеке.
Савелий захотел повторить этот жест, но Наташа неожиданно подставила губы, и они слились в глубоком поцелуе.
- Боже, как кружится голова... - томно прошептала она.
- И у меня, - шептал Савелий, - тебе так же хорошо, как мне?
- Да, да! - нетерпеливо воскликнула девушка и потянула его к дивану, развязывая по пути пояс на его халате.
- Ты уверена, что хочешь этого? - неожиданно проговорил Савелий.
- А ты? - с некоторым удивлением спросила она. - Я? Не знаю... - откровенно ответил он. - Просто чувствую, что мне хорошо.
- И это самое главное, - нежно сказала Наташа к прикоснулась губами к его наколке.
Савелий чувствовал себя очень странно: ему действительно было хорошо с этой удивительной девушкой, в этом он не лукавил, но что-то удерживало его от близости с ней. У него было ощущение, что он поступает неправильно, что не заслужил такого к себе отношения и похож на вора. Может быть, Наташа ведет себя так потому, что слишком много выпила и у нее притуплено чувство ответственности? А может быть, причина заключена и в нем самом? И в том, и-в другом случае он не должен терять сейчас головы и обязан держать себя в руках, не доводить до крайности.
Наташа, не понимая, что с ним происходит, но ощущая к нему огромную нежность и доверие, стала сама снимать с себя одежду. Она делала это настолько изящно и грациозно, что Савелий поневоле засмотрелся на нее... Опомнился он только тогда, когда она, совершенно не смущаясь своей прекрасной наготы, медленно, словно давая получше рассмотреть еебя, направилась к нему.
- Что же ты, Рэксик? - чуть укоризненно спросила Наташа, опускаясь перед ним на колени.
Потом она распахнула на нем халат и губами прикоснулась к его животу. Савелий вздрогнул, потом прижал к себе ее голову, и девушка, словно пойманная рыбка, затрепетала в его сильных руках. Он подхватил ее, положил на диван и стал ласкать ее тело. Его движения были нежными, плавными и напоминали приемы опытного массажиста. От его ласк она извивалась всем телом и тихо постанывала от охватившего ее желания. Ее взбунтовавшаяся плоть желала его всего, без остатка. Наташа взяла руку Савелия и опустила между своих ног. Пальцы его притронулись к влажной нежности, и томный вскрик радости огласил комнату. Ее волнение и страсть передались и ему: он стал возбуждаться и, казалось, вот-вот потеряет голову, но разум взял верх - не останавливая своих ласк, Савелий заставил свою плоть успокоиться. И, чтобы не обидеть Наташу и доставить ей максимум удовольствия, он ускорил свои ласки, доведя их до завершения.
Девушка громко вскрикнула, словно взлетая от охватившего ее блаженства, ее тело на какой-то миг одеревенело. Но вот она конвульсивно дернулась, высвобождаясь от внутреннего напряжения, и выпустила из себя горячую влагу. В этот момент Наташа не ощущала своего тела, не чувствовала ничего, кроме охватившего ее блаженства и счастья.
Наташа постепенно пришла в себя, удивленно взглянула в голубые глаза Савелия, затем опустила руку вниз и с еще большим удивлением обнаружила его успокоившуюся плоть.
- Я что-то сделала не так? - с искренним огорчением спросила Наташа.
- Ну что ты! - тут же протестующе воскликнул он. - Ты все делаешь правильно. И ты просто прекрасна.
- Но... - Нахмурилась девушка, затем добавила за него: - Ты меня не любишь. Точнее, не хочешь!
- Господи! - воскликнул Савелий и, мягко отстранив ее, сел. - Ты ошибаешься! Я очень хочу тебя, и ты мне нравишься, но... - Он не знал, как ей объяснить то, что происходит с ним.
- Ничего не понимаю! - тихо проговорила Наташа. - И хочешь, и нравлюсь... тогда почему - нет?
- Именно поэтому... Я к тебе очень серьезно отношусь, но мы очень мало знаем друг друга. - Савелий встал с дивана, взял со столика бутылку и молча плеснул себе водки в стаканчик.
Наташа с интересом наблюдала за ним. Странный он какой-то... До сих пор все, кого она знала, проявляли к ней интерес, и она была уверена, что никто из них так себя не повел бы, оставшись с ней наедине. И уж во всяком случае, никто бы не отказался от близости, когда она сама предлагает ее. Что-то в этом парне было непонятным и странным, но это еще больше возбуждало в ней интерес. А какие у него прекрасные и нежные руки! И как он удивительно тонко чувствует ее тело! У нее было такое впечатление, что она впервые ощутила себя женщиной. Словно до этого были как бы репетиции, а сейчас премьера... Она улыбнулась: странная аналогия пришла ей в голову.
- А мне ты не собираешься налить водочки? - игриво проговорила Наташа, решив, что самое лучшее в данной ситуации - перевести разговор на другую тему.
- С огромным удовольствием! - с облегчением вздохнув, улыбнулся Савелий, наполнил стаканчик и протянул ей.
- Ну, за что будем пить? - Наташа хитро прищурила глаза.
- За тебя! - выпалил он, чокнулся и тут же опрокинул водку в рот.
Наташа тоже залпом выпила, затем, не давая ему опомниться, крепко поцеловала в губы. Она сделала это так стремительно, что он потерял равновесие, и они снова повалились на диван...
Учитель
В огромной темной пещере было так темно, что Хранитель Древнего Знака с большим трудом нашел путь к Учителю. Несколько недель назад Учитель уединился в этой пещере, попросив его не беспокоить, пока он сам не выйдет к ним. Он ничего не объяснил даже ему - Хранителю Древнего Знака, с которым всегда делился самым сокровенным. Уединение, уход в себя было обычным делом для Учителя, и сначала никто не проявлял беспокойства, кроме Хранителя Древнего Знака. Он и сам не смог бы объяснить даже себе, почему именно этот уход в себя Учителя так его беспокоил. Однако ему было ясно, что это как-то связано с его любимым учеником, которого он отпустил в мир несколько лет назад.
Хранитель Древнего Знака, огромный лысый верзила, был всего на шесть лет моложе Учителя, но этого никто не знал, да и не поверил бы: Учитель был совершенно седым стариком с лицом, напоминавшим моченое яблоко, и вполне выглядел на свои восемьдесят лет в отличие от Хранителя Древнего Знака, которому с большой натяжкой можно было дать пятьдесят. У него был мощный торс, сильные руки, быстрые ноги и гладкая кожа, и только усталые мудрые глаза и огромная внутренняя энергия, исходящая от него, приоткрывали занавес над его годами. Незадолго до ухода в пещеру Учитель рассказал Хранителю Древнего Знака о своих переживаниях. Его сильно мучило то, что он потерял контакт со своим любимым учеником. Это его так сильно волновало, что почти на глазах он состарился еще больше.
- ЧТО-ТО С НИМ СЛУЧИЛОСЬ, - тихо словно самому себе, проговорил Учитель. - ЕМУ НУЖНА ПОМОЩЬ, А Я НЕ СЛЫШУ ЕГО...
- А может быть, его душа ушла в открытый Космос, Учитель? - едва не шепотом предположил Хранитель Древнего Знака.
- НЕТ, БРАТ МОЙ, ЕГО ДУША НАХОДИТСЯ НА ЗЕМЛЕ, НО ОНА ПОЧЕМУ-ТО ЗАКРЫТА ДЛЯ МЕНЯ! - со вздохом сожаления возразил Учитель.
- Но... - Хранитель Древнего Знака замолчал, не в силах произнести вслух страшную мысль.
- НЕТ-НЕТ, - мягко возразил Учитель. - ТО, О ЧЕМ ТЫ НЕ РЕШИЛСЯ ВЫСКАЗАТЬСЯ ВСЛУХ, ЛИШЕНО ВСЯКИХ ОСНОВАНИЙ: МОЙ ЛЮБИМЫЙ УЧЕНИК НЕ ЗАБЫЛ СВОЕГО СТАРОГО УЧИТЕЛЯ И НЕ ЗАКРЫЛСЯ ОТ НЕГО. - Учитель улыбнулся с грустью, помолчал немного, потом продолжил свою тихую речь: - ИНОГДА Я УЛАВЛИВАЮ КОРОТКИЕ, СЛОВНО МИГ, СИГНАЛЫ ЕГО МЯТУЩЕЙСЯ ДУШИ, НО ОНИ НАСТОЛЬКО КОРОТКИ, ЧТО Я НЕ УСПЕВАЮ ЗАФИКСИРОВАТЬ И ЗАМКНУТЬ ИХ НА СЕБЕ. С НИМ ЧТО-ТО ПРОИЗОШЛО, А Я НЕ МОГУ НАЙТИ ОТВЕТА И НЕ МОГУ ПОМОЧЬ ЕМУ, И ЭТО БОЛЕЕ ВСЕГО УГНЕТАЕТ МЕНЯ, НЕ ДАЕТ МНЕ ПОКОЯ...
Прошло несколько дней, и Учитель вызвал Хранителя Древнего Знака и сказал ему:
- Я ИДУ В ПЕЩЕРУ, ЧТОБЫ ПОДУМАТЬ НАЕДИНЕ С СОБОЙ... - он говорил с трудом, и со стороны могло показаться, что он тяжело болен. - Я ПРОШУ НЕ БЕСПОКОИТЬ МЕНЯ ДО ТЕХ ПОР, ПОКА Я САМ НЕ ВЕРНУСЬ. БРАТЬЯМ СКАЖИ, ЧТО Я ВСЕГДА РЯДОМ С НИМИ... - Он замолчал, и Хранитель Древнего Знака несколько минут ожидал, что Учитель скажет еще что-нибудь, но тот продолжал молчать, и вскоре стало понятно: Учитель уже ушел в себя и ничего не слышит.
Первые дни Хранитель Древнего Знака, хотя и был обеспокоен решением Учителя, но подавлял в себе желание нарушить его уединение. Однако шли дни, недели, и он все больше начинал волноваться, стараясь не показывать этого Братьям. И в какой-то день, пересилив свои сомнения, он решительно направился в пещеру Учителя.
Он шел чисто интуитивно, так как ни разу не был в месте уединения Учителя. Шел длинными лабиринтами коридоров, узких лазов, пока его глаза не рассмотрели тусклый свет. Хранитель Древнего Знака остановился, словно в последний раз решая, вернуться назад или завершить начатое. Что-то ему подсказало, что вернуться назад он просто не имеет права.
Когда он не очень уверенно вошел в довольно просторную каменную залу, то увидел Учителя, сидящего на соломенной циновке в позе Будды. Тусклый свет исходил от масляного светильника. Учитель сидел неподвижно, и глаза его были прикрыты. Его морщинистые руки мирно покоились на коленях. Казалось, что Учитель не дышал - он напоминал каменное изваяние.
Когда глаза Хранителя Древнего Знака привыкли к тусклому освещению, он смог рассмотреть лицо Учителя - единственное, что заставляло поверить в присутствие в нем жизни. Оно было напряженным, искаженным гримасой то ли боли, то ли отчаяния. Хранитель, понимая, что самовольно ослушался Учителя, почтительно опустился в нескольких шагах перед ним на колени и замер в ожидании: он решил во что бы то ни стало услышать его голос и ощутить покой в душе, для чего мог ждать сколько угодно.
Сколько прошло времени, Хранитель Древнего Знака не знал - час, два или больше. Ему стало казаться, что он теряет сознание: то ли от усталости, то ли от того, что на него что-то воздействовало. Казалось, на его плечи навалилось что-то тяжелое и огромное, его стало пригибать к каменистому полу. Вот-вот его лоб должен был коснуться камней, когда неожиданно послышался тихий слабый голос Учителя:
- Я ЗНАЛ, БРАТ МОЙ, ЧТО ТЫ ОСЛУШАЕШЬСЯ МЕНЯ... - каким-то напевным голосом сказал он. - ОДНАКО УПРЕКАТЬ ТЕБЯ ЗА ЭТО Я НЕ БУДУ, ТЫ СПАС МЕНЯ ОТ МЕНЯ САМОГО. ЗАВТРА БЫЛО БЫ УЖЕ ПОЗДНО: МОЯ ДУША ВЕРНУЛАСЬ БЫ В КОСМОС. НО И БЛАГОДАРИТЬ ТЕБЯ ЗА ЭТО Я ТОЖЕ НЕ БУДУ, ИБО НЕ ЗНАЮ, ЧТО БЫЛО БЫ ЛУЧШЕ ДЛЯ МЕНЯ... - Он немного помолчал, собираясь с силами. - ПРАВ ТЫ БЫЛ И ТОГДА, КОГДА ПОНЯЛ МОИ МЫСЛИ О ЛЮБИМОМ УЧЕНИКЕ. ДА, ИМЕННО БОЛЬ ЗА НЕГО И ЗАСТАВИЛА МЕНЯ УЙТИ В УЕДИНЕНИЕ. МНЕ БЫЛО ОЧЕНЬ ТРУДНО ЭТИ ДНИ: ТОЛЬКО СЕГОДНЯ Я, НАКОНЕЦ, СУМЕЛ ОТЫСКАТЬ ЕГО! ЭТА СВЯЗЬ ТОЖЕ БЫЛА ОЧЕНЬ КОРОТКОЙ, НО Я УСПЕЛ ОСОЗНАТЬ, ЧТО СЛУЧИЛОСЬ С НИМ... - Старый Учитель продолжал сидеть с закрытыми глазами и говорил так тихо, что, казалось, разговаривает сам с собою. Иногда Хранитель Древнего Знака с трудом слышал и скорее угадывал его слова.
- С НИМ ПРИКЛЮЧИЛАСЬ БЕДА, И Я ПОКА НЕ ЗНАЮ, КАК ОКАЗАТЬ ЕМУ ПОМОЩЬ... - И снова гримаса боли исказила его лицо, он помолчал несколько минут, потом спокойно продолжал: - КАКОЕТО ЗЛО ВЫЧЕРКНУЛО ЕГО ПАМЯТЬ, ЕГО ПРОШЛОЕ, И СЕЙЧАС ОН СТРАДАЕТ ОТ ЭТОГО И НЕ МОЖЕТ ОТЫСКАТЬ ПУТЬ К СЕБЕ... - Он снова замолчал, и его лицо в который раз исказилось гримасой боли и отчаяния.
- Учитель! - воскликнул Хранитель Древнего Знака, - неужели он навсегда останется без своего прошлого? - В его глазах появился страх. - Неужели ему нельзя помочь?
- ВСЕ ВРЕМЯ С ТЕХ ПОР, КАК Я ПРИНЯЛ ОТ НЕГО ЭТО ПРИЗНАНИЕ, Я ПЫТАЮСЬ ПОМОЧЬ, НО... - Учитель тяжело вздохнул, - НО УДЕРЖИВАТЬ КОНТАКТ С НИМ НА НЕОБХОДИМОЕ ВРЕМЯ НЕ ПОЛУЧАЕТСЯ... ТО ЛИ НА НЕГО ВОЗДЕЙСТВУЮТ КАКИЕ-ТО СИЛЫ, ТО ЛИ Я УТРАТИЛ СВОЮ ЭНЕРГИЮ...
- Что вы. Учитель! - тут же воскликнул Хранитель Древнего Знака. - Ваша энергия так сильна, что я ее ощущаю даже кончиком своих пальцев!
- ТЫ ОЩУЩАЕШЬ ЕЕ, БРАТ МОЙ, ПОТОМУ, ЧТО В ТЕБЕ ЕСТЬ ВЕРА И ПАМЯТЬ, А ОН... - Старый Учитель опустил голову и покачал головой.
- Неужели нет выхода?
- ВЫХОД ВСЕГДА ЕСТЬ! - мягко возразил Учитель. - ОДНАКО ДАННЫЙ СЛУЧАЙ - ОСОБЫЙ, И К НЕМУ НЕЛЬЗЯ ПОДХОДИТЬ С ОБЫЧНЫМИ МЕРКАМИ... ЕМУ НУЖЕН КАКОЙ-ТО СИЛЬНЫЙ ТОЛЧОК, НЕОРДИНАРНАЯ СИТУАЦИЯ, КОТОРАЯ ПОДТОЛКНЕТ ЕГО МОЗГ В ПРОШЛОЕ И ЗАСТАВИТ ЕГО ВСЕ ВСПОМНИТЬ!
- Мне кажется, что нет ничего страшнее потери памяти! - задумчиво проговорил Хранитель Древнего Знака. - Что вы решили, Учитель? Вы еще остаетесь здесь?
- НЕТ... ЗДЕСЬ Я СДЕЛАЛ ВСЕ, ЧТО МОГ... - Старик прикрыл глаза и несколько минут что-то шептал про себя. Слов невозможно было разобрать, но по его равномерно шевелящимся губам было заметно, что он читает молитву. Вскоре он открыл глаза и повернулся к Хранителю Древнего Знака. - Я ПРИНЯЛ РЕШЕНИЕ! - торжественно проговорил он. - ЕСЛИ НЕ ХВАТАЕТ ЭНЕРГИИ ОДНОГО ЧЕЛОВЕКА, ТО НЕОБХОДИМО СОЕДИНИТЬ ЭНЕРГИЮ НЕСКОЛЬКИХ ЛЮДЕЙ!
- Учитель! Ты хочешь обратиться за помощью к Братьям? - догадался Хранитель Древнего Знака.
- ДА. ЭТО ЕДИНСТВЕННЫЙ ВЫХОД, ЧТОБЫ СПАСТИ ЕГО И ВЕРНУТЬ УТРАЧЕННУЮ ПАМЯТЬ... - Учитель закрыл глаза, сделал глубокий, всей грудью, вдох, проделал несколько пассов рукой. Затем уверенно поднялся на ноги и взглянул на Хранителя Древнего Знака. - ДЛЯ ТОГО, ЧТОБЫ СОЕДИНИЛАСЬ ЭНЕРГИЯ БРАТЬЕВ, НЕОБХОДИМА ТЩАТЕЛЬНАЯ ПОДГОТОВКА, И НА ЭТО УЙДЕТ ОПРЕДЕЛЕННОЕ ВРЕМЯ, ОДНАКО И ЭТОГО БУДЕТ МАЛО: СОЕДИНЕННУЮ ЭНЕРГИЮ НУЖНО БУДЕТ ТОЧНО НАПРАВИТЬ, А ДЛЯ ЭТОГО ТРЕБУЕТСЯ МАКСИМАЛЬНО ТОЧНО ВЫСЧИТАТЬ ВРЕМЯ, ЧТОБЫ ИЗБЕЖАТЬ ВНЕШНИХ ФАКТОРОВ ВЛИЯНИЯ...
- Учитель, вы прибегали уже к этому способу? - не очень уверенно спросил Хранитель Древнего Знака. - К СОЖАЛЕНИЮ НЕТ, БРАТ МОЙ, - вздохнул Учитель, - НО ЗАДОЛГО ДО ТОГО, КАК ТЫ ПРИШЕЛ К НАМ, МОЙ УЧИТЕЛЬ ПЕРЕД САМОЙ СВОЕЙ СМЕРТЬЮ ОТКРЫЛ МНЕ СЕКРЕТ ЭТОГО ПОСЫЛА... ПОСЫЛА СОЕДИНЕННОЙ ЭНЕРГИИ ЧЕРЕЗ ОТКРЫТЫЙ КОСМОС... ЭТО ТЯЖЕЛОЕ ИСПЫТАНИЕ ДЛЯ МЕНЯ И МОЖЕТ ОКОНЧИТЬСЯ ТЕМ, ЧТО МОЯ ДУША ОСТАНЕТСЯ В ОТКРЫТОМ КОСМОСЕ...
- Но как же мы, Учитель? Как мы останемся без тебя? - Голос Хранителя дрогнул, и глаза его стали печальными.
- КОГДА-ТО ЭТО ДОЛЖНО СЛУЧИТЬСЯ, - вздохнул Учитель, - И ТЫ ЗАЙМЕШЬ МОЕ МЕСТО, ПОКА НЕ ПРИДЕТ ТВОЯ ПОРА... - он помолчал немного, потом снопа взглянул ему в глаза, - А МЕСТО ХРАНИТЕЛЯ ДРЕВНЕГО ЗНАКА ПУСТЬ ЗАЙМЕТ О'ХАРА: У НЕГО ХОРОШАЯ ДУША, ОТКРЫТОЕ СЕРДЦЕ И ХОЛОДНЫЙ УМ!
- Да, Учитель, он более всех достоин возглавить наших Братьев! - чуть задумчиво проговорил Хранитель Древнего Знака, затем решительно произнес: - И мне кажется, Учитель, что не мне, а ему должно встать после вас!
- Я ОЧЕНЬ РАДУЮСЬ ТОМУ, ЧТО УСЛЫШАЛ СЕЙЧАС ОТ ТЕБЯ, И ВЕРЮ В ТВОЮ ИСКРЕННОСТЬ, НО ОН ДОЛЖЕН ПОБЫТЬ СНАЧАЛА ХРАНИТЕЛЕМ ДРЕВНЕГО ЗНАКА. ЭТО ОЧЕНЬ ВАЖНО... ВСЕ! - Старик рубанул рукой воздух, как бы завершая эту тему. - А ТЕПЕРЬ ИДИ И СКАЖИ БРАТЬЯМ, ЧТО С ЗАВТРАШНЕГО ДНЯ РАСПИСАНИЕ НАШЕЙ ЖИЗНИ СТАНЕТ НА НЕКОТОРОЕ ВРЕМЯ СОВЕРШЕННО ДРУГИМ: НАЧНЕМ ПОДГОТОВКУ К ТРУДНОМУ ИСПЫТАНИЮ! ИДИ, ЧЕРЕЗ НЕСКОЛЬКО МИНУТ Я ПРИСОЕДИНЮСЬ К ВАМ... - Учитель повернулся и взглянул в верх каменного свода пещеры, воздел морщинистые руки и вдруг издал какойто странный громкий возглас, напоминающий рык тигра...
Хранитель Древнего Знака, уже дошедший до поворота, вздрогнул от неожиданности, оглянулся и застыл в изумлении: из того места, куда смотрел Учитель и куда были направлены его руки, неожиданно вырвался яркий солнечный луч. Этот луч, словно луч лазера, был узким и ярко-белым. Учитель поднес обе руки к лучу, и тот, словно подчиняясь им, стал отклоняться в сторону, пока руки Учителя не остановились, и как только он взмахнул ими, произошло удивительное: в том месте, куда падал луч, оказалась какая-то отражающая поверхность, и луч, преломившись в ней, устремился в сторону и там, снова наткнувшись на отражающую поверхность, преломился в третью сторону. Это продолжалось до тех пор, пока все помещение не было заполнено удивительными переплетениями лучей, которые напоминали хитроумную систему сигнализации какого-нибудь банка. Но самое удивительное было то, что каждое преломление луча проходило мимо Учителя и только последнее направило луч прямо в переносицу старика, стоящего с закрытыми глазами.
Зачарованный этим удивительным и странным зрелищем, Хранитель Древнего Знака стоял, как соляной столб, не в силах тронуться с места, пока Учитель вдруг не опустил руки резко вниз, и мгновенно луч исчез, словно его и не было, а Хранитель Древнего Знака смог сдвинуться с места.
Два генерала
У генерала Богомолова впервые за последние два-три месяца было хорошее настроение. Ему было от чего радоваться: наконец-то он получил долгожданное донесение от своего заграничного агента. А все началось в тот день, когда он, собрав тех, кому доверял, пришел арестовывать генерала Галина, своего непосредственного начальника.
Возможно, пройди все гладко, и окажись генерал в Лефортовской тюрьме, где с ним можно было бы работать, ничего бы не обнаружилось. Но...
Константин Иванович, пройдя от рядового до генерала, убедился, что таких случайностей не бывает, а если они и происходят, то их необходимо расследовать гораздо серьезнее, чем само преступление. На первый взгляд все выглядело действительно нелепой случайностью. Группа проверенных товарищей пришла арестовывать того, кто предал Органы. Тот резко потянулся к столу, и у одного не выдержали нервы: единственный выстрел оборвал жизнь генерала Галина. Богомолов, тогда еще полковник, находился в непосредственной близости от Галина, и другому сотруднику показалось, что второй выстрел должен быть предназначен именно ему, полковнику Богомолову. Сотрудник дал очередь и сразил наповал убийцу генерала Галина. Казалось, что Богомолов должен быть благодарен за свое спасение этому сотруднику, и он действительно поблагодарил его, но...
Богомолов до тошноты не переваривал, когда в какомлибо деле остаются неразъясненные вопросы Через некотооое время, когда путчисты были арестованы и народ облегченно вздохнул, Богомолов, ставший за это время генералом, снова вернулся к событиям того дня, когда Президент России распорядился арестовать генерала Галина.
Имея профессиональную память, Константин Иванович стал в мельчайших деталях вспоминать происшедшее. То, что ранее не останавливало на себе внимания, сейчас, когда появились серьезные сомнения, заявило о себе в полный голос. Богомолов отчетливо вспомнил, что стрелявший в Галина сотрудник был совершенно спокоен и сосредоточен. Генерал Галин (Константин Иванович и это отчетливо вспомнил) потянулся не к столу, где, возможно, и было оружие, не к карману, а к кнопке вызова адъютанта, который не представлял никакой угрозы - он уже был арестован.
Это во-первых! Во-вторых, даже если предположить, что генерал решился оказать сопротивление, что он мог сделать с пятью вооруженными сотрудниками-профессионалами? Далее, капитан выстрелил генералу прямо в сердце, а следующее движение его руки указывало на то, что он хотел выстрелить ему и в голову. Так обычно поступают наемные убийцы, профессионалы своего страшного дела. Жертве не давалось ни малейшего шанса на жизнь.
Но если капитан хотел добить генерала и не покушался на жизнь Богомолова, почему майор убил его? Богомолов проработал с этим человеком много лет и никак не мог назвать его нервным. Наоборот, тот всегда был осторожен и расчетлив. И только один раз за все долгие годы работы с майором Богомолов видел его несколько растерянным: в тот самый день, незадолго до убийства генерала Галина, когда майор докладывал Богомолову о том, что сам услышал о предполагаемом перевороте.
Сейчас, подвергая все сомнению, Константин Иванович вспомнил то, на что тогда не обратил внимания: майор не был растерян! Он играл растерянного человека! Этот вывод настолько потряс генерала, что он в волнении стал ходить по кабинету. Если он прав, то его кто-то классно использовал. Вероятно, кому-то не хотелось, чтобы генерал Галин, будучи раскрытым, остался в живых. Он слишком много знал и мог дать ответы на многие вопросы. Придя к этим выводам, генерал решил осторожно проверить подноготную и убитого капитана, которого не очень хорошо знал, и майора, который убил этого капитана. Однако подполковник, который должен был заняться проверкой, попал в госпиталь и там же скончался "от сердечной недостаточности", как было написано в документах. А майор, по распоряжению заместителя председателя Комитета, был отправлен инспектором в Казахстан и погиб в авиакатастрофе: вертолет, в котором он летел, потерпел аварию в горах при довольно странных обстоятельствах. Комиссия, расследовавшая этот случай, пришла к выводу, что взрыв произошел из-за неисправностей в топливной системе.
Несколько дней назад к Богомолову пришел генерал в отставке Порфирий Сергеевич Говоров, которого тоже мучили сомнения относительно происшествия в кабинете генерала Галина. Они проговорили около двух часов и пришли к заключению, что не может быть и речи о случайностях в этом деле: за всем этим стоит какая-то страшная и умная сила. Они детально разработали план дальнейших действий и договорились о системе связи между собой, чтобы не насторожить опасного противника и не подвергнуть свои жизни опасности.
Их усилия принесли кое-какие результаты. Именно это и подняло настроение генералу Богомолову: его агент сообщил такую информацию, что поначалу генерал даже отказывался верить в нее. Он срочно назначил встречу с Говоровым.
Не доверяя никому в этой ситуации, генерал Богомолов сам сидел за рулем и довольно долго проверял, нет ли "хвостов", и только потом появился на их явочной квартире. Старый генерал был уже там и внимательно следил за событиями в мире на экране телевизора.
- Приветствую вас, Порфирий Сергеевич! - приветствовал Богомолов своего соратника.
- Судя по торжествующим ноткам в вашем голосе, вы пришли не с пустыми руками! - улыбнулся тот, крепко пожимая ему руку.
- Что не с пустыми, это точно, а вот что до торжества... - Богомолов поморщился. - Ладно, не тяните душу, рассказывайте... - Говоров стал серьезным, почувствовав, что Богомолова что-то волнует.
- Может, сначала по рюмашке? - неожиданно предложил Константин Иванович, открывая свой "дипломат" и доставая из него бутылку французского коньяка.
- Вот как, оказывается, живет сейчас простой российский генерал! - усмехнулся Говоров, рассматривая бутылку. - Ну что ж, по рюмочке так по рюмочке... - Он сразу понял, что Богомолову нужно снять напряжение, и решил не торопить его.
Константин Иванович достал также банку черной икры, помидорчики, огурчики и лимон.
- Все уже помыто и нарезано. - Он ловко разложил закуску в разовую посуду, вытащил из небольшого бара рюмочки и разлил коньяк. - Первый тост просто за здоровье! - Они чокнулись, и Богомолов, залпом выпив, тут же налил вторую.
Говоров сделал глоток и поставил рюмку на стол. Потом покачал головой:
- Кажется, тебя здорово припекло, Костя... - отбросив субординацию, тихо проговорил он, глядя ему в глаза.
- От вас ничего не скроешь, Порфирий Сергеевич, - усмехнулся Богомолов, снова выпил, закусил ломтиком лимона и только тогда поставил рюмку на стол. - Ну, вот, теперь и поговорить можно!
Старый генерал молча смотрел на него в ожидании. - Мой человек разыскал, наконец, тех, кто сосватал вашего любимого ученика в ту игру, - тихо проговорил Богомолов.
- Григорий Маркович... - догадался старый генерал. - Вы опасный человек! - усмехнулся Константин Иванович. - И я очень рад, что мы с вами в одной команде. Да, Григорий Маркович и его любовница - Лана... - И где же они осели?
- Сначала в Турции околачивались, сейчас - в Сингапуре. Однако не это самое главное... - Богомолов выдержал эффектную паузу, словно подготавливая собеседника к важной информации, потом неожиданно спросил: - Вы помните такого Рассказова? - Аркадия Сергеевича? "Стального человека"? Не его ли ты имеешь в виду?
- У вас феноменальная память! - улыбнулся генерал. - Да, именно его!
- Что это вдруг? Неужели объявился? - Порфирий Сергеевич нахмурился: в свое время он вплотную заинтересовался этим человеком, когда тот неожиданно для всех исчез, не оставив за собой никаких следов. Когда Порфирий Сергеевич узнал, что уничтожены даже следы Рассказова в архивах, то понял, что здесь не обошлось без специального распоряжения сверху. Когда он впрямую попытался спросить о Рассказове у Севостьянова, руководителя отдела ЦК КПСС, курировавшего в то время Комитет госбезопасности, то ответ был настолько пространным и в то же время недвусмысленным, что генерал решил: его догадки не лишены оснований, но лучше оставить свои "изыскания".
- Мой агент сообщает, что Григорий Маркович уже несколько лет работает на бывшего генерала КГБ Рассказова Аркадия Сергеевича. И именно по его личному указанию был втянут в их игры Савелий Говорков!
- Вот как?! - воскликнул старый генерал. - Надо же, как тесен мир!
- Более тесен, чем мы иногда предполагаем! - вздохнул Богомолов. - У вас, я вижу, тоже не получается разыскать Савелия?
- Да, пока никаких результатов... - с огорчением поморщился Говоров.
- Есть достоверные сведения, что не только мы разыскиваем его.
- Рассказов тоже, - перебил Говоров. - С вами просто неинтересно... - обиженно проговорил Константин Иванович.
- Нетрудно догадаться: именно Савелий провалил из игру и сумел вывести нас на генерала Галина и Майкла Джеймса.
- И это несмотря на заложенную в дискете дезин формацию! - подхватил генерал. - А также личную трагедию... - Вы имеете в виду Лану?
- Да, именно ее. С другой стороны, я пытался свести концы с концами и... Что-то здесь не так!
- Что именно?
- Она, как говорил Савелий, стреляла в него не один раз: первый выстрел в грудь отбросил и оглушил его, а потом, Савелий четко помнит, она подошла к нему, чтото сказала, потом сделала еще несколько выстрелов, попав ему в ногу и плечо. - И что же вас настораживает? - Савелий лежал на спине, а выстрел был в грудь, и когда она подошла к нему едва не вплотную, то не заметить, что на груди нет крови, она не могла.
- А коль скоро не могла не заметить, то почему промолчала? Торопились, вот и промолчала...
- Хорошо, допустим, но почему не прикончила выстрелом в голову? - Вероятно, жалость взяла верх. - Возможно, и жалость... - кивнул старый генерал. - Но мне кажется, что здесь произошло следующее: первый выстрел был сделан неприцельно - стреляла, не задумываясь, за возможность уехать за границу, о которой так мечталось, но Григорий Маркович, возможно, приказал добить его, и она, подойдя к нему с уверенностью, что совершила уже преступление, стреляя в свою Любовь, с облегчением выяснила, что на нем бронежилет. Потом она отворачивается и делает несколько выстрелов...
- Считаете, что Любовь победила разум? Ох и романтик вы, Порфирий Сергеевич! - рассмеялся Богомолов и плеснул себе коньяку. - С огромным удовольствием выпью за романтиков!
- Во мне говорит не только романтик, - возразил Говоров. - Простой и четкий анализ фактов и попытка просчитать эту женщину. Однако за романтиков выпью "с огромным удовольствием"! - с иронией передразнил он интонацию Богомолова.
Они выпили, закусили лимоном, немного помолчали, после чего генерал в отставке спросил: - И чем же сейчас занят наш бывший коллега? - Существует вполне легально. Я пытаюсь подыскать к нему ключик.
- Да, внедрить к нему своего человека - почти нереальная задача! - задумчиво проговорил Говоров.
- Совсем близко пока вряд ли удастся, но... - Говори, не тяни кота за хвост! - Дело в том, что Рассказов так и остался большим любителем молоденьких девочек и каждую, а у него их с десяток, проверяет и отбирает для себя сам. Долго они у него не задерживаются - год-два, самое большое. Правда, одна держится у него уже около трех лет. Гюли!
- Та, о которой рассказывал Савелий? - Вот-вот... Она у этих девочек вроде главной, и к тому же - личный секретарь Рассказова.
- Видно, ваш агент обедает с ним каждый день! - усмехнулся Порфирий Сергеевич.
- Если бы... - тяжело вздохнул Богомолов. - Его уже нет больше: это было последнее сообщение от него. И в нем был сигнал об опасности: по всей вероятности, Рассказов сумел его вычислить. Его нашли со сломанной шеей в канале...
- Да, наш бывший коллега разыгрался не на шутку. - Говоров задумался. - Может, имеет смысл мне засветиться?
- Вам? Вы что, шутите? - удивленно спросил Богомолов.
- А что, неплохая мысль: я давно отошел от дел, Рассказов меня помнит и даже уважает, как мне кажется... А если судить по его интересу к своей бывшей родине, проявленному так недвусмысленно, то можно быть уверенным в его серьезных планах: идет напролом и не жалеет ни средств, ни людей.
- Лично мне это кажется совершенно абсурдной идеей, но, зная вас и уважая ваш опыт, обещаю подумать над ней... - Генерал вздохнул и потянулся к бутылке с коньяком.
- Надеюсь, что размышления будут не слишком долгими: меня очень беспокоит то, что Рассказов тоже бросился на поиски Савелия.
- Неужели вы, его старый наставник, не можете просчитать его местонахождение? - Богомолов покачал головой и быстро выпил.
- Мне кажется, нет. Я просто уверен, что с ним чтото случилось, и это как-то связано с тем злополучным взрывом на его лестничной площадке... Кстати, нашли исполнителей?
- Это было не очень сложно: квартирный вопрос... Жена при разводе отсудила квартиру и выставила бывшего мужа на улицу, а он, талантливый химик, соорудил самоделку и... Теперь парню грозит срок, хорошо еще, обошлось без жертв.
- А где сейчас капитан Воронов? - неожиданно спросил Говоров.
- Названный брат Савелия? В Ялте, восстанавливает силы после ранения, а что?
- Не выпускайте его из виду. Думаю, он скоро сможет оказаться нам полезным... Кстати, как у него решился вопрос с обвинением?
- Вы о той злополучной пленке, где он расстреливает пленных? - О ней.
- Эксперты сказали свое слово: расстрел оказался очень талантливой инсценировкой, а доказательством, снимающим все сомнения, оказалось то, что двое так называемых "мертвецов" были захвачены при переброске контрабанды через афганскую границу. Чтобы спасти свою шкуру, они признали свое участие в фальсификации. Самое интересное, что и в этом случае все указывает на то, что все нити сходились к Рассказову!
- Это лишний раз подтверждает, что его интерес к России не случаен. - Говоров помолчал немного, потом взглянул прямо в глаза Богомолову. - Мне нужно выйти на Рассказова! - тихо, но твердо произнес он. - Понимаешь, нужно! Я кожей чувствую, что это наш если не единственный, то очень большой шанс покончить с этой гнидой! Я никогда тебя ни о чем не просил. Костя... - шепотом добавил он и замолчал, ожидая ответа.
- Не волнуйтесь, генерал, я же сказал: подумаю. - Богомолов, улыбнувшись, подмигнул. - И не очень долго. Кстати, было бы совсем не плохо установить контакт с Майклом Джеймсом: что-то зачастил наш бывший коллега в Америку.
Таиландские "курочки" для Рассказова
А в это время тот, о ком говорили два генерала, был занят довольно приятным делом: он подбирал себе новеньких "курочек". Случилось так, что из десяти его девочек осталось только шесть. Трех он сам прогнал, обеспечив им безбедное существование, потому что перестал испытывать, как он говорил, "нежное удовлетворение", а для другой работы они не годились. И он расстался с ними без всякого сожаления, предупредив напоследок, что "для их здоровья" будет лучше до конца дней своих держать рот на замке, а еще лучше - забыть, вычеркнуть из памяти то время, что они провели с ним. Затем, выделив им приличную сумму на жизнь, сказал, что они подготовлены очень хорошо и могут работать не только по "сексуальной линии", но быть отличными квалифицированными секретарями, массажистками, так что если кто из них пожелает, пусть обратится в фирму "Рокси" к управляющему. Он вручил каждой свои визитки и тепло распрощался. Надо заметить, что девушки не испытывали особой радости от этого расставания.
В последнее время Аркадия Сергеевича потянуло на совсем молоденьких девочек: то ли возраст давал о себе знать, то ли хотелось испытать что-то новенькое. Во всяком случае, он дал задание подыскать "не старше пятнадцати и не моложе десяти", но чтобы "было за что подержаться и на чем остановить свой взгляд" и "желательно, девственниц", но... Рассказов в упор посмотрел на красавца, который и занимался "естественным отбором": не должно быть никаких проблем ни с властями, ни с родителями. Средств не жалеть!
Получив это трудное задание, Стив, так звали парня, совсем приуныл. Зная нрав своего хозяина, он понимал, что все требования должны быть выполнены, а тут такие "вводные"! Немного поразмыслив, он решил, что придется подбирать таиландских девочек. Однако нужно досконально проверить каждую кандидатку, чтобы не получилось так, как с четвертой, которая оказалась наркоманкой и, боясь потерять работу, долгое время морочила голову даже их медикам. Именно Стиву и пришлось исправлять ошибку: он утопил ее, а заодно сломал шею и ее знакомому, который оказался невольным свидетелем расправы и попытался оказать ей помощь.
После этого случая были заменены два врача и сделаны внушения Стиву о более тщательной проверке кандидаток.
У Стива были кое-какие знакомые, которые поставляли живой товар из Таиланда, и он попытался с ними связаться. Секретарша сказала, что они сейчас как раз в Таиланде и тут же набрала номер. Стив коротко рассказал о своих проблемах, и Ван Донг, с которым он был более чем в тесных контактах, предложил ему приехать к ним на недельку, чтобы на месте решить все проблемы. На следующий день Стив уже был в Таиланде.
Его встретили прямо в аэропорту и пару часов везли в небольшой городок, где Ван Донг имел свою фирму, для работы на которой якобы и набирались девушки.
Набор проходил в несколько этапов. Сначала его агенты подыскивали девушек, подходящих по внешним данным, после чего другие агенты выясняли все о семье претендентки, об их взаимоотношениях с властями, стараясь найти струны, на которых можно будет играть, чтобы родители оказались более сговорчивыми. На третьем этапе девушки проходили тщательный медицинский контроль: они должны были быть здоровыми во всех отношениях. По желанию заказчика некоторые из них обучались иностранным языкам.
Этот бизнес был очень выгодным и, несмотря на большие затраты, приносил огромные доходы. Ван Донг и его люди снабжали живым товаром не только бордели, ночные заведения, личные гаремы богатых бизнесменов, но и поставляли детей для усыновления.
Стив приехал в очень удачный момент: Ван Донг получил большой заказ как раз на девушек нужного ему возраста для Америки. Ему даже срочно пришлось строить времянки для размещения первого набора. Конечно, условия жизни там были далеко не идеальными, но по сравнению с тем нищенским существованием, которое влачили семьи этих девочек, вполне сносными. Здесь их хорошо кормили, и девочки беспрекословно подчинялись любым приказаниям своих "учителей".
Все решал Ван Донг, и никто из его сотрудников не решился бы на своевольный шаг, не испросив разрешения у него. Только с его согласия они могли взять на ночь приглянувшуюся девушку. Ван Донг держал при себе хороишх медиков, которые обследовали претенденток и принимали решение: можно ли без лишних затрат вылечить тех, кто претендовал на хорошее место, если они больны чем-либо легким. Особое внимание уделялось девственницам: их стоимость была на порядок выше остальных. Хотя надо заметить, проституция в Таиланде приняла такой размах, что порой ночная жизнь этих девочек начиналась уже в десятилетнем возрасте.
- Приветствую тебя, Красавчик-Стив! - радушно воскликнул Ван Донг, когда Стив переступил порог его роскошного кабинета. - Как здоровье твоих родителей, близких? Как твое здоровье? Хорошо ли идут твои дела? - начал он обычное восточное приветствие.
- Спасибо тебе, уважаемый Ван Донг. У меня все здоровы, чего желаю и твоим родным и близким!
- Благодарю тебя, Красавчик-Стив! Присаживайся на почетное место. - Он указал на роскошный мягкий диван, в котором Стив с удовольствием утонул, вытянув вперед ноги. - Чего хочешь выпить?
- Если не возражаешь, виски и ананасовый сок. И то, и другое со льдом! - Стив промокнул платочком обильно выступающий на лице пот.
Ван Донг хлопнул в ладоши, и маленькая симпатичная девчушка, которую Стив поначалу не заметил, неслышно, по-кошачьи выскользнула за дверь. Стив причмокнул губами.
- Хороша, не правда ли? - довольно улыбнулся Ван Донг.
- Да, ты, уважаемый Ван Донг, всегда отличался отменным вкусом! - похвалил Стив. - Сколько же ей лет?
- О, ей уже четырнадцать. Два года у меня, очень способна. Если хочешь, могу прислать ее тебе сегодня.
Что-то подсказало Стиву, что он не должен воспользоваться этим жестом гостеприимства.
- Нет, уважаемый Ван Донг, я не могу злоупотреблять нашей дружбой, - мягко отказался Стив. - Я думаю, мы без особого труда найдем что-нибудь для меня среди ваших претенденток.
- Можете не сомневаться, Красавчик-Стив, весь набор будет перед вашими глазами! - он уважительно перешел на "вы", его тон стал еще более радушным, и Стив порадовался своей интуиции. - Для моей фирмы ваше обращение очень лестно, мы постараемся полностью удовлетворить ваши желания, и цена будет для вас прежней, несмотря на достаточное повышение для остальных! - Он чуть поклонился Стиву.
- Я благодарю тебя, Ван Донг, однако не нужно на нашей дружбе терять заработок: мы готовы оплатить все по новым расценкам, - с улыбкой возразил Стив.
- Не обижайте нашу дружбу, Стив, - с некоторой обидой ответил Ван Донг. - Она ценится гораздо больше презренного металла!
- Хорошо, это ваше право, право хозяина, и гость должен уважать то, что предлагается самим хозяином, - кивнул Стив.
- Вот и отлично! - обрадовался тот и снова хлопнул в ладоши. Тут же открылась дверь, и девушка внесла поднос с виски и ананасовым соком. Рядом стояло изящное серебряное ведерко со льдом.
Поставив поднос на столик, девушка быстро и ловко наполнила стаканы, бросила в них лед и тенью выскользнула за дверь.
- Прошу! - кивнул Ван Донг и сам взял стаканчик с виски. - Теперь можно поговорить о том, что именно вас интересует.
- Как я вам уже сказал по телефону, - начал Стив, отпив добрую половину, - моего шефа интересуют девушки от десяти до пятнадцати лет, желательно девственницы.
- Для усыновления или для других целей? - поинтересовался Ван Донг. - Для других, - кивнул Стив. - Понятно... Какой язык они должны знать? - Английский или русский, лучше и тот и другой. - Русский? - удивленно воскликнул Ван Донг и скептически покачал головой. - Этот пункт весьма проблематичен: много времени уйдет на подготовку, а мне кажется, что именно его-то у нас очень мало, не так ли?
- Вы это очень тонко подметили, уважаемый Ван Донг! - улыбнулся Стив. - Чем быстрее, тем лучше, потому-то нас и не интересует цена. - Какие еще пожелания?
- Не говорю о красоте и фигуре, это само собой разумеется, но хотелось бы, чтобы девушки были без комплексов и не строптивы! Могу вас заверить, уважаемый Ван Донг, тем, кто попадет в эту четверку, чертовски повезет, они будут вас благодарить до конца дней своих и не будут ни в чем нуждаться.
- Мне достаточно, если вы и ваш патрон останетесь довольны, - улыбнулся Ван Донг. - Мне думается, что на пятьдесят процентов я могу выполнить ваш заказ прямо сейчас: мы подготовили двух для усыновления и хотели их отправить на днях, но тот заказчик подождет. Обе отлично знают английский, удивительно сложены, весьма обаятельны и податливы. Две других будут готовы дня через три-четыре.
- Так быстро? - удивился Стив. - Они почти готовы, но нужно немного поработать над их характером, - уклончиво пояснил Ван Донг. - Двум по тринадцать лет, одной - пятнадцать, а самой молоденькой исполнится десять через четыре дня. Я хочу вам предложить самому попытаться определить тех, кого я имел в виду. Сейчас сюда приведут двенадцать красавиц, среди которых и будут находиться эти четыре. Согласны?
- А что, это даже интересно! - воскликнул Стив, допил виски и налил еще.
Ван Донг дважды хлопнул в ладоши, и в кабинет вошел огромный кучерявый детина под два метра ростом.
Хозяин кабинета что-то быстра сказал ему на местном наречии, и тот, кивнув, тут же вышел.
- Мне очень нравятся ваши слуги: исполнительны и немногословны.
- Это делается очень просто, - усмехнулся хозяин. - Все мои слуги-мужчины кастрированы, и у них вырезан язык. - Он это сказал так просто, словно речь шла об обычной школе подготовки служащих. - Я имею дело со своеобразным товаром: можно потерять и много денег, и уважение партнеров, а немой и безграмотный слуга никогда не сможет предать тебя, даже если попадется в лапы властей или конкурентов! - Ван Донг заразительно рассмеялся, но Стиву этот смех показался жутковатым.
Вскоре послышался негромкий стук в дверь, и Ван Донг хлопнул в ладоши. В кабинет цепочкой вошли двенадцать девушек. Ван Донг нисколько не преувеличивал, когда говорил, что они красавицы - у Стива даже слюнки потекли. Они стали полукругом, словно давно привыкли к подобным просмотрам. Судя по всему, с ними уже была проведена работа: волосы уложены по-разному, с учетом формы головы, расположения глаз, роста. Каждая была одета не броско, но довольно нарядно и со вкусом. Их взгляды были устремлены на Стива, и ему было както не по себе. Девушки улыбались, их улыбки были разными: застенчивые, любопытные, дежурные, но в глазах каждой мелькала надежда.
Оглядев всех, Стив понял, что был очень самоуверен, когда надеялся сразу же выбрать тех, кого предлагал Ван Донг: он не мог никому из них отдать предпочтение. Тогда он решил применить метод исключения, исходя из тех скупых сведений, что предоставил ему Ван Донг. Итак, сначала возраст. Он внимательно осмотрел девушек, потом встал и обошел их сзади. Неужели он не в силах отличить десятилетнюю от тринадцати-пятнадцатилетних?
Ван Донг с любопытством наблюдал за растерянностью Стива, но решил не мешать и довести эксперимент до конца. Наконец Стив взглянул на Ван Донга и хотел уже попросить его "показать товар лицом", надеясь, что без платьев будет гораздо проще разобраться, но Ван Донг, словно прочитав его мысли, что-то коротко бросил девушкам, и те спокойно и решительно быстро скинули с себя платья, оставшись в одних кружевных трусиках.
"Да, - подумалось Стиву. - У Ван Донга действительно работают профессионалы своего дела! Какие попочки, какие грудки! Статуэтки - и только!"
Девушки, не стесняясь своей наготы, с улыбкой наблюдали за ним. Они, казалось, начинали догадываться о том, в каком он находится затруднении.
Стив чисто интуитивно указал на одну симпатичную девушку, и та сделала шаг вперед, ее глазки радостно блеснули. Стив увидел чуть удивленное лицо Ван Донга - кажется, он не ошибся. Это придало ему уверенности и он, неожиданно для себя самого, сказал по-английски:
- Девушки, прошу вас вытянуть руки вперед вниз ладонями.
Первыми подняли руки вперед четыре девушки, за ними остальные. И снова Стив порадовался своей интуиции: на двух девушек из четырех он уже обратил внимание. Он не стал торопиться и указывать на них, не раскрывая того, что знание ими языка уже подсказало ему правильное решение по крайней мере на семьдесят пять процентов, потому что из этих четырех он должен выбрать только трех. И здесь он решил руководствоваться своим вкусом: сначала указал на тех двух, что уже отметил, потом указал на ту, что игриво подмигнула ему. Ужасно довольный собой, он повернулся к Ван Донгу с видом победителя.
- Я ожидал худшего результата, - покачал тот головой. - Смею вас уверить, не потому, что у вас плохой вкус или не развита интуиция. Мною специально были отобраны очень похожие девушки.
- Да, пришлось изрядно попотеть, - признался Стив. - Но хотя бы половину девушек я угадал?
- Более того, трех из четырех или четырех из пяти, если первая названа вами не случайно. - Он снова улыбнулся. - Вы же говорили о четырех девушках, не так ли? - Да, о четырех... - Стив не понял, о чем говорит Ван Донг.
- Выбрали вы четверых, но одна, о которой я вам говорил, десятилетняя, до сих пор стоит в "общем строю". - Довольный произведенный эффектом (а он был уверен, что Стив именно о первой девушке подумал, что она самая молодая), Ван Донг кивнул, и вперед вышла улыбающаяся красавица с огромными глазами и довольно пышной грудью, которая и сбила Стива с толку.
- Не переживайте, любой мужчина наверняка бы ошибся, - подмигнул Ван Донг. - Ну, что будем делать с выбранными?
Неожиданно одна из девушек что-то быстро сказала Ван Донгу, и тот ей резко ответил. Видно, ответ был ужасным для нее, и на ее глазах, как и на глазах стоящей с ней рядом той самой молодой девушки, блеснули слезы. - Что она вам сказала? - нахмурился Стив. - Дело в том, что эти четверо знали, что я их предлагаю вам, а пятая - сестра той молоденькой... - Ван Донг зло посмотрел на дерзнувшую заговорить, и та испуганно съежилась под этим взглядом. - Не хотят расставаться? - догадался Стив. - Их желания здесь не имеют значения! - угрюмо бросил тот.
- Хорошо, уважаемый Ван Донг, отпустите девушек, а мы побеседуем, - сказал примирительно Стив и оглянулся на пятую девушку. Он ободряюще подмигнул ей, и ее глаза осветились надеждой. Когда кучерявый красавец вывел девушек из кабинета, Стив повернулся к Ван Донгу и протянул ему руку.
- У вас действительно отменный вкус! Я в полном восторге и надеюсь, зная вкус своего шефа, что и ему они придутся по душе! Надеюсь, они девственны?
- Вне всяких сомнений! - заверил тот, повеселев от похвалы.
- Выпьем за нашу дружбу и удачную сделку, - предложил Стив, поднимая стаканчик с виски.
- Ну что же, за дружбу и я готов поднять свой стакан, хотя и не пью вообще!
- Вдвойне благодарю! - Стив опрокинул в рот виски, и Ван Донг посмотрел на него с изумлением. - Мой шеф приучил меня пить залпом - он из России!
- Вот как?! - воскликнул Ван Донг. - Тогда - за вашего шефа! - Он тоже залпом выпил чуть ли не полный стаканчик виски и тут же закашлялся.
- Что же вы так, мой дорогой Ван Донг, к этому привычка нужна! - Он протянул ему стакан с соком.
Было заметно, что хмель сразу ударил Ван Донгу в голову, и Стив решил сказать то, о чем в другой ситуации вряд ли стал говорить.
- Я прошу вас меня извинить, мой дорогой, но хочу обратиться к вам с личной просьбой... - осторожно начал он.
- Для вас - все, что угодно! - Пятую я тоже хочу взять... для себя. - И только-то? - Ван Донг полез обниматься. - Эту пятую получи от меня в подарок... бесплатно! Я так хочу! - Он пьяно топнул ногой, заметив, что Стив хочет возразить ему.
- От всей души благодарю вас, мой друг. Тогда пришлите ее сегодня ко мне.
- Без проблем! - Он икнул. - Только знай, что она только-только начала обучаться английскому. Выпьем?
Вскоре Ван Донг "сломался" и заснул прямо в кресле, успев перед этим по просьбе Стива отдать необходимые распоряжения по поводу пятой девушки.
Стив отправился в свой довольно уютный номер из двух комнат, разделся, принял душ и, расположившись на огромной кровати, включил телевизор. Было около восьми, а девушку он заказал на одиннадцать, и потому, решив отдохнуть после перелета, Стив заснул. Ему показалось, что он спал недолго, когда почувствовал легкое прикосновение к груди. В комнате, несмотря на кондиционер, было довольно душно, и Стив лежал абсолютно голым.
Прикосновения были настолько легкими, что он подумал, будто это происходит во сне. Лениво потянувшись, он широко раскинул руки и улыбнулся. Девушка, приняв это как поощрение, не очень умело начала прикасаться к его коже пухлыми губами. Она была очень благодарна этому господину: помощник Ван Донга успел ей шепнуть по секрету, что тот решил взять ее с собой.
У нее было трудное детство. Родители умерли, когда ей не исполнилось и шести лет: отец погиб под машиной, а мать, зарабатывавшая им на жизнь проституцией, заразилась от клиента и вскоре скончалась, оставив двух дочерей на голодную смерть. Вероятнее всего, так бы и случилось, но спас случай: однажды она попалась на глаза одной богатой женщине, которая подбирала таких, как она с сестрой, и готовила их для Ван Донга. Как старшая Уонг присматривала за самыми маленькими обитателями "фабрики живого товара". Ей, едва не с грудного возраста привыкшей заботиться о себе, было не трудно, она успевала и с крошками повозиться, и с сестренкой поиграть, и обучаться тем наукам, какие полагались в этом "пансионате". Единственное, что ей трудно давалось, - это английский язык, который ее младшая сестренка освоила довольно быстро.
Когда Уонг еще не умела говорить, она уже видела все, что делала ее мать, выполняя прихоти своих клиентов. И маленькой девочке навсегда запомнилось, что мужчина - самый главный на свете, и нужно все делать так, чтобы ему было хорошо. Тогда он не станет бить ее, а будет дарить вкусные конфеты и красивые украшения. Став взрослой, девочка не раз вспоминала добрым словом свою несчастную мать. Будучи проституткой самого низкого пошиба, она, как самка, бросилась на защиту своей пятилетней дочки, когда пьяный клиент решил посягнуть на девочку. Вцепившись в его волосы, отчего тот сразу протрезвел, она стала оттаскивать его от девочки, и, несмотря на жестокие удары, не отпустила до тех пор, пока тот не выкрикнул, что никого не тронет и тут же уйдет.
Находясь в "пансионате", девочка слышала много сказок о том, как самым красивым и послушным девочкам повезло в жизни: кого удочерили богатые и любящие дяди и тети, кого даже взяли в жены, и они стали "уважаемыми леди". Это настолько запало ей в душу, что мысль о сказочной, полной удовольствия жизни стала для нее навязчивой идеей, и она терпеливо ждала, перенося спокойно и нередкие побои от хозяйки, и трудную работу.
Когда она увидела этого сильного молодого красавца, показавшегося ей сказочным принцем ее мечты, то поняла, что это и есть ее шанс. Она была настолько уверена, что он заметит ее и увезет с собою, что впервые за свою коротенькую жизнь заплакала, когда воплощение ее мечты оказалось под угрозой. Ее сердечко готово было выпрыгнуть из груди, когда она узнала, что он зовет ее к себе. Это был особый случай, когда девушке давали и дорогую косметику, и удивительно пахнущий шампунь, и отличные благовония для тела, и, конечно, шикарное белье.
Три часа девушка работала над собою и, когда осталась довольна, отправилась к нему, своему господину. Негромко постучавшись и не услышав ответа, она вновь едва не расплакалась, решив, что красивый господин передумал и отказался от нее или забыл о ней совсем. Немного поразмыслив, девушка решительно толкнула дверь, и та бесшумно распахнулась. Уже не раздумывая, Уонг проскользнула внутрь и тихонько прикрыла за собой дверь, повернув ключ в замке. Она прислушалась и услышала негромкую музыку, доносившуюся из комнаты. С трудом сдерживая волнение и страх, она вошла и увидела его...
Он лежал обнаженный на огромной деревянной кровати. Его загорелое красивое тело в приглушенном свете настольной лампы казалось вылитым из золота. Несколько минут Уонг любовалась этим зрелищем и не могла сдвинуться с места от охватившего ее волнения. Она не понимала, что с ней происходит: ей было тревожно и хорошо одновременно. Наконец она пришла в себя и осмотрелась вокруг. Заметив огромное, до пола, зеркало, подошла к нему, сбросила халат, воздушный пеньюар и, немного подумав, кружевные трусики. Критически осмотрела себя с ног до головы: довольно крутые, не по возрасту, бедра, тонкая талия, упругие, красивой формы груди с набухшими розовыми сосочками, чувственный ротик с пухлыми губами, большие европейские глаза... Этот осмотр придал ей уверенности, и она осторожно подошла к кровати.
Увидев капельки пота на его широком лбу и мощной груди, девушка взяла со стола салфетку и осторожно промокнула влажные места. Она делала это настолько нежно, что красавец даже не почувствовал. Затем она нежно провела пальчиком по его груди, и он вдруг вздохнул, перевернулся на спину и широко раскинул руки, улыбнувшись так нежно, что девушке показалось - улыбка предназначается ей, именно ей.
Она тоже улыбнулась ему, опустилась на колени и прикоснулась губами к его упругому животу. У него была нежная кожа и от нее пахло удивительно приятно. Неожиданно Уонг вспомнила, как стонали от блаженства мужчины, которых приводила ее мать, когда она начинала целовать их мужскую доблесть. Нисколько не стесняясь, она наклонилась и осторожно притронулась губами к его нежной плоти. Она уловила какой-то странно волнующий запах, который был совершенно не похож на тот, что был у нее, и этот запах заставил сильнее забиться ее сердечко, а по всему телу пробежала какая-то дрожь, которая настолько приятно взволновала ее, что она не удержалась и своими длинными пальчиками погладила его плоть, которая неожиданно вздрогнула и прямо на глазах стала твердеть.
Стиву все еще казалось, что ему снится какой-то удивительный и прекрасный сон. Как ни странно, в его сне присутствовала та пятая девушка: сначала они с ней купались в теплой, как парное молоко, воде, потом расположились на песчаном берегу под ласковыми лучами солнца. Ему казалось, что эта прекрасная девушка, глядя ему в глаза своими огромными глазами, шептала нежные слова и ласкала его нетерпеливую плоть. И вдруг он почувствовал там ее язычок, и почувствовал настолько явственно, что, не открывая глаз, потянулся к ней рукой. Когда рука наткнулась на копну пышных волос, Стив открыл глаза и увидел ту, которая ему снилась.
Это было настолько неожиданно и приятно, что он несколько минут лежал неподвижно, словно боясь, что видение исчезнет. И тут он понял, что это не сон - вполне реальная девушка стоит перед его кроватью на коленях и целует его плоть. Стив положил руку ей на голову, ласково погладил волосы, потом осторожно прижал к себе. Девушка от неожиданности вздрогнула и машинально приоткрыла ротик. Его плоть настолько налилась силой, что казалось, вряд ли сможет войти в нее. Стив не спешил и щадил девушку: он нежно и осторожно входил в ее ротик все глубже и глубже, пока не прикоснулся к горлышку. Он взял девушку за шею и пальцами ощутил свою плоть. Девушке была не очень приятна эта процедура, но она не обращала внимания, ощущая, что ему очень приятно. Ей казалось, что она сейчас задохнется и стала дышать носиком, стараясь прятать свои острые зубки, чтобы не поранить нежную кожу. Ей было странно и тревожно, по она сама настолько возбудилась, что вдруг почувствовала, как и ее нежная плоть стала влажной и чего-то желающей. Чисто инстинктивно девушка легла на Стива и своей плотью стала тереться о его ногу. Ощущения были настолько необычными, что она даже застонала от охватившего ее блаженства.
Ее стон совпал со стоном Стива, и девушка уже хотела остановить свои ласки, подумав, что сделала что-то ему неприятное, но в этот момент горячая струя ударила в ее горлышко. От неожиданности она дернулась, но сильные руки удержали ее голову и Уонг, машинально сглотнув странную жидкость, продолжила ласкать его язычком, благодарная за то, что ему нравятся ее ласки.
- Боже, как хорошо! - воскликнул Стив, и ей казалось, что она понимает его слова.
Несколько минут они лежали не двигаясь, как бы прислушиваясь к каким-то новым ощущениям, родившимся в них.
- Как твое имя, красавица?
- Я так, как ты хотеть... - улыбнулась девушка, глядя счастливыми глазами на Стива. - Ты - мой господин!
- Хорошо, ты будешь... - Он прищурил глаза, словно стараясь получше рассмотреть девушку и найти для нее самое подходящее имя. - Да, ты будешь Диана! - Да, Господин мой, я есть Диана! Я нравится имя! - Мне нравится это имя, - поправил Стив. - Мне нравится это имя! - повторила она. - У тебя были мужчины? - неожиданно нахмурился он.
- Нет-нет, Господин мой! - испуганно выпалила девушка. - Только вы и нет никто!
- Но где ты этому так хорошо научилась? - недоверчиво спросил Стив. - Говори правду! - Он сжал ее плечо.
- Я не учится этому! Я видеть моя мама с мужчинами... - Она готова была заплакать. - Все другое отсюда! - Девушка взяла его руку и прижала к своему сердцу. - Я даже никто не целовать... только мой сестра... маленький совсем! Верь, прошу!
- Хорошо, - сказал Стив и вдруг повернул девушку на спину, раздвинул ей ноги и осторожно ввел внутрь указательный палец, который тут же уткнулся в девственность девушки. Он делал это осторожно, но ей стало больно, однако она лишь поморщилась и безропотно терпела. Затем улыбнулась ему: - Теперь мой Господин верить мне? - Возможно... - сказал Стив, затем прильнул к ее груди губами. Соски тут же набухли, а грудь стала еще тверже. Она простонала от этой нежности и ласково прижала руками его голову.
- Ты очень красивый! Ты очень хороший! Спасибо! - прошептала девушка.
- Я возьму тебя и твою сестру с собой. Старайся учить язык! Меня будешь называть просто Стив.
- Да, мой Господин! - радостно вскрикнула девушка, благодарно прильнув губами к его руке. - Любимый Стив!
- Если твоя сестра будет вести себя правильно с моим шефом, то она тоже будет счастлива!
- Если она будет рядом, то я помогу ей нравиться твой шеф! - тихо сказала девушка.
- Да, вы часто сможете видеться с ней... А теперь ты должна знать главное и передать сестре и тем, кого я отобрал, что с этого момента ваши рты должны быть на замке, а глаза видеть только то, что буду разрешать вам я и мой шеф! Понятно? - Да, мой Госпо... любимый Стив! - Тебя я назначаю главной среди девушек. Все их просьбы и пожелания - только через тебя! Ты должна будешь сохранять их в целости до встречи с моим шефом! И обо всем будешь докладывать мне! Ясно? - Да, мой любимый Стив!
- А теперь поцелуй меня! - улыбнулся Стив, и девушка радостно бросилась ему на шею.
Нам нужен Рэкс!
Огромный зал напоминал мини-Коллизей, только вместо арены посередине был установлен самый настоящий ринг, гораздо большего размера, чем стандартный, от которого расходились едва не до самого потолка ряды для зрителей. Удобные мягкие кресла с небольшими откидными столиками, под сиденьем мини-бар - казалось, все было тщательно продумано для удобства каждого зрителя. Мест было не очень много, потому что между рядами оставлялось довольно широкое пространство для изящных девушек, обслуживающих посетителей. У этих девушек, одетых только в открытый бюстгальтер, узенькие планочки и небольшой передничек, было много функций: они могли принести любой напиток и закуску, промассировать затекшее тело, а также выполнить любые интимные желания клиентов, но все их услуги оплачивались отдельно, и цены были очень высоки.
Кресел было ровно двести пятьдесят, но в самые удачные дни набивалось до трехсот посетителей, желающих пощекотать свои нервы и попытаться сорвать солидный куш с тотализатора.
Сегодняшний день был не из самых лучших: зрителей не набралось даже на половину зала. Раньше, когда эти виды борьбы были запрещены и поединки проходили в строгой секретности, "турниры" проводились не чаще одного раза в месяц. Сейчас же, когда все запреты были сняты, не было четкого расписания, но каждую субботу обязательно проводились встречи пяти пар. Сегодняшние бойцы выглядели довольно вяло и невыразительно, словно и они понимали, что сегодняшняя публика вряд ли раскачается на высокие ставки, а потому и "ломаться" не очень хотелось. Оплата каждого из бойцов, кроме оговоренной индивидуальной суммы, зависела от количества сделанных на них ставок: чем больше на тебя ставили, тем больше получал твой партнер. Это не оговорка: система дополнительной оплаты была на первый взгляд не очень сложной. Выиграл - получи свой процент. Однако процент будет существенно выше, если больше поверили в твоего партнера и поставили на него, а выиграл ты.
Лолита была не в духе, ее все раздражало. Она была страстной болельщицей и любила рисковать, ставя довольно внушительные суммы на поединщиков. Конечно, она обладала более точной информацией о бойцах, чем любой из зрителей, однако сюрпризы случались и для нее. Были и договорные поединки, но это было опасно для всех участников сделки, если она становилась достоянием гласности. Здесь первым делом падал престиж организаторов, и неизвестно, чем все могло закончиться. Однажды один из бойцов под пытками сознался в получении крупной суммы за то, что он "ляжет" под своего противника, и был убит не только хозяин зала, но и организатор боя. А обоим бойцам поломали руки и ноги, сделав их инвалидами на всю жизнь. Этот случай специально придали огласке, чтобы другим неповадно было.
Взяв все в свои руки, Лолита стала сама составлять пары для поединков, стараясь подбирать более или менее одинаковых по силам бойцов. Как ни странно, это принесло ощутимую пользу для бизнеса: авторитет их клуба стал намного выше, а значит, и посетителей стало больше. На некоторые встречи к ним приезжали даже из бывших республик, а иногда из дальнего зарубежья.
Наблюдая за очередным бесцветным поединком, она посчитала сегодняшний день потерянным и уже хотела уйти, как ей в голову неожиданно пришла очень интересная идея. Дождавиись окончания схватки, в которой выиграла неожиданно для себя пятьсот долларов, что придало ей еще большей уверенности, Лолита взяла в руки микрофон:
- Уважаемые господа! Во-первых, я хочу поблагодарить вас за то, что вы сумели выкроить время и посетить наш клуб "Виктория", и надеюсь, что, несмотря на не очень выразительные бои, вы сумели отдохнуть и получить немного удовольствия!
- О да, госпожа Лолита! - не очень трезвым голосом воскликнул один толстячок, державший в своих руках несколько ночных казино. Он выразительно погладил по пышной груди красивую блондинку, сидящую у него на коленях. - Ваши девочки просто прелестны!
- Приятно это слышать, у вас хороший вкус! Сейчас, перед последним поединком сегодняшнего вечера, хочу вам сообщить приятную новость: ровно через месяц нашему клубу исполнится десять лет!
- Браво! - воскликнул кто-то, и раздались аплодисменты.
- Спасибо вам, друзья! Чтобы отметить это знаменательное событие, мы решили провести самое настоящее шоу с приглашением звезд кино и эстрады, и кроме того, вместо пяти встреч будет проведено семь. Восемь лучших бойцов страны проведут четыре встречи, и четыре победителя встретятся в двух поединках, которые определят финалистов. Они будут бороться за звание чемпиона России и довольно приличный приз - десять тысяч долларов!
- Отлично, Лолита! - выкрикнули едва не хором несколько человек, и снова раздались бурные аплодисменты.
- Я рада, что вам понравилась моя идея, - улыбнулась Лолита. - Передайте своим партнерам, что всех кандидатов на звание чемпиона России я жду в течение двух недель. Заявки на посещение этого зрелища принимаю с сегодняшнего дня! Стоимость билетов тройная, надеюсь, вы понимаете, почему! Ставки будут приниматься в течение трех дней после утверждения списка бойцов! Прошу, господа, не держать на меня зуб, если не все ваши заявки будут выполнены: вы знаете, что здесь только двести пятьдесят основных мест. Однако можете быть уверены в том, что ни один из регионов не будет обижен, это я вам гарантирую!
- Ваше слово является полной гарантией! - сказал в микрофон подошедший высокий худощавый мужчина лет пятидесяти, галантно поцеловав ей руку. - Очень рад быть одним из первых, кто хочет оказаться на этом празднике. - Он достал из портмоне визитку, что-то на ней черкнул, затем протянул Лолите.
Лолита взяла визитку. "Четыре места - центральный регион" гласила запись, а под ней - размашистая подпись.
- Очень оригинальная заявка! - улыбнулась Лолита. - Не обещаю, что она будет полностью удовлетворена, но постараюсь, потому что вы действительно первый.
- Буду вам очень признателен! - Он снова поцеловал ей руку и добавил: - Кроме того, наша фирма готова спонсировать в разумных пределах это интересное мероприятие, и первый взнос в размере пяти тысяч долларов делаем прямо сейчас! - Он вытащил из внутреннего кармана чековую книжку, быстро сделал надпись и протянул чек Лолите.
- Можете считать, что ваша заявка будет выполнена на все сто процентов! - улыбнулась довольная Лолита и сказала в микрофон: - Чтобы господа не думали, что здесь сделано исключение, объявляю вам, что заявки спонсоров будут удовлетворятся в первую очередь!
- А что, это справедливо! - воскликнул толстячок, сталкивая с колен пышногрудую блондинку. - Моя фирма тоже готова стать спонсором! - Он вытащил из внутреннего кармана пачку стодолларовых купюр и подошел к Лолите. - Здесь три тысячи, но будет тоже пять! - Он сказал это в микрофон, и было ясно, что говорит он не для нее, а для всех присутствующих. Толстяк напоминал старых русских купцов, готовых последнее отдать, чтобы не ударить в грязь лицом перед себе подобными.
"Хорошее начало!" - подумалось Лолите, и она с легким поклоном приняла деньги.
- Вашу визитку, господин представитель! Она знала почти всех, но здесь не принято было называть имена вслух. Вероятно, это правило возникло со времен запрета, чтобы не давать информацию случайным "ушам".
Толстячок вытащил свою визитку и протянул Лолите.
- Нашему округу достаточно и двух мест, - бросил он.
- Благодарю вас! - Она сделала пометку в своей изящной книжечке. - Начало сделано, господа! Остальных желающих прошу в мой офис! Хорошего окончания сегодняшнего вечера!
Ее объявление словно подстегнуло последнюю пару, дат и всех присутствующих посетителей: бойцы резво выскочили на ринг, а девушки, принимающие ставки, не успевали бегать между креслами.
Поединок оказался действительно очень интересным и упорным: кровь текла ручьем, но ни один из бойцов не хотел уступать, и потому переживали то одни болельщики, то другие.
Лолита, охваченная энтузиазме от неожиданного успеха своей идеи, уже не обращала внимания на ринг, поручив своему помощнику довести до конца вечер и проконтролировать оплату всех ставок. Она быстро собралась, села в подаренный Лешей-Шкафом "мерсик", как ласково она называла голубой "мерседес", и помчалась к Леше в офис. По дороге она по радиотелефону связалась с ним и предупредила о своем приезде.
- Извини, Лешенька, что отрываю тебя от дел, но мне нужно с тобой срочно повидаться! - ласково проворковала она.
- Нет таких дел, милая, какие я не мог бы отодвинуть для тебя! - отозвался он. - Целую и жду.
Когда Лолита вошла в кабинет, Леша сидел за столом и с кем-то говорил по телефону:
- Я все понял... Продолжай в том же духе! Как только он останется один, вызывай меня. Все! Ко мне Лола пришла! - Он положил трубку, встал и чмокнул Лолиту в щеку. - Мне кажется, я могу угадать, что тебя так спешно погнало ко мне.
- Я буду этому очень удивлена... - Лолита покачала головой.
- Наша "темная лошадка", не так ли? - Откуда ты знаешь? - Девушка была действительно ошарашена.
- Это элементарно, Ватсон. Как только мне сообщили о твоем плане проведения годовщины клуба... - Уже сообщили... - пробурчала она. - Должен же шеф фирмы все знать. - Он довольно улыбнулся. - Так вот, для выгодного воплощения твоей идеи нам необходима "темная лошадка". Правильно я говорю?
- Ты всегда правильно говоришь, дорогой мой Лешенька! А вот первые взносы спонсоров! - Лолита вытащила пачку долларов и чек. - Восемь тысяч, и это только начало!
- Я в тебе никогда не сомневался. - Он поцеловал ее в губы. - Это действительно прекрасная идея! И я думаю, что провести ее необходимо на самом высоком уровне. Во-первых, поговорю с Иосифом.
- Может быть, и Пугачиху можно будет заполучить?
- Попробуем, если не совпадет с какими-нибудь крутыми гастролями.
- Тогда и Киркорова нужно будет пригласить... - Естественно, мне кажется, что там все двигается к свадьбе.
- А что, будет самая настоящая "сладкая парочка"! Однако ты замалчиваешь самое главное...
- Как можно, дорогуша? - усмехнулся он. - Когда ты вошла, я как раз говорил о нашей "темной лошадке": выжидаю нужный момент, чтобы пригласить его работать на нас. - А если он откажется?
- Не откажется! - усмехнулся Леша-Шкаф. - Помнишь, как в "Крестном отце": "У вас такие аргументы, что я не могу вам отказать".
- С позиции силы с ним вряд ли можно будет договориться - не забывай, что он бывший "афганец". Они же непредсказуемые!
- Ничего, справимся! - Он задумался, затем согласно кивнул головой. - Хотя, возможно, ты и права: с ним нужно придумать что-то пооригинальнее... В этот момент зазвенел телефон. - Да! - бросил Леша-Шкаф в трубку. - Слушай, шеф, бабенка одна вышла из подъезда, и парень сейчас в доме один...
- Надеюсь, ты догадался кого-нибудь за ней послать?
- Обижаешь, шеф. Бульдозер не упустит ее! - Сделаете вот что! - Леше-Шкафу мысль пришла неожиданно и настолько понравилась, что он не стал даже раздумывать. - Бульдозер должен взять ее, сунуть в машину и отвезти на мою дачу... - А дальше?
- Дальше я выйду на сцену! - усмехнулся Леша. - Доложишь, как только девчонка окажется на даче! - Понял, шеф!
Шантаж
А в это время Наташа спешила на вокзал, чтобы встретить бабушку с братом, которые возвращались из Переделкино. Все ее мысли сейчас были не о предстоящей встрече, а о ее новом знакомом. Чем-то этот парень приворожил ее, несмотря на его странность и непонятную робость, даже нежелание близости с ней. Наташа чувствовала, что она ему нравится, да он и сам сказал об этом, и ей было непонятно, почему Рэксик отказался от ее тела. Какие у него сильные и нежные руки! Такое странное сочетание: сила и нежность! Все-таки интересно, что же с ним случилось? Кто он и откуда? Сначала ей показалось, что он ей просто морочит голову, что он простой "бич", то есть "бывший интеллигентный человек", но чем больше она с ним общалась, чем больше узнавала вроде бы мелочей: английский язык, шрамы, наколка... Нет-нет, с этим парнем действительно что-то случилось. Она не замечала, что за ней шел здоровенный парень лет двадцати пяти.
Это был тот самый Бульдозер, который выжидал удобного момента, чтобы схватить ее и бросить в "мерседес", следовавший за ними по пятам. Сделать это на главной улице было нереально: слишком много народу, ктонибудь мог вмешаться. Неожиданно Бульдозер вспомнил, что если девчонка свернет за угол, то у него будет несколько минут для захвата: там такой безлюдный переулочек, что вряд ли окажется народ. Этим переулком пользуются только те, кто знает о нем, чтобы сократить путь до метро. Скорее всего девчонка о нем знает, и Бульдозер, махнув водителю "мерседеса" рукой, ускорил шаг.
Наташа действительно свернула за угол, хотя и не очень любила этот переулочек, но сейчас, опаздывал к электричке, решила сократить путь. В этот момент она вспомнила, как попыталась едва не насильно заставить Савелия овладеть ее телом, и при воспоминании о пережитом блаженстве ее охватила истома. - Девушка! - услышала она и тут же обернулась. Перед ней стоял огромный детина, странно улыбаясь во весь рот. Сначала Наташа подумала, что он хочет чтото спросить, но в этот момент обратила внимание на медленно следующую за ним машину. Водитель и парень, сидящий рядом, смотрели на нее.
Все это настолько насторожило ее, что она мгновенно забыла, о чем размышляла, и внутренне собралась.
- Такая красивая и без охраны, - продолжил тот. - Может быть, со мною отправишься? Поверь, не пожалеешь!
- Слушайте, молодой человек, нашли бы вы для себя какое-нибудь другое занятие вместо того, чтобы приставать к незнакомым девушкам! - Она говорила очень спокойно, порадовавшись, что на этот раз одета в джинсы.
Бульдозеру явно не понравился ее независимый тон. Улыбка мгновенно стерлась с его лица, и он без дальнейших расспросов, попытался схватить ее за руку. Наташа, ожидая чего-то подобного, сама схватила его за рукав, нырнула под руку и вдруг резко ударила сзади под колено. Это было настолько неожиданно для здоровячка, что тот рухнул на колени.
- Ах ты, сучка! - взревел он скорее от злости, чем от боли, и снова попытался схватить девушку, но тут получил такой удар ногой в ухо, что его отбросило набок.
После первого же приема из "мерседеса" выскочил высокий парень лет двадцати и бросился на помощь своему приятелю. Ор сразу же понял, что девчонка обладает навыками рукопашного боя и попытался достать ее своими длинными ногами, но она вдруг прыгнула и ударила его сначала в живот ногой, а потом, когда он сломился пополам, нанесла удар локтем под затылок. Он был настолько сильным, что парень потерял сознание. Бульдозер еще раз попытался достать девушку, но получил такой удар между ног, что завыл от боли, катаясь по земле. Наташа повернулась к "мерседесу" и крикнула водителю:
- Может, ты хочешь попробовать? - и двинулась в его сторону, а тот вдруг дал задний ход. Это даже развеселило Наташу: она громко рассмеялась, повернулась к кл ежащим и покачала головой.
- Это вам урок на будущее - не все женщины беззащитны перед вашей силой! - сказала она и спокойно поспешила своей дорогой.
Дойдя до конца переулочка, Наташа оглянулась и увидела, как водитель "мерседеса" помогал своим приятелям забраться в машину. Усмехнувшись, она скрылась за углом и не видела, как к "мерседесу" подбежал тот, что следил ночью за подъездом.
- С ней что, кто-то был? - удивился он, когда увидел Бульдозера с перекошенным лицом и второго, еще не пришедшего в себя после страшного удара.
- А ей никто и не нужен - она такое творила! - воскликнул водитель "мерседеса".
- Трое здоровенных мужиков не смогли справится с девчонкой?! - Никита не мог поверить в такой поворот. - Вы знаете, что сделает с вами Леша-Шкаф? Где эта девица? - Только что за угол свернула... - Ладно, езжайте к Леше и все ему расскажите, я - за ней.
- Будь осторожнее с этой мегерой! Может и ноги повыдергать, - предупредил его очнувшийся высокий парень.
- Спасибо, вовремя предупреждаешь, - крикнул Никита и быстро побежал за девушкой. Он догнал ее достаточно быстро и стал незаметно следить за ней. Наташа, взглянув на расписание пригородных электричек, направилась к пятому пути. Он понял, что девушка когото встречает и немного успокоился: очень уж не хотелось куда-то ехать.
Электричка подошла минут через пять и вскоре девушка встретилась с пожилой женщиной и мальчиком лет пяти-шести. Никита быстро подскочил к телефону-автомату, набрал номер. - Уже все знаете, шеф?
- Не упустил? - не отвечая, спросил Леша-Шкаф. - Никак нет, шеф! Как можно! Она встречала на вокзале какую-то старуху, то ли мать, то ли бабушку, и пацаненка лет шести...
- Вот! - воскликнул Леша. - Это то, что нужно! Перед подъездом постарайся отвлечь старуху. Высылаю ребят! Все!
Не очень-то соображая, что задумал шеф, но привыкнув беспрекословно исполнять все его приказы, Никита быстро нагнал троицу и постарался держаться поближе, но не попадаясь им на глаза.
Когда до подъезда оставалось метров десять, Никита обогнал их и быстро вошел внутрь, чтобы буквально через секунду выйти назад. Наташа с бабушкой и братом были уже у самого подъезда, и Никита заметил, как рядом с ними ехала черная "Волга" с ребятами. Все еще не понимая, что произойдет, Никита повернулся к пожилой женщине, которая держала мальчика за руку, и спросил:
- Извините, пожалуйста, где находится дом шесть? - Он сделал вид, что заглядывает в какую-то бумажку. - Какой? - нахмурилась та.
- Я что-то не припомню такого дома, - бросила Наташа, открывая дверь подъезда, но тут что-то насторожило ее, и она быстро оглянулась. В этот момент рядом с мальчиком, руку которого выпустила бабуля, остановилась черная "Волга", из нее выскочили два здоровых парня. Наташа почувствовала, что сейчас что-то произойдет, бросилась им навстречу, но не успела. Подхватив парнишку, те вскочили в машину, которая тут же сорвалась с места.
- Сереженька! - в отчаянии вскрикнула бабушка и растерянно опустилась на скамейку у подъезда.
Наташа бросилась за "Волгой", но когда добежала до угла, она было уже далеко, влившись в поток других машин. Девушка обратила внимание, что номера в "Волге" были замазаны грязью. Вспомнив про бабушку, она вернулась к подъезду. Бабушка сидела на скамейке, громко причитая и выкрикивая имя мальчика.
- Это черт знает что! Уже детей стали похищать средь бела дня! Нашли Америку! - Наташа готова была ругаться от злости.
- Что же делать, Наташа? Нужно в милицию заявить! - всхлипывая, проговорила бабушка.
- В милицию? Нет, бабушка, здесь что-то не так... - задумчиво сказала Наташа. Почему-то она была уверена, что нападение на нее и похищение братика както связаны между собой: это не могло быть простым совпадением. - Пойдем домой, там и поразмыслим... Кстати, а где тот мужчина, что спрашивал про дом шесть "а" - неожиданно спросила Наташа.
- Не знаю, внучка... - растерянно ответила она. - Он сразу исчез как-то... Видно, испугался...
- Возможно, - неуверенно сказала Наташа. - Странно все это...
Когда они поднялись на этаж, то увидели Савелия, который поджидал их на лестничной площадке. Он сразу же сказал:
- Наташа, не волнуйся, я все знаю. С мальчиком все в порядке, я только что разговаривал с ним! - Кто это, Наташа? - удивленно спросила бабушка. - Это мой знакомый, бабуля. Что они хотят? Денег? - нахмурилась Наташа.
- Нет, милая, все гораздо проще. - Савелий посторонился и пропустил их в квартиру.
Бабушке было не по себе, и Наташа отвела ее в комнату, уложила на кровать, дав ей успокоительного.
- Ты отдохни, бабуля, и не волнуйся - все будет хорошо...
- Как я могу отдыхать, когда Сереженька в беде? - укоризненно сказала она.
- Не волнуйся, поверь, все будет тип-топ! - Наташа укрыла ее пледом и вернулась к Савелию, который ходил из угла в угол по кухне. Перед ним стоял телефон. - Что? - нетерпеливо спросила девушка. - Деньги им не нужны.
- Они что, меня требуют? - Наташа быстро рассказала о нападении парней из "мерседеса".
- Нет, милая, о тебе они не упоминали. - Он стиснул зубы. - Жаль, что меня рядом не было! Говорил же, пойдем вместе!
- Ничего, они получили свое! - усмехнулась Наташа. - Так что же им нужно? - Сказали, чтобы я ждал у телефона: перезвонят! - Чтобы ты ждал у телефона? - удивилась она. - Да, чтобы именно я ждал у телефона! - Ничего не понимаю, откуда они знают про тебя? - Для меня это тоже загадка. - Савелий пожал плечами. - Странно все: сначала на тебя напали, теперь похитили пацана...
- А не может это каким-то образом быть связано с твоим прошлым? - предположила Наташа.
- Если связано, то остается только ждать их звонка. - Савелий стукнул кулаком в ладонь. - Ох и зря вы пацана впутали в ваши делишки! Ох, зря! - это было сказано тихо, но в голосе была такая злость, что было понятно: вряд ли он станет кого щадить.
В этот момент прозвучал телефонный звонок, и Савелий моментально схватил трубку.
- Кого вам? - он взял себя в руки и говорил очень спокойно.
- По всей вероятности, вас! - сказал уверенный голос. - Если вы приятель сестры Сереженьки... - Ну? - Простите, вас как зовут? - Рэкс!
- Рэкс? Странно, впрочем, это не столь важно: Рэкс так Рэкс... Я прошу меня извинить, но я вынужден признаться, что мне совершенно неясна суть дела: мне позвонили по телефону и попросили кое-что вам передать... - Ну? - нетерпеливо буркнул Савелий. - Так вы приятель сестры Сереженьки? - Да, черт возьми! Дальше что? - он успокаивающе помахал Наташе рукой.
- Мне кажется, что здесь что-то не так... - Мужчина чуть помолчал, словно раздумывая, говорить дальше или нет. - А дальше попросили передать следующее - вы должны быть у памятника Пушкину через сорок минут после окончания разговора! Вы должны быть один и не делать необдуманных поступков, чтобы все остались довольны. Вы извините, я передаю вам слово в слово... В руке вы должны держать пустую бутылку из-под молока. Если вы хотите знать мое мнение, молодой человек, я бы не пошел на эту встречу: слишком таинственно она обставляется. Звонят мне, совершенно постороннему человеку, заставляют звонить вам... Нет, я бы не пошел! - Они угрожали вам? - быстро спросил Савелий. - Нет, что вы, были очень любезны, но... Мне кажется, что это дурно пахнет, Рэкс. Так вы просили себя называть? Что вы решили? - Вам что, из любопытства хочется знать? - Нет, они будут мне перезванивать, чтобы я им сказал ваше имя и ваше решение.
- Передайте, что буду через сорок минут. - Он положил трубку и задумчиво посмотрел на Наташу. - У тебя найдется молочная бутылка?
- Молочная бутылка? - переспросила удивленная девушка. - Зачем она тебе?
- Это знак для них. Странно, это означает, что они меня не знают в лицо. В таком случае зачем я им нужен? До памятника Пушкину отсюда минут тридцать, не больше?
- Как добираться, можно и за двадцать, если на машине. Я поеду с тобой! - она произнесла это так решительно, что Савелий понял: отговаривать бесполезно.
- Хорошо. Мои тряпки высохли? А то в халате както не очень с руки по городу шастать, - криво улыбнулся Савелий.
- Не только высохли, но я успела их погладить! - Ты моя рукодельница! Где?
- На кухне. Там и бутылку у холодильника найдешь, а я пойду бабушку предупрежу. Как думаешь, стоит ли ей правду говорить?
- Вряд ли, беспокоиться будет. Скажи, что с Сережей все в порядке и мы поехали за ним. Пусть не волнустоя и ждет от нас весточек. - Савелий подмигнул и пошел на кухню.
Они довольно удачно поймали такси и вскоре были уже у памятника Пушкину. До назначенного времени оставалось минут десять, и они решили поговорить, усевшись на садовой скамейке.
- Что ты думаешь насчет этого странного похищения? - спросила Наташа.
- Ничего. - Савелий покачал головой. - Надеюсь, они сами все расскажут; не ради же шутки пошли на такое! Ты будешь сидеть здесь, а я пойду к памятнику! - Нет, я пойду с тобой, - упрямо заявила она. - Наташа, пойми - это неразумно! - Я пойду с тобой! Это мой брат! - Она была непреклонна. - Но...
- Никаких "но"! Пойду с тобой! Все, время! - сказала Наташа, подхватывая его под руку.
У памятника к ним тут же подошел огромный верзила, одетый, что называется, с иголочки, и дружелюбно улыбнулся:
- Это вас так странно зовут - Рэкс? - Допустим, - тихо ответил Савелий и внутренне приготовился к любым неожиданностям: он увидел, как за спиной незнакомца выросло трое здоровячков, которые внимательно прислушивались к их разговору, держа правые руки в карманах. Савелий понял, что они вооружены и, судя по их физиономиям, не задумываясь применят оружие.
- А вы, конечно, Наташа, сестра Сереженьки? - Вы удивительно догадливы! - усмехнулась девушка и тут же спросила: - Где братишка?
- Напрасно вы, девушка, не зная меня и сути дела, заранее зачислили меня во враги, - мягко проговорил он. - Меня зовут Леша.
- Очень приятно, - снова усмехнулась Наташа. - Мы вас слушаем!
- Ты что же, Рэкс, не узнаешь своего старого сослуживца? - Леша-Шкаф повернулся к Савелию. После того как Леша узнал, что того зовут Рэкс, он решил вести себя, как соратник по Афганистану. Наверняка перед этим парнем прошло много людей, и он вряд ли всех помнил, но люди, прошедшие одну войну, обычно с симпатией относятся друг к другу.
Савелию показался знакомым голос стоящего перед ним громилы-щеголя.
- Может, назовешь мое имя? - Савелий спросил это настолько серьезно, что ввел в замешательство ЛешуШкафа, который подумал, что тот его проверяет.
- Имя твое не помню, а то, что тебя называли Рэксом, запомнил! - Он дружелюбно улыбнулся. - Так-то, молодой человек...
- А ты что, тоже из десантников? - неожиданно спросил Савелий. Он уже понял, откуда ему знаком этот голос именно с этим человеком он разговаривал по телефону.
- Куда нам... - усмехнулся тот. - Мы больше по земле ходим да на броне сидим. - Пехота?
- Она, милая, будь неладна! Пойдем, посидим в сторонке, - предложил Леша-Шкаф. - Я с вами! - тут же сказала Наташа. - Не волнуйтесь, милая девушка, мы в сторонке посидим, потолкуем. - Он вопросительно взглянул на Савелия.
- Хорошо! Подожди здесь, Наташа, - сказал Савелий и первым направился к садовой скамейке.
- Мы должны благодарить случай за то, что он свел нас, - радостно проговорил Леша, едва они сели рядом. - Не понял...
- Я - за то, что повстречал однополчанина, а ты - что наткнулся на меня. Дело в том, что ты, как мне кажется, совершенно случайно перешел дорогу одному моему знакомому, и тот потерял кое-какие денежки, да еще и обиделся на тебя. - Не понял! - снова сказал Савелий. - Понимаешь, "черные" хотят нашу столицу прибрать к рукам, - и потому решено немного поприжать их: хочешь торговать - плати! Думаю, что это разумно, не так ли? - Что за "черные"?
- Как говорят в печати, "лица кавказской национальности". Помнишь то столкновение у палаток? Зачем ты вмешался?
- Не нужно им было меня трогать! - спокойно бросил Савелий.
- Я не знаю, кто был прав, а кто виноват, но люди потеряли свой "навар" и хотят, чтобы им был возмещен нанесенный ущерб. Мне их требования кажутся вполне уместными, - Леша говорил очень убедительно и терпеливо, словно с нерадивым учеником.
- Но при чем здесь пацаненок? - Савелий явно начинал злиться. - Пусть и требуют с меня!
- А вот здесь ты совершенно прав! - сразу согласился Леша. - Как только я узнал подробности, то же самое сказал им, особенно тогда, когда догадался, что ты мой однополчанин! Потому-то я и вызвался стать между вами посредником, чтобы попытаться найти разумный для обеих сторон компромисс... Конечно, я согласен, их действия не очень, мягко сказать, порядочны, но... Посуди сам: узнав, что с тебя самого они вряд ли могут что-то взять... - он многозначительно посмотрел на Савелия, который согласно кивнул, - решили воздействовать через тех, кем ты, по всей вероятности, дорожишь, не так ли?
Савелий снова кивнул.
- Сначала попытались твою девушку задержать. - Он ехидно улыбнулся. - Однако она оказалась им не по зубам. Потом прихватили ее братишку...
- Пусть они отпустят пацана! - нахмурился Савелий.
- А ты можешь заплатить сумму, которую они потеряли? - Сколько?
- Два "лимона" плюс моральные издержки, и поверь мне, что эта сумма, если бы не мое участие, была бы на порядок выше! - дружелюбно проговорил Леша, словно речь шла о какой-нибудь сотне.
- Таких денег у меня нет, но я обещаю, что со временем верну долг. - Ну что же, ты, я вижу, вполне разумный человек, но им нужны будут гарантии. Сейчас гарантией является этот пацаненок.
- Ты что, не веришь мне? - нахмурился Савелий. - Почему же, я-то верю... - Леша замолчал, словно размышляя о чем-то, потом взглянул прямо в глаза Савелию. - Я могу выступить гарантом, но... - Но что я могу гарантировать тебе, не так ли? - Что-то вроде этого! - кивнул Леша. - Два миллиона - деньги немалые, даже для меня. - Он снова помолчал. - Вот что, давай заключим с тобой деловое соглашение.
- Деловое? - Савелий явно не понимал, о чем идет речь.
- Вот именно. У тебя есть то, чем можно погасить долг, который я внесу за тебя... - Он снова многозначительно замолчал.
- Не понимаю, - признался Савелий. - Понимаешь, Рэкс. Кстати, а как твое настоящее имя?
- Какая разница... - Почему-то Савелий не захотел признаваться этому человеку в своей беде.
- Ты прав. - Леша прищурился, согласно кивнул головой и продолжил: - Я возглавляю фирму, которая проводит в своих клубах поединки по правилам восточных единоборств.
- Понимаю... ты хочешь, чтобы я отработал свой долг, выступая в этих поединках? - Тебя что-то смущает? - По каким конкретно правилам поединки? - Правило только одно: победить противника любым способом голыми руками. Побежденным считается тот, кто либо постучит по рингу рукой трижды, либо в течение десяти секунд не сможет встать на ноги. Победитель получает денежное вознаграждение. О деталях поговорим позднее.
- А почему ты решил, что я соглашусь? - А разве у тебя есть другой выход? - Ты прав. Скажи, чтобы отпустили пацана. Я согласен! - Никита! - крикнул Леша-Шкаф и к нему тут же подошел одни из парней. - Позвони и скажи ребятам, что мы пришли к разумному соглашению. Пусть привезут сюда мальчика.
- Хорошо, шеф! - Он быстро пошел в сторону кинотеатра.
- Ты где живешь, Рэкс? - спросил Леша-Шкаф. - Нигде... пока.
- Вот и хорошо. - Казалось, Леша даже обрадовался этому ответу. - Жить будешь при клубе: отличный номер-люкс, сауна, зал для тренинга, регулярное питание и от Наташи не очень далеко! - Он хитро усмехнулся. - Когда первый поединок? - Для подготовки у тебя есть около месяца. - Состав бойцов?
- Самые лучшие: будет оспариваться звание чемпиона России. Восемь лучших с выбыванием!
- Семь поединков, и победит тот, кто выиграет три боя...
- Ты отлично разобрался во всем! - Леша был явно удивлен.
- Сколько получает победитель? - В первом круге - тысячу баксов, во втором - четыре, а чемпион получает десять тысяч зелененьких. - Пятнадцать тысяч долларов? - Да, если ты станешь чемпионом, то почти сразу вернешь свой долг, во всяком случае, большую половину его.
- Неплохо... - задумчиво проговорил Савелий. - Но мне кажется, что ты говорил о "деталях", - напомнил он.
- Ты мне нравишься, Рэкс, ухватываешь самое главное и не выпускаешь из внимания, - улыбнулся Леша. - Эту сумму можно удвоить. - Каким образом?
- На бойцов делаются ставки, и чем больше поставят на того, кто проиграет, тем больше получит победитель, на которого никто не обращал внимания. - Как на ипподроме?
- Похоже... - согласился Леша. - И мне кажется, что у тебя есть отличный шанс!
- В таком случае вряд ли разумно жить и тренироваться в твоем клубе - тайну сохранить трудно.
- А ты умнее, чем кажешься на первый взгляд! - Леша покачал головой. - Но о тебе будут знать только трое: я, моя жена, она же директор клуба, и твой телохранитель, он же массажист, водитель и прочее. Он круглые сутки будет рядом с тобой! - Боишься, что могу сбежать? - От меня ты никуда не сбежишь! - тихо и очень серьезно отозвался Леша-Шкаф, но тут же рассмеялся, словно только что услышал забавный анекдот. - Да и зачем тебе бежать? Уверен, что тебе понравится работать со мной, а я ценю тех, кто меня не предает. Для всех, кроме вышеназванных трех, ты работаешь просто консультантом... скажем, по финансовым вопросам. - Но я же... - попытался возразить Савелий.
- А тебя никто и не будет экзаменовать! - хмыкнул Леша.
В этот момент рядом с памятником остановился "мерседес", который Савелий видел на месте столкновения у ларьков. Из него выскочил мальчик и бросился к Наташе.
- Как видишь, я умею держать свое слово, - с намеком проговорил Леша. - Я тоже, - бросил Савелий. - Никита! - позвал Леша-Шкаф. Парень быстро подошел к ним.
- Никита, возьмешь мою "девятку", вон она стоит. - Он протянул ключи. - Поступаешь в распоряжение Рэкса. Жить он будет в "Виктории", а сейчас, я думаю, ему хочется оказаться рядом со своей девушкой и ее братиком. Не так ли? Это не возбраняется... Часа три-четыре тебе хватит? - Вполне! - кивнул Савелий.
- Отвезешь их домой и будешь ждать Рэкса, пока он не выйдет, после чего - в "Викторию", где мы и скрепим наш договор. Там же познакомишься с моей Лолитой, - добавил он, обращаясь к Савелию.
Савелий заметил, что Никита странно поморщился при упоминании Лолиты, но, увидев, что Савелий смотрит на него, тут же надел на лицо маску безразличия.
Вскоре Савелий и Наташа с братиком вышли из зеленой "девятки" и вошли в подъезд. В машине Савелий успел дать знак Наташе, и они промолчали всю дорогу. Даже маленький Сережа, обычно и минуты не сидевший спокойно, не проронил ни единого слова, словно понимая ситуацию. Он как бы сразу повзрослел на несколько лет.
- Я буду все время здесь! - сказал на прощание Никита.
- Хорошо, - бросил Савелий и хлопнул дверкой машины.
- Что проис... - начала Наташа, но Савелий перебил девушку.
- Как дела, герой? - спросил он Сережу. - Нормально, - как-то бесцветно отозвался мальчик. - Они что, пугали тебя?
- Нет, шоколадом кормили, мультики показывали и говорили, что это просто игра такая.
- Ну, правильно! - деланно рассмеялся Савелий. - Эти дяди решили так пошутить.
- Да, пошутили... - недоверчиво повторил мальчик. - А один дядя сказал мне, что если Рэкс умным будет, то я сегодня увижу сестру... А кто такой Рэкс? - Рэкс - это я, - улыбнулся Савелий. - Вот здорово! - радостно воскликнул мальчик и захлопал в ладоши. - Значит, ты очень умный! - Почему ты так решил? - удивился Савелий. - Ну как ты не понимаешь, раз я вижу Наташу уже сейчас, то, значит, ты - очень умный!
- Да-а... - протянул Савелий. - В логике тебе не откажешь!
Наташа открыла дверь, и они вошли в квартиру. Сережа сразу бросился в бабушкину комнату, но был остановлен Наташей.
- Сережа, обувь! - грозно напомнила она. Мальчик послушно вернулся, снял туфельки и сунул ноги в тапочки. Когда он ушел, Наташа повернулась к Савелию.
- Сейчас ты мне можешь объяснить, что происходит, милый?
- Во всяком случае, попытаюсь! - криво улыбнулся он. - Пойдем к тебе в комнату.
Когда Савелий рассказал псе Наташе, она несколько минут молча сидела и удивленно качала головой, наконец тихо сказала:
- Знаешь, Рэксик, что-то здесь не так, у меня такое впечатление, что им нужен именно ты, а не те два миллиона, которые якобы потеряны по твоей вине.
- Но я же действительно сорвал их планы у того злополучного ларька! - воскликнул он. - Не могли же они просчитать то, что я вмешаюсь!
- Тоже верно... - со вздохом согласилась Наташа. - Правда, есть один положительный момент в этой истории. - Она подмигнула Савелию и потерла ладони. - Не понял...
- По крайней мере, мы сейчас точно знаем, что ты воевал в Афганистане! Плохо, что твое имя этот бандит не помнит.
- Да, бусинка к бусинке, - ухмыльнулся Савелий. - А ты как думал? - возмутилась Наташа. - Ты, главное, верь и почаще нагружай свой мозг!
- Ты знаешь... - начал он и смущенно замолчал. - Даже и не знаю, может, глупость... - Говори! Глупость не глупость - видно будет! - Помнишь, я говорил тебе о дереве? - Ну?
- Тогда мне показалось, что там был еще какой-то старик, а сегодня ночью этот старик явился мне! - Явился? Во сне, что ли?
- Даже не знаю... И во сне и наяву. И так ясно, словно живой... Сидит на скрещенных ногах и в упор смотрит на меня, словно хочет, чтобы я что-то понял... - Может, дедушка твой?
- Ага, дедушка! - усмехнулся он, - Седой как лунь, и лицо явно восточного типа. Самое интересное, что оно мне показалось очень знакомым. Я пытаюсь за чтото ухватиться и, кажется, вот-вот ухвачусь, но старик вдруг исчез и с ним все мысли мои.
- Интересно! - воскликнула Наташа. - Вспоминай почаще его лицо, может, это поможет тебе... Ладно, - пойдем пообедаем, бабушку и Сережку накормим, а потом поедем в твой клуб. - Но...
- Никаких "но": в четыре глаза и четыре уха мы скорее что-нибудь узнаем, не так ли? - В ней было столько упрямства и смелости, что Савелий решил смириться с ее решением, хотя и ощущал какую-то тревогу.
Когда зеленая девятка" остановилась перед довольно обшарпанным старым зданием, построенным скорее всего в девятнадцатом веке, Савелий с Наташей удивительно переглянулись. Их удивление заметил и Никита.
- Не судите по внешнему виду! - многозначительно бросил он, затем нажал на клаксон, который издал красивую незатейливую мелодию. Вскоре часть стены, вернее, ворота, закамуфлированные под стену, сдвинулись в сторону и открыли арку, куда машина и въехала. Ворота тут же закрылись. Они оказались во дворе здания, построенного в виде квадрата. На этот раз Савелий и Наташа удивились другому: внушительный дворик был с потолком и скорее напоминал отличный гараж с мойкой, несколькими боксиками для легковых машин и даже со своей автозаправкой.
- Если уж здесь такой гараж, то можно себе представить, что нас ожидает внутри! - с восторгом произнес Савелий, - Кажется, Никита, вы были правы... Тот ничего не сказал и лишь довольно усмехнулся. - Куда прикажете? Ничего, что я не в смокинге? - ерничал Савелий. У него было какое-то странное, игривое настроение, но Наташа была серьезна, и ей явно не нравилось его состояние. Савелий вздохнул и сменил тон. - Или в машине будем сидеть? - Сейчас к нам выйдут, - заверил лениво Никита. Не успел он ответить, как из роскошного стеклянного подъезда вышел высокий парень и подошел к машине. - Вас ждут! - коротко сказал он, глядя на Савелия. Когда за Савелием из машины вышла и Наташа, парень сказал:
- Нет, мне ведено привести только его! - Она пойдет со мной, - тихо бросил Савелий.
Парень секунду подумал, но не решился брать решение на себя и вытащил из кармана рацию. - Извините, мадам, но с ним еще девушка... - Пусть побудет пока в машине. - Женщина говорила повелительно, но потом, вероятно осознав, что ее могут слышать, добавила: - Передайте, что ей не придется долго ждать, за ней скоро придут, пусть извинит меня.
Парень повернулся к ним и пожал плечами, как бы говоря, что он попытался помочь, но...
- Ладно, Наташа, побудь здесь... с Никитой. - Савелий многозначительно посмотрел на него.
- Можете не волноваться о своей девушке - сохраню, как мать родную!
- Вот-вот! Именно, как мать родную - кивнул Савелий и успокаивающе притронулся к Наташиной руке. - Все будет хорошо, - прошептал он, затем повернулся к высокому парню: - Что ж, веди к своей "мадам"!
- Ее зовут Лолита. - Было заметно, что ему не очень понравился тон Савелия. Он повернулся и довольно быстро пошел вперед, а Савелий понял, что речь идет о той самой, кого упоминал их новый знакомый по имени Леша.
Они вошли в просторный вестибюль, застеленный ковровыми дорожками. В нишах стен стояли красивые живые цветы. Посередине вестибюля бил небольшой фонтанчик, выложенный из розового мрамора. Огромные зеркала создавали своеобразный уют, дополненный огромными мягкими креслами вокруг журнальных столиков.
Они подошли к лифту, внутри которого тоже можно было посидеть на мягкой скамейке, и довольно быстро поднялись на шестой этаж. Судя по кнопкам, в здании было восемь этажей, хотя снаружи Савелий насчитал десять.
Когда дверь лифта раскрылась, он снова увидел копровые дорожки, но гораздо более дорогие. Вестибюль был несколько меньше, чем на первом этаже, а дверей было всего две. Высокий парень повел Савелия а дальнюю от лифта.
Савелий вошел и остановился, несколько пораженный увиденным: огромный кабинет выглядел просто роскошно. Розовая итальянская мягкая мебель, обитая тончайшей натуральной кожей, на стенах полотна известных художников, еле слышно гудел кондиционер, королевский ковер, разложенный на полу, был так великолепен, что по нему было жалко ходить в обуви. Савелий в нерешительности остановился у порога.
Утопая в огромном кресле перед столом с компьютером, музыкальным центром и отличным "Панасоником" с метровым экраном, миловидная девушка с полудетским личиком внимательно смотрела на Савелия и, казалось, изучала его. Как ни странно, ее взгляд постепенно становился все более безразличным, даже брезгливым. Парень, стоящий перед ней, совершенно не производил впечатления того, кто мог стать ее кумиром на ринге и на котором можно было заработать хорошие деньги. Пауза продолжалась, и было похоже, что девушка не знает, как прекратить ее и выпроводить посетителя.
Савелий совершенно спокойно ожидал, когда эта симпатичная "мартышка", как он мысленно окрестил ее, начнет разговор. Конечно, он уже понял, что не произвел на нее ожидаемого впечатления, но это нисколько не огорчило, а скорее, позабавило его. Неожиданно для себя самого он вдруг пошел по этому роскошному ковру, утопая в нем по щиколотку, подошел к стоящему напротив стола креслу и плюхнулся в него.
Лолита с недоумением и любопытством наблюдала за ним, и в ней боролись два чувства: неожиданное уважение к незнакомцу и задетое самолюбие. Никто из ее окружения не решился бы так вести себя в ее присутствии. Что себе позволяет этот недоносок? Откуда столько самоуверенности и наглости? Ее рука уже потянулась к кнопке. После сигнала в кабинет бы ворвались ее телохранители, чтобы вышвырнуть отсюда этого нахала.
- Я вижу, что ваше любопытство уступило место негодованию и вы хотите прогнать меня отсюда. Не так ли? - Савелий сказал это настолько простым и естественным тоном, вдобавок угадай ее мысли, что девушка, не желая признать его правоту, неожиданно изменила свое решение. - Вы правы только наполовину: вы действительно возбудили во мне любопытство. Что же касается второй половины... - Она нажала другую кнопку, и в кабинет тут же заглянула высокая стройная девушка. Савелий сразу же оценил ее стройные ноги, едва прикрытые коротенькой юбчонкой, и высокую грудь под прозрачным шифоном.
- Чего изволите, мадам Лолита? - с обворожительной улыбкой спросила девушка.
- Что будете пить и есть? - повернулась Лолита к Савелию.
- Виски с содовой и фрукты! - хмыкнул Савелий. - Ананас, киви, кокосы и манго... - Савелий не смог больше придумать ничего экзотичнее, но бы уверен, что его заказ оценен по достоинству.
- А мне джин-фисс и те же фрукты! - Лолита очаровательно улыбнулась Савелию. - Вы мне начинаете нравиться, молодой человек. - Лолита встала из-за стола, обошла его и остановилась прямо перед Савелием.
Она была одета в коротенькие шортики, которые удивительно подчеркивали ее точеную фигурку. У Савелия мгновенно пересохло во рту: она напоминала ему кого-то из прошлого. Это было приятное воспоминание, точнее сказать, не воспоминание, а ощущение, но и грустное одновременно.
Лолита приняла его замешательство на свой счет, и это было ей явно приятно.
- Думаю, что я вам нравлюсь! - самоуверенно проговорила она.
- Да, вы... - Савелий запнулся, пытаясь найти слова для своих ощущений, но так и не нашелся что сказать, и снова Лолита поняла его замешательство по-своему. - Но я недосягаема для вас! - закончила она. - Что-то вроде этого, - решил согласиться он. Лолита присела на подлокотник кресла. Ее грудь оказалась в соблазнительной близости от его лица, но ее это нисколько не шокировало, скорее наоборот, видно было, что девушке захотелось немного поиграть: она положила руку ему на плечо и склонилась, томно прошептав, едва не касаясь его губ: - Все в наших руках, милый мальчик!
- Мальчик? - усмехнулся Савелий. - А вам, мадам Лолита, не жалко своей аппаратуры и мебели?
- В каком смысле? - его вопрос явно озадачил Лолигу.
- Кто-то заметит эту странную сцену, донесет до ушей вашего Леши, его бравые мальчики бросятся на меня, и мне придется защищать вашу честь и свою жизнь, а значит, пострадает ваш интерьер! - Он говорил спокойно, как бы назидательно, и вызвал на ее лице улыбку.
- И вы, конечно же, уверены, что выйдете победителем в этой схватке! - Она притронулась к его бицепсам. - Ого! Железный мальчик... Хорошо! - Она легко встала и снова вернулась на свое место. - Мы с Лешей доверяем друг другу, и если одному из нас придет в голову переспать с кем-либо, то он пожелает другому хорошо провести время и, главное, получить удовольствие. Вам ясно? - с намеком бросила она. - Более чем! - Вот и хорошо. Теперь о деле... - Сначала разрешите вопрос? - Прошу.
- Нельзя ли пригласить сюда мою девушку, которая дожидается в машине и... - И волнуется за вас? - хмыкнула Полита. - Что вполне естественно! - кивнул он. - Через пять-десять минут ее пригласят. Сначала мы должны все обговорить вдвоем... - В этот момент в дверь постучали, и та же девушка вкатила в кабинет столик на колесиках, на котором стояло все, что они заказывали.
- Прекрасно, Машенька, ты свободна, - сказала Лолита, и девушка, бросив исподтишка любопытный взгляд на Савелия, тут же выскользнула из кабинета, тихонько прикрыв за собой дверь.
- Прошу вас... Рэкс, кажется? - кивнула Лолита на столик, и Савелий вынужден был встать, взять ее джинтоник, поставить перед ней и спросить: - Что из фруктов? - Ломтик ананаса. - Она взяла его с тарелки, протянутой Савелием, своими изящными пальчиками с яркими наманикюренными ногтями и подняла свой бокал. - За то, чтобы наше с вами сотрудничество принесло то, чего каждый из нас ожидает.
- Прекрасный тост, особенно вторая его половина, - усмехнулся Савелий.
- Вы все еще не можете успокоиться из-за причин, которые заставили вас согласиться с нашим предложением?
- А вы как думаете? - не очень дружелюбно бросил Савелий.
- Что же, если придерживаться традиций, то мы должны стать в будущем хорошими друзьями, - улыбнулась Лолита.
- Там видно будет... - Савелий отпил виски, взял из вазы киви, оглядел стол в поисках ножа.
- Ну, Машка! - бросила в сердцах Лолита и потянулась к кнопке.
- Не волнуйтесь, мадам Лолита, я, как тот комсомолец, всегда ношу ножичек с собой! - Савелий сунул руку в карман и вытащил найденный им у трупа нож. С характерным щелчком выскочило лезвие, и Савелий, увлеченный чисткой киви, не заметил, как взволнованно заблестели глаза у хозяйки кабинета при виде этого ножа. Однако через мгновение Лолита взяла себя в руки.
- Интересная вещичка... разрешите? - Она взяла ножик и стала его внимательно рассматривать. Это был определенно тот самый нож, которым она кастрировала своего насильника. Странно, как мог он оказаться у этого парня? Ее волнение не ускользнуло от Савелия.
- Эта игрушка вам что-то напоминает? - неожиданно спросил он.
- В общем... - Она не сразу нашлась, что ответить. - Кажется... нет, я просто уверена, что это тот самый нож, что у меня пропал с месяц тому назад... - Поняв, что сидящий перед ней парень не так прост, как может показаться с первого взгляда, она не решилась свести все на шутку, а сказала полуправду. - Откуда он у вас? - Нашел. - Савелий совсем не хотел говорить правду, хотя его и подмывало на это, чтобы посмотреть на реакцию хозяйки, но это могло оказаться опасным. - Чуть не на помойке валялся, весь в грязи... А когда почистил и смазал, совсем ничего.
- Да, мне очень в нем ручка нравилась - с большой любовью сделана.
- Мастера всегда видно... Если-хотите, могу вам его подарить.
- Правда? - Она облегченно вздохнула. - Приму с удовольствием и попытаюсь возместить вам эту утрату.
- Не стоит, право... - Он сделал вид, что сконфужен.
- Ладно, оставим взаимные любезности и перейдем к делу. - Долита, получив желаемое, сразу превратилась в деловую женщину. - Я готов.
- Вот и прекрасно. Как вам уже известно, вы должны быть готовы к юбилею клуба - это ваша основная задача. Сейчас вам покажут ваш номер, тренировочный зал, ресторан, комнату отдыха. Единственное условие, которое вы должны выполнить беспрекословно, - я должна всегда знать, где вы находитесь. Именно поэтому с вами всегда будет Никита. Вопросы, пожелания? - Вопросов нет, а свои пожелания я уже высказывал. - В таком случае... - Лолита нажала кнопку, и в кабинет вошел Никита. - Никита, покажи Рэксу наш клуб и его номер. - Слушаюсь, мадам Лолита.
- Да, его девушку можешь привести. - Она повернулась к Савелию. - Как вы понимаете, она тоже будет под защитой.
- Можете быть спокойны: глупостей ни я, ни она не наделаем, договор есть договор! - заверил Савелий.
- Приятно иметь дело с умным человеком. Желаю удачи, еще увидимся.
- Спасибо за виски - ухмыльнулся Савелий и вышел вслед за Никитой.
Едва дверь за ними закрылась, Лолита взяла в руки нож и задумчиво нахмурилась. Это совпадение ей показалось странным: не стоит ли за всем этим что-то более серьезное?
Капитан Воронов
Андрей Воронов постепенно приходил в себя, и как только начал ходить, позвонил Савелию. Он звонил довольно рано, в семь утра, но телефон Савелия молчал. Первая неудача нисколько не насторожила его: мало ли почему человек не оказался дома в семь утра. Да и позвонил он ему только потому, что уже две недели не получал от него весточек, которые тот обычно посылал регулярно. Как и сам Воронов, Савелий не очень любил писанину, и его послания скорее напоминали конспективные записи, но, надо отдать ему должное, он всегда умел выделить самое важное.
Воронов пунктуально отвечал на его послания и очень скучал по Савелию. Последние события - Андрея ранило, а Савелий, сам находясь в смертельной опасности, сумел спасти его от гибели - еще сильнее связали их, укрепили дружбу, тянущуюся с детства. Это была даже не дружба, а нечто большее, что невозможно передать простыми словами. Каждый из них, говоря о другом, обязательно добавлял: "Он мне больше, чем брат!"
Конечно, самым большим событием, сплотившим их воедино, была война в Афганистане. Страшная война, на которой чувствуешь себя уязвимым со всех сторон. Те, кто оставался на этой войне почти с самого начала, как они с Савелием, довольно быстро осознали дикую ненужность этой "освободительной" войны. Осознали, но ничего не могли поделать: они были СОЛДАТАМИ, они исполняли свой ДОЛГ, подчиняясь только одному командиру - ПРИСЯГЕ.
Воронов часто думал об этой войне, пытаясь что-то доказать самому себе, пытаясь понять, почему ему и Савелию (и он неоднократно говорил ему об этом) было гораздо спокойнее и увереннее там, за Речкой? И не находил однозначных ответов. Капитан Воронов понял одно: прошедшие войну в Афганистане и не прошедшие ее - совершенно разные люди. Нет, он нисколько не идеализировал первых: были среди них подонки, проходимцы, рвачи и предатели, но процент таких людей был очень маленьким.
Воронов, отдавший всю свою сознательную жизнь армейской службе, читал не только уставы. Он анализировал события, в том числе и опыт американцев во вьетнамской войне, и прекрасно понимал, что рано или поздно у ребят, прошедших афганскую войну, может развиться "военный синдром", и это может грозить большими неприятностями не только для "афганцев", но и для окружающих.
Он не понимал, почему страна, кинувшая их в мясорубку этой ненужной войны, не заботится о них, хотя опыт американцев ясно говорил, чем это грозит для ее сыновей. Да, конечно, страна переживает сейчас трудный период и плохо многим: развалена экономика, не хватает средств для решения жизненно важных проблем... Но чем виноваты молодые ребята, которых бросили в этот котел? Совсем еще пацаны, без жизненного опыта, обязанные взрослеть не по дням, а по часам... Нет, Воронов никак не мог простить стране то, что она не уделяет должного внимания этим бывшим солдатам. Им нужны реабилитационные центры, медицинское наблюдение, помощь в решении социально-бытовых проблем.
Воронов повесил трубку и чертыхнулся, выходя из кабины.
- Не отвечает ваша знакомая? - усмехнулась телефонистка.
- Что? А... Не отвечает... - угрюмо бросил Воронов. "С Савелием что-то случилось! - подумал он. - Не мог он, даже если уехал из города, не сообщить ему об этом. Не мог!" - Вот что, девушка, наберите-ка вот этот номер, пожалуйста! - Он быстро набросал на бланке-квитанции телефон Богомолова. - В течение часа... - начала она, но, перехватив его взгляд, поняла что-то, а может, ем передалось его волнение. - Я попытаюсь, - виновато добавила она и стала набирать номер.
Воронова подмывало походить по залу, но он не мог оторваться от стойки, словно своим присутствием мог помочь моментальной связи с Москвой.
- Воронов?! - услышал он через несколько минут. - Вам повезло: Москва на проводе. Шестая кабина! - улыбнулась девушка, довольная, что так быстро удалось соединить с Москвой этого странного мужчину с военной выправкой.
- Спасибо! - крикнул он, устремляясь в кабину. - Приемная? Мне генерала Богомолова.
- Генерал занят, - услышал он бесстрастный голос помощника. - Кто его спрашивает?
- Товарищ полковник, это срочно! Скажите генералу, что из Ялты звонит капитан Воронов.
- Не уверен, но попытаюсь доложить. - Чуть поразмыслив, полковник решил, что лучше получить нагоняй за назойливость, чем взбучку, если там действительно чтото важное. Он нажал кнопку селектора. - Товарищ генерал, на проводе капитан Воронов из Ялты...
Он не успел закончить фразы, как из динамика вылетел торопливый голос генерала: - Соедините, срочно!
Порадовавшись своей интуиции, полковник переключил телефон и снова вернулся к бумагам. - Слушаю вас, капитан Воронов! Что случилось? - Константин Иванович, здравствуйте! Меня очень волнует то, что Говорков не отвечает на звонки и не пишет мне... - Чувствовалось, что Воронов очень взволнован.
- Как ваше лечение? - попытался оттянуть ответ Богомолов.
- Да здоров уже, здоров, надоело бока пролеживать! - ответил Андрей и тут же спросил: - С ним чтото случилось?
- Понимаешь, капитан, ничего конкретного мы не знаем, но... Говорков действительно исчез, и, где он, никто не знает!
- Так... - вздохнул Воронов. - А что все-таки известно?
- На его лестничной площадке произошел взрыв, который несколько повредил его квартиру и две другие, повыбивав у них двери. Но по данным расследования этот взрыв к Говоркову отношения не имеет. С тех пор он как в воду канул... - виновато закончил генерал.
- Интересное кино получается! - буркнул Воронов. - Исчез человек и всем наплевать! Так, что ли?
- Ну зачем вы так? Его поисками занимаемся вплотную, но результатов пока нет, вы правы, - признал генерал.
- Все, заканчиваю свое лечение и сегодня же вылетаю в Москву! - выпалил Воронов. - А вы уверены, что вам уже можно? - Когда Савелий спасал меня и лез под пули, спасая вашу чертову демократию, он не задумывался, что может погибнуть. - Капитан проговорил это тихо и зло.
- Хорошо, возможно, вы правы. Вылетайте и сразу же ко мне: пропуск будет выписан, - согласился генерал и через мгновение поинтересовался: - У вас есть какието соображения?
- Только одно: то, что взрыв не был предназначен для него, еще ничего не означает! Он мог оказаться случайным и ненужным свидетелем.
- Мы с вами одинаково мыслим. До встречи! - В трубке раздались короткие гудки, и Воронов положил ее, задумчиво покачивая своей седоватой головой.
Оплатив разговор и еще раз поблагодарив телефонистку, Воронов быстро добрался до касс "Аэрофлота", и после некоторых затруднений, разрешившихся после второго звонка Богомолову, ему удалось приобрести билет на самолет, правда на завтрашний день.
Полученная от генерала информация не давала покоя. Капитану не хотелось никуда идти. Он уложил свой нехитрый багаж в спортивную сумку, улегся на диван и уткнулся в экран телевизора: какая-то инструментальная группа что-то наяривала, звука не было, но Воронова это устраивало - немой экран не мешал размышлять. "Что же с тобой случилось, сержант? Почему не сообщаешь о себе? Неужели тебя уже нет в живых? - Воронов так стиснул зубы, что начало сводить скулы. - А может, тебя держат где-нибудь и не дают ни с кем связаться?" Капитан встал и начал взволнованно ходить из угла в угол. Нет, не могло с Савелием случиться чего-то непоправимого! Он столько испытал, что этого хватило бы на несколько жизней. Не может быть Бог так несправедлив к нему! Не может! Скорее бы наступило утро, тогда можно будет отправиться в Москву. Воронову казалось, что он наверняка сможет разыскать Савелия, помочь ему.
Воронов снова прилег на диван и попытался успокоиться. Ему вдруг вспомнилось детство...
С маленьким Савушкой они подружились как-то случайно. Савушка воспитывался в детском доме, который находился недалеко от деревни, где Андрей жил со своей теткой. Он был на несколько лет старше своего приятеля и считал себя вполне самостоятельным мужчиной.
Деревня была малонаселенной, да и то одними старушками и стариками. Андрею не хватало общения со своими сверстниками и потому постоянно тянуло к ограде дома, за которой слышались веселые детские голоса. В тот день он остановился у потайного места, укрытого в густой зелени, и в небольшую щелку наблюдал, что происходит во дворе. Ему нравилось смотреть, как старших мальчиков учили ходить "по-военному", как они играли в пятнашки, в прятки, и он часто представлял себе, как он присоединяется к ним и поражает их своей ловкостью и сообразительностью.
Замечтавшись, он не заметил, как трое мальчишек подошли к его "наблюдательному пункту". Сначала он думал, что пацаны уединились от посторонних глаз, чтобы покурить, но вдруг заметил, что они крепко держат щупленького паренька, щелкая его то по носу, то по ушам, то отпуская ему подзатыльники. Андрея поразило, что этот паренек, чуть не на голову ниже своих мучителей, стоически переносил издевательства, не издавая ни стона, не прося пощады.
- Ну, что, сосунок, попросишь у своей Томочки денег? - осклабился один из мальчишек, весь усеянный конопушками.
- Не дождешься, Рыжий! - выпалил неожиданно паренек.
- А это тебе за "рыжего"! - Тот вдруг предательски дал пареньку под дых, и он глухо ойкнул. - Зря ты не хочешь дружить с нами. Прав тот, кто сильней! - совсем по-взрослому добавил Рыжий.
- Я никогда не буду такими, как вы! Никогда! - пересиливая боль, выкрикнул паренек. - И знайте, вы трусы! И я вас всех отловлю поодиночке! - Не успел он договорить, как вновь получил сильный удар, на этот раз по лицу. Из носа потекла кровь.
Этого Воронов уже не смог вынести: он быстро перемахнул через забор и выхватил из штанишек отцовский ремень, которым всегда гордился. Ремень был единственной памятью об отце, умершем от старых фронтовых ран. Через два года после его смерти мать, не сумевшая справиться с горем и постепенно спивающаяся, повесилась, и ее сестра забрала Андрюшу к себе.
Он много читал и особенно любил приключенческие романы, где говорилось о долге, чести и дружбе. Эти книги пробудили в нем обостренное уважение к справедливости, честности, своему слову, которое он никогда не смог бы нарушить.
Сейчас перед ним были враги, которые держали в руках его друга и всячески издевались над ним. Их больше, и они сильнее его, но он должен освободить приятеля во что бы то ни стало. Андрюша бросился на них и стал лупить ремнем по чему попало. Ошеломленные неожиданным нападением, пацаны выпустили своего маленького пленника, попытались сопротивляться, но действовали настолько неумело и неслаженно, что вскоре решительно бросились наутек. А Рыжий, отбежав на безопасное, с его точки зрения, расстояние, остановился и, всхлипывая от боли, крикнул:
- Ты еще попомнишь нас! Мы еще встретимся! В горячке Андрюша метнулся к нему, и тот моментально бросился за угол. Андрюша остановился, постоял немного, все еще ощущая желание кому-нибудь наподдать, потом повернулся к пацаненку. Тот уже оправился от боли и стоял, широко расставив ноги и держа в руках какую-то суковатую палку. У него был настолько воинственный вид, а рост был настолько маленьким, что Андрюша не выдержал и громко расхохотался.
Сначала пацаненок насупился и хотел обидеться, но его защитник так заразительно смеялся, что и он не выдержал. Насмеявшись до икоты, они повалились в траву, утонув в ней, и устремили свои взоры в синее небо, по которому медленно плыли редкие белые облака, похожие на причудливые деревья, на фантастических зверюшек.
- Кто такая Томочка? - неожиданно спросил Андрюша,
- Тетя Тома - наша истопница, - немного помолчав, ответил мальчик. Сначала он не хотел отвечать, но потом ему вдруг захотелось поделиться со своим спасителем самым сокровенным. - Она очень жалеет меня... то конфетку даст, то печенье. - Он вздохнул. - Холостая она... - ни с того ни с сего проговорил он. - А то, может быть, и взяла бы меня в сыновья.
- У тебя что, никого нет: ни папы ни мамы? - нахмурился Андрей. - Никого, - вздохнул пацаненок. - А я тоже... - Он вдруг замолчал и добавил: - С теткой живу. Вон там, в белом доме.
- Знаю, - сказал пацаненок. - На нем еще ставни с петушками.
- Откуда ты знаешь? - удивился Андрей. - Я видел там тебя один раз.
- А, когда вы на речку шли? - подмигнул он. - Тебя как зовут? - Савушка.
- Савка? - Он вдруг встал и протянул ему руку. - А меня Андреем! - Савушка быстро вскочил и пожал протянутую руку. Ему вдруг стало удивительно хорошо и тепло, он улыбнулся.
- Если что, ко мне прибегай, мы им покажем! Будут знать, как маленьких обижать! - Андрей погрозил кулаком в сторону скрывшихся Савушкиных мучителей.
- Значит, ты хочешь со мной дружить? - Мальчик никак не мог поверить в свалившееся на него счастье.
- Конечно! Есть хочешь?
- Я всегда хочу есть... - виновато ответил Савушка. - Тогда дуй за мной! - весело бросил Андрюша и устремился к забору, где давно раскачал и вытащил из доски нижний гвоздь. Отодвинув доску в сторону, он повернулся к Савушке, который все еще никак не мог решиться без спросу выйти за ограду, но голод и любопытство победили: он махнул рукой и быстро юркнул в щель в заборе.
Маленький Савушка с трудом поспевал за Андрюшей, но ни разу не попросил его остановиться. Наконец они добежали до полосы зеленых насаждении, и Андрюша, дождавшись Савушку, приставил к губам палец, поводил головой по сторонам, затем кивнул - следуй за мной! - и юркнул в густую зелень. Савушка последовал за ним и едва не ткнулся ему в спину. Они оказались у проволочного заграждения, и Андрюша осторожно выглянул из кустов.
- Это огуречное поле, - шепотом проговорил он. - Урожай на них в этом голу очень уж хорош: так и прет! - с восхищением проговорил он, явно повторяя то, что слышал от взрослых. - Наедимся сейчас от пуза!
- А если поймают? - чуть испуганно выдавил из себя Савушка. - Это же колхозное поле...
- Не бойсь, в это время сторож завсегда спит в своем шалаше. Я ж не раз ходил сюда! - прихвастнул Андрей, однако было заметно, что и его что-то беспокоит. - Ты что же, боишься? - спросил он и уставился на Савушку.
- Нет, не боюсь, только страшновато чуть: а вдруг стрельнет из ружья солью или еще чем... Знаешь, как больно? - прошептал тот.
- В тебя что, уже попадали? - удивился Андрюша. - Не... пацаны рассказывали, дней пять садиться больно.
Андрюша немного помолчал. Он и сам уже готов был вернуться, но очень уж не хотелось ударить в грязь лицом перед своим новым другом.
- Вот что, ты будь здесь, посматривай, - совсем повзрослому предложил он. - Свистеть умеешь?
- Умею двумя пальцами, - доложил Савушка, довольный, что может хоть чем-то помочь Андрюше.
- Увидишь кого, свисти. Понял? - Ага.
- Так я пошел. - Андрей еще раз выглянул из кустов, осмотрелся и, не заметив опасности, ринулся на поле, быстро складывая за пазуху зелененьких толстячков. Чисто интуитивно он двигался не к середине поля, а по краю, отходя в сторону от того места, где его ожидал Савушка.
А тот, увлеченный наблюдением за полем, не заметил, как сзади него появился щупленький сморщенный дед в заплатанном ватнике. В руках он сжимал древнюю берданку. Он напоминал шолоховского деда Щукаря. Сторож только что сытно перекусил и решил прогуляться перед тем, как подремать на солнышке. На Савушку он наткнулся совершенно случайно: зашел в кустики по нужде, и вдруг его глаза наткнулись на вихрастую детскую головку. Он неожиданности дед даже забыл о своих потребностях. Если бы паренек был постарше, то он, возможно, и рявкнул бы на него, а этот шпингалет еще заикаться начнет... Нет, такой грех он не может взять на себя.
И вот Трофимыч, как величали его в деревне, стоял и не знал, как ему поступить. Наконец, он решил осторожно уйти восвояси. Сделав пару шагов, он уже хотел повернуться, но в этот момент под ногой предательски хрустнула сухая ветка. От неожиданности старик замер, а маленький Савушка испуганно повернулся на звук и тоже замер с открытым ртом, увидев перед собой сторожа с ружьем. Несколько секунд они смотрели друг на друга, и оба, правда по разным причинам, с испугом.
Первым нарушил молчание старик. Как можно более дружелюбно он произнес: - Что, тоже до ветру зашел в кустики? - Я? - Савушка настолько испугался, что даже не слышал вопроса.
- Ты чей, постреленок? - с улыбкой спросил старик. - Что-то я тебя не знаю. Из городских, что ли? В гости приехал к кому или как? - Он вдруг заметил испуганный взгляд мальчонки, устремленный на его берданку. - Да не боись ты ее! - Старик чертыхнулся про себя: "Черт бы побрал эту оружию!" - Она и не стреляет вовсе! Вот смотри! - он снял ее с плеча, опустил прикладом вниз и даже стукнул о землю, чтобы убедить пацана в правдивости своих слов. Но тут случилось нечто неожиданное: неизвестно по какой причине, возможно оправдывая пословицу "Раз в год и кочерга стреляет", берданка, словно обидевшись на своего обладателя, выстрелила. Звук выстрела был настолько громким, что мальчик упал в траву и не шевелился, а старик побледнел как мертвец, не в силах сдвинуться с места. Как же так, стреляло же вверх? Неужели парнишку убил?
Он наконец бросил в сторону злополучное ружье и наклонился над пацаненком:
- Господи Боже мой! Как же так, хлопчик, родной, та не вмирай ты за ради Бога! - Он вытащил из кармана ополовиненную чекушку, трясущимися пальцами откупорил ее и влил в рот Савушке.
Тот сделал глоток, закашлялся от крепости сорокоградусной, открыл глаза и совершенно бессмысленно посмотрел на старика.
- Слава тебе. Господи! - воскликнул тот и тоже хлебнул на радостях. - Жив, постреленок! Как же ты испужал старого дурня!
- А где я? - спросил Савушка, озираясь вокруг. - Где-где... та рядом с огуречным полем, будь оно не ладно! - отозвался старик. - Сам-то ты чей?
- Из детдома я... - Он вдруг все вспомнил и огляделся по сторонам. - Мы... я тут...
- Сиротинушка значит... - Старик покачал головой. - Вот дурень старый! - Он вздохнул и вдруг спросил: - Голодный, небось?
Савушка не ответил и только опустил глаза. Старик сунул руку за пазуху и вытащил оттуда небольшой сверток. Там был кусочек сала и ломоть хлеба - все, что осталось от его обеда.
- Вот возьми... Погодь! - Он вскочил на ноги, как молодой побежал в сторону поля, поднырнул под проволоку и вскоре вернулся, неся аппетитные зеленые огурчики. - Бери: сам покушай и друзьев своих попотчуй. - Он вздохнул, погладил Савушку по головке, поднял с земли злополучную берданку и медленно направился к своему шалашу, смахивая на ходу старческие слезы.
Савушка смотрел ему вслед и ему почему-то было жаль этого доброго дедушку, который так хорошо угостил его.
- Как ты, Савка? - донесся из-за кустов испуганный шепот Андрюши. - Ушел он... - вздохнул Савушка. - У меня душа в пятки ушла, когда выстрел услышал. Думал, что либо тебе, либо мне в зад сейчас влепит. Так это он по тебе стрелял?
- Не-е-е... дедушка и сам испужался, когда она выстрелила! - Мальчик почти успокоился, но ему явно нужна была разрядка, и он захохотал. - Он ею стук об землю, а она как бабахнет! - Он снова закатился от хохота, а его новый дружок растерянно смотрел на него и молчал. Наконец Савушка отсмеялся и взглянул на Андрюшу. - Что-то есть хочется.
- Вот... - его друг высыпал из-за пазухи несколько огурцов. - Остальные порастерял, когда сюда бежал.
- А дедушка вот что нам дал, - Савушка указал на хлеб и сало.
- Живем, братишка! - воскликнул Андрюша, и они стали уплетать за обе щеки неожиданно свалившуюся на них еду.
Воронов улыбнулся, вспомнив, как Савушка совсем еще пацаненком проявил настоящий характер. Он долго пытался научить Савушку нырять с дерева, причудливо изогнутого прямо над водой. До воды было метра два с половиной, вроде не очень высоко, но как же трудно преодолеть свой страх в таком возрасте! Он и сам, хотя и был гораздо старше Савушки, долго не решался испытать это "удовольствие". Решительно взбираясь на дерево, когда никого вокруг не было, он смотрел вниз, и поверхность воды казалась такой далекой, что моментально начинала кружиться голова, и он намертво вцеплялся в спасительный ствол и сидел на дереве до тех пор, пока его оттуда не сгонял голод. Тогда он осторожно спускался с дерева и обещал себе, что в другой раз непременно прыгнет.
Ему помог случай. Однажды, оглядевшись и никого не увидев вблизи, он взобрался наверх, и снова его обуял страх. Вполне возможно, что и в этот раз ему пришлось бы спуститься на землю обычным свои путем, но...
- Какой же вы смелый! - неожиданно услышал Андрюша.
Он увидел девочку лет тринадцати и сразу же вспомнил, что тетка говорила о ней. Она приехала из Ленинграда к своей бабушке на неделю, пока ее родители не вернуться из-за границы. На ней было красивое голубое платье, а в длинных волосах торчал огромный, такого же цвета, бант.
- Вы, наверное, часто с него прыгаете? - спросила она и улыбнулась.
Какой молодой человек признается в такой ситуации, что ни разу не прыгал, да и сейчас прыгать не собирается? Преодолевая страх, Андрюша уверенно уселся верхом на ствол и покровительственно посмотрел на девочку.
- Когда хочется, тогда и прыгаю! - ответил он не очень любезно.
- А вы не возражаете, если и я попробую? - проговорила она и, не дожидаясь ответа, быстро скинула платье, оставшись в ярко-синем закрытом купальничке, собрала волосы в тугой пучок на затылке и снова взглянула на Андрюшу. На ее миловидном лице было столько конопушек, что их невозможно было сосчитать.
- Как вы прыгаете: ногами вниз или головой? - спросила она, и в ее голосе ему послышалась ирония.
Этого Андрюша уже допустить не мог. Не отвечая на ее, как ему показалось, издевательский вопрос, он уверенно поднялся, но, взглянув на воду, с трудом удержался на ногах, покачнувшись от страха. У него вновь закружилась голова. Но он сумел справиться с минутной слабостью и посмотрел на ехидную девочку.
- "Солдатиком" прыгают только маленькие! - бросил он и вдруг решительно ринулся вниз головой. Ему показалось, что он летел целую вечность, но это был такой упоительный полет, что ему уже было все равно. Страх ушел куда-то прочь, и он даже услышал, как испуганно вскрикнула девочка, но уже не успел это осмыслить: его руки коснулись воды, и он ушел в глубину. Вынырнув, он горделиво осмотрелся вокруг, ища на берегу девочку, но там лежало только ее платье. Он уже подумал, что она испугалась и убежала, по в этот момент увидел ее па дереве. Она помахала ему и вдруг вспорхнула вверх, словно пытаясь взлететь, как птица в небо, потом изящно изогнулась в воздухе, сложила руки вместе и очень красиво, почти без брызг, вошла в воду.
Андрюша вылез на берег. Его праздник, его триумф был вконец испорчен этой кривлякой. Он сел на траву и с завистью поглядывал, как классно плывет девочка. А она, - видя его внимание, специально демонстрировала различные способы плавания, легко и грациозно взмахивая над водой худенькими руками. Вволю наплававшись, она вышла на берег и кокетливо распустила свои волосы, которые засверкали на солнце, переливаясь волнами на девичьих плечиках.
Неожиданно у него совсем изменилось настроение, и он уже не обижался на эту горожанку.
- А знаешь, я же первый раз прыгал, - неожиданно признался он и смущенно покраснел.
- Я знаю: второй день наблюдаю за тобой! - просто отозвалась она, смешно взмахивая руками, чтобы стряхнуть с тела воду.
Андрюша снова покраснел и опустил голову, но потом неожиданно весело рассмеялся. - Так ты меня специально подначивала? - Конечно! - кивнула она и тоже рассмеялась. - А ты классно плаваешь и ныряешь, - признал он. - Не очень: я же за город выступаю, а когда входила в воду, чуть ноги назад завела... - увлеченно начала она, но тут же спохватилась. - А тебя как зовут? - Андрей.
- А меня Таней. Вот и познакомились... Интересно, сейчас, вспоминая эту девочку, которую он так больше никогда и не видел, Воронов почувствовал такую тоску по тем беззаботным временам, что у него защемило в груди и почему-то стало жалко себя.
На чем он остановился? А, вспомнил: как Савушка проявил свой характер... В тот день они уже пару часов плескались в воде, а Андрюша все подтрунивал над Савушкой, пытаясь заставить его прыгнуть в воду с дерева, но тот никак не хотел поддаваться на уговоры. Вскоре они проголодались, но Савушка не захотел возвращаться в детдом на обед, и Андрюша предложил ему подождать, а сам побежал домой, чтобы принести чего-нибудь тайком от тетки, которая все время ворчала за то, что ей приходится "содержать еще одного нахлебника".
Прихватив краюху хлеба и пару помидоров, Андрюша незаметно проскочил мимо тетки и побежал назад к пруду. Когда он подбежал ближе, то увидел, что на дереве сидит Савушка, крепко обхватив ручонками ствол. Сначала Андрюша хотел броситься к нему на помощь, но потом решил понаблюдать, что будет дальше: решится или нет. Время шло, а Савушка все еще сидел верхом на стволе, и Андрей уже решил, что тот вряд ли прыгнет и вскоре начнет спускаться. Он не мог понять, что Савушка был таким маленьким, что ему труднее было спуститься вниз, чем забраться наверх. Андрюша вышел из-за дерева. - Тебе помочь. Савка? - крикнул он. Савушка не ответил и вдруг соскользнул с дерева вниз ногами. Андрюша подумал, что он просто свалился, и уже бросился к воде, чтобы помочь другу, но в этот момент из воды показалась голова Савушки, и он радостно закричал:
- Ты видел Андрюша? Ты видел, я прыгнул! Прыгнул!
- Здорово-о-о - закричал и Андрюша. - Ты просто молоток! Пошли, я есть принес!
- Сейчас, Андрюшечка, я только еще один разочек прыгну! Хорошо?
- Ладно, давай, - согласился он и стал наблюдать, как Савушка уверенно полез наверх и даже встал на ствол ногами.
- Осторожно, Савка, ноги-то мокрые! - заволновался он, но в голосе слышалась гордость за друга...
Где ты сейчас? Что случилось с тобой, Савелий? Воронов тяжело вздохнул, его веки наконец-то сомкнулись, и он заснул крепким, без сновидений, сном.
"Будни" Рассказова
День сулил Рассказову удачу, и у него было прекрасное настроение. Этому способствовало то, что буквально в первые минуты пробуждения, когда мозги находятся еще во власти грез, но уже приходит первое осознание реального мира, раздался звонок, которого он ожидал с большим нетерпением уже несколько дней.
Человек, которого все-таки удалось внедрить в международный отдел по борьбе с наркобизнесом, сообщил две новости: одну не очень приятную, а другую - просто отличную. Первая касалась Майкла Джеймса, того самого Майкла Джеймса, который попортил им достаточно крови в предыдущей операции в России. Именно он способствовал провалу сотрудника ФБР, который сделал много полезного для Рассказова на Среднем Востоке.
Рассказов самолично отдал приказ похитить Джеймса, и этот приказ был исполнен. Как докладывал Четвертый, Джеймса постоянно держали на наркотиках, чтобы вытащить его, как козырного туза, в самый нужный момент. Кто мог предположить, что этот человек родился под счастливой звездой? Получить такие дозы наркотиков, оказаться почти мумией и суметь не только выжить, но и вернуться работать на прежнюю должность, да еще с более широкими полномочиями!
Эта новость немного уменьшила радость от второго сообщения, но совсем чуть-чуть. Рассказов даже был, как ни странно, доволен. Он любил запутанные и опасные игры, был игроком по натуре, но выигрывать предпочитал в трудных условиях и с достойным противником. Майкл Джеймс и Савелий Говорков задели его самолюбие: и в том, и в другом случае Рассказов самолично составлял план игры, был единственным режиссером, но... Оба раза он потерпел неудачу, и поквитаться с этими двумя стало для Рассказова просто делом чести.
Вторая новость касалась огромной партии героина, которая вот-вот должна была поступить в надежное место. Рассказов, словно что-то предчувствуя, решил подстраховаться, несмотря на заверения своих помощников о полной безопасности, и, никого не поставив в известность, поручил своему доверенному человеку загрузить в контейнеры полиэтиленовые пакеты, но в них, как и было указано в документах, была питьевая сода.
И вдруг его человек из ФБР предупреждает о том, что их отдел готовит операцию по захвату этого груза. Рассказов ехидно улыбнулся, представив лица сотрудников ФБР, когда они вместо ожидаемой огромной партии героина обнаружат обыкновенную питьевую соду. Он поблагодарил своего человека за информацию и предложил ему самолично участвовать в перехвате груза.
- Как? Вы не отмените доставку груза и позволите им его захватить? - Сотрудник был явно обескуражен: речь шла о десятках миллионов долларов. - Не понимаю...
- Вам и не нужно ничего понимать! - твердо заявил Рассказов. - Я вам плачу за то, чтобы вы все время держали глаза и уши открытыми и своевременно информировали меня! Делайте, как я вам говорю, и вы будете долго жить, сладко есть и пить.
- Прошу прощения... - тут же подхватил тот, понимая, что действительно полез не в свои дела.
- Вот и правильно! Если вам удастся попасть в группу захвата, попытайтесь повнимательнее приглядеться к ее руководству: вполне возможно, что кто-то из них поможет нам выйти на того, кто "засветил" наши планы...
- Все понял. Первый! Я всегда восхищался вашим умом! - искренне воскликнул агент. - Еще раз прошу прощения за свои неуместные замечания и обещаю, что подобное больше не повторится.
- Уверен в этом. Действуйте. - Он положил трубку и снова улыбнулся. Казалось бы, любой другой человек на его месте должен был просто взбеситься от создавшейся ситуации, но Рассказов всегда пытался даже из неудачи извлечь максимальную пользу для себя и своего дела. И в данной ситуации он не изменил своему правилу: первая новость, как он решил, может помочь ему выйти на Савелия Говоркова. Как? Пока он и сам не знал, но был твердо уверен, что коль скоро Майкл Джеймс бежал с базы вместе с эти треклятым Рэксом, то рано или поздно они должны подать друг другу весточку. И он распорядился установить круглосуточное негласное наблюдение за Майклом Джеймсом.
Однако это решение вряд ли могло дать быстрые результаты. Второму же сообщению Рассказов уделил большее внимание. Если уж в его окружении завелся "стукачок", то его нужно как можно быстрее обнаружить и ликвидировать. Ничего, и в данном случае не следует спешить: он сумеет выждать, чтобы нанести удар наверняка.
Вот в таком удивительно спокойном и хорошем настроении он вспомнил, наконец, о своих "курочках". И куда подевался Стив? А, вспомнил: он же в Таиланд отпрашивался. Какое сегодня число? Рассказов внимательно пролистал настольный еженедельник, в котором обязательно отмечал все необходимое. Вот! Стив должен был вернуться вчера вечером. Тогда почему он не звонит? Видно, отдыхает. Рассказов взглянул на часы: пожалуй, хватит отдыхать, молодой человек. Он нажал кнопку селектора, соединенного с кабинетом Стива.
- Слушаю, шеф! - мгновенно отозвался бодрый голос.
- Докладывай! - приказал Рассказов. - Все просто отлично! - воскликнул Стив. - Помоему, все ваши пожелания удалось выполнить на сто процентов. - Не будь таким самоуверенным! Возраст?
- Десять, две по тринадцать и пятнадцать. - Так... с возрастом все ясно. Язык? - Почти все сносно говорят по-английски. - Хорошо. Минут через тридцать приведи их к бассейну.
- О'кей, шеф, - сказал Стив, но в его голосе Рассказову почудилось некоторое удивление. - В чем дело, Стив? - спросил он. - Да это я так... просто удивился, что вы не поинтересовались их девственностью.
- А зачем спрашивать, если я об этом уже говорил? - нахмурился Рассказов. - Что, есть проблемы?
- Никак нет, шеф! - моментально выдохнул Стив. - Проверено - мин нет!" - Он усмехнулся.
- Надеюсь, при проверке ты не допустил небрежность? - Обижаете, шеф...
- Это я так, к слову. Через тридцать минут! - сказал он и тут же положил трубку, хотя Стив продолжал что-то говорить.
Рассказов сладко потянулся в кресле, затем бодро вскочил на ноги, скинул атласный халат и вошел в душевую комнату. Он очень любил эту душевую, для которой специальным рейсом привез голубоватый мрамор и сантехнику из Швеции. Особенность этой душевой была не только в редком мраморе и позолоченных деталях сантехники, но и в том, что она выполняла функцию массажной: при нажатии ручки сверху опускалось круговое устройство, из которого со всех сторон вырывались многочисленные струйки воды. Напор этих струек можно было регулировать, а получаемую пользу и удовольствие от этой процедуры невозможно было передать словами. Тело после десяти-пятнадцати минут водного массаж получало ощущение такой легкости, что, казалось, стоило оттолкнуться чуть от пола, и тут же взлетишь ввысь. Усталость исчезла моментально. В эту душевую он не допускал никого, кроме молодой женщины, которая занималась уборкой в его спальне, ванной, туалете и комнате отдыха.
Постояв под мощными водяными струйками минут десять, Рассказов крякнул от удовольствия, тщательно вытерся, накинул яркий атласный халат и направился было в сторону бассейна, но потом решил, что давно уже не заходил в свою "святая святых". Так все его подчиненные называли компьютерный центр, работающий постоянно. Эта комната была оборудована так, что в случае отключения городской электроэнергии она автоматически переключалась на автономное питание. Круглосуточно на мощный компьютер со всех концов Земли стекалась разнообразная информация, которая тщательно отбиралась, классифицировалась и в кратком изложении выдавалась на принтер, отсылая все подробности на архивный файл.
Информации, которая могла бы привлечь его внимание, в распечатке не было, и он, быстро пробежав ее глазами, сунул в аппарат, и бумага моментально превратилась в настолько узенькие полоски, что, даже если она и могла попасть в посторонние руки, восстановить напечатанный текст было бы невозможно.
Однако хваленая интуиция Рассказова на сей раз подвела его. Дело в том, что один из его источников сообщал из Москвы о том, что буквально через две недели в бывшем нелегальном клубе восточных единоборств состоится юбилей клуба, на котором будет определен лучший боец России. Рассказов никак не мог предположить, что именно на этом юбилее он мог бы встретить того, кого уже несколько месяцев пытался разыскать - Савелия Говоркова.
Рассказов подошел к бассейну и сразу же увидел Стива в окружении молоденьких девушек. Умеющий ценить красоту женского тела. Рассказов еще издали отметил идеальные фигурки девушек, изящные линии талин и ног. Зная его требования, Стив одел новеньких в узенькие плавочки, не мешающие видеть природные данные. Грудь же вовсе не была прикрыта. Волосы были уложены в прически, открывающие шею и плечи.
Первым его увидел Стив, что-то коротко бросил девушкам, и те мгновенно повернулись. Рассказов подошел и сел в любимое кресло, стоящее рядом с небольшим столиком, сервированным всевозможными напитками. Он был большим ценителем марочных вин и крепких напитков почти всегда привозил из тех стран, где бывал, какие-нибудь местные "специалитеты", поэтому сразу же заметил яркую наклейку на новой пузатой бутылке и понял, что ее привез Стив.
Не торопясь, он откупорил бутылку - новые напитки он любил открывать сам, - плеснул немного в широкий фужер и поднес к носу. Запах оказался очень нежным, несколько напоминал мяту и совсем отдаленно - землянику. Стив с некоторым напряжением следил за ритуальными движениями хозяина, и когда тот попробовал и довольно прикрыл глаза, Стив облегченно вздохнул и подал девушкам знак приготовиться.
А Рассказов наполнил фужер до половины, немного отпил из него и только после этого взглянул на Стива:
- Отлично, мой дорогой! Надеюсь, ты догадался сделать там запасы этого чудного напитка? Если нет, придется снова поехать туда. - Он был в хорошем расположении духа, и это чувствовалось по его голосу. Стив все понял и тут же воскликнул: - Вы обижаете меня, шеф! Пятьдесят бутылочек в вашем распоряжении.
- Небось бизнес хотел сделать, если мне не понравится, - подмигнул Рассказов.
- Так точно, шеф! - рассмеялся Стив, остановившись в метре от Рассказова. - Вам большой привет от Ван Донга и просьба принять от него этот скромный подарок. - Он вытащил из внутреннего кармана пиджака изящной работы поясной нож в золотых инкрустированных ножнах. На конце рукоятки красовался довольно крупный изумруд.
- Отличная работа! - восхищенно проговорил Рассказов и отложил подарок на столик, чтобы потом полюбоваться им в уединении. - По твоим сияющим глазам вижу, что ты сумел привезти стоящий материал.
- Вы правы, шеф! Девочки что надо! - Стив причмокнул губами.
- Хорошо, приступим, - с усмешкой махнул рукой Рассказов, зная слабость Стива прихвастнуть. Стив кивнул, щелкнул пальцами, и крайняя девушка грациозно поспешила к ним. Остановившись метрах в пяти, она медленно повернулась, предоставляя им как можно лучше рассмотреть свое тело, потом подошла, опустилась перед Рассказовым на одно колено, прижала руки к груди и торжественно произнесла:
- Приветствую тебя, мой Повелитель! - Она склонила голову и замолчала в ожидании.
- Ты очень хорошо говоришь по-английски, - добродушно заметил Рассказов, внимательно рассматривая ее пышную грудь, чуть прикрытую изящными руками. Затем повернулся к Стиву. - Она недурна. Сколько ей? - Пятнадцать, - ответил тот. - Встань и подойди ближе! - приказал Рассказов. Несколько волнуясь, девушка встала и сделала шаг вперед, затем, подчиняясь его взгляду, осторожно присела ему на колени. Рассказову вдруг показалось, что эти глаза он уже встречал, очень давно, в своей далекой юности. Эти воспоминания были настолько неожиданны, что он прикрыл глаза и нежно прикоснулся к ее волосам. Неожиданно девушка совершенно неосознано благодарно прильнула губами к его руке.
- Ты очень нежен, мой Повелитель... - прошептала она.
- Ты тоже... - почему-то шепотом отозвался он, прижал ее головку к своей груди и сказал: - С этого дня твое имя будет Наташа.
- Да, мой Повелитель, Наташа... - эхом отозвалась девушка, замерев от предчувствия счастья и покоя, жизни без страха и побоев, когда не нужно будет думать о том, что будешь есть завтра. Она уже поняла, что ее благополучие зависит от этого строгого и очень нежного мужчины, и она сделает все, чтобы ему было хорошо с ней.
- Ее комната будет рядом с моей. Отведи ее туда, а Бригиту переведи в свободную, - сказал он по-русски Стиву, потом добавил: - Выбери ту, что побольше, и подари ей от меня сережки.
- Все понял, шеф, она не будет обижена, - догадливо улыбнулся Стив, - А Наташу приготовить на вечер?
- Там видно будет... Иди!
Стив притронулся рукой к плечу девушки и велел следовать за ним, но она, встав с колен Рассказова, неожиданно спросила его:
- Я могу задать тебе вопрос, мой Повелитель? - Спрашивай, - не без удивления согласился Рассказов.
- Ты поможешь мне изучить красивый язык, на котором ты сейчас говорил с добрым господином?
- Обязательно! С завтрашнего дня вы все будете учить русский язык и многому другому научитесь, что пригодится вам для дальнейшей жизни. - Он сказал это громко, его слова были услышаны и другими девушками. Они радостно вскрикнули, а одна даже захлопала в ладоши. Наташа вдруг снова благодарно прильнула губами к его руке, потом встала и уверенно пошла за Стивом.
Рассказов уже знал, что двум другим девушкам - по тринадцать лет, но выглядели они не моложе первой. Обе были чертовски хорошо сложены, а одна даже решила показать ему свою гибкость и легко, без всяких усилий, сначала встала на мостик, прогнувшись так, что, казалось, у нее совершенно отсутствует позвоночник, потом так же легко села на шпагат. Ее он назвал Оксаной, а вторую - Ольгой. Они чем-то были похожи друг на друга и, видно, дружили, и он решил поселить их вместе, за что те бросились ему на шею и готовы были зацеловать до смерти. Вызвав Гренадершу (так мысленно назвал Рассказов Розу-Марию, которая осуществляла надзор за его "курочками"), он распорядился насчет этих двух девушек, и та сразу увела их с собой.
С Розой-Марией у Рассказова были особые отношения. Он нашел ее в Америке на грани физического истощения. Она была иммигранткой из Восточной Германии, ее отец бежал оттуда нелегально. Он был художником, но у него не хватало способностей и не было желания работать. Постепенно он спился, стал приворовывать, пока не погиб пол колесами грузовика. Роза-Мария, вынужденная с ранних лет заниматься тяжелой работой да еще содержать пьяницу отца, не очень горевала о его гибели и продолжала работать. Все было бы хорошо, если бы у нее была фигура похуже, но она была высокой крепкой блондинкой с пышной грудью, и однажды на нее положил глаз хозяин дома, где она снимала комнату. Роза-Мария держалась несколько дней, несмотря на его натиск. Возможно, она бы и уступила сразу, но очень уж боялась его жены, словно чувствуя для себя опасность с ее стороны. Однажды вечером, когда хозяйка уже видела второй сон (она привыкла рано ложиться и рано вставать), он зашел к Розе-Марии и сумел убедить ее, что им ничего не грозит. Он принес с собой угощение и выпивку. Роза-Мария впервые попробовала алкоголь и явно не рассчитала своих сил, а хозяин вообще перебрал... Короче говоря, их разбудил не первый луч солнца, а рассвирепевшая хозяйка. Огрев шваброй своего суженого, она вцепилась в волосы Розы-Марии. Не желая оставаться в долгу и понимая, что миром это происшествие окончиться уже не может, она схватила бедную женщину за плечи и оттолкнула ее, а та не удержалась на ногах и упала лицом на пол. Вой, крик, кровь из сломанного носа и... два месяца тюрьмы. Да еще спасибо хорошему адвокату.
Деньги, отложенные на черный день, кончились, с работы прогнали, из комнаты, естественно, тоже, и осталась она на улице... Когда на нее обратил внимание Рассказов, она при росте метр восемьдесят три весила пятьдесят восемь килограммов. Что-то заставило его забрать ее с собой. Она была первой девушкой, которая стала жить постоянно в его доме. Как любовница она не очень устраивала его, но у нее были отличные мозги, память, беспрекословная и самозабвенная преданность своему спасителю и хозяину. И постепенно она стала незаменимым человеком в доме. Она делала все, чтобы он нуждался в ней, словно чувствуя, что другим способом ей вряд ли удастся удержаться рядом с ним.
Она следила за порядком в этом роскошном доме руководила прислугой, занималась "воспитанием" его "курочек", была для них настоящей сторожевой: не дай Бог кому из них пришло бы в голову только подумать взглянуть на сторону, не то чтоб изменить! Ее тяжелой руки побаивались даже слуги-мужчины, так что уж говорить о "курочках"... Кроме того, у нее был очень хороший вкус, и она до тонкостей знала вкусы самого Рассказова.
Эти две девушки понравились ей, и она сразу окрестила их своими "любимицами", решив сделать все, чтобы они не допустили ошибки и не оказались на улице как она в свое время...
Когда Роза-Мария с девушками вышла. Рассказов несколько минут молча наблюдал за оставшейся девушкой. Он никак не мог поверить, что ей всего десять лет. Может быть, здесь какая-то ошибка?
- Иди сюда, милая, - негромко произнес он, и девушка, несколько смущаясь его взгляда, медленно направилась к нему, смешно держа руки скрещенными впереди себя, словно защищая свою девственность. Остановившись в метре от него, девушка потупилась.
- Нет, смотри мне в глаза! - приказал он и деланно нахмурился.
- Слушаюсь, мой Господин, - чуть слышно произнесла она. - Сколько тебе лет?
- Господин знает сколько, но не верит этому... - Казалось, что она готова заплакать.
- Я не люблю слез! - строго произнес он. - Можешь быть уверена, что если ты не будешь делать того, что нельзя, и будешь всегда со мной честна, то тебе никто не сделает ничего плохого.
- Вы правду говорите, Господин мой? - дрожащим голосом воскликнула она.
- Да. Теперь говори, - сказал он уже мягче. - Я боюсь, что на меня будет сердиться этот добрый госполин - Она кивнула на то место, где ранее стоял Стив.
- Не будет! - нетерпеливо заверил Рассказов. - Говори!
- Вы были правы, Господин мой, когда сомневались в моем возрасте... - решилась наконец девушка. Потупив голову, она тяжело вздохнула, словно собиралась открыть страшную тайну. - Мы с сестренкой решлли прибавить мне целых полгода! - сказала она с какимто вызовом и посмотрела ему в глаза. - Зачем? - изумленно спросил он. - Моей сестренке пятнадцать, а мне - девять. Она подслушала, что приехал очень важный господин, которому нужны девушки от десяти до пятнадцати лет...
- Вот оно что! - протянул Рассказов и вдруг рассмеялся.
Не зная, как реагировать на его смех, девушка стояла и смотрела на него чуть испуганно, но он так заразительно смеялся, что она не выдержала и тоже захохотала.
- Это хорошо, что ты честно призналась: если так будет всегда, то тебя ждет счастливое будущее, - прекратив смеяться, заметил Рассказов, затем усадил ее к себе на колени и прижал к себе. Она податливо, совсем по-детски, прильнула к нему и стала целовать его все еще мощную шею.
- И кто же твоя сестренка? - неожиданно спросил он. - Та, которая была первой?
- Нет, мой Господин, ее не было среди них. Ее взял к себе тот добрый господин. - Вот как? - нахмурился Рассказов. - Не сердитесь, мой Господин, на него за то, что он не стал ее вам показывать! - простодушно проговорила девушка, гладя его по волосатой груди. - Не сердиться? Почему? Она что, некрасива? - Во-первых, хотя она моя сестра, но я лучше ее, во-вторых, мы все еще не имели других мужчин, а она уже имела. - Это было сказано так просто, словно она говорила об изъянах платья или обуви. Во всяком случае, Рассказова это смутило и заставило задуматься. Чего это он, собственно набычился? Он просил привезти четырех девушек, и Стив отлично выполнил задание: давно уже у него не было такого набора девушек. Так пусть пользуется пятой, но почему он не сказал ничего о ней? Ладно, потом разберемся...
- Ты умеешь плавать? - неожиданно спросил он девушку.
- Лучше меня кто плавает? - хитро улыбнулась она. - Может быть, только мой, Госполин?
- Сейчас посмотрим! - завелся он, подхватил ее на руки и устремился к бассейну. Поставив ее на бортик, он скинул халат и приготовился для прыжка. Девушка приняла ту же стойку.
- По команде "три"! - сказал он и начал считать: - Раз! Два! Три! - крикнул он и сиганул в воду.
Девушка последовала за ним, и если бы Рассказов имел возможность наблюдать со стороны, как она вошла в воду, то понял бы, что она действительно может тягаться с профессионалами. Она очень легко догнала его и плыла рядом, совершенно не напрягаясь. Было ясно, что она намеренно не желает обгонять его. Рассказов первым коснулся противоположной стенки и, тяжело дыша, посмотрел на девушку.
- Поддалась? - Честно? - Конечно! - кивнул он.
- Если честно, то чуть-чуть... - Она с хитринкой взглянула в его глаза и вдруг бросилась ему на шею. - Ты очень хороший и умный Господин! Я буду не просто твоей женщиной, я буду тебя любить!
Она это сказала с такой естественной страстью, что Рассказов смутился и не нашел, что ей сказать, но почувствовал, что к этой девушке он не сможет относиться, как ко всем.
- Я буду называть тебя Машенькой! - сказал он и нежно поцеловал ее в детские пухленькие губки.
Майкл Джеймс начинает осаду
Как это ни удивительно, но Майкл Джеймс, которого поминал недобрым словом господин Рассказов, тоже был озабочен думами именно о Рассказове. О нем он услышал совершенно случайно еще тогда, когда был захвачен людьми Рассказова. Это не было заранее продуманной операцией, им просто повезло. Майкл знал, что его агент провален и что Рассказову известно об их встрече, во время которой агент должен был передать важные сведения о возникновении новой мощной организации в наркобизнесе. Выходя на связь, он не сообщал никаких имен, боясь утечки информации. Он уже был под наблюдением людей Рассказова, и его телефон круглосуточно прослушивался.
Во время последнего сеанса связи с Майклом Джеймсом, на котором оговаривалась встреча, он лишь сказал, что руководит этой новой структурой, суля по фамилии, человек из России. Это было единственной, но роковой ошибкой агента: получив эту информацию, Рассказов приказал его убрать.
Его людям не удалось выяснить, с кем именно тот должен был встретиться, и когда они пришли, чтобы расправиться с ним, то совершенно неожиданно для себя наткнулись там на Майкла Джеймса. Потеряв в перестрелке двух людей, но убив при этом агента Майкла, они захватили его самого, оставив на всякий случай в живых.
Для Рассказова это бы самым настоящим подарком. Он приказал перекинуть Майкла на Четвертого и держать на наркотиках. "Зачем?" - не понял Стив, и здесь случилось то, за что он наверняка поплатился бы головой, узнай об этом Рассказов: Стив упомянул его фамилию при пленнике, находящемся в наркотическом бреду. Собственно говоря, этого никто не заметил - ни сам Стив, ни охранники Майкла. И только натренированный мозг Майкла сумел даже в таком состоянии запомнить фамилию, столь необычную для американского уха.
Имеющий уши да услышит! Находясь под наблюдением российских медиков, Майкл, постепенно приходил в себя, и его крепкий организм довольно быстро восстанавливался после ранения и наркотического шока. Во время одной из бесед с полковником госбезопасности Богомоловым он совершенно случайно, если можно в данный ситуации говорить о случайности, услышал фамилию Рассказова, которая показалась ему знакомой. Оказавшись у себя на родине и снова вернувшись к своим обязанностям, он иногда вспомпинал эту фамилию, пытаясь понять, откуда она ему известна. И наконец мозг выдал нужную информацию: он слышал эту фамилию от одного из тех, кто организовал его "визит" на базу. Специалисты по России сказали, что эта фамилия довольно редкая, так что простое совпадение почти исключалось.
Майкл стал постепенно прощупывать различные источники, чтобы узнать хоть что-то об этой загадочной личности. Долгое время ничего не обнаруживалось, и Майкл уже отчаялся, и хотел сдать дело в архив, но однажды один из его сотрудников попросил приехать и взглянуть на наркоманку, которая обещала сказать такое, что "они просто ахнут", если ее не станут привлекать за "малюсенькую порцию", которую она пыталась продать средь бела дня.
Эта была молодая женщина со следами былой красоты. Узнав, что Майкл Джеймс именно тот "господин начальник", который и может решить ее судьбу, она предложила сделку. Майкл обещал, что, если сведения действительно окажутся важными, он ее отпустит. Немного подумав, она решила, что пятнадцать-двадцать лет тюрьмы гораздо хуже той возможной опасности, которой она подвергнет себя, рассказав о том, что обещала забыть навечно. Однако заявив, что она пару недель работала на "самого Рассказова", девица, видно, опомнилась и замолчала, залившись горючими слезами.
Майкл Джеймс выполнил свое обещание и отпустил ее восвояси, приказав одному из сотрудников не спускать с нее глаз. Через пару дней и девицу, и сотрудника выловили из реки. Их задушили, и бросили в воду, где они проплавали более суток. Это насторожило Майкла Джеймса и заставило более серьезно заняться Рассказовым. Вскоре его усилия увенчались успехом, и ему удалось определить его местожительство. Однако настораживал факт, что о нем не было никаких сведений ни в полиции, ни в других специальных органах. Майкл понял, что наскоком этого "зубра" не возьмешь, и потому стал постепенно обкладывать его, уверенный, что рано или поздно тот попадет в его сети.
Рассказов был не прав, предполагая, что о его грузе сообщил какой-то "стукачок" - это была обыкновенная плановая проверка. Когда Рассказов, не предупредив непосредственных исполнителей, отменил загрузку героина, он допустил нечаянную ошибку: доверяя этому каналу, исполнители, как это часто бывает, решили заработать, прикупив нелегально немного героина, и сунули его между пакетами питьевой соды. Когда же на судно неожиданно явилась группа сотрудников ФБР, то, несмотря на небольшое количество опасного товара, избавиться от него не успели. Специально натасканные для таких операций собаки довольно легко обнаружили пакеты с героином и даже облаяли их владельцев. Их тут же повязали и отправили на допрос. Майкл сразу понял, что попались мелкие сошки, но закрывать это дело ему почему-то не хотелось.
Агент Рассказова тут же доложил о происшествии и этим вывел шефа из себя. Если бы "эти людишки", допустившие такой промах, оказались рядом, они вряд ли остались бы в живых. Немного успокоившись и тщательно проанализировав ситуацию. Рассказов пришел к выводу, что произошла какая-то случайность и, вполне вероятно, судя по количеству сотрудников ФБР, это был не "захват груза", а обычная проверка. Черт бы побрал этих недоумков! Не дай Бог, если они раскроют свою пасть!
Хоть о нем они и не знают, но знали о предполагаемой партии героина, а это сразу насторожит ФБРовцев, да и терять надежный канал совсем не хотелось: столько средств и трудов было затрачено на его создание. И убирать этих мерзавцев было довольно рискованным делом - это также могло насторожить сотрудников ФБР.
После недолгих раздумий Рассказов позвонил своему приятелю-юристу и попросил его вытащить этих "шалунов" под залог. Это был отличный юрист, и провинившиеся вскоре оказались на свободе. Получив солидное вознаграждение и новые документы, они тут же были переправлены в другую страну.
Когда это стало известно Майклу, он был вне себя от ярости, ругал всех и вся, а в первую очередь себя, за то, что не успел толком допросить задержанных. Да, недооценил он этих ребят: за ними явно стояла весьма мощная и богатая организация, способная внести солидный залог. Почему-то он был уверен, что дело тут не обошлось без Рассказова, и потому, тщательно все обдумав, решил действовать.
Как ни странно, идею операции подсказала внезапно погибшая наркоманка. Поначалу он никак не мог разложить все по полочкам и прийти к чему-либо определенному. Он был похож на маленького ребенка, который роется в кубиках, составляя их так, чтобы получить определенную картинку. Но в отличие от той игры у Майкла была только часть "картинок", и их нужно было сложить так, чтобы догадаться о содержании целого.
Пока выстраивалась цепочка: Рассказов - наркотики - девица - арестованные. Девица погибла и уже ничем не сможет ему помочь. Арестованные исчезли и выйти на их след вряд ли удастся. Небольшое количество наркотиков уже отданы на экспертизу, и вскоре будет известно об их происхождении. Рассказов? Это единственная часть цепочки, которая никуда не исчезла, но... Попробуй доберись до него, если он "правильный и законопослушный" господин... И вдруг Майкла осенило: Рассказов может быть законопослушным здесь, но был ли он таким у себя на родине? Необходимо связаться с русскими коллегами и попытаться что-либо выяснить о его прошлом, как можно скорее организовать за ними тщательное наблюдение, подключив самых опытных сотрудников. Конечно, идеально было бы внедрить к нему своего человека, но для этого необходимо выявить все его слабые места. Главное - сеть закинуть, может, что и удастся выловить.
Неожиданно Майклу пришло в голову, что не следует делать русским коллегам официальный запрос. Почему? Он и сам не смог бы ответить, но что-то ему подсказывало, что это будет ошибкой. Интересно, как там поживает бывший полковник Богомолов, ставший генералом после путча и возглавивший важный участок в Органах? Майклу он показался очень толковым и порядочным парнем. Может, поговорить с ним? Но как оформить встречу, чтобы не привлекать ненужного внимания и не ставить генерала в неудобное положение? Память неожиданно подсказала: финские коллеги сообщили об аресте одного солидного бизнесмена, который, получив свой груз, прошедший транзитом почти через всю Россию, из Петербурга пытался отправить его в Европу. Финских таможенников заинтересовал столь необычный маршрут, и они решили тщательно проверить багаж. Какого же было их удивление, когда в запаянных консервных банках они обнаружили внушительную партию героина! Бизнесмен был американцем, и таможня тут же сообщила о происшествии Майклу.
Что же, это может быть отличным поводом для поездки в Москву, а как повидаться с генералом он решит не месте...
Леша-Шкаф приступает к решительным действиям
Лолита задумчиво крутила в руках нож, который почти выпросила у Савелия. Как он мог попасть к нему? На экране телевизора бушевали "мексиканские страсти", которые Лолита обычно с удовольствием смотрела, но сейчас она была настолько встревожена, что ни о чем другом, кроме ножа, думать не могла. При воспоминании о той сцене, ей становилось жутко: казалось, что это сделала не она. Не могла она сотворить такое, не могла!
Видно, злость копилась и копилась, пока не пролилась через край. Смогла бы она сейчас повторить ЭТО? Вряд ли... Однако она чувствовала, что тот день что-то перевернул в ней, заставил совершенно по-другому взглянуть на себя. А увидев себя такой, она ужаснулась и разозлилась. Но злиться на себя - дело совершенно бесперспективное, и поэтому Лолита стала вымещать злость на других. Нет, со своим "избранником" она вела себя внимательно и нежно, словно понимая, что их двоих связывает на только чувственность, но и смерть, которую они как бы разделили пополам.
Не желая понапрасну тревожить своего Лешеньку, она несколько дней не говорила ему о ноже, решив разобраться сама с этим новеньким. Несколько раз она появлялась на тренировках, сознательно не предупреждая никого. От Никиты требовала тщательного доклада о подопечном: что? как? где? с кем? о чем говорит? к чему или к кому проявляет интерес? Но ничего настораживающего она не услышала. Это немного успокоило ее, и она решила рассказать о ноже Леше, чтобы посоветоваться кое о чем.
А Лешины мысли были в этот момент далеки от ее проблем: он был не в самом хорошем расположении духа. Уже несколько недель он пытался наладить контакт с "русско-итальянскими" братьями, но те никак не хотели остановиться на каком-либо конкретном варианте договора и при каждой новой встрече вносили поправки, которые уже начинали раздражать Лешу. Постепенно он догадался, что братья, не решаясь отказаться от его проекта впрямую, тянули, как говорится, "кота за хвост". Леша понимал: они не так глупы, чтобы пойти на открытый конфликт - слишком уважаемые люди свели их. Непонятно, что же их насторожило? Может быть, они боятся, что потеряют контроль над этим каналом переброски товаров? В этом они были недалеки от истины. А может быть, их напугали масштабы деятельности? Сейчас, заработав достаточные средства и прибрав к рукам довольно прочный банк, Леша мог себе позволить такое. Даже мало-мальски грамотному бизнесмену понятно, что стабильное дело необходимо расширять и совершенствовать, чтобы обойти конкурентов. Леша еще мог бы понять их волынку, если бы они сами решили расширяться, но, по его сведениям, итальянский "брат" слишком зарвался там, у себя, и с трудом держится на плаву. Нет, он не позволит держать себя "за болвана"! Пора показать этим "родственничкам", что такие фокусы с Лешей не пройдут!
Сегодня Леша собрал своих боевиков и, не вдаваясь в детали, приказал им "потрясти" офис и склады "русского братишки". Задача была поставлена коротко и ясно: поломать все, что там окажется, ничего не брать, не оставлять следов, а главное - никаких живых свидетелей. Леша не хотел, чтобы в этом разгроме заподозрили его. Если "брат" все же догадается, что это исходит от Леши, он будет вынужден пойти на переговоры, а если не догадается, все равно придет к нему, чтобы попросить защиты.
Боевиков Леша использовал редко, в самых крайних случаях, когда нужно было все сохранить в тайне. Он им доверял, как самому себе. Этих пятерых ребят он набирал самолично и каждого из них пристроил на легальную работу в своих филиалах. Там им платили зарплату, а раз в два месяца они получали лично от Леши приличные деньги в конвертах. Каждый имел официальное разрешение на личное оружие, якобы для сопровождения инкассаторов. Это были профессионалы, прошедшие подготовку либо в спецназе, либо в ОМОНе, не просто исполнители: каждый из них мог самостоятельно принимать решения, имея свою легенду на случай провала (каковых пока не случалось). На задания они выходили с новеньким оружием, от которого тут же избавлялись, оставляя на самом видном месте, и с отличными фальшивыми документами, на проверку которых у милиции уходили долгие месяцы. Во время выполнения подобных операций они были немногословны и уж ни при каких обстоятельствах не называли никаких имен. Их действия были так четко распределены, что говорить особой нужды не было.
Изучив за двое суток намеченные объекты - склад и офис - они пришли к выводу, что гораздо эффективнее будет провести операции одновременно, разделившись на две группы. Склад будуть брать трое, а для офиса достаточно и двух человек, хотя тот был расположен не очень удачно: примыкал к сберегательной кассе. Возможно, по этой причине там и дежурил всего один человек, а на складе, построенном на пустыре, - четверо. Этот склад был очень хитро замаскирован: сверху стоял небольшой ангар, а основные помещения находились под землей. Однако, внимательно проследив за въездом и выездом грузовиков можно было обо многом догадаться.
Поначалу, заметив сигнализацию, боевики подумали, что выполнить операцию будет довольно сложно, но когда ночью они наблюдали за грузовиками, то поняли, что решение найдено. Три гудка давали понять охране, что приехали свои: два охранника выходили, оставляя калитку в воротах открытой, проверяли документы у водителя, а потом один заходил внутрь, и вскоре ворота автоматически открывались. Двое других охранников, вероятнее всего, либо отдыхали, либо несли дежурство внутри склада. И то и другое вполне устраивало группу захвата.
Одновременный захват офиса и склада назначили на два тридцать ночи, когда усталость активно дает о себе знать. За час до назначенного времени боевики угнали две машины: группа по офису - черную "Волгу", а группа по складу - небольшой фургон.
До двух тридцати приезжал только один грузовик около двенадцати часов. Разгрузка заняла минут сорок, после чего он уехал и больше машин не было. Точно в назначенное время боевики подъехали к воротам ангара и дали условный сигнал. Через несколько минут калитка распахнулась, из нее вышел заспанный здоровяк. Второй по каким-то причинам остался внутри. Этот случай они тоже предусмотрели, и поэтому в машине был только один из них, а двое других стояли наготове за ангаром.
- Ты что, раньше не мог приехать? - не очень дружелюбно бросил охранник, подходя к машине.
- И так сутки уже за рулем, - зевая отозвался боевик.
- Ладно, давай документы! Что привез? - А я почем знаю? Коробки какие-то... - пожал он плечами. - Закурить есть?
- Как не быть. - Парень полез в карман, остановившись у самой дверцы кабины.
И вдруг водитель резко толкнул дверцу и ручкой угодил охраннику прямо в лицо. Удар был настолько сильным, что тот упал на землю без чувств с залитым кровью лицом, не издав ни звука. Водитель спокойно вышел из кабины, ударил для верности лежащего рукояткой пистолета в висок и сунул тело в кабину.
В это время двое других уже вбежали в открытую калитку, вырубили устремившегося к ним навстречу второго парня и открыли ворота. Фургон тут же въехал внутрь, ворота за ним закрылись. Ангар служил гаражом и помещением для охраны.
Прямо от въезда с постепенным уклоном дорога делала крутой поворот и вела прямо под землю.
Один остался у входа, а двое других поехали вперед, держа оружие наготове. Метров через пятьдесят они заметили огромные решетчатые ворота, у которых подремывали двое упитанных парней. Услыхав шум машины, они подняли головы, но ничуть не встревожились, подождали, когда машина остановится, и направились к ней. Но сказать они ничего не успели: два профессиональных выстрела оборвали их молодые жизни. Боевики рванули машину вперед, сорвали ворота с петель и врезались в штабель картонных коробок с видеотехникой и компьютерами. На их лицах не отражалось ничего, словно они занимались обыкновенной уборкой дома или посадкой овощей на собственном огороде...
Гораздо менее успешно, как ни странно, произошел захват офиса. Боевики успешно отключили сигнализацию и позвонили в двери. Один из них был в милицейской форме. Охранник спросил, не открывая: - Кто там?
- Милиция! - буркнул тот, что был в форме. - По какому вопросу?
- Интересно получается! - хмыкнул "милиционер" - А ты кто такой? - Я на охране здесь... А что?
- Что-что! - вспылил он неожиданно. - Сигнализация сработала, и мы должны проверить!
- Здесь все в порядке, - попытался заверить охранник, но его перебили.
- Именно это мы и должны проверить. И ваши документы - тоже.
- Хорошо! - согласился тот и щелкнул замком. И здесь боевики допустили небольшую промашку: едва дверь начала приоткрываться, они дернули ее на себя, но охранник не успел снять цепочку, и она задержала дверь. Заподозрив неладное, парень выхватил пистолет. Второй из боевиков, не видя этого, со всей силы рванул дверь на себя и сорвал цепочку. От испуга и неожиданности парень выстрелил ему прямо в лицо. Пистолет был газовым, но шум мог привлечь других охранников. На пистолетах боевиков были надеты глушители, и первый произвел два выстрела: в голову и в грудь. Парня откинуло на диван, и боевик аккуратно положил ему на грудь свой пистолет. Второй, получив сильный ожог лица, устремился в ванную и подставил лицо под струю холодной воды.
Первый подошел к двери и прислушался: в коридоре было тихо, видно, никто не услышал выстрела. Он вошел в комнату и стал крушить факс, компьютер, рвать папки с документами. Его лицо также ничего не выражало, никаких эмоций, словно он был роботом.
Пока боевики выполняли задание, Леша специально "засветился" в нескольких общественных местах, чтобы иметь добротное алиби на время разгрома. Как нельзя более кстати оказалось приглашение на презентацию новой русско-немецкой фирмы офисной мебели в Доме кино, и, судя по программе, приложенной к билету, торжество должно было длиться почти до самого утра. Позвонив Лолите, он рассказал о презентации и предложил ей быть готовой к одиннадцати часам вечера: он сам заедет за ней.
Было уже около девяти, и времени оставалось очень мало. Решив хотя бы немного отвлечься от назойливых мыслей о злополучном совпадении с ножом, Долита стала наводить красоту, чтобы затмить всех на презентации. На днях она приобрела в "Ле Монти" прекрасное платье. Оно отлично сидело на ней, подчеркивая ее хрупкость и гибкость, а глубокий вырез на груди мог свалить наповал любого представителя мужской половины.
Одевшись и окончив макияж, Лолита после недолгих раздумий позвонила в салон красоты и отменила встречу со своим мастером. Она решила, что для этого платья не нужно сооружать что-то на голове - длинные пышные волосы, ниспадающие на открытые плечи, будут великолепно смотреться. Критически осмотрев себя в зеркало, она осталась довольна, взглянула на часы и пошла к выходу. Не успела она дойти до двери, как та распахнулась, и на пороге появился Леша-Шкаф.
- Да ты просто Мисс Вселенная! - воскликнул он, восхищенно оглядывая свою Лолиту. - Когда ты успела купить это платье? И скажи, где выращивают таких красавиц?
- Тебе правда нравится? - Она была очень довольна произведенным впечатлением.
- Не то слово! Нравится... Я просто в шоке! - Он так стремительно бросился к ней, что она испуганно отскочила в сторону.
- Смотреть можно, трогать - нельзя: платье помнешь! - решительно остановила она его порыв. - Пойдем? - Негоже такой удивительной красавице приходить секунда в секунду. Пускай гостей наберется, чтобы повыше штабель оказался! - Какой штабель? - не поняла Лолита. - Из мужских тел. Увидев тебя, каждый мужик будет в отключке!
- Может, хватит трепаться, Лешенька? - Трепаться? Я тебе врал когда-нибудь? - Пока нет! - Она хитро прищурила глаза. - Никогда не врал и врать не буду! Пошли, усугубимся пока шампанским. - Он подмигнул и направился к бару. - Чтобы блеск появился в глазах!
- Мне кажется, что у тебя давно блестит в глазах. Уже причастился? - чуть укоризненно проговорила Лолита. - Угадала! Повод был... - Вот как?! Рассказывай!
- Сегодня ночью будут воспитывать моих будущих партнеров! - загадочным тоном ответил он.
- А, русские итальяшки? - догадалась она. - Что, так и продолжают на волынке играть?
- Ничего, завтра на цыпочках ко мне прибегут: "Спаси, родной, убивают, грабят..."
- Теперь мне понятно, зачем мы на люди идем. Я-то грешным делом подумала, что он мне хочет развлечение устроить, а ему, оказывается, алиби понадобилось! Хорош гусь, нечего сказать! - Она скорчила обиженную физиономию.
- А вот это ты напрасно: просто совпало так... Держи! - Он протянул ей фужер с шампанским. - За тебя, моя красавица!
- Ладно - прощен! - улыбнулась Лолита, взяла фужер и чокнулась с Лешей. Немного отпив, она задумчиво взглянула ему в глаза.
- Не тяни, говори, что тебя мучает, мой котеночек, - ласково проговорил он и усадил себе на колени.
- Скажи, куда его труп дели? - неожиданно спросила девушка.
- Странно... Почему это ты вдруг о нем вспомнила? - нахмурился Леша-Шкаф. - Ты не ответил, - упрямо напомнила она.
- Достаточно далеко, чтобы не волноваться, - усмехнулся Леша и сделал большой глоток шампанского.
- Ты уверен? - хмыкнула с вызовом Лолита. - И нож там же бросили?
- Про нож не знаю, но я приказал избавиться от него... - Леша вдруг почувствовал, что ее вопросы неспроста и взволновался. - Говори!
- А что говорить? - вздохнула она, затем встала, открыла в стенке бельевой ящик, вытащила нож и нажала кнопку: лезвие со свистом выскочило из ручки и блеснуло в свете люстры.
- Откуда... - начал он, взяв нож в руки, но запнулся, внимательно рассматривая его. - Да, это мое перышко. - Он вопросительно посмотрел на Лолиту.
- Ты с дивана свалишься, когда узнаешь, у кого я его выклянчила. - Не тяни! - Он начал злиться. - У нашего нового бойца! Действительно, темная лошадка...
- У Рэкса? - воскликнул Леша. - Не может быть! - "Удивительное рядом"!.. Нашел, говорит. - И давно у тебя этот нож? - Недели две...
- Две недели! И ты только сейчас мне говоришь об этом? - Леша грубовато столкнул Лолиту с колен, вскочил и в раздражении едва не хлопнул фужером об пол. - Ты что, не понимаешь?
- Лешенька, ты за дуру меня держишь? - Она тоже встала, налила шампанского и быстро выпила. - Я все прекрасно понимаю! Я специально, чтобы лишний раз не волновать тебя, не рассказала об этом, решив все выяснить сама.
- И что же ты выяснила? - зло хмыкнул Леша. - По-моему, самое главное: скорее всего, он говорит правду!
- Откуда у тебя такая уверенность? Кстати, ты сказала, что выпросила его, так? - Ну... - Под каким соусом? - А вот здесь, Лешенька, я кажется допустила промашку. - Она виновато вздохнула. - Я сказала, что точно такой нож пропал у меня.
- Что? Вот дура! Ты понимаешь, что ты натворила? А если он наткнулся на труп? - Он так разозлился, что начал кричать на нее.
- Успокойся, милый! Я же сказала, что такой же пропал у меня! Мало ли у кого он мог оказаться... - Она хитро улыбнулась.
Леша нахмурил лоб, задумался, затем тоже налил шампанского и медленно выпил его.
- Ты извини меня, лапочка, что накричал. - Он покачал головой. - Действительно, ничего страшного нет. Однако странное совпадение, не кажется ли тебе, а?
- Оно было бы странным, если бы не ты его сосватал, а он бы просился к тебе на работу!
- Может быть, ты и права, но... - Он снова задумался. - Думается мне, что за ним нужно присматривать гораздо внимательнее.
- За это можешь не беспокоиться: он будет "под колпаком", как говорил один киношный герой. - Она подмигнула.
- Послушай, мой Мюллер, а ты, по-моему, совсем не прочь переспать с этим парнем.
- А по-моему, у тебя не все дома! - слишком уж поспешно выпалила Лолита.
- Напрасно! Это совсем недурной вариант. - Прищурился Леша. - Ты это серьезно? - Помнится, ты сама это предлагала... - Но тогда это для дела нужно было. Сейчас же он дал согласие работать на нас!
- Дать-то дал... - согласно кивал головой Леша, - но сейчас, когда всплыл этот дурацкий нож, было бы совсем недурно выяснить поподробнее, как он его нашел. А в постели мы такие расслабленные и разговорчивые...
- Вряд ли что получится, милый, этот парень, кажется, всерьез влопался в свою девчонку.
- Никогда не поверю, что тебя, если ты чего-то захочешь, можно остановить. - Ну, балда! Ты самая настоящая балда!
- Ты хочешь сказать, не я балда, а у меня балда! - хитро посмеиваясь, поправил он.
- Которая мне очень даже нравится! - подхватила Лолита, погладив рукой его естество.
- Не заводи, лапочка, нам выскакивать пора! - Он не удержался и тоже прижал ее к себе.
- А сам что делаешь? - прошептала Лолита, отвечая на его поцелуй, но тут же нехотя оттолкнула его. - Хватит, а то действительно никуда не уедем! - Она подошла к зеркалу, поправила прическу. - А с этим парнишей я вот что решила: используем его на всю катушку, а потом избавимся!
- Все никак не могу понять: откуда в таком хрупком и красивом теле столько жестокости? - Он покачал головой.
- От вашего кобелиного племени, мой милый! - Да-а-а... - протянул он. - Не хотел бы я иметь врага в твоем лице.
- Ты, мой милый, вне конкуренции. Ты - мой папочка! - Она ласково провела пальчиком по его щеке, но от этого нежного прикосновения ему стало как-то жутковато. - Пошли?
- Пошли! - с задором воскликнула Лолита, подхватила его под руку и увлекла за собой.
Схватка с роботом
Небольшой тренировочный зал словно специально был оборудован только для одного человека: двум, тем более трем спортсменам там было не развернуться. Он был наполнен снарядами для накачки мышц и для отработки ударов, каждый из них был подключен к компьютеру, который регистрировал все данные и, более того, исходя из состояния и подготовки спортсмена, выдавал собственные рекомендации. Когда они не "доходили" до тренирующегося, компьютером подавался годос-предупреждение, а если и это не действовало, то все-снаряды мгновенно блокировались.
Савелий довольно быстро освоился с новой техникой и даже успел полюбить ее. Он внимательно следил за рекомендациями компьютерного тренера, и тот, словно в благодарность, ни разу не подавал голос. Вскоре Савелий настолько вернул свою форму, что совершенно спокойно делал с места двойное сальто, во время которого наносил по тренажеру до трех-четырех ударов. Сегодняшняя тренировка для него была особенной, он был просто в ударе. Дело в том, что он впервые разрешил присутствовать на ней Наташе.
С полчаса ушло на обычную разминку. Савелий не столько тренировал мышцы, сколько готовил свой Дух и концентрировал мозг для схватки с отсутствующим противником. Наташа сидела молча, и первоначальный интерес в глазах постепенно сменялся восхищенным удивлением. Какое владение телом! Какая точность ударов! А прыжки? Высоко взлетая над полом из разнообразных положений, Савелий каждый раз приземлялся на ноги, готовый к отражению атаки или нападению. Он напоминал кошку, которая, как ее не подбрось, обязательно спустится на лапы. Разбираясь достаточно профессионально в этих вопросах, Наташа не верила своим глазам. Для Савелия словно не существовал закон земного притяжения. Казалось, пожелай он - и тут же спокойно оторвется от пола, станет парить в воздухе.
А Савелий совершенно забыл о ее присутствии: он уверенно и спокойно отрабатывал движения, которые, по его мнению, не достигли автоматизма. Неожиданно раздался какой-то странный звук из компьютера, и Савелий прекратил разминку, повернувшись на звук.
- Ваши параметры дают основание считать, что вы готовы сразиться со мною! - не очень громко, но отчетливо прозвучал электронно-металлический голос.
Наташа чуть слышно ойкнула, скорее от неожиданности, чем от испуга. Савелий взглянул на нее, потом на компьютер и покачал головой. Интересно, промелькнуло в его голове, как эта машина собирается сражаться с ним?
- Если вы готовы к этому, то нажмите клавишу со стрелкой вверх, если нет - клавишу со стрелкой вниз! - бесстрастно предложила машина и включила прерывистый сигнал.
- Может, не надо, Рэксик... - тихо прошептала Наташа. - Черт знает, какая программа заложена в ней.
- Программу заложил человек, - спокойно отозвался он, подходя к клавиатуре. Не раздумывая ни секунды, он нажал клавишу со стрелкой, направленной вверх. Прерывистые сигналы тотчас прекратились, и снова раздался голос:
- Мне нравится ваше решение! - Послышался какой-то звук, похожий на скрип металла. Во всяком случае, его нельзя было назвать приятным. В глухой стене сдвинулась дверь, и оттуда вперед выдвинулось какое-то сооружение, отдаленно напоминающее человеческую фигуру. Это чучело было укреплено на выдвижном постаменте, который находился на небольшом, в три-четыре квадратных метра пятачке, окруженном прочными канатами. Все это напоминало ринг в миниатюре.
- Вы должны встать в центр этого мини-ринга и, как только будете готовы к поединку, произнести команду: "Атака!" С этого момента ровно на три минуты по канатам будет пропущен ток и ваш противник начнет действовать. Ваша задача - нанести противнику пять поражающих, обозначенных красным цветом, или десять болевых, обозначенных зеленым цветом, ударов. При выполнении того или другого задания канаты тут же обесточиваются. Запомните: удары должны быть полновесными, только тогда они будут засчитываться. Желаю удачи!
Если бы Савелий не видел все это собственными глазами, то вряд ли бы поверил в такую чушь. Он взглянул на Наташу и по ее испуганному взгляду понял, что она все слышала. Савелий успел рассмотреть, что это чучело может двигаться только взад-вперед, и это уже упрощало задачу. Интересно, из чего оно сделано? Рассмотрел он и красные круги на своем противнике: их оказалось четыре, и каждый находился там, где находились "смертельные" точки у человека. Странно, голос говорил о пяти точках! Где же пятая? На всякий случай он попытался запомнить и десять зеленых кругляшков, раскиданных по всему "телу": руки, ноги, голова, грудная клетка...
- Пятая под затылком! - крикнула Наташа, сумевшая заметить то, что Савелий не мог рассмотреть со своего места.
- Отлично! - подмигнул Савелий. Махнув рукой Наташе, он легко перемахнул через канаты и встал напротив своего "противника". Не успел он занять место, как вдруг у чучела открылись глаза, и оно как бы повело плечами.
Интересная "куколка", - с улыбкой подумал Савелий и решил серьезно отнестись к ней. Он сделал глубокий вдох, медленно выдохнул, принял боевую стойку и коротко бросил: - Атака!
Савелий был прав, когда принял решение отнестись к "противнику" со всей серьезностью: "руки" робота молниеносно вскинулись, и одна из них сумела задеть его плечо. Удар был ощутимый, и это разозлило Савелия. Помня о том, что по канатам пустили ток, он, стараясь не задевать их, попытался провести несколько ударов впрямую, но робот отреагировал четко и не пропустил ни одного, умело ставя защиту.
- А ты не так прост, оказывается! - хмыкнул Савелий и тут заметил, что робот не отрывает "взгляда" от его глаз. - Понятно! - подмигнул ему Савелий и с этого момента стал прятать свой взгляд от умного чучела. И снова повторил серию ударов. На этот раз один из них достиг цели, и если бы оказался посильнее, то первый красный кружочек был бы поражен. Отлично, значит, он оказался прав в отношении сенсорного взгляда. Пошли дальше...
Неожиданно Савелий прыгнул вверх, стараясь не выпускать из поля зрения своего визави. Видно, и площадка, на которой они сражались, подавала информацию о его передвижениях: как только Савелий оказался в воздухе, робот стал "беспокоиться", вертя "глазами" из стороны в сторону. Воспользовавшись этим, Савелий нанес ему очень точный и сильный удар под затылок.
- Ой! - громко вскрикнуло чучело, и Савелий, не ожидавший ничего подобного, приземлившись, взглянул на него.
- Двадцать четыре секунды - первое поражение! - раздался знакомый голос.
Неужто прошло так мало времени? Савелий нахмурился и на миг притупил бдительность. Вероятно, на это и было рассчитано: чучело мгновенно выкинуло "ногу" вперед и нанесло Савелию довольно ощутимый удар в грудь. Его отбросило назад, и он с огромным трудом сумел застыть в нескольких сантиметрах от канатов.
Переживая за Савелия, Наташа едва не вскрикнула, но сдержалась, понимая, что этим может отвлечь его внимание.
Удар был не столько болезненным, сколько унизительным для Савелия: какая-то там машина сумела перехитрить его. Человека!? Ну, электронный мешок, держись. Савелий вновь легко вспорхнул вверх и провел серию резких хлестких ударов, которые сопроводились тремя громкими "Ой!", а бесстрастный голос констатировал: - Шестьдесят восемь секунд - четыре поражения! - И вновь без всякой паузы, на этот раз "рукой", машине удалось задеть его ухо. Савелию показалось, что к уху поднесли горящую свечу, и он машинально потер его ладонью. Это вконец разозлило его: красное пятно, которое еще не было им задето, находилось чуть ниже солнечного сплетения, и Савелий, не поднимая глаз, точным отработанным ударом выбросил вперед правую руку. Удар был настолько силен, что синтетическая кожа "болвана" прорвалась. Он успел провопить "Ой!", потом его голова дернулась, склонилась вперед и уставилась на Савелия застывшими глазами: Зрелище было жутковатым, и Савелий брезгливо отвернулся, затем осторожно попробовал канаты. Тока не было, и он перескочил их.
В это время дверь распахнулась, и в зал вошел Никита.
- Ну, паря, ты даешь - со злым восхищением произнес он. - Да ты знаешь, сколько эта техника стоит? - Пусть впредь не лезет! - усмехнулся Савелий. - Она стольких до тебя уделала, что... - Он не нашел слов и воскликнул: - А ты с ней расправился за полторы минуты. Класс - Он причмокнул губами. - Сейчас ужин, потом...
- Может, сначала ополоснуться позволите? - хмыкнул Савелий.
- Я разве не сказал про душ? - нахмурился Никита. - Конечно, сначала душ, потом ужин, потом два часа свободного времени и баиньки. В свободное время чем хочешь заняться и где?
Савелий повернулся к Наташе, которая пожала плечами, словно предоставляя ему самому решать.
- Помнится, кто-то обещал ночной боевичок. - Савелий хитро взглянул на Никиту.
- Понял! - кивнул тот и вытащил из бездонного внутреннего кармана кожаной куртки кассету. - Никита всегда выполняет обещанное! - торжественно произнес он и с полупоклоном сделал шаг вперед. Это было проделано с такой важностью, что, казалось, сейчас он преклонит перед Савелием колено. - "По прозвищу Зверь" называется.
- Интригующее название, - кивнул Савелий. - Чей?
- Наш, российский! - горделиво заявил Никита. - Парень там... круче бывают, как иногда говорит наш босс, только крутые яйца. - Он заржал на весь зал. - Представляешь, "шерстяные" его в "командировку" отправили, а он дергает оттуда к ним на разборку!
Савелий перехватил недоуменный взгляд Наташи и коротко пояснил:
- Мафия отправляет парня в тюрьму, а он бежит оттуда, чтобы с ними разобраться... - Неожиданно Савелий оборвал себя на полуслове, и его взгляд стал какимто странным, отсутствующим. Ему показалось, что внутри что-то защемило и ему даже стало трудно дышать.
- Что с тобой, милый? - встревоженно воскликнула Наташа и тут же подбежала к нему.
Савелий словно окаменел и продолжал молчать. Она схватила его за плечи и попыталась встряхнуть. Обеспокоился и Никита: он обхватил своей мощной дланью шею Савелия, а другой похлопал его по щеке. Савелий повернулся.
- Чего это вы меня трясете, как грушу? - недоуменно спросил он.
- На землю тебя вернули, - с облегчением усмехнулся Никита. - С тобой все в порядке?
- Лучше не бывает! - ответил Савелий. Казалось, он все еще не пришел в себя.
- Тогда возьми! - Никита протянул ему кассету. - Значит, вы никуда не собираетесь выходить?
- Никуда, - машинально отозвался Савелий, продолжая о чем-то размышлять.
- Тогда... - Никита взглянул на Наташу, - мы здесь тебя подождем, пока ты пот смываешь, о'кей? - Хорошо... Я мигом! - бросил Савелий Наташе. - Не волнуйся, милый. - Она подмигнула и хитро взглянула на Никиту. - В такой компании не соскучишься!
- Это точно! - осклабился тот. Савелий подхватил спортивную сумку и быстро вышел. - Да, классного ты себе чувака отхватила! - глядя ему вслед, бросил Никита, потом подошел к сломанной "кукле", нажал одну из кнопок, чтобы поставить ее на место, но, видно, автоматика тоже была повреждена и он, со вздохом поморщившись, обхватил ручищами край платформы и с усилием задвинул ее назад в стену. - Наши специалисты вряд ли быстро разберутся в потрохах этой куклы! - Он повернулся к девушке. - И часто с ним бывает такое? - В первый раз, а что?
- Я вдруг подумал: выйдет на поединок, начнет драться, а его вдруг замкнет. Из него же отбивную сделают!
- Не сделают! - отрезала Наташа. - Откуда такая уверенность? - хмыкнул он и вдруг потянулся к ней своей ручищей.
- Оттуда! - задорно воскликнула она, нырнула под руку, захватила ее и резко дернула вверх.
Не ожидая от девушки такой прыти, Никита изогнулся в дугу и, чтобы удержаться на ногах, попытался вывернуться в другую сторону, но потерял равновесие и завалился на спину, больно ударившись головой об пол.
- Ты что, сбрендила? - потирая затылок, буркнул он.
- А ты руки не распускай! - зло бросила Наташа. - Я же пошутить хотел...
- Так и я пошутила, - в тон ему ответила девушка. - Ну и шуточки у вас, мэм! - Он вдруг взглянул на себя со стороны, и ему стало так смешно, что он не удержался, откинулся на спину и зашелся в хохоте. - Это надо же, чуть руку не оторвала такому бугаю! Ха-ха-ха! Скажи кому - не поверят!
- А ты предложи тому неверующему самому попробовать. - В ее глазах была такая невинная улыбка, что он не понимал, серьезно она говорит или шутит.
- Это у тебя случайно вышло... - Он все никак не мог смириться с тем, что эта девчонка так ловко скрутила его.
- Хочешь, еще раз попробуем?
- О чем речь? - хмуро поинтересовался Савелий, заметив Никиту, валяющегося с веселым смехом. Увидев Савелия, он тут же оборвал смех и чуть сконфуженно поднялся на ноги.
- Да Никита хотел один прием испробовать... - начала Наташа, но ее вдруг перебил Никита:
- Так попробовал, что до сих пор затылок болит! - Он попытался свести все на шутку и снова засмеялся, преувеличенно морщась, якобы от боли, и причесывая свой затылок.
- Поблагодари девушку за то, что она тебе голову не оторвала! - хмыкнул Савелий и внимательно взглянул на Наташу.
Сытно перекусив в уютном ресторанчике, который был так хитро сконструирован, что огромный зал мог в считанные минуты делиться на небольшие кабинки, Савелий с Наташей, помахав ручкой Никите, уныло пристроившемуся недалеко от входа в номер Савелия, вошли внутрь.
Савелий, молчавший почти весь ужин, продолжал молчать, и у Наташи создалось впечатление, что он избегает смотреть ей в глаза. Не чувствуя за собой никакой вины, она терялась в догадках и не знала, как себя вести, интуитивно ощущая, что пока не должна приставать к нему с вопросами.
Но Наташа напрасно думала, что чем-то расстроила Савелия: она была совершенно ни при чем. Его спокойствие было нарушено тем, что он услышал от Никиты о фильме. Савелию казалось, что его сможет каким-то образом связан с его прошлым. Ничего не понимая, он никак не мог отделаться от своих мыслей, пытаясь вызвать чтото конкретное в своей памяти. Нет, нужно как можно быстрее посмотреть этот фильм.
А Наташа? Он взглянул на нее и тут же отвел глаза. Он почему-то хотел посмотреть фильм один, но не знал, как сказать об этом Наташе. Он совсем не хотел обидеть ее, а она, по всей вероятности, уже решила остаться с ним на ночь. Савелий не был еще готов к этому и потому еще больше раздражался.
- Мне кажется, дорогой, тебе хочется побыть одному, - неожиданно для пего и для себя самой тихо проговорила Наташа.
- Ну что ты, Наташа... - не очень уверенно воскликнул Савелий. Девушка почувствовала его состояние. - Не нужно, милый, мы же с тобой друзья, не так ли? - Наташа увидела его смущение и ласково пропела ладошкой по его щеке. - Позвони мне завтра, хорошо?
- Ты удивительная девушка! - проговорил Савелий и признательно прижался губами к ее руку.
Когда они вышли из номера, Никита обеспокоенно вскочил и удивленно уставился на Савелия. - Вы что, изменили программу? - Успокойся, Никита, я остаюсь, а ты отвези Наташу домой. - Он повернулся к девушке, чмокнул ее в щеку и тут же вернулся назад.
По дороге домой Наташа внушала себе, что поступила правильно, оставив Рэксика наедине со своими мыслями, но это у нее плохо получалось. Внутри нее боролись два вечных начала: ум и сердце, разум и чувство. Она понимала, что с ним что-то случилось и ее присутствие может помешать. Что же послужило толчком к такой внезапной перемене в его настроении? Наташа внимательно прошлась по сегодняшнему дню с момента их встречи и совершенно неожиданно пришла к выводу, что его настроение изменилось с того момента, когда Никитй рассказал о фильме на кассете. Что-то задело его в том рассказе. Она взглянула на Никиту, уверенно управляющего машиной.
- Есть проблемы? - тут же откликнулся он. - Проблемы? - Она пожала плечами и, словно только что вспомнила, добавила: - Про фильм подумала, о котором ты рассказывал. Жаль, что не посмотрела.
- Фильм действительно класс! Ничего, завтра посмотришь.
- "Нет, нет, нет... Я хочу сегодня!" - неожиданно пропела девушка и заразительно рассмеялась.
- Очень похоже! - согласился он с улыбкой. - Если найду другую кассету, то звякну, - пообещал он.
- Не стоит, завтра посмотрю! - чуть подумав, решила Наташа, не желая привлекать излишнего внимания к своему любопытству.
"Учитель, когда ко мне вернется память?"
А в это время Савелий, быстро переодевшись в спортивное трико, уютно расположился на диване и включил видеомагнитофон. С первых же кадров он почувствовал какое-то волнение, которое все сильнее охватывало его. Ему показалось, что он все это где-то уже видел и совершенно четко знает, что произойдет дальше. Не в силах смотреть на экран, Савелий выключил изображение, лег на спину и стал смотреть в потолок, словно там хотел найти ответы на мучившие его вопросы. Постепенно усталость и нервное напряжение дали о себе знать, и он забылся в неспокойном сие.
Неожиданно он ощутил на себе чей-то взгляд, и глаза его непроизвольно открылись. Савелий повернул голову, но вместо комнаты увидел перед собой странно знакомое каменистое плато, на котором в полупоклоне почтительности и уважения стояли мужчины в странных одеждах. Их взоры были устремлены на восседавшего на скрещенных ногах седовласого старца. Он сидел на возвышении, и его взгляд был обращен к солнцу.
У Савелия промелькнуло в голове: откуда в его гостиничном номере оказалось все это? Но он тут же забыл об этом и стал воспринимать все без всякого удивления, словно так и нужно.
Неожиданно старец опустил голову и посмотрел прямо на Савелия.
- ВСТАНЬ, БРАТ МОЙ! - проговорил он торжественно, и Савелий поднялся с дивана, подошел и опустился перед старцем на колени.
- ТО, ЧТО ТЫ СЕЙЧАС УСЛЫШИШЬ, ЗАВТРА НЕ ВСПОМНИШЬ. Голос Учителя был очень грустным, но нежным. - НО ТВОЙ МОЗГ, КОТОРЫЙ СЕЙЧАС ИСПЫТЫВАЕТ ОГРОМНУЮ НАГРУЗКУ, ЗАПОМНИТ ВСЕ ЭТО... - Он немного помолчал, затем обвел рукой окружавших его мужчин. - ТОЛЬКО БЛАГОДАРЯ ЭНЕРГИИ, КОТОРУЮ СОВМЕСТИЛИ ВСЕ БРАТЬЯ, НАМ УДАЛОСЬ ПОЯВИТЬСЯ В ТВОЕМ СОЗНАНИИ. ТВОЙ СИГНАЛ БЕДЫ МНОЮ ПОЛУЧЕН ДАВНО, НО ОДИН Я НИКАК НЕ МОГ ДОСТУЧАТЬСЯ ДО ТВОЕГО ВОСПАЛЕННОГО МОЗГА, А ДЛЯ ОБЪЕДИНЕНИЯ ЭНЕРГИИ БРАТЬЕВ НУЖНО БЫЛО ТЩАТЕЛЬНО ПОДГОТОВИТЬСЯ... - Старик снова немного помолчал и его глаза заблестели от слез. - ТЫ БЫЛ МОИМ САМЫМ ЛЮБИМЫМ УЧЕНИКОМ, И Я УВЕРЕН, ЧТО ТЫ НИКОГДА НЕ ЗАБУДЕШЬ МЕНЯ И НИКОГДА НЕ ИЗМЕНИШЬ НАШИМ ЗАПОВЕДЯМ!
- Да, Учитель! - тихо проговорил Савелий. - СЕГОДНЯШНИЙ КОНТАКТ С ТОБОЙ СМЕРТЕЛЕН ДЛЯ МЕНЯ, И, КОГДА ОН ЗАКОНЧИТСЯ, Я УЙДУ В ОТКРЫТЫЙ КОСМОС! НО Я С ЛЕГКОЙ СОВЕСТЬЮ ПОШЕЛ НА ЭТО, ЧТОБЫ СПАСТИ ТЕБЯ! ДА, МОЯ ДУША УЙДЕТ В ОТКРЫТЫЙ КОСМОС, НО Я ВСЕГДА БУДУ НАБЛЮДАТЬ ЗА ТОБОЙ, А ТВОЯ ПАМЯТЬ ОБО МНЕ ПОМОЖЕТ НАМ ОБЩАТЬСЯ. В ЭТОМ НАМ ПОМОЖЕТ КРОВЬ НАША, ПЕРЕМЕШАННАЯ ДРУГ В ДРУГЕ!
- Учитель, я ничего не помню! - воскликнул с болью Савелий.
- ДА, БРАТ МОЙ, ИМЕННО ПОЭТОМУ И ПРИШЛОСЬ ОБЪЕДИНИТЬ НАШУ ЭНЕРГИЮ, ЧТОБЫ ПРИЙТИ ТЕБЕ НА ПОМОЩЬ... ТВОЙ МОЗГ БЫЛ ПОДВЕРГНУТ СИЛЬНОМУ УДАРУ, ОТ КОТОРОГО ОБЫЧНЫЙ ЧЕЛОВЕК НЕ ВЫЖИЛ БЫ, - с грустью вздохнул Учитель. - А ТЫ ПОТЕРЯЛ ПАМЯТЬ О ПРОШЛОМ. ДЛЯ ТОГО, ЧТОБЫ ОНА ВЕРНУЛАСЬ К ТЕБЕ, ПОМОГИ ЕЙ, НЕ ЖАЛЕЙ СВОЕГО МОЗГА. ЗАСТАВЛЯЙ ЕГО РАБОТАТЬ В ПОЛНУЮ СИЛУ! А МОЖЕТ БЫТЬ, ТЕБЕ ПОМОЖЕТ И ТО, ЧТО ПРИНЕСЛО ТЕБЕ ВРЕД... НО Я УВЕРЕН, ЧТО ПАМЯТЬ К ТЕБЕ ВЕРНЕТСЯ И ТЫ ВНОВЬ ОБРЕТЕШЬ САМОГО СЕБЯ. - Когда, Учитель?
- НЕ МОГУ СКАЗАТЬ ТОЧНО: ВСЕ ЗАВИСИТ ОТ ТЕБЯ. ПОДОЙДИ БЛИЖЕ! - приказал он и взял в правую руку удлиненный ромб, висящий на его груди на массивной цепочке.
Савелий встал с колен, подошел к старому Учителю и склонил перед ним голову.
- ЭТОТ ЗНАК-СЫН, СИМВОЛ ВЛАСТИ, СПРАВЕДЛИВОСТИ И ПОКРОВИТЕЛЬСТВА СЛАБЫМ, ДОЛГИЕ ГОДЫ ПРИНАДЛЕЖАЛ МНЕ, И СЕЙЧАС, КОГДА Я УХОЖУ В ОТКРЫТЫЙ КОСМОС, Я ДОЛЖЕН ПЕРЕДАТЬ ЕГО ДОСТОЙНЕЙШЕМУ... - Он вопросительно, но с надеждой оглядел своих собратьев.
Никто из них не осмелился заговорить. Затем из-за спины старика вышел огромный лысый верзила и почтительно склонил голову.
- ГОВОРИ, ХРАНИТЕЛЬ ДРЕВНЕГО ЗНАКА! - кивнул Учитель.
- Долгие годы. Учитель, ты передавал нам свои знания, свой опыт и вкладывал в нас свою душу. - Он говорил с болью в душе, но голос был торжественным и уверенным. - Твой любимый ученик - наш брат, и ему сейчас нужна наша помощь! Разве могут быть какие-то сомнения? Знак-Сын сейчас ему нужнее, чем нам, и потому он должен быть передан ему.
Все вокруг со вздохом облегчения согласно закивали головами.
- НУ ЧТО Ж, ХРАНИТЕЛЬ ДРЕВНЕГО ЗНАКА, Я НЕ ОШИБСЯ В ВАС, Я БЫЛ УВЕРЕН, ЧТО ВЫ ПРИМИТЕ ПРАВИЛЬНОЕ РЕШЕНИЕ! - Он снял с шеи Знак-Сын и надел его на шею Савелия. - НОСИ ЕГО С ЧЕСТЬЮ, БРАТ МОЙ! - тихо сказал он и притронулся сухими губами к его затылку, затем вновь повернулся к своим собратьям. - БРАТЬЯ МОИ! - громко воскликнул он, - ЭТОТ ЗНАК-СЫН ВЕРНЕТСЯ К ВАМ В ТОТ МОМЕНТ, КОГДА К НОСЯЩЕМУ ЕГО ВЕРНЕТСЯ ПАМЯТЬ, И ВЕРНЕТСЯ ОН К МОЕМУ ПРЕЕМНИКУ, КОТОРЫЙ СТОИТ СЕЙЧАС ПЕРЕД ВАМИ И КОТОРОГО ВЫ НАЗЫВАЕТЕ ХРАНИТЕЛЕМ ДРЕВНЕГО ЗНАКА. ДА БУДЕТ ТАК! - выкрикнул он и вздел руки к солнцу.
С громким выдохом все вскинули руки к солнцу, а когда снова взглянули в сторону старика, то его уже не было. Он исчез!
- Свершилось то, о чем говорил Учитель: он ушел в открытый космос! - торжественно произнес Хранитель Древнего Знака, затем повернулся к Савелию. - Брат мой, никогда не снимай с себя Знак-Сын! Никогда! И не бойся: ты его не потеряешь и никто не сможет украсть его у тебя. - Он улыбнулся, прижал к своей мощной груди голову Савелия - Помни!
- Помню, Учитель... - ответил Савелий и дважды повторил: - Помню! Помню!
Он открыл глаза и с удивлением осмотрелся: в его номере было темно и тихо. Мигали цифирки видеомагнитофона, который он забыл выключить. "Надо же, заснул как убитый", - усмехнулся Савелий. Он потянулся к тумбочке, нащупал там пульт и выключил видеомагнитофон. Но когда он стал снимать спортивный костюм, его рука неожиданно наткнулась на странный предмет, висящий на шее. Он включил настольную лампу и внимательно осмотрел его: это был удлиненный ромб, напоминающий тот, что был у него на левом предплечье.
Операция "Рэкс"
После того как Воронов побывал на квартире Савелия и распросил жильцов, которые ничего нового не поведали, он позвонил в приемную генерала Богомолова.
- Константин Иванович, как и договаривались - звоню! - без особого восторга сообщил Воронов.
- Что, успели побывать на квартире Говоркова? - заметил тот.
- По голосу заметили или доложили? - усмехнулся Воронов.
- Квартира под наблюдением. Вот что, капитан, у меня сейчас совещание, потом вызов "наверх", а в... скажем, в пять часов жду вас у себя в кабинете. Пропуск будет заказан. Вопросы?
- Могу я, чтобы не ездить к себе за город, пока пожить у Савелия? - Воронов вздохнул.
- Зайдите к начальнику ДЭЗа и возьмите ключ, я сейчас отзвоню ему.
- Спасибо, - бесцветно отозвался капитан и положил трубку. Он вышел из будки, молча огляделся по сторонам и медленно побрел в сторону жилищной конторы. Приехав в Москву, он не только успел поговорить с соседями Савелия, но и обзвонил бывших однополчан: может, они что знают о нем? Однако они ничего не слышали о Савелии, но обещали сразу же сообщить Воронову, если появится какая-либо информация.
Когда капитан вошел к начальнику ДЭЗа, тот без лишних слов протянул ему ключи и снова уткнулся в бумаги. Выйдя на улицу, капитан решил зайти в ближайший продуктовый магазин. Уйдя полностью в свои мысли, он встал в очередь и бессмысленно уставился на рекламу, висящую на стене. Она гласила, что в Москве проходит чемпионат России по кикбоксингу. Воронов так долго смотрел на рекламу, что поневоле заставил обратить на нее внимание тех, кто стоял за его спиной.
Это были двое шикарно "упакованных" мужчин, которые о чем-то разговаривали. Один из них, перехватив странный взгляд Воронова, взглянул на рекламу и, улыбнувшись, подтолкнул своего приятеля:
- А вы, Геннадий Константинович, пойдете на юбилей?
- Какой юбилей? - не понял тот. - Клуба "Виктория". - А что там интересного?
- Как? - удивился первый. - Там же будет проводиться закрытый чемпионат России по восточным единоборствам! Встретятся самые лучшие пары!
Воронов прислушался к разговору: жаль, что нет сейчас Савелия. Вот кому нужно было бы оказаться на этом чемпионате!
- Там можно такие башли выиграть! - продолжал восхищаться тот, что заинтересовался рекламной афишей.
- На тотализаторе, что ли? Бывал как-то там, рядом с Чистыми вроде?
- Ну! С билетами, правда, трудновато уже, но есть один канальчик... Как, достать?
- А сколько этот "канальчик" запросит? - хмыкнул Геннадий Константинович.
- Канальчик-то прямой... - чуть обиженно отозвался его приятель. - Через Лешу-Шкафа!
- Вот как? Это уже интересно! Мне как раз необходимо выйти на него.
- Никаких проблем, если есть грины! Первое - взнос клуба, второе - благотворительный взнос, третье - стоимость билета и участие в тотализаторе. - А это обязательно?
- Вы имеете в виду участие? Обязательно! В этот момент Воронов подошел к продавцу и продолжение разговора ему так и не довелось услышать. А именно оно и было так нужно ему: говорили о новеньком, который появился недавно у Леши-Шкафа и которого охраняют как зеницу ока. Речь шла, как вы уже вероятно, догадались, о Савелии Говоркове...
Перекусив на скорую руку, Воронов тщательно осмотрел все укромные уголки однокомнатной квартиры Савелия, но ничего, чтобы могло бы оказать помощь в поисках хозяина, не нашел. Желая скоротать время до встречи с Богомоловым, он решил поваляться на тахте, а чтобы не мять покрывало, откинул постель в сторону и хотел уже прилечь, но тут заметил в изголовье аккуратно сложенные документы: паспорт, военный билет, водительские права. Эта находка совсем выбила его из колеи. Савелий всегда брал документы с собой за исключением особых случаев, как, например, в Афганистане: в разведку, на задание...
Если до этой находки капитан мог еще как-то оправдать и отсутствие Савелия, и его внезапное исчезновение, и долгое молчание, то сейчас в голову лезли самые неприятные мысли. Взглянув на часы, Воронов чертыхнулся про себя и быстро вскочил с тахты: он едва-едва успевал на встречу с генералом Богомоловым.
Как и обещал генерал, пропуск был заказан. Более того, Воронова ожидал порученец Богомолова, который и проводил его до самого кабинета. Предложив капитану присесть, он вошел в кабинет и буквально сразу же вышел:
- Проходите, товарищ Воронов. Генерал вас ждет! - дружелюбно проговорил он, и когда Воронов вошел, прикрыл за ним дверь.
- Приветствую вас, капитан! - радушно проговорил Богомолов, вставая из-за стола и выходя к нему навстречу. - Как доехали? Как здоровье? Успели ли отдохнуть? - засыпал он вопросами.
- Спасибо, все в порядке, - коротко ответил Воронов и только тут заметил знакомое лицо. - Здравствуйте, Порфирий Сергеевич! - Он сделал шаг, обрадовавшись этой встрече, но тут же смущенно взглянул на Богомолова. - Разрешите?
- Все в порядке, капитан, - подмигнул тот. - Валяйте!
Капитан подошел к Говорову, и они крепко, по-мужски, обнялись.
- Какими судьбами, товарищ генерал? - удивился Воронов.
- Бывший, капитан, бывший! - усмехнулся Порфирий Сергеевич. - По той же причине, что и ты. - Савелий? - догадался Воронов. - Точно так, - улыбнулся Говоров, но почти сразу же выражение его лица стало серьезным и озабоченным. - Мы пригласили тебя, капитан, чтобы...
--...сообщить пренеприятнейшее известие! - с усмешкой добавил Воронов.
- Дело обстоит гораздо серьезнее, чем можно было предположить. - Старый генерал не принял иронического тона Воронова и после небольшой паузы, словно предоставляя ему возможность осознать сказанное, продолжил свою мысль и рассказал все, что им было известно о Рассказове и его делах. Когда он закончил свой рассказ, неожиданно прозвенел телефонный звонок. Богомолов раздраженно схватился за селектор. - Я же просил никого со мной не соединять! - Константин Иванович, это звонят из американского посольства, - отозвался порученец.
Богомолов переглянулся с явно удивленным Говоровым.
- На ловца и зверь бежит! - хмыкнул тот и повернулся к Воронову. - Нисколько не удивлюсь, если мы сейчас услышим нашего общего знакомого.
- Думаете, это как-то связано с Майклом Джеймсом? - нахмурился капитан.
- Во всяком случае, моя интуиция подсказывает именно это...
- Хорошо, соединяйте! - бросил в селектор Богомолов и взял трубку, нажав клавишу громкой связи.
- Господин генерал, - с довольно сильным акцентом произнес голос, который все сразу узнали. - Надеюсь, что вы могли узнавать меня?
Богомолов сразу понял, что Майкл Джеймс не хочет называться вслух и потому решил подыграть ему.
- Разумеется, я вас помню. Надеюсь, наша просьба не была для вас слишком обременительной? - Без никаких проблем, господин генерал! Мы сумели подготовить для вас справку о тех бывших "афганцах", что, по нашим сведениям, находятся в плену.
- Спасибо вам большое! Может, и я для вас смогу чем-то быть полезным?
- Без всякой сомневательности! - воскликнул Майкл. - Мне с вами необходима встреча о происшествии на таможне с нашей соотечественницей.
- Мне понятно, о ком идет речь. - Богомолов обрадовался, что так просто нашлась причина для встречи. - Когда вам было бы удобно встретиться?
- Когда выскажете. - В голосе Майкла послышались радостные нотки.
- Если я не нарушу ваши планы, было бы хорошо встретиться прямо сейчас, заодно покажем Москву. - Богомолов дал понять Майклу, что он будет не один. - Звучит очень хорошо! Где? Когда? - Через полчаса у Большого театра, - переглянувшись с Говоровым, предложил Богомолов. - Отлично, еду! - сказал Майкл и дал отбой. Богомолов долго смотрел на трубку, словно пытаясь что-то понять, потом положил ее и повернулся к своим собеседникам.
- Ну и интуиция у вас, товарищ генерал! - Он покачал головой.
- Если быть откровенным, то о Майкле Джеймсе я брякнул с бухты-барахты! - признался Говоров, и все рассмеялись.
- С бухты-барахты или нет, но приезд Майкла Джеймса в Москву как нельзя кстати, - заметил Богомолов.
- Вы думаете, он имеет какие-то сведения о Савелии? - спросил Воронов.
- Не знаю, как о Савелии, но уверен, что речь пойдет о бывшем генерале Госбезопасности Рассказове, - задумчиво проговорил Говоров.
- Снова интуиция или "с бухты-барахты"? - ехидно бросил Богомолов.
- Нет, на этот раз интуиция, - даже не улыбнувшись, ответил старый генерал. - Как я понимаю, на встречу с Майклом Джеймсом, майором Федерального бюро расследований, мы идем втроем, - полувопросительно добавил он.
- Правильно, - кивнул Богомолов. - И времени у нас остается только на то, чтобы выйти из кабинета.
- Так что же мы сидим? - Говоров легко поднялся с кресла. - Пошли! - Он сейчас напоминал охотничьего пса, взявшего след.
- Миша, машину к подъезду. Без водителя, сам буду за рулем! - сказал в селектор Богомолов. - Какую, Константин Иванович? - Серую "Волгу". - Будет исполнено, товарищ генерал! Когда они вышли из подъезда, "Волга" стояла уже перед ними, а рядом - водитель лет сорока довольно внушительных размеров. Он вопросительно взглянул на Богомолова и протянул ключи от машины.
- На сегодня ты, Володя, свободен. Завтра, как обычно.
- Понял! - кивнул тот и без лишних слов удалился. До Большого театра они ехали в полном молчании, но каждый думал о человеке, который ожидал их - о Майкле Джеймсе.
Воронов узнал его сразу, несмотря на то, что Майкл был одет довольно необычно для майора ФБР: джинсовый костюм, очень хорошо сидевший на нем, ботинки на высоких каблуках. Он напоминал рекламного ковбоя с широкой улыбкой, обнажающей белоснежные зубы.
Не выходя из машины, Воронов махнул рукой, и Майкл тут же подошел. Он едва захлопнул за собой дверцу, как Богомолов сорвал машину с места, внимательно поглядывая в зеркало заднего вида.
- Отчего такая осторожность? - удивленно спросил Майкл.
- Предосторожность! - поправил Богомолов. - Исхожу из нашего с вами разговора по телефону.
- Думаю, что это излишне, - улыбнулся тот. - Мне не хотелось только называть свое настоящее имя: сейчас я - полковник Джефферсон. Так, за всякий случай. - На всякий случай, - снова поправил Богомолов. - Ох уж этот мой русский, - смутился Майкл.
- По сравнению с тем, как вы говорили при нашей последней встрече, вы сделали большие успехи, - заверил Богомолов.
- Вы хотите льстить мне. - Майкл, однако, был очень доволен похвалой.
- Как я понимаю, ваш соотечественник, задержанный с наркотиками, только повод для нашей встречи. Не так ли? - нетерпеливо вмешался в разговор Говоров.
- Разве можно что скрыть от вас? - улыбнулся Майкл. - Но сначала хочу говорить, что много рад видеть вас и капитана в живым и здоровьем!
- Живыми и здоровыми, - машинально поправил Богомолов. - Мы тоже рады видеть вас в нашей стране.
- А где же Рэкс? - продолжая улыбаться, поинтересовался Майкл.
- Наш приятель пропал, - вздохнул Богомолов. - Пропал? - нахмурился Майкл, не понимая значения этого слова. - Умер?
- Нет, исчез. Не дает о себе вестей, и мы не знаем, что с ним и где он, - пояснил Говоров.
- Странно... Мне он казался весьма собранным и точным солдатом, - задумчиво проговорил Майкл. - А если не может или не имеет возможность предупреждать?
- Мы были бы этому очень рады! - искренне воскликнул Воронов.
- Майкл, скажите, а для чего вы искали встречи с нами? - не выдержал наконец Богомолов.
- Вам говорит что-нибудь фамилия Рассказов? - неожиданно спросил Майкл.
- И да и нет: смотря о ком идет речь... - осторожно ответил Богомолов и покосился на Говорова.
- Речь идет о том генерале, который занимал много годов назад ваш офис, - хитро улыбнулся Майкл.
- Неужели вы на него вышли? - не скрывая своего удивления, воскликнул Говоров.
- Да, он совсем неожиданно попал в поле нашего видения. И я совсем уверен, что без него не обошлось и в вашей с Рэксом судьбе! - Он бросил взгляд на Воронова. - Не понял! - нахмурился капитан. - Есть большая уверенность, что именно он руководил той базой в Казахстане, где вы меня спасли.
- Как странно переплетаются порой жизненные пути... - задумчиво сказал Говоров. - Думаю, Константин Иванович, нам нужно где-то поговорить.
- Вполне с вами согласен. Мы уже едем в одно место...
Богомолов остановил машину у того самого дома, где он совсем недавно встречался с Говоровым.
Когда они расселись вокруг журнального столика, на котором стояла бутылка коньяка, бутерброды и бутылки "пепси", они обменялись информацией. Конечно, более ценные сведения сообщил им Майкл Джеймс, но и он узнал о Рассказове много любопытного. В данном случае интересы двух великих держав, давно соперничающих друг с другом, совпали: Майкла интересовал Рассказов как источник появления наркотиков в Америке, а Богомолова он интересовал как источник опасности для России.
И наконец, Воронова и Говорова этот "спрут", как обозвал его старый генерал, заинтересовал тем, что он представлял серьезную угрозу для Савелия Говоркова. Каждый из них понимал, что Рассказов не успокоится до тех пор, пока не уберет Савелия. Из всего услышанного Воронов понял одно: нужно во что бы то ни стало опередить людей Рассказова и найти Савелия прежде, чем они найдут его.
После недолгих колебаний генерал Богомолов принял предложение Майкла Джеймса о совместной работе, но поставил одно условие.
- Господин Джеймс, думаю, вы понимаете, чем я рискую, принимая ваше предложение?
- Ну зачем так официально, Константин? - обиженно произнес тот. - Я ничего не знаю о том, что вы встречались с Майклом Джеймсом для определения какой-то совместной работы, я знаю только о том, что полковник Джефферсон обратился за помощью к генералу Богомолову о деле, связанном с американским гражданином, арестованным финскими таможенниками, не так ли? - Он хитро посмотрел на Богомолова.
- И генерал Богомолов был настолько гостеприимным хозяином, что угостил полковника Джефферсона рюмкой коньяка! - в тон ему проговорил генерал и улыбнулся.
- Вот именно! Только не понимаю, почему только рюмкой? А если я хочу еще по чуть-чуть? - Все дружно рассмеялись, а Майкл сам разлил коньяк и сказал: - Мне много приятно, что я встретил на моей дороге вас! И конечно, я понимаю, что вам приходится перешагивать, если за господином Рассказовым стоит большая сила, уничтожи... - он наморщил лоб, пытаясь правильно договорить трудное для него слово, --...вавшая... - Уничтожившая, - не удержался Богомолов. - Точно так! Уничтожившая все его следы в документах! Скажу больше: я тоже ощущаю его силы, которые могут стоить мне жизни. И потому наши интересы совпадают даже в этом! О связи мы договорились: это очень надежный источник и можете доверять ему, как мне. В самых срочных случаях можно использовать и телефон, но... - добавил он, заметив протестующий взгляд Богомолова, - ничего говорить важного нельзя, только назвать свое имя.
- Имя? Совсем лишнее! - заметил долго молчавший Говоров. - Если нужна срочная встреча, то нужно сказать любую фразу, в которой должно прозвучать какоенибудь кодовое слове.
- Очень хорошая мысль, - согласился Майкл. - Какое слово?
- Рэкс! - неожиданно вырвалось у Воронова. Все одновременно повернулись к нему. Некоторое время стояла странная тишина, словно капитан произнес чтото запретное.
- А мне нравится! - прервал молчание генерал Богомолов. - Пусть и вся наша операция, связанная с бывшим генералом Рассказовым, называется "Рэкс". Нет возражений?
- Никаких! - воскликнул Майкл. - За Рэкса! - Он поднял рюмку, и в тишине красиво и звонко прозвенел хрусталь.
Гога Барданашвили
Эти четверо таких разных людей, объединившихся для борьбы со злом, даже и предположить не могли, что совсем скоро им придется встретиться вновь, но эта встреча будет носить вынужденный характер...
Прошло несколько дней, а "русско-итальянские" братья и не думали приходить к Леше-Шкафу искать защиты. Это его сильно тревожило и раздражало. Он понимал, что не прийти к нему братья могли только по двум причинам: если нашли другую "защиту" или решили вступить с ним в борьбу. Первое исключалось - Москва была поделена на сферы влияния, и вряд ли кто-то решился бы "пастись" на его территории. Значит - второе? Но решиться на войну с ним мог только сумасшедший или тот, кто заручился поддержкой "авторитетов". Решив хотя бы немного прояснить ситуацию, Леша-Шкаф решил встретиться с Гогой.
Георгий Барданашвили был весьма интересной личностью. Пару десятков лет назад он приехал из Грузии в Москву, закончив свою спортивную карьеру в самом пике славы, завоевав титул олимпийского чемпиона по борьбе. Его имя, известное не только в стране, но и за рубежом, сыграло свою роль: не было мало-мальски известной тусовки, хоть спортивной, хоть эстрадной, где бы не оказывался Георгий, который постепенно становился тем Гогой, каким он был сейчас. Вскоре он перетащил в Москву и своего брата, продолжавшего выступать за сборную Грузии по борьбе. Сколотив свою команду из спортсменов, братья уверенно захватывали в Москве такие золотоносные жилы, как игорный бизнес, рекламу, торговлю, спорт. Постепенно их влияние стало настолько мощным, что невозможно было провести ни одно массовое мероприятие, не заручившись их поддержкой. С ними считались даже правоохранительные органы, и это не могло не беспокоить московские власти.
Леша-Шкаф был лично знаком с Гогой, и до сих пор никаких недоразумений у них не возникало. Леша старался, чтобы его интересы не пересекались с интересами Гоги, а тот благосклонно делал вид, что это положение его вполне устраивает.
Приняв решение, Леша-Шкаф немного нервничал, чувствуя, что перешел грань, за которой начинались Гогины интересы, но нужна была ясность, и он набрал нужный номер. По сменившейся интонации секретарши после того, как она доложила о его звонке шефу, Леша-Шкаф понял, что его опасения не лишены оснований, но ход был сделан.
- Слушаю тебя, дорогой! - услышал он вкрадчиволюбезный тон Гоги, не сулящий ничего хорошего.
- Рад приветствовать тебя, Гога, давно не общались, - как ни в чем не бывало, радостно отозвался Леша.
- Да, очень давно, - согласился Гога. - Ты вышел в открытое плавание и мои дружеские советы тебе уже не нужны. - Это прозвучало с таким намеком, что Леша-Шкаф почувствовал, как тучи сгущаются над его головой.
- Обижаешь, дорогой Гога, моя лодочка еще не может пережить все штормы и бури без твоей поддержки и внимания. - Он постарался, чтобы его голос звучал обиженно и одновременно уважительно.
- Ладно, говори, зачем вспомнил обо мне? - не очень дружелюбно заявил Гога, словно пытаясь быстрее отделаться. - Повидаться хочется.
- Хорошо! Завтра... нет, послезавтра устроит? - А сегодня? - Леша-Шкаф не хотел тянуть и решил поспешить со встречей.
- Сегодня... - Гога пошуршал для вида бумагами, словно отыскивая свободное время, хотя знал не только о том, что оно есть, но и о том, почему Леша-Шкаф так спешит со встречей. - Ладно, если можешь приехать прямо сейчас, у нас будет минут двадцать для разговора.
- Еду! - тут же согласился Леша-Шкаф и положил трубку. Из этого странного диалога, когда, казалось, ничего не было сказано конкретно, он понял, что разговор предстоит тяжелый, если не сказать больше. Не подвела, значит, интуиция: братья успели "обкашлять" с Гогой свои претензии, и нужно быть готовым к самому худшему.
Он позвонил и вызвал к себе своего начальника охраны.
- Срочно собери пару машин ребят "в полной упаковке": поедете за мной... Нет, ты поедешь в моей машине, а они за мной, - приказал Леша-Шкаф.
- Серьезная заварушка предстоит? - радостно потирая руки, спросил тот.
- Не уверен, но все может быть. Когда я войду в дом, будьте наготове. - Он протянул передатчик, маленькую металлическую коробочку, а сам нажал на кнопку своих часов - из коробочки раздался громкий писк. - Если услышишь этот сигнал, влетайте в дом и попытайтесь вытащить меня, если я еще буду в живых. - Он зло усмехнулся. - Если нет, всех там уничтожить! Понял? Всех!
- Понял, шеф! - охранник пожал плечами и тут же спросил: - А может, мне с тобой пойти?
- Вряд ли пустят... - Леша задумчиво покачал головой. - Однако спасибо, я всегда верил в тебя! - Он пожал ему руку. - Идите к машинам, я сейчас выйду!
Охранник вышел из кабинета, а Леша-Шкаф открыл свой мощный сейф, задумчиво подержал в руках двенадцатизарядный пистолет, потом положил назад: если чтото случится, то пистолет ему вряд ли поможет, будь что будет. На всякий случай он сделал еще один звонок, чтобы быть уверенным, что его исчезновение не останется неотомщенным. Он не стал звонить Лолите, чтобы не волновать ее и чтобы она не наделала каких-нибудь глупостей.
Кавалькада их трех "мерседесов" выглядела довольно внушительной. Они остановились у шикарного особняка девятнадцатого века. Огромный детина, стоящий у входа, что-то сказал в портативную рацию, и в дверях показались трое здоровяков, придерживающих под полами курток оружие. Леша-Шкаф усмехнулся и вышел из машины.
- Меня ждет Гога! - спокойно и уверенно бросил он, и первый, что говорил в рацию, кивнул:
- Я в курсе, проходите. - Он посторонился, пропуская Лешу к дверям.
- Я могу взять с собой своего юриста? - спросил Леша-Шкаф.
- Мне о нем ничего не говорили, - ответил тот, пожимая плечами.
- Нет так нет! - бросил Леша-Шкаф и наклонился к окну своей машины. - Видишь, я был прав. Будьте наготове! - Он подмигнул и вошел в дверь.
В сопровождении одного из охранников он вошел в огромный вестибюль. Несколько месяцев назад ЛешаШкаф встречался с Гогой, но тогда его офис был небольшим, всего три комнаты, расположенные в полуподвале жилого дома. Этот двухэтажный особняк выглядел дворцом по сравнению с тем помещением. Внутреннее убранство поражало роскошью. Из вестибюля сопровождающий провел Лешу в небольшую комнату, где молодой сухощавый паренек в очках провел прибором по его телу, проверяя наличие металла.
- Можете не волноваться: оружие я оставил в машине, - усмехнулся Леша-Шкаф.
- А что мне волноваться? - улыбнулся парень. - Таковы правила, и я выполняю свою работу!
- Главное - точно выполнять свою работу! - Леша-Шкаф подмигнул и пошел за своим провожатым.
У высоченных двустворчатых дверей в кресле сидел двухметровый парень со спортивной фигурой. Он тут же встал и подозрительно посмотрел на Лешу-Шкафа.
- Гога ждет его! - тут же подсказал сопровождающий, и тот сделал шаг в сторону, пропуская Лешу-Шкафа в "предбанник", где сидел еще один "секретарь", который взглянул на вошедшего без всякого удивления.
- Гога ждет вас! - бросил он, не вставая с кресла и милостиво кивая в сторону украшенной причудливой резьбой двери.
"Да, попробуй доберись до него через все кордоны! - мелькнуло в мозгу Леши-Шкафа. - Видно, никому не доверяет, если так осторожничает.." Он открыл тяжеленные двери и, стараясь быть спокойным, уверенно вошел в просторный кабинет с довольно скромной обстановкой.
Не вставая из-за стола, Гога протянул ему руку, что было довольно обнадеживающим жестом. Леша-Шкаф крепко пожал ее и сел в кресло напротив.
- Какие проблемы? - тут же спросил Гога, глядя прямо в глаза Леше. Чем-то его тон отличался от того, как он говорил по телефону.
- Я не хотел беспокоить тебя по пустякам... - начал Леша осторожно, но Гога неожиданно перебил его, в раздражении вскочив из-за стола.
- По пустякам, говоришь? А ты знаешь, что на складе, который с твоей подачи превращен в развалины, был и мой груз? А четыре трупа? Ничего себе, пустяки! Не кажется ли тебе, что ты слишком зарвался? А?
"Черт бы побрал этого информатора! Не мог предупредить насчет груза Гоги... А может, Гога использует это как зацепочку? Что-то не верится, чтобы он стал бы держать свой товар на чужих базах. Здесь что-то не так!" - эти мысли в секунды промелькнули в голове Леши-Шкафа, и он решил, что при любом раскладе не должен брать на себя эту акцию. Глядя честными глазами на собеседника, он изобразил на лице такое изумление, что ввел в заблуждение даже такого игрока как Гога. - Послушай, Гога, о каком складе ты говоришь? - Ты брось ваньку валять! - не очень уверенно бросил тот. - Можно подумать, что ты и газет не читаешь, и телевизор не смотришь. - Он бросил перед Лешей "Московский комсомолец" с обведенной красным фломастером коротенькой заметкой, которую Леша-Шкаф знал наизусть.
Взяв в руки газету, он внимательно прочитал заметку об уничтоженной видеотехнике и компьютерах, о четырех обгоревших трупах. Ни фамилий, ни названия фирмы не сообщалось - ведется следствие. Ниже вывод газетного репортера: "По всей вероятности, мы опять имеем дело с разборкой между преступными группировками и, как всегда, найти виновных не удастся".
- Я действительно, Гога, газет не читаю - некогда, а по телевизору я этого не видел. Однако не могу взять в толк: ты что, меня подозреваешь в этом дерьме? - Леша обиженно бросил на стол газету. - Это даже не на моей территории! Если кто-то указал на меня и моих людей, значит, нас явно хотят столкнуть лбами. Ты же знаешь меня не первый год, Гога! Да если бы я что-то захотел сделать, неужели не посоветовался бы с тобой?
- А зачем на нашу встречу взял с собой своих боевиков? - неожиданно спросил Гога. - Зачем, если не чувствуешь за собой вины?
- К нашей встрече это не имеет никакого отношения, - искренне заверил его Леша-Шкаф. - Когда ты предложил встретиться прямо сейчас, мы собирались потрясти кое-каких должников, вот я и решил прямо отсюда наведаться к ним.
Это объяснение звучало довольно убедительно, и Гога засомневался, но что-то все еще не отпускало его, и он, чтобы потянуть время, перескочил на другую тему: - О чем ты хотел поговорить?
- Ты знаешь "русско-итальянских" братьев? - стараясь быть спокойным, спросил Леша, он решил пойти вабанк.
Вопрос застал Гогу врасплох, это было заметно по тому, как он выдержал паузу, пытаясь найти ответ. - Что конкретно тебя интересует? - Ладно, спрошу прямо: ты заинтересован в них? - Леша в упор взглянул на Гогу.
- И да, и нет. Смотря в чем... - Гога явно осторожничал, это Леша-Шкаф почувствовал сразу, на этом и решил сыграть.
- Дорогой Гога, я уже несколько недель пытаюсь добиться от них договоренности в одном общем деле, которое принесет огромные деньги всем участникам. Зная меня, ты конечно же понимаешь, что в этом деле учтены и твои интересы. - Он сделал паузу, чтобы Гога смог осознать сказанное, и потом во всех деталях рассказал ему о своем проекте. Гога слушал очень внимательно и ни разу не перебил.
- И вот сейчас, когда им стала известна суть этого дела, как ты понимаешь, без подробностей, они хотят вильнуть хвостом. Прямо заявить об этом не решаются, вот и ищут причины для разборок. Не знаю, может, это просто совпадение, или они сами решились на убийства и поджог склада, я бы не очень этому удивился, но... все очень странно. - Леша-Шкаф немного помолчал, а потом "бросил кость": - И я совершенно уверен, что они и к тебе обращались за поддержкой, не так ли?
Гога не ответил, но Леше все было и так понятно, коль скоро Гога не стал этого отрицать. Да, Гога оказался в довольно щекотливом положении: с одной стороны, он обещал поддержать братьев (за них хлопотал очень уважаемый человек), с другой стороны, Леша-Шкаф обрисовал такие перспективы, что не поддержать его мог только идиот.
- Дорогой Гога, я конечно же понимаю, что ситуация для тебя не совсем ординарная, - словно подслушав его мысли, заговорил Леша-Шкаф. - И мне кажется, что есть один выход. - Интересно...
- В отличие от них я не буду настаивать на помощи, но...
- Понимаю, - ухмыльнулся Гога. - Но и им я не должен помогать? Нейтралитет, не так ли? - он явно повеселел.
- Я тебя, дорогой Гога, ни о чем не просил, - рассмеялся Леша-Шкаф, вскидывая руки вверх. Он понял, что только что выиграл очень сложную и опасную партию. - Но за дружбу и верность рюмку бы с тобой опрокинул.
- Мне нравится общаться с тобой, Лешенька. - Гога улыбнулся, нажал на пульте кнопку и сзади него в стене откинулась с мелодичным звоном дверка зеркального мини-бара. - Что будешь пить?
- Я помню твой вкус, дорогой Гога, и потому буду пить то же, что и хозяин этого кабинета! - Леша-Шкаф подмигнул.
- А я помню твой вкус, дорогой Лешенька! - в тон ему отозвался Гога. - Для нас желание гостя - закон, но я хочу сделать так, чтобы приятно оказалось всем - и гостю и хозяину! - Как скажешь, дорогой Гога! Гога налил для Леши-Шкафа свой любимый коньяк "КВВК", а себе плеснул любимого шотландского виски Леши.
- У меня есть тост: выпьем за верность и взаимопонимание! - произнес Леша-Шкаф, глядя прямо в глаза собеседника.
- Очень хороший тост, - после небольшой паузы, согласился Гога. - И мне хочется добавить лишь одно: постарайся решить возникшую проблему быстро и без осложнений! - Он залпом опрокинул виски, запил его тоником, потом с улыбкой спросил: - Я слышал, твой клуб хочет отметить грандиозный юбилей?
- Ты прав, дорогой Гога, - усмехнулся Леша-Шкаф и вытащил из кармана два билета. - Это я привез лично тебе.
- А почему ты не говоришь, что каждый билет чегото стоит? - спросил Гога, рассматривая билеты. - Разве я могу брать деньги с друзей? - Но если я выиграю, твой клуб должен будет отдать мне мой выигрыш, не так ли? - Разумеется.
- В таком случае... - Гога открыл ящик стола и вытащил пачку стодолларовых купюр. - Я слышал, что некоторые уважаемые люди стали не только владельцами билетов, но и спонсорами торжества?
- У тебя хорошо налажена информация! - улыбнулся Леша-Шкаф.
- Вот! - Гога протянул доллары. - Здесь десять тысяч. Хватит, чтобы выглядеть достойно среди уважаемых людей?
- Более чем! Благодарю, дорогой Гога, от нашего клуба и лично от его хозяйки Лолиты.
- Весьма обаятельная девушка! - кивнул Гога. - Однако... - Он снова сделал паузу и договорил очень серьезно: - Она очень импульсивна и напориста, а это не всем нравится. Постарайся немного сдерживать ее необдуманные поступки. Но это так, дружеский совет. - Он подмигнул и встал из-за стола. - Извини, дорогой, но у меня действительно трудно со временем. Уверен, что у нас больше не будет никаких недоразумений!
Помощник Гоги проводил Лешу до самого автомобиля и был очень дружелюбен, но Леша-Шкаф продолжал мысленно оценивать встречу с Гогой. Он понял, что был на волосок от смерти и лишь какое-то чудо и стечение обстоятельств помогло ему не только выкрутиться, но и заручиться гарантиями по крайней мере на какое-то время. И нужно максимально быстро использовать предоставленную передышку, чтобы совсем отвести от себя удар. Остался у Леши-Шкафа и неприятный осадок. Лолита! Кому-то она наступила на любимую мозоль. Кому? Хорошо еще, что Гога проявил интерес к юбилею, а значит, ей ничего не грозит до празднования. Правда, времени осталось всего несколько дней... А значит, решение и этого вопроса нужно форсировать.
Когда они отъехали от особняка Гоги, начальник охраны нетерпеливо спросил: - Что, опасения были напрасны? - Мои опасения никогда не бывают напрасными! - хмуро отозвался Леша-Щкаф. - Бог помог оттянуть время, но...
- На Бога надейся, а сам не плошай, - полувопросительно закончил за него собеседник.
- Вот именно, - задумчиво подтвердил ЛешаШкаф. - Вот что, едем в "Викторию"! - неожиданно бросил он водителю.
- О'кей, шеф! - с удалью воскликнул тот и резко, прямо по двойной полосе, развернулся в противоположную сторону. Он это сделал так лихо, что гаишник, стоящий метрах в двадцати, ничего не успел заметить, и только следующие за машиной Леши боевики, чуть прозевав их финт, проделали разворот с опозданием, и к ним тут же устремился постовой.
- Притормози-ка, лихач! - без злобы бросил ЛешаШкаф. - И сними сам напряг!
- Без проблем, шеф! - так же весело хмыкнул водитель, выскочил из машины и подскочил к сотруднику ГАИ раньше, чем его коллеги. - Товарищ капитан, разрешите обратиться? - В чем дело? - нахмурился тот. - Я проиграл! - огорченно ответил тот. - Не понял! Кому проиграли?
- Друзьям моим. - Он кивнул в сторону нарушителей.
- Что вы мне голову морочите! - Капитан явно начал сердиться.
- Понимаете, товарищ капитан, мы поспорили с друзьями; они говорили, что вы при нарушении осевой линии их задержите, а я - что вы не заметите это нарушение. - Он так открыто и глуповато улыбался, что капитан хитро посмотрел на него и спросил: - И на что поспорили?
- Проигравший покупает ящик коньяка, да еще и штраф платит, который вы назначите... - Он виновато взглянул на капитана. - Так что от вас зависит, отощает мой кошелек или нет.
Его приятели шли медленно, словно почувствовав чтото.
Капитан посмотрел на их внушительные фигуры, потом взглянул на улыбающегося парня.
- Тебе, сынок, повезло, я сегодня в отличном настроении: семью на юг отправил. Но штраф на тебя наложу... - Он хмыкнул. - Только сделай это незаметно. - Он открыл свой планшет и встал так, чтобы нарушителям не было видно. - На литр коньяка!
- Спасибо, капитан, - шепнул тот и быстро сунул в планшет в два раза больше, чем просил капитан ГАИ.
Тот заметил это, но ничего не сказал и повернулся к подходящим.
- Можете ехать, я не вам свистел. Прошу извинить. - Капитан улыбнулся и деловито пошел на свое место. - Чем это ты его умаслил? - усмехнулся один из боевиков, но водитель Леши-Шкафа только улыбнулся загадочно, махнул рукой и направился к своему "мерседесу".
- Много отстегнул? - машинально спросил ЛешаШкаф. - Да нет, мелочь...
- Лихачить больше не будешь, - хмыкнул ЛешаШкаф. - Но за то, что выполнил мое распоряжение не задумываясь - держи! - Он протянул водителю стодолларовую купюру.
- Спасибо, шеф!.. - восхищенно подмигнул тот, подхватил неожиданный подарок и сунул в карман.
- Ох, и балуешь ты их, - поморщился начальник охраны.
- Не все же кнутовать! - буркнул Леша-Шкаф, продолжая о чем-то усиленно размышлять. - Я сейчас переговорю с Лолитой, а ты дождись меня в моем кабинете.
- Как скажешь, шеф! Кого вызвать? - Там видно будет... - неопределенно отозвался Леша-Шкаф.
Дерзкий план Лолиты
Лолита была на месте и Леша-Шкаф, раздраженно выгнав всех, остался с ней наедине.
- Что-то случилось, Лешенька? - озабоченно произнесла Долита, удивленная его состоянием: она никогда его не видела таким.
- Кому-то мы с тобой очень сильно мешаем... - Он самым подробным образов рассказал Лолите о только что закончившейся встрече с всесильным Гогой.
- Он что, так и сказал: "Импульсивна и напориста, а это не всем нравится"? А ты, значит, должен сдерживать мои необдуманные поступки? - Она вдруг вскочила с кресла. - Подонок.
- Что это тебя так вздрючило? - удивился ЛешаШкаф.
- Твой Гога несколько месяцев ко мне подкатывался. Цветами и подарками заваливал, все соблазнить хотел. - Лопнта взяла сигарету, чиркнула зажигалкой. Ее движения были нервными, даже злыми, было видно, что, ее действительно что-то сильно задело. - И ты устояла? - искренне удивился Леша-Шкаф. - Терпеть не могу "черных"! - со злостью выдохнула она. - Не успокоился, значит? Ну, мужики пошли! Не уломал, так хотя бы покусаю!
- Может, хватит так переживать? Он, собственно, только дружеский совет дал... - Леша попытался ее успокоить, но еще сильнее раззадорил.
- Дружеский совет? Ха-ха! Рассмешил! Мягко стелет, да жестко спать! Слушай "дружеские советы" такого, и никаких врагов не нужно. Это еще та змея... - Она вдруг оборвала себя на полуслове, немного помолчала, потом совершенно спокойно спросила: - Что ты решил? - А как ты думаешь? - Он зло усмехнулся. - Вот таким ты мне нравишься! - В ее голосе ЛешаШкаф отметил тот самый задор, который его всегда заставлял чуть вздрагивать: такой задор у Лолиты появлялся, когда кому-то грозила смерть.
- Ты меня не так поняла... - попытался несколько охладить ее пыл Леша-Шкаф, но это было уже бесполезно.
- Я прекрасно тебя поняла! - твердо заявила Лолита. - Здесь поможет только хирургическое вмешательство. Или ты хочешь все время ходить и оглядываться?
- Ну... почему оглядываться? - неуверенно начал Леша, но девушка тут же прервала его, словно размышляя вслух:
- Началось все с этих идиотских братьев, так? - Вроде так...
- И ты все мирные варианты им предлагал, так? - Даже очень выгодные для них. - Вот видишь! Далее, Гога... - Она задумчиво наморщила лоб.
- Но он-то вроде за нас... мешать не собирается. - Леша-Шкаф снова попытался вмешаться, чтобы приостановить ее "грандиозные" планы, но...
- Не будь мягкотелым: с волками жить - по-волчьи выть! Если ты их не уберешь, то они тебя уберут! - Но это же война!
- А сейчас что, мир? - хмыкнула Лолита. - Нет, Лешенька, коль ты ввязался в эту игру, то иди до конца, как говорится: "взялся за грудь, говори что-нибудь!" - Она как-то зло рассмеялась, и Леше-Шкафу стало действительно жутковато.
- Послушай, Лолочка, здесь нужно все внимательно обдумать, обмозговать... - Он тщетно попытался обратиться к ее благоразумию.
- Лешенька, милый мой. - Она прижалась к нему всем своим хрупким телом, которое так волновало его, и провела длинным пальчиком по щеке. - Доверься мне и перестань волноваться: пусть теперь они волнуются. - Она опустила руку и взялась за его бунтующую плоть. - Ой, ты уже в боевой готовности... - Лолита неожиданно потянула его на себя, и они повалились на диван.
Чтобы не придавить ее хрупкое тело своей массой, Леша повернулся, и она оказалась сверху. С некоторых пор Лолита моментально возбуждалась от его насильственных действий и даже иногда специально оказывала ему сопротивление, доводя его возбуждение до опасной черты. Поначалу Леша-Шкаф раздражался и фыркал, пока не понял, что от него требуется, и это ему так понравилось, что он и сам стал получать удовольствие.
Усевшись на него сверху, Лолита стала нетерпеливо расстегивать его брюки, а он схватил ее за ворот платья и рванул на себя. Платье издало жалобный треск, обнажив красивую девичью грудь, которую он сжал своими огромными ладонями. Лолита томно простонала и нервно обхватила своей ручонкой его возбужденную плоть. Леша сорвал с нее остатки платья, рванул ажурные трусики и попытался посадить ее на свое жаждущее естество, но девушка начала извиваться всем телом, не давая ему осуществить задуманное. Тогда Леша стал грубо тискать ее своими лапищами, и казалось, что ее косточки не выдержат, переломятся, но Лолита только постанывала от желания, совершенно не ощущая боли. Не в силах более бороться с собой, Леша грубо схватил ее в охапку, поставил на колени и, держа железной хваткой за тоненькую шейку, другой рукой направил в нее свою плоть.
Боясь причинить ей боль, он не стал сразу резко входить внутрь, а лишь чуть-чуть "окунулся" и замер в таком положении, словно наслаждаясь своей властью над ней. В такой момент Лолита теряла голову и с ней можно было делать все что угодно. Когда он остановился, Лолита инстинктивно дернулась назад, но Леша, словно играя, чуть отстранился, удерживая найденное им равновесие.
- Ну!.. Ну! - воскликнула она в нетерпении, и в этот раз Леша ринулся на призыв девушки: он так резко вошел в нее, что, казалось, его каменная плоть порвет все внутри. Она громко закричала от боли и страсти, и сама стала помогать ему двигаться туда-сюда, постепенно наращивая темп. - Еще! Еще!.. Не кончай без меня!.. Еще! - кричала Лолита, а когда ей показалось, что сейчас она взорвется изнутри, откинулась на него, заставив опрокинуться на спину, и со всей силы обрушилась на его плоть с истошным криком. Почувствовав, как по нему потекла горячая жидкость, Леша не стал более сдерживать себя и, обхватив руками ее ягодицы, стал сам задавать ритм, то ускоряя движения, то, наоборот, опуская ее медленно-медленно, и вскоре Лолита ощутила горячую струю, ударившую ее внутрь живота.
- Боже мой!.. - в изнеможении вскрикнула она, на секунду замерла, а потом стала ерзать из стороны в сторону своей изящной попочкой, заставив и его промычать нечто нечленораздельное. - Как же ты здорово трахаешься, милый! - прошептала она, нежно прикасаясь губами к его ногам, потом ни с того ни с сего спросила: - Надеюсь, ты не забыл про запасную одежду для меня?
- Естественно... - с усталой улыбкой отозвался он, порадовавшись, что именно сегодня прикупил несколько платьев и юбок, чтобы оставить их в кабинете именно для таких случаев.
Когда Лолита приняла душ и привела себя в порядок, она снова заговорила о том, что прервала охватившая их страсть.
- Я все продумала, можешь положиться на меня... - С хитроватой улыбкой она прищурила огромные глаза.
- Может, ты посвятишь меня в свой гениальный план? - отозвался Леша-Шкаф с той же интонацией, что и Лолита.
- Зря иронизируешь, милый! - Она стерла, с лица улыбку, подошла к бару. - Выпьешь? - Нет, родная, спасибо, меня еще дела ждут. - А я, пожалуй, выпью. - Девушка наполнила фужер шампанским и стала отпивать маленькими глоточками, поглядывая в нетерпеливые глаза "своего Лешеньки", словно решая, стоит ли его посвящать в задуманное. - Доверься мне, милый... Мне необходимо знать только одно: где ты проведешь сегодняшний вечер?
- Сегодняшний вечер? А где ты хочешь, чтобы я его провел? - Он был явно озадачен, но понял, что этот вопрос Лолита задала не из праздного любопытства.
- Лучше всего в окружении друзей. - Она снова улыбнулась. - А ты?
- Естественно, с тобой! - воскликнула она и хихикнула. - Цезарь и жена Цезаря должны быть вне подозрений.
- Где встречаемся и во сколько? - Он понял, что с ней бесполезно спорить: если она что-то задумала, то сделает это во что бы то ни стало.
- Соберем вечеринку у нас дома... часиков с девяти и, по возможности, до самого утра... - Она подмигнула. - Мы же давно не собирались, а причина есть: мой день рождения!
- Господи! - растерянно воскликнул он. - Что же ты молчала? Я же подарок еще должен тебе купить...
- Милый, у тебя полно времени и возьми, пожалуйста, на себя приглашение гостей.
- Но... - попытался возразить Леша-Шкаф, однако Лолита мягко оборвала его.
- Все, милый, пока! - Она взяла его под руку и повела к выходу. - И не забудь, милый, о гостях.
- Господи, что ты со мной делаешь? - Он покачал головой, чмокнул ее в щеку и вышел.
А Лолита уже думала о другом: ее глаза горели, и любой мог подумать, что у нее лихорадка. Она подошла к столу, немного подумала, словно взвешивая в последний раз, стоит ли начинать это опасное дело, потом решительно набрала номер телефона.
- Не упустил? - сразу спросила она, услышав голос. - Как можно? Только... - Говори! - Ее лицо тревожно нахмурилось. - Семья увеличилась.
- Второй тоже здесь? - невольно воскликнула она с радостью. - Так точно.
- Встреча должна состояться сегодня от девяти вечера до двух ночи... и месяца три я не хочу о тебе слышать, понял? Если понадобишься, сама вызову! - Все понял, буду ждать. - Удачи тебе, Стасик... - Спасибо, хозяйка.
Лолита положила трубку и заметила, как подрагивают ее пальцы. Все, механизм запущен, ей остается только уповать на Бога и на удачу. Вдруг Лолита быстро схватила трубку и снова набрала номер, чертыхаясь про себя, что едва не забыла об одной важной детали своего дьявольского плана.
- Вам кого? - раздался простуженный голос. - Встреча произойдет сегодня. Действуй, как договорились! Затем жду тебя на своем дне рождения у нас дома. - Все понял, буду!
Лолита облегченно перевела дух, откинулась на спинку кресла, взяла бокал шампанского и залпом выпила. Ее план был продуман до мелочей и отличался особой жестокостью. Братьев она возненавидела с той самой минуты, когда узнала, что они не хотят допускать их фирму на Запад, а это ломало все ее мечты о создании международного клуба по восточным единоборствам. Она уже видела себя на торжественных открытиях международных встреч в Лас-Вегасе, на Багамах, в Сингапуре... Почему именно там? Она и сама не знала: названия красивые.
Именно с того момента она и задумала расправиться с этой двойкой. Среди надежных людей Леши-Шкафа она отобрала двух парней, один из которых должен был следить за "московским братом" двадцать четыре часа в сутки, а второй, специалист, как говорится, от Бога, должен был подготовить инженерно-техническую часть плана. Чисто интуитивно Лолита не стала знакомить первого со вторым, сама не зная почему.
Через пару недель она уже знала все привычки "московского брата": кого он регулярно посещает, где останавливается на ночь и с кем. Остальное было, как говорится, делом техники, которая была уже готова, стоило лишь дать сигнал к началу операции. На всякий случай Лолита и ее люди выработали специальный код для переговоров. И у первого, и у второго в машине был радиотелефон, но пользовались они им крайне редко. Лолита определила место, где ЭТО произойдет: метрах в двухстах от дома "московского брата", где тот ежедневно ставил свой "БМВ".
Ритуал приезда был отработанным и повторялся до мелочей изо дня в день: водитель останавливался напротив подъезда, за ним - машина с телохранителями. Один направлялся в подъезд, а двое других - к машине хозяина. И только когда первый выходил из подъезда и подавал знак, что все "чисто", из "БМВ" вылезал хозяин и в окружении телохранителей направлялся к подъезду.
Лолита решила, что покончить с "московским братом" безопаснее с помощью технических средств. По ее поручению специалист изготовил управляемое по радио взрывное устройство, заложенное в обыкновенную детскую игрушку. А чтобы исключить возможность поимки исполнителя, она приказала специалисту создать и второе взрывное устройство, которое было заложено в его машину. Если произойдет что-то непредвиденное, специалист должен будет взорвать его по радио.
Лолита очень обрадовалась, когда узнала, что и второй брат приехал в Москву: было бы просто отлично, если бы удалось одним ударом расправиться с обоими.
- Да поможет мне Бог! - воскликнула она и отпила шампанского прямо из бутылки.
Все произошло так, как она и планировала: около одиннадцати вечера, когда день рождения был в полном разгаре, к дому "московского брата" подъехал "БМВ", за ним - оранжевая девятка", из которой тут же вышли трое. Один из них направился в подъезд, а двое других - к машине хозяина. Это для них было настолько привычной процедурой, что они не очень-то оглядывались по сторонам и не обратили внимание на две машины, которых никогда ранее не было перед этим домом. Белая "Волга" остановилась метрах в пятидесяти сзади них, а красная "Нива" стояла с другой стороны двора.
Вскоре из подъезда вышел парень, махнул рукой и сам направился навстречу.
Тот, что сидел в белой "Волге" наблюдал за ними в бинокль ночного видения, а другой рукой сжимал небольшой приборчик с рычажком и красной кнопкой. Дождавшись, когда дверцы "БМВ" распахнулись, он положил прибор на колени и стал двигать рычажком. Из-под кучки листьев выползла красивая детская машина "скорой помощи" и медленно, почти бесшумно, выкатилась на асфальтовую дорожку, ведущую к подъезду.
Из машины вышли оба брата и, о чем-то переговариваясь, быстро направились к подъезду. Машинку почти одновременно заметили один из братьев и тот, что проверял подъезд. Он растерянно и тревожно оглянулся вокруг и полез в карман за оружием.
- Ты посмотри, братишка, "скорая помощь" к кому-то приехала... - проговорил "московский брат", еле ворочая языком от выпитого, и наклонился к игрушке.
- Не надо! - вскрикнул вдруг один из телохранителей, что-то почувствовав, и в этот момент прогремел взрыв.
Заряд был настолько мощным, что все пятеро были разорваны в клочья, а "БМВ" перевернуло взрывной волной. К счастью для исполнителя, людей во дворе не было видно, и он спокойно уехал.
Сидящий за рулем красной "Нивы" облегченно перевел дух и тоже поехал со двора, поставив предварительно на хитрый предохранитель кнопку взрывного устройства, вделанную в зажигалку. Выезжая на проезжую часть, он бросил взгляд на место происшествия, которое быстро заполнялось испуганными жильцами, выбегавшими из подъездов.
Он достаточно быстро догнал белую "Волгу" и поехал за ней на довольно большом расстоянии. Минут через пятнадцать "Волга" остановилась на пустынной улице рядом с коричневой девяткой". Водитель быстро пересел в нее и рванул с места. Немного выждав, "специалист" открыл "Волгу" своим ключом, вытащил из-под сиденья небольшую коробку из-под печенья, подхватил пульт управления, затем аккуратно закрыл машину. Он очень трепетно относился к технике и не хотел исполнять то, что приказала Лолита. Но в этот момент ему привиделось, что она стоит рядом и смотрит с усмешкой в его глаза.
Этот жуткий взгляд был настолько реальным, что "специалист" вздрогнул, снова открыл машину, бросил на сиденье коробку из-под печенья, на нее положил пульт и ключи от машины, захлопнул дверцу и только тут быстро огляделся вокруг: не видел ли его кто? На его счастье вокруг никого не было. Он облегченно вздохнул, быстро сел в "Ниву" и двинулся вперед. Отъехав метров на сто, он с сожалением нажал на кнопку взрывного устройства. Второй мощный взрыв эхом прокатился по пустынным улицам...
Савелий избавляется от слежки
Савелий проснулся рано, и это его порадовало: значит, он обрел свою обычную форму. Он понял, что ежедневные тренировки ему больше не нужны; ему хотелось побыть одному, поразмышлять над тем, что его тяготило. Но его ежечасно охраняли, поэтому сначала нужно было избавиться от назойливого "хвоста". Конечно, можно побыть одному и в своем номере, но ему очень хотелось побродить по городу и не чувствовать себя пленником. Что же, нужно попробовать...
Савелий быстро встал, умылся, заказал в номер завтрак и быстро расправился с ним. Взглянув на телефон, пожалел, что он соединяет только с двумя номерами: с Долитой и его вечным стражем, а то можно было бы придумать хороший телефонный розыгрыш. Он осторожно выглянул в коридор: Никита, утомленный ожиданием и бездействием, тихо посапывал в кресле. Вероятно, он видел что-то приятное во сне: на его лице застыла безмятежная улыбка. "Это просто прекрасно", - подумал Савелий и решил воспользоваться ситуацией. Он быстро на цыпочках проскочил по коридору и, чтобы случайно не разбудить Никиту, не стал пользоваться лифтом, а устремился к запасной лестнице.
Он конечно же понимал, что обмануть Никиту - только половина дела; еще нужно было умудриться никого не встретить на пути и проскочить мимо охраны при выходе. Второй момент прошел без сучка без задоринки: никто из тех, кто мог им интересоваться, не встретился по дороге. Савелий перевел дух и совершенно спокойно и уверенно вышел в вестибюль перед выходом, где стояли трое "костоломов". Он и сам не знал, почему решился на такой трюк. Когда заметил, что охрана обратила на него внимание, он вдруг остановился, словно забыл о чем-то важном, повернулся в сторону лестничной клетки и громко бросил:
- Никита, я забыл бумагу, о которой говорила Лолита, она лежит на телевизоре, принеси, пожалуйста, а я подожду тебя в машине, - и тут же отозвался низким голосом за Никиту: - Хорошо, Рэкс.
Савелий не знал, насколько похоже он сумел изобразить голос Никиты, но до охранников было довольно далеко, и они ничего не заподозрили. Он подошел к ним и бодро поздоровался: - Привет, мужики! - Привет! - отозвались они.
- А где машина? - выглядывая в дверь, спросил Савелий.
- Ты чего, Никиту не знаешь - снова оставил ее перед входом, - лениво отозвался один из них и протянул Савелию ключи от машины.
Казалось, сам Бог помогает Савелию: окажись машина внутри двора, Савелию нужно было придумывать, как выбраться на улицу.
- Что, по делам или просто прогуляться? - поинтересовался охранник.
- Какое там "прогуляться!" - хмыкнул Савелий. - Дело делать нужно!
Это прозвучало так убедительно, что тот вздохнул и нажал кнопку. Ворота открылись.
- Машина слева от входа, метрах в пятидесяти, - добавил парень и уткнулся в какой-то иностранный журнал.
Савелий вышел на улицу и быстро побежал в противоположную от машины сторону. Он бежал легко, без суеты и со стороны могло показаться, что он просто разминается. Попетляв немного по переулкам, Савелий оказался на центральной улице. Оказавшись вне стен "Виктории", без постоянного сопровождения, он почувствовал необыкновенную легкость, словно вырвался из клетки на свободу. В какой-то момент ему показалось, что эти ощущения ему знакомы, что он уже испытывал ранее что-то подобное. Это похоже на еле уловимый запах духов, который ты ощутил на улице, и тебе вдруг показалось, что он тебе знаком и навевает какие-то приятные воспоминания.
Человеческий организм очень странен и чертовски сложен даже для науки. Ты можешь забыть человека, забыть важное событие, которое произошло с тобой в прошлом, но стоит перехватить какой-нибудь незаметный сигнал, будь то запах, цвет или звук, и мозг мгновенно срабатывает, у тебя сразу же меняется настроение. Если воспоминания приятные, то и настроение улучшается, а нет - хоть волком вой.
У Савелия были странные ощущения: с одной стороны, они были весьма приятны, словно он снова окунулся в теплоту и нежность, но с другой - вызывали тревожные предчувствия. Откуда все это? Почему они возникли? Что стоит за всем этим? Он бесцельно шел по улицам Москвы и стискивал от бессилия зубы. Нет, так не может больше продолжаться! Нужно что-то делать, не может он так больше жить. Не может!
Савелий вырвался из-под наблюдения, чтобы не просто побыть одному и поразмышлять над тем, что его мучает последнее время. Он решил побродить по городу в надежде, что кто-то узнает его, поможет хоть что-то вспомнить из прошлого или хотя бы его имя. Савелий специально вертел головой по сторонам, чтобы ни один прохожий не прошел мимо него, не взглянув в его молящие о помощи глаза. Однако то, что произошло с ним, не мог разгадать никто. И сейчас, описывая происшедшие события, приходится задумываться о том, поверит ли в них уважаемый читатель, не подумает ли, что рассказанные факты - выдумка?
Кто-то из великих сказал, что правда, изложенная на бумаге или пересказанная собеседнику, чаще всего выглядит малоправдоподобной. Тем не менее, решив придерживаться только фактов, я излагаю события так, как они происходили на самом деле, а читатель пусть сам решает: верить или нет.
Итак, мы остановились на том, что Савелий медленно брел по улицам Москвы в надежде встретить знакомое лицо. Он не заметил, что в нескольких шагах сзади шел моложавый, спортивного сложения мужчина и старался не упускать его из виду. Несколько минут назад он наткнулся на Савелия и вначале спокойно прошел мимо, не узнав человека, которого тщетно пытался найти уже несколько недель, - настолько неожиданным это было для него. Однако профессиональная память секундой позже сработала, он остановился как вкопанный и тут же сунул руку в карман.
Дело в том, что этот мужчина лет сорока не знал Савелия, но имел в кармане его фотографию, где тот был снят со своим названным братом Андреем Вороновым в первые дни после прибытия в Афганистан. С тех пор прошло много лет, на лице Савелия появился шрам, в волосах пробилась седина, но глаза, выражение лица - остались прежними. У майора Госбезопасности, которому генерал Богомолов поручил разыскать Савелия Говоркова, не было никаких сомнений, что он наконец встретил именно его.
Имея четкие инструкции, он постарался не привлекать внимания своего подопечного, но и потерять его из поля зрения не мог. Конечно, он мог вызвать по рации подкрепление, но не хотел рисковать, боясь упустить его. Заметим, что это оказалось роковой ошибкой для такого опытного сотрудника. Но откуда он мог знать, что Савелия разыскивает не только он?
Дело в том, что почти одновременно с майором Савелия засек парень лет тридцати, у которого в кармане тоже лежала его фотография. На этой фотографии Савелий, израненный и истерзанный, был запечатлен в окружении душманов, один из которых держал его за волосы, чтобы хорошо было видно лицо. Парень имел задание от Красавчика-Стива либо доставить Савелия в Казахстан, откуда его переправят к Рассказову, либо, на крайний случай, "замочить" его.
Парень был прилично одет и напоминал разбогатевшего грузчика. В прошлом он был мастером спорта по самбо, а впоследствии, отбыв несколько лет в местах не столь отдаленных за драку в ресторане, выехал за границу, где брался за любую работу, чтобы выжить, пока его не подобрал Стив, "отмазав" от довольно крупного долга местным бандитишкам. Все это заставило Жору, то есть Георгия Крупнина, стать беззаветно преданным Красавчику-Стиву и выполнять все, что он прикажет. Из Георгия Крупнина он превратился в Жоржа Кроуппа, и в кармане у него стали водиться деньжата.
Приехав в Москву, которую он покинул много лет назад, Жора с удивлением обнаружил, что она стала совсем другой, как и люди живущие в ней. Ему крупно повезло, что он столкнулся с Савелием всего на четвертый день своих поисков. Жора хотел сразу же с ним заговорить, но уроки, которые он получил от Стива, не прошли даром: он почти сразу же заметил "хвост" за Савелием. Это сильно осложняло его задачу, и Жора после недолгих размышлений решил, что "хвоста" нужно будет убрать. Он был хорошо оснащен - в его карманах были не только фотографии и зеленые купюры, но и несколько ручек, при помощи которых можно было сделать с человеком что угодно: усыпить на несколько часов, вызвать инфаркт, а то и отправить на тот свет. Ручки были сделаны так тщательно, что могли выполнять и свое прямое предназначение - писать на бумаге. Решив убрать мужика, который следил за Савелием, Жора и подумать не мог, что в его планы может вмешаться кто-то посторонний. А такой посторонний был. Дело в том, что Никиту разбудил телефонный звонок. Он сразу же схватился за телефонную трубку, в которой услышал раздраженный голос Лолиты: - Где тебя черт носит?
- Я здесь, госпожа Лолита... - растерянно ответил Никита, сразу почувствовав, что случилось нечто неординарное и ему предстоит взбучка.
- А где в таком случае Рэкс? - ехидно спросила Лолита.
- Как где? В номере... - Такого Никита совсем не ожидал и приготовился к серьезным последствиям.
- В номере? Так... Тогда почему не отвечает его телефон? - Ее голос был ласковым, что не предвещало ничего хорошего.
- Сейчас выясню. Дело в том, что я отходил на несколько минут в туалет... - Он посчитал это спасительной отговоркой.
Положив трубку на тумбочку, он быстро вбежал в номер Савелия и сразу же понял, что его там нет. Никита вернулся и снова взял в руки трубку:
- Госпожа Лолита, в номере его нет. Может, он в ресторане или в спортзале?
- Вот что, милый Никита: бери ноги в руки, поднимай всех, кого сможешь, и в город, по улицам, по рынкам, магазинам. Ищи где хочешь, но к двадцати двум нольноль он должен быть у себя в кровати! Охрана доложила, что он два часа назад вышел из клуба. Тебе все ясно?
- Ясно! Доставлю его хоть из-под земли, госпожа Лолита! - отчеканил Никита и уже хотел положить трубку, но вдруг услышал вновь голос хозяйки и крепко прижал трубку к уху.
- Ты знаешь, сколько он сейчас стоит? - спросила она вкрадчиво, но не стала дожидаться ответа. - У тебя за всю жизнь не скопится столько денег, даже если ты будешь обворовывать фирмачей каждый день! И смотри: ни один волос не должен упасть с его головы!
- А если... если он не один? - решился на вопрос Никита.
- Если с бабой, то обоих - вежливо - сюда! А если с кем другим... сам решишь, что делать, понял?
- Так точно, госпожа Лолита! - Он положил трубку, хотя толком так ничего и не понял, кроме одного: если он не доставит Рэкса к десяти вечера в номер, то его голова слетит с плеч.
Трагическое происшествие
Через десять минут, ссылаясь на распоряжение Лолиты, Никита собрал человек пятнадцать и шесть машин и коротко, но четко разъяснил задачу. К своему удивлению, перед входом он заметил и свой "мерседес". К счастью, у него был запасной ключ, и вскоре все разъехались на поиски злополучного Рэкса. В каждой машине была рация и можно было координировать поиски. Не прошло и трех часов, когда один из ребят сообщил Никите:
- Вижу наш объект, он следует по Пироговке. Идет медленно, не торопясь... - он усмехнулся. - Погулять, видно, вышел мужик, а за ним целую гвардию снарядили... Стоп! - Что? - нахмурился Никита.
- За ним плетется "хвост"! - Парень снизил свой голос до шепота, словно боясь, что его может услышать Рэкс и тот, что следит за ним. - Ты уверен?
- Как пить дать! - воскликнул тихо тот, но тут же не удержался и громко бросил: - У, черт!
- Что еще? - нетерпеливо спросил Никита, кивнув водителю ехать побыстрее. - Еще один "хвост"... - Опиши их, может, кто из наших. - Вряд ли. - Парень видно совсем растерялся. - Один - мужик лет сорок, не больше, чувствуется военная выправка. Скорее всего - мент. Второй, что идет сзади обоих, здоровенный парниша, явно знаком с борцовским ковром. Одет прилично и подозрительно держит руку в кармане...
- Вас сколько в машине? - быстро спросил Никита. - Кроме меня - водитель и мой брат, а что? - "Машинки" с собой?
- Одна только, и то для "запаха", - ответил тот, что означало, они вооружены только газовым пистолетом.
- Внимательно следите за обоими "хвостами": если я правильно понял, то второй "хвост" должен кого-то из них убрать. Не дайте причинить вреда нашему парню! Делайте что хотите, но он должен быть "чистым и непорочным". - Последние слова означали, что Савелий не должен быть ранен, убит или замешан в какой-нибудь инцидент с властями.
- Никита, здесь Павел! - раздался вдруг другой голос.
- Говори! - сразу отозвался Никита, тревожно сжимавший рацию, ведь всякая новость могла быть решающей.
- Наша тачка уже на месте. Мне удалось опознать второго: мы с ним "парились" на одной "командировке"!
- Ну? - нетерпеливо буркнул Никита. Он знал, что в прошлом Паша отсидел небольшой срок за угон машины, и не очень удивился его сообщению.
- Крутой парень, после отсидки, как я слышал, был замешан и в "мокром". Потом слинял за кордон...
- Вот что, Паша, наш пацан должен быть жив и здоров, а остальное меня не интересует, понял? Я скоро подъеду!
- Как не понять... - ответил Паша и отложил рацию в сторону, потом повернулся к сидящим на заднем сиденье "коллегам". - Слышали? Так что готовьте "пушки" - этот Жора здесь неспроста. Если попытается напасть на наш объект - стреляйте, потом второго и объект - в машину! Выходим! - Они быстро выскочили из машины и пошли вслед за странной троицей, охватив их в полукольцо.
Всего этого Савелий не видел, увлеченный своими мыслями и немного опьяненный свободой. Он с большим удовольствием сталкивался с идущими навстречу и на их негодование отвечал улыбкой настолько добродушной, что и ему улыбались в ответ. Недалеко было метро, и народу было особенно много - продающих всевозможные товары с рук и просто прохожих. Неизвестно, сколько бы продолжалось это странное шествие за Савелием, но неожиданно он столкнулся лицом к лицу с одним старым человеком. Сначала старик скользнул по лицу Савелия безразличным взглядом, но потом вдруг остановился как вкопанный, словно увидел перед собой привидение.
Он быстро повернулся и взглянул прямо в глаза Савелию. В его взгляде было много оттенков: удивление, страх, любопытство, но самым сильным чувством была ненависть. Рядом с ним шел восточного типа молодой парень, который, что-то почувствовав, сузил и без того узенькие глазки. Судя по всему, это был телохранитель.
- Вот так встреча! - с каким-то надрывом выдавил из себя старик. - Бешеный!? А я уж думал, что ты на том свете...
- Воланд?! - неожиданно для самого себя воскликнул Савелий.
Да, это был Владимир Андреевич, он же Воланд, который принес Савелию столько неприятностей и бед, что, несмотря на потерю памяти, Савелий мгновенно все вспомнил. Словно при ускоренном воспроизведении фильма перед его глазами промелькнули лица, события давно минувших дней. Тюрьма, колония, фото истерзанного друга, гибель Ларисы, подозрительная смерть адвоката, надругательство над Варварой, после которого она не смогла дальше жить и покончила с собой...
Савелий не знал, что Воланд тоже сильно пострадал, жизнь его жестоко покарала. Не поделив что-то с партнером, он пошел на конфликт, а тот, в свою очередь, выкрал у него внучку, в которой старик души не чаял. За эту девочку тот обобрал его до нитки, но ее так и не вернул: растерзанное тельце вскоре случайно обнаружили в канализационном колодце. Обезумев от горя, Воланд сам явился на квартиру душегубца и всадил в него всю обойму из пистолета, после чего сел на диван перед трупом и сидел неподвижно до тех пор, пока не приехала милиция. Целый год длилось следствие, во время которого он не произнес ни единого слова. Опытный адвокат, нанятый его приятелями, сумел добиться психиатрической экспертизы, которая признала его невменяемым, и он был отправлен в психолечебницу закрытого типа. Проведя там три года, Воланд после необходимых денежных инъекций "нужным людям", был выпущен из больницы.
Он не был сумасшедшим, просто стал ко всему безразличен. Постепенно жизнь взяла свое, и он снова окунулся в бизнес, пытаясь использовать для этого старые связи. Он часто задумывался о своем прошлом, и ему все сильнее казалось, что все его беды начались с Бешеного, с Савелия Говоркова. Именно с него началась полоса неудач, которая привела к таким трагическим последствиям. И сейчас, когда он увидел перед собой того, кого считал воплощением зла в своей испорченной жизни, он решил, что сам Всевышний посылает ему это Зло, чтобы он смог его уничтожить. С того злополучного дня, когда Савелий расправился с его телохранителями в подъезде дома, где жила его внучка, Воланд, плюнув на осторожность, стал сам носить пистолет под мышкой. Увидев врага, Воланд даже внешне преобразился: на лице разгладились морщины, глаза заблестели, распрямилась фигура. Казалось, он помолодел на добрый десяток лет.
- Узнал, - ехидно процедил он. - Давненько я ожидал нашей встречи, давненько...
- Зачем? - со вздохом спросил Савелий. - Тебе мало было того, что произошло? Мало загубленных тобою людей? - В глазах Савелия появился тот самый холодный металлический блеск, который помнил Воланд: он даже отступил на шаг и быстро сунул руку под пиджак, а его восточный приятель двинулся навстречу Савелию.
Дальше все произошло настолько быстро, что Савелий лишь растерянно смотрел по сторонам, пытаясь понять, что случилось.
Воланд неожиданно схватился за сердце, его восточный приятель, намеревавшийся броситься на Савелия, неожиданно споткнулся и упал на своего хозяина, словно прикрывая его своим телом. Какой-то мужчина, рванувшийся в их сторону, тоже упал, а Жора уверенно направился к Савелию, дружески махая ему левой рукой, а правой вытаскивая что-то из кармана. Он не дошел до Савелия каких-то пяти метров: его обогнали трое внушительных, даже по сравнению с ним, ребят. На какоето мгновение они заслонили его от посторонних глаз и один из них профессионально воткнул Жоре в левый бок стальную спицу.
Жора даже не почувствовал боли и, продолжая улыбаться, сделал еще два шага навстречу Савелию, хотя уже несколько секунд был мертв, и неожиданно рухнул всем своим огромным телом на асфальт.
А произошло следующее. Когда неожиданно появился Воланд со своим телохранителем и майор, пренебрегая осторожностью, стал довольно быстро двигаться в сторону Савелия, Жора понял, что настал самый удобный момент избавиться от "хвоста" и захватить Савелия.
Он вытащил две ручки и незаметно направил одну на майора, но заметил, что Савелию грозит опасность с другой стороны, и когда Воланд потянулся за оружием, а азиат повторил этот жест, Жора не стал искушать судьбу и сменил цель. Негромкие хлопки на шумной улице никакого внимания не привлекли, и Жора сунул руку за третьей, смертельной ручкой, заряд от которой достался майору.
Не имея возможности и времени выбирать, кому какой выстрел подарить, Жора послал Воланду заряд "инфаркта миокарда", но сердце старика не выдержало и он скончался мгновенно. Восточному парню достался самый безвредный заряд: он на несколько часов погрузился в глубокий сон. В таком состоянии его и обнаружили сотрудники милиции, едва не отправив в морг. А беспечному майору достался смертельный заряд с мощнейшим ядом, держащимся в организме человека не более двух часов, после чего его невозможно было обнаружить...
Когда Жора медленно осел на асфальт, трое ребят во главе с Никитой уже подходили к Савелию.
- Ну ты шутник, уважаемый Рэкс! - хитро подмигнул ему Никита. - Как тебе удалось так незаметно проскользнуть мимо меня? А главное, зачем? Мы же и так ходим где хотим и куда хотим...
Когда Савелий увидел Никиту в окружении его людей, он сразу же понял, что внезапно падающие вокруг него люди как-то связаны с этим появлением. Но то, что к нему вернулась память, отодвинуло все остальное на второй план.
- Ты так крепко спал, что не хотелось тебя тревожить! - усмехнулся Савелий. - А ждать не хотелось.
- Ну и шутник! Ладно, пошли, госпожа Лолита хочет тебя видеть. - Зачем?
- Она мне не докладывала, - отозвался Никита и вдруг услышал воющий звук сирены: то ли милиция, то ли "скорая помощь". - Пошли быстрее, а то можно вляпаться по уши! - в его голосе чувствовалось волнение. Он кивнул ребятам, которые тут же подхватили под руки Савелия и быстро направились к машинам. Когда они отъехали, Никита спросил: - Откуда ты знаешь этого старика? - Владимира Андреевича? - простодушно улыбнулся Савелий. - Работали как-то вместе, а что?
- Работали? - Никита покачал головой. - Мне показалось - что он был готов тебя разорвать на куски.
- Возможно, - спокойно согласился Савелий. - Бабу одну не поделили...
- Бабу? - Никита неожиданно весело расхохотался. - Силен старик, если с таким, как ты, решил бабу делить!
Память вернулась
Когда они приехали в клуб, охранники прямо при входе предупредили Савелия, что госпожа Лолита уже несколько раз спрашивала о нем и ожидает его в своем кабинете. Но когда они вошли в приемную, секретарша, молодая миловидная девица с длинными ногами, улыбнувшись Савелию, попросила его немного обождать, а Никиту - пройти в кабинет.
Савелий сразу понял, что Никиту она вызвала для того, чтобы тот сам рассказал, как они нашли Савелия: кто-то успел доложить ей о происшествии.
Савелий был прав. Лолита действительно уже все знала и нервничала, ожидая их возвращения. Как только Никита вошел, она сразу спросила с раздражением: - Что за бойню вы там устроили? - Госпожа Лолита, вы меня не первый день знаете, не так ли? - начал он, пытаясь скрыть досаду. - Никакой бойни мы там не устраивали, но одного пришлось "успокоить", потому что он хотел убрать нашего подопечного.
- Одного? Откуда же взялись четыре трупа? - Она была явно обескуражена, зная, что Никита никогда не решится ее обманывать.
- Когда мы вышли на Рэкса, его уже "сдали", причем разные команды. - Никита сделал небольшую паузу.
- Здесь не театр! - нетерпеливо бросила Лолита. - Говори!
- Судя по всему, прямо за ним шел мент, а следом плелся некий Жора, которого опознал Паша, он с ним сидел вместе. Когда мы вышли на них, случилась странная история... - Он нахмурился и покачал головой. - Человека, который неожиданно наткнулся на Рэкса, я знал много лет назад: работал на него, пока его не загребли менты. Деловой был мужик, ничего не скажешь, и очень крутой: никогда не оставлял ни следов, ни свидетелей...
- Если такой деловой, то как же его сцапали? - недоверчиво усмехнулась Лолита.
- На внучке он прокололся... любил ее очень. - Он вздохнул с сожалением. - Вот и решил отомстить за нее: всю обойму всадил...
- Ну и дурак! Ладно, хватит о нем. Что дальше? - Он узнал Рэкса, и в какой-то момент мне показалось, что он готов его зубами порвать! Я даже приготовился вмешаться, когда эта тройка... - Какая тройка? - не поняла она. - Так Воланд же был с телохранителем... - Воланд? Интересная кличка. Дальше! - А дальше все, как в кино! - Глаза Никиты даже заблестели. - Когда Воланд и его телохранитель сунули руки в карманы, и не для того, чтобы предложить ему сигарету, мы уже хотели вмешаться, но тут сначала один снопом повалился на родную землю, потом - другой, а тут уже хотел вмешаться мент, который следил за нашим приятелем, но и он выпал в глубокий осадок. А вот с Жорой, каюсь, наш грех... Но что было делать? Если уж он убрал троих, то и с Рэксом поступил бы так же: размышлять было некогда.
- Так... - задумчиво произнесла Лолита. - Кто-нибудь видел, как вы его... - Девушка сделала характерный жест.
- Ну что вы, госпожа Лолита, со мной были профессионалы! - ехидно хмыкнул Никита. - Шел человек, и ему вдруг стало плохо: кто же виноват? А от чего он отошел в мир иной, можно определить только на вскрытии. - Ты уверен, что за вами никто не следил? - Лично я был бы этому очень удивлен. Нет, хозяйка, все вокруг было чисто! Когда мы с Рэксом отъехали, ребята там крутились до тех пор, пока менты и "скорая" не забрали валяющихся на земле мужиков.
- Ох, Никита, наказать бы тебя следует... - Лолита со вздохом покачала головой. - Ладно, оставлю до следующего прокола, но уж тогда...
- Понял! Получу под завязку за все сразу! - быстро договорил Никита.
- Вот именно! Ладно, иди и жди, когда Рэкс выйдет от меня, но жди не в приемной, а в коридоре. И смотри: даже в туалет он не должен выходить без тебя. - Понял!
- Скажешь, чтобы зашел, когда я позову. Как только Никита вышел из кабинета. Лолита взяла в руки пульт дистанционного управления и включила телевизор. Она нажала какую-то кнопку, скрытую под крышкой стола, и на экране появилась приемная, где перед столом секретарши стоял Савелий.
- Что-то я тебя здесь раньше не видел. Недавно работаешь? - спросил Савелий.
- Почему недавно? Давно... - кокетливо заметила девушка и с вызовом взглянула прямо в глаза Савелию.
Лолита усмехнулась. Она сама выбрала эту девушку и была уверена, что Савелий клюнет на нее. Своим дьявольским умом она продумала все: девушка была стройная и красивая. Она была уверена, что именно такие нравятся ему, потому что Наташа была близка к этому типу, да и она сама была такая, и помнила, как Савелий смотрел на нее в первый раз. Кто знает, не будь она женщиной Леши-Шкафа (а это могло заглушить в Савелии все чувства), и она могла бы попытаться соблазнить его. Но и Машка хороша! Классно зыркает на него глазищами! А сколько в ней страсти! Лолита как-то решила попробовать с ней то, что в народе называют "розовым светом". Это было еще до Леши-Шкафа. Они с Машкой были в одной компании, но все мужики оказались такими занудливыми, что они решили сбежать.
В то время Машка снимала однокомнатную квартиру, и они, прихватив с вечеринки спиртное и фрукты, поехали к ней. Прилично набравшись, они в шутку стали нежничать друг с другом, и это неожиданно так "завело" их, что они готовы были от страсти разорвать друг друга. Их "роман" продолжался недели две, но вскоре надоел обеим, и они спокойно прекратили его, оставшись хорошими подругами. К своему удивлению, Лолита довольно часто вспоминала проведенное с Машкой время и в эти моменты ощущала странное волнение и мелкую дрожь во всем теле. Они не теряли друг друга из виду и довольно часто перезванивались. Когда Лолита связала свою судьбу с Лешей-Шкафом, она сразу же предложила Машке работать на нее. Та согласилась не раздумывая. Сначала Лолита решила проверить свою давнюю подругу и первые пару месяцев та работала у них в доме как технический секретарь, отвечая на звонки, печатая различные бумаги и обучаясь работе на компьютере. Проверка заключалась в том, чтобы посмотреть: станет ли она бросаться на Лешу-Шкафа?
Лолита явно недооценила свою давнюю подругу. Быстро осмотревшись и смекнув в чем дело, а также очень хорошо зная Лолиту, Маша поняла, что ей выпала редкая удача выйти совсем на другой уровень жизни. Ей уже давно надоело зависеть от разных мужиков, зарабатывая на безбедное существование своим "передком". Она сразу заметила, что Долита довольно уверенно вертит ЛешейШкафом, а потому она может многого добиться, если станет у Лолиты правой рукой. Да, были моменты, когда она могла затащить Лешу в кровать, и Лолита ничего бы не узнала (кстати, и сам Леша был явно не против "пообщаться"), но Маша пересилила себя и совершенно вычеркнула Лешу из списка мужчин: он был для нее просто начальником ее шефа.
Лолита убедилась в преданности своей подруги и стала поручать ей все более серьезные дела. Когда у Лолиты возникла мысль еще раз попробовать совратить Рэкса, она сразу же подумала о Маше. После некоторых раздумий она решила обставить их знакомство как случайное. Машу не нужно было учить искусству соблазнения, но Лолита предупредила ее, что это не будет столь легко, как с предыдущими "объектами", и это еще больше раззадорило ее.
Едва Маша увидела того, кого ей предстояло соблазнить, она сразу поняла, что в этом мужчине кроется большая внутренняя сила и с ним действительно все будет не так просто, как ей казалось. Этот мужик относился к той породе людей, которые делают только то, что хочется им, а не кому-то. Маша уже сталкивалась с такими. Они любят свободу и сами выбирают правила игры, но стоит им почувствовать влечение к кому-либо, они становятся самыми преданными и верными. Именно из таких и получаются отличные мужья. Савелий понравился ей сразу, и она была готова отдаться ему прямо здесь, в приемной, но ее опыт подсказывал, что это будет роковой ошибкой, после которой ей надо будет сразу забыть о нем.
- Да ты садись, в ногах правды нет! - приветливо предложила она, когда Никита вошел в кабинет.
Немного помедлив, Савелий сел на стул, стоящий рядом с девушкой, и оглядел ее с ног до головы. Та внимательно читала какой-то документ, делая вид, что не замечает его взгляда. Повернувшись, чтобы положить бумагу, она как бы случайно обнажила свои красивые колени и "забыла" поправить юбку.
Ее загорелые ноги открылись настолько, что стали видны розовенькне ажурные трусики. Савелий с трудом оторвал взгляд и понял, что она явно заметила, куда он только что смотрел. Савелий чуть смутился и, чтобы сгладить неловкость, хотел что-то спросить, но в этот момент из кабинета вышел Никита.
- Госпожа Лолита сказала, что позовет тебя, - проговорил он и вышел из приемной.
Маша взглянула на Савелия, словно ожидая вопроса, и он действительно спросил:
- Что-то я тебя здесь раньше не видел? Недавно работаешь?
- Почему недавно? Давно. А что? - Нужно же о чем-то говорить... - неожиданно бросил Савелий и усмехнулся.
- А ты ничего - свой парень! - с улыбкой ответила она.
- "СП"! - он вдруг фыркнул, вспомнив Майкла. Маша с недоумением взглянула на него: чего это он развеселился? - Тебя как зовут-величают? - Величать меня рановато, а зовут Машей.
- Так вот, Маша, вспомнил забавный случай... Говорю как-то одному приятелю: "Да ты просто "СП"! А он мне: "Нет-нет, я не шпион"! - Савелий снова заразительно рассмеялся.
- Извини, Рэкс, но до меня не доходит... - Она пожала плечами.
- Так и не должно: я ж еще ничего не рассказал! - он с трудом заставил себя прекратить смех. - Понимаешь, этот парень был иностранец и подумал, что я его обозвал шпионом. "Спай" - шпион!
- А что такое "СП"? - Она забавно вздернула плечики. - "СП"? Свой парень!
- Свой парень? - машинально повторила Маша и вдруг захохотала во весь голос. Казалось, еще немного, и с ней случится истерика. - Свой парень!
Савелий странно взглянул на девушку, встал, налил в стакан воды из графина, набрал в рот и прыснул не нее.
Маша мгновенно прекратила смех, сделала серьезнообиженное лицо. - Чего это ты обливаешься?
- Слава Богу, думал, что тебе сейчас плохо станет... - Савелий сделал пару глотков воды и поставил стакан.
- Мне, конечно, приятно, что ты беспокоился за меня, но прошу больше так не делать: напугал и прическу намочил...
- Извини, не хотел! - вздохнул Савелий. - Скажи, что это с тобой здесь так носятся: только и слышишь - Рэкс, да Рэкс? - неожиданно спросила она.
- Откровенно говоря, я и сам бы хотел узнать почему?
Лолита решила, что ей пора вмешаться: слишком скользкую тему они задели. Она нажала кнопку селектора:
- Маша, пригласи ко мне Рэкса! - Хорошо, мадам Лолита. - Она повернулась к Савелию и нежно проворковала: - Прошу в кабинет.
Савелий как-то странно взглянул на нее, ничего не сказал и быстро вошел.
- Вызывали? - с усмешкой произнес он, остановившись у порога.
- Да, прошу вас... - не замечая иронии, пригласила Долита, указав на кресло рядом со столом.
Пожав плечами, Савелий утонул в кресле и стал молча ожидать, что скажет хозяйка кабинета. - Как живется будущему чемпиону? - Почему вы так уверены в моей победе? - ответил он вопросом на вопрос.
- Плохой бы из меня был бизнесмен, если бы я стала вкладывать деньги в того, в кого не верю. Однако вы не ответили на мой вопрос, - мягко напомнила девушка.
- Приемлемо, если не вдаваться в подробности, - уклончиво ответил Савелий и с вызовом взглянул ей в глаза.
- А если вдаваться? Что вас не устраивает? - Мне не нравится, когда у меня над душой все время кто-то висит! Не нравится, когда рядом со мной странным образом погибают люди! Не нравится, когда мною крутят, как марионеткой, не посвящая в дело! - Все это он произнес жестко и немного грубовато.
- А мне не нравится, что мой партнер не до конца выполняет условия договора! - отрезала Лолита.
- Подумаешь, решил побродить один по городу... - хмыкнул он.
- Ваше "побродить по городу" стало причиной гибели нескольких человек! Кто те люди, которые хотели расправиться с вами?
- Я уже рассказывал Никите, что когда-то мы с Владимиром Андреевичем не поделили женщину...
- Бросьте дурака валять! - оборвала Лолита. - Он был слишком стар для того, чтобы оказаться вашим соперником в амурных делах! Но это ваше дело: не хотите отвечать - не надо! Кстати, мои ребята остановили только одного: который хотел вас отправить к праотцам, а трое других были убиты... - Трое других? - перебивая, воскликнул Савелий.
- А вы что, так были увлечены встречей с Воландом, что ничего вокруг не видели? - И кто же были эти люди? - Это у вас нужно спросить: они за вами следили. - Ничем не могу вам помочь. Я действительно не знаю, кто мог за мной организовать охоту. - Отвечая скорее машинально, Савелий пытался вспомнить, кто окружал его в момент того трагического происшествия. Перед ним мелькали разные лица, но ни одно из них не вызывало в нем хоть каких-нибудь ассоциаций. А не вводит ли эта девица с дьявольским взглядом его в заблуждение? Но для чего это ей? Он и так связан по рукам и ногам. Нет, видно, она говорит правду и его действительно кто-то "пас", да так умело, что он не заметил слежки. Но кто? После того как Савелий столкнулся с Воландом, который сумел вырвать его мозг из полного вакуума и вернуть ему память, Савелий ни на секунду не прекращал вспоминать и вспоминать.
Да, он наконец вспомнил, кто он и откуда, вспомнил свое детство, своего названного брата, Афганистан, ранение, домик в Ялте, оставленный теткой в наследство, переезд в Москву, свою квартиру, Ларису - при воспоминании о ней он чувствовал какой-то горький осадок, - потом вспомнил своего друга и однополчанина Варламова, которого зверски убили по приказу Воланда. Вспомнил он тюрьму, колонию и милую Варечку, которая покончила с собой, когда над ней грязно надругались подручные Воланда... Тогда, несмотря на то, что Савелий доставил его под окна КГБ, ему удалось избежать наказания, но как веревочке не питься, а конец всегда найдется. Бог все видит и возмездие наконец настигло его, прервав никчемную и уродливую жизнь.
Но что же было дальше? Почему память оборвалась на этих воспоминаниях? Почему так часто он видит седого старика, лицо которого ему кажется знакомым? Что значил для него этот старик в прошлом? Он заметил странную особенность: стоило ему подумать об этом старике, как место, где была нанесена наколка ВДВ, начинало непонятно зудеть. Он никак не мог вспомнить, откуда у него появился странный ожог в виде удлиненного ромба, такого же, как висящий на шее на золотой цепочке. Обнаружил он в себе и еще одну особенность: ему показалось, что он может читать мысли человека, с которым общается. Впервые он ощутил это с Наташей и несколько раз продемонстрировал, чем вызвал у нее бурный восторг. Потом проверил и на Никите, но не стал раскрываться перед ним. Прочел он и последние мысли Воланда.
Сейчас, разговаривая с этой порочной девчонкой, которая не прочь была бы переспать с ним, он читал и то, что она хочет заработать на нем большие деньги, а потом закрыть свою лавочку и слинять заграницу. Когда Савелий находился в приемной, он почувствовал, что за ним наблюдают, и вскоре заметил скрытые глазки камер. Это разозлило его, но он быстро взял себя в руки и с огромным удовольствием читал мысли этой симпатичной дурочки Маши, которой поручили соблазнять его. Его размышления были прерваны странным "сообщением" от Лолиты: ее мысли вдруг перенеслись к каким-то убийствам, и сначала Савелию показалось, что она размышляет о тех людях, что погибли рядом с ним, но откуда там взрывы? И он понял, что Лолита вспомнила совсем о других событиях.
- И поскольку я вложила в вас огромные деньги, естественно, что меня заботит ваше здоровье и безопасность, - закончила Лолита свой длинный монолог. Ей показалось, что собеседник ее совсем не слушает, и она даже хотела сказать ему об этом, но Савелий опередил ее.
- Нет-нет, госпожа Лолита, я вас слушаю! - Что? - растерялась она.
- Вы же сами упрекнули меня, что я невнимателен. - Он пожал плечами, чертыхаясь про себя, что допустил такой непростительный промах.
- Когда я вам это сказала? - недоуменно спросила Лолита.
- После того, как заявили, что вас заботит моя безопасность. - Он произнес это настолько спокойно и уверенно, что Лолите действительно показалось, будто она это сказала. Этот маленький инцидент настолько выбил ее из колеи, что она совсем забыла, о чем хотела поговорить с ним.
- Вероятно, вы хотели сказать мне о дне схваток... - намекнул Савелий.
- Точно! - Она даже обрадовалась. - Сегодня среда, а юбилей состоится в субботу. Вы готовы? - Более чем! - с улыбкой заверил он. - Смотрите, дорогой Рэксик, я очень на вас надеюсь, - кокетливо проворковала Лолита, а Савелий прочитал скрытое: "Господи, и чего ты такой упрямый: все равно я затащу тебя в кровать. Какие же у тебя глаза, милый, обалдеть!"
- Глаза и у вас красивые, мадам Лолита, - неожиданно проговорил Савелий.
Лолита вздрогнула и странно посмотрела на Савелия, словно пытаясь что-то понять для себя. Ей казалось, что этот парень играет с ней, как кошка с мышкой, но его взгляд был таким простодушным и даже глуповатым, что Лолита отогнала прочь свои мысли и продолжила:
- Так что вам, Рэксик, придется смириться и с режимом, и с Никитой до окончания чемпионата. Договорились?
- Еще вчера! - усмехнулся Савелий. - Это все? - Да, можете идти... - задумчиво проговорила девушка, и когда за ним дверь закрылась, она уже думала о той разборке, которая произошла по ее распоряжению. Прошло уже два дня, а вокруг такое молчание, словно ничего страшного не произошло - и не было убийства братьев, не были взорваны машины. К ее удивлению, молчала даже пресса: ни одной заметки.
Расследование генерала Говорова
О гибели майора Осадчего, которому было поручено разыскать Савелия Говоркова, генералу Богомолову сообщили минут через тридцать, и это известие настолько потрясло его, что он некоторое время не мог поверить в случившееся. Связавшись со следователем, генерал приказал ему отправиться на место происшествия и во всем разобраться. Положив трубку, он задумчиво уставился в никуда, а потом его словно кто-то подтолкнул: он вновь набрал номер, и к счастью, генерал оказался дома.
- Добрый вечер, Константин Иванович! Что-то случилось? - сразу спросил он.
- От вас ничего не скроешь... То ли умер, то ли убит майор Осадчий, - начал рассказывать Богомолов.
- Помню: тот, кому вы поручили Савелия. Где это произошло? Кто ведет следствие?
- У метро "Спортивная" сорок минут назад. Туда выехал следователь Лебедев.
- Толковый малый, хоть и молодой. Выезжаю на место и буду держать вас в курсе! - деловито отчеканил Говоров.
- Спасибо, дорогой Порфирий Сергеевич! - Генерал положил трубку и почувствовал себя более уверенно.
Когда Говоров прибыл на место, сотрудники милиции уже оцепили довольно большой участок. На асфальте Порфирий Сергеевич увидел четыре меловых силуэта. Он отыскал глазами Лебедева и направился к нему.
- Сюда нельзя, гражданин! - строго проговорил сухощавый сержант, преграждая ему дорогу.
- Мне можно, товарищ сержант! - Генерал полез во внутренний карман за удостоверением, но в этот момент его увидел Лебедев.
- Сержант, пропусти, - скоро бросил он. - Здравствуйте, товарищ генерал!
При слове "генерал" сержант вытянулся и даже побледнел.
- Извините, товарищ генерал, не знал! - испуганно выдавил он.
- Ничего-ничего, сержант, все правильно. - Говоров отечески похлопал его по плечу и поздоровался с Лебедевым.
- Какими судьбами, Порфирий Сергеевич? - Здесь что, бойня была? - нахмурившись, спросил Говоров.
- Вот, товарищ генерал... - Понимая, что сейчас не до светской беседы, следователь открыл папку и достал пакет, в котором лежали три авторучки и иностранный паспорт. - Некто Жорж Кроупп, у него были обнаружены эти стреляющие авторучки. Опрос свидетелей ничего не дал, но есть предположение, что стрелял именно Жорж Кроупп. - А что он сам-то говорит?
- В том-то все и дело, что ничего. Он тоже мертв, но отчего помер, ума не приложу: говорят, что он шелшел и внезапно упал...
- Остальные трупы опознаны? - быстро спросил Говоров.
- Только майор Осадчий, старик - пока нет. - А четвертый? - Он оглядел четыре силуэта на асфальте.
- Четвертый оказался жив, только ему очень спать захотелось...
- Понятно... Куда отправили трупы? - Во Вторую городскую. Если вы туда, то поедем вместе: здесь больше ничего не выжмешь... - Следователь повернулся и окликнул мужчину лет сорока пяти: - Иван Кондратьевич, доведите все до конца, а мы во Вторую городскую...
- Хорошо, Василий Александрович, как закончу - к вам.
Когда они сели в машину, генерал спросил: - А у старика и у того, что оказался спящим, ничего не оказалось в карманах, что ли?
- Почему не оказалось... - хитро улыбнулся следователь. - Я как раз хотел вам показать. - Он открыл портфель, лежащий на сиденье, и вытащил два полиэтиленовых пакета, в которых было по пистолету Макарова.
- Вот как? Очень интересные ребята! - Глаза бывшего генерала задорно заблестели.
- А тот, что оказался живым, по удостоверению, выданному фирмой "Элонс", является Каримом Керимовым и работает консультантом по общим вопросам. Думаю, что он - телохранитель этого старика.
- Похоже на то, - задумчиво согласился Говоров. - Вот что, дорогой Лебедев, все это срочно на экспертизу. - Он кивнул на пакеты. - Майора Осадчего - на вскрытие, а Керимова срочно вывести из сна! Да, и проверьте этого Жоржа не только по нашим каналам, но и по линии МВД.
- МВД? Странно... - следователь недоуменно пожал плечами.
- Так, на всякий случай: что-то мне лицо его показалось знакомым. - Понял! Куда сейчас?
- Пока будут приводить в чувство Керимова, хочу взглянуть на трупы...
Когда Порфирий Сергеевич пришел в морг, то майора Осадчего уже не застал: увезли на вскрытие. Дежурный врач, встретивший его, был очень любезен, несмотря на запавшие от усталости глаза. "Интересно, что ему наговорил про меня Лебедев?" - с иронией подумал генерал и, деловито поздоровавшись, спросил: - Что-нибудь предварительно сказать можете? - Не только предварительно, - вздохнул пожилой врач. - Я буду весьма удивлен, если мой диагноз не подтвердится вскрытием... Итак, у того, что увезли, обнаружат небольшую пульку с быстродействующим ядом. - Смерть была почти мгновенной. Второй, пожилой мужчина лет шестидесяти восьми-семидесяти, умер от сердечной недостаточности. - Третий, молодой мужчина лет тридцати пяти. - Доктор вздохнул с сожалением. - Вот кого здоровьем Бог не обидел, но... - Он покачал головой. - Работали профессионалы! При вскрытии в его сердце наверняка будет обнаружена дыра. - Пуля?
- Нет, товарищ генерал. - Доктор оживленно заходил из угла в угол. - За время моей работы в моргах это второй случай. - В первый раз я дал маху: не обратил внимание. Хотите взглянуть?
- Обязательно! - нетерпеливо воскликнул Порфирий Сергеевич. - Отлично, пошли.
Он проводил Говорова в огромное помещение, с оцинкованными столами и уверенно подвел к самому дальнему, где лежал огромный детина.
- Вот, смотрите! - В голосе доктора слышалось восхищение, словно он собирался продемонстрировать важное открытие. Он отодвинул в сторону руку мертвеца и показал на малюсенькую точку, похожую на родинку.
- И что я должен сказать? Что вижу странную родинку? - Говоров пожал плечами.
- Именно такую ошибку я и допустил лет двадцать назад, - довольно улыбнулся доктор и вытащил из кармана лупу. - Смотрите теперь...
- Похоже на запекшееся кровавое пятнышко, - не очень уверенно ответил Порфирий Сергеевич.
- В самую точку, товарищ генерал! - воскликнул доктор. - Именно так и убили этого бугая: всадили ему в бок длинную стальную спицу! Потому-то я и уверен, что в сердце будет обнаружена дыра!
- Звучит убедительно, - сказал старый генерал, однако без большой уверенности. - А как же со стариком? Кстати, где он?
Доктор подвел его к столу, на котором лежало тело, покрытое простыней, и откинул ее.
- Кроме разнообразных медицинских терминов, которые я мог бы произнести для определения причин смерти... - начал доктор, но его неожиданно прервал Говоров.
- Погодите-ка, уважаемый доктор! - сказал он, уставившись на лицо мертвеца.
- Неужто знакомого встретили? - не без опаски произнес доктор, боясь, что генерал опознал близкого человека.
- Вы угадали, доктор, старинного знакомого, по которому многие тюрьмы плакали... Когда можно будет поговорить с тем, что остался в живых?
- Которого едва в мертвые не определили? - усмехнулся доктор. - Думаю, что он уже способен отвечать на ваши вопросы. Он в тридцать первой, на втором этаже. - Один? - встревожился старый генерал. - Ну почему один, кто-то из ваших составил ему компанию. Проводить?
- Спасибо, доктор, сам найду. - Говоров крепко пожал врачу руку и быстро направился в сторону выхода.
Он шел, встревоженный, ведь на столе он увидел Воланда! Человека, которого Савелий несколько лет назад собственноручно захватил и доставил под окна Комитета государственной безопасности. Но тогда его арестовать так и не удалось: дружки выручили. И вот на тебе! Лежит себе на столе мертвый... Старому генералу казалось, что эта смерть как-то связана с Савелием. Он и Воланд были смертельными врагами и если бы они столкнулись на узкой дорожке, один из них должен был умереть! Но смерть Воланда явно не была делом рук Савелия, да и другие погибли не так, как мог бы это сделать его любимый ученик. Что-то не давало успокоиться старому генералу, и он решил повнимательнее приглядеться ко всем деталям.
Когда он вошел в небольшую палату на одного человека, молодой парень ярко выраженного восточного типа сидел на кровати и раскачивался из стороны в сторону, уставившись в одну точку. Его руки были скованы за спиной наручниками. Рядом сидел упитанный старший сержант, не сводя с него глаз. Его взгляд был цепким, но совершенно невозмутимым.
- Старший сержант... - начал Порфирий Сергеевич, переступив порог. - Дубенков! - громко закончил тот, вскакивая со стула. - Меня уже предупредили, товарищ ге... - Он тот же поправился: - Товарищ Говоров!
- Подежурьте у дверей, чтобы нам не мешали, - приказал генерал.
- Слушаюсь! - Сержант вышел и встал у самых дверей, широко расставив ноги. Было ясно, что покинуть свой пост он может только мертвым или по приказу генерала.
- Вот что. Карим, я не буду мучать тебя вопросами - это еще впереди... - устало проговорил Говоров, давая понять парню, что пришел он к нему только потому, что так "положено", а вобще-то он устал и торопится домой, чтобы принять ванну, выпить стопочку-другую и лечь в мягкую постель перед экраном телевизора. Генерал даже деланно зевнул. - Ответь только на один вопрос: ты видел раньше того парня, что вам встретился?
- Бля буду, начальник, никогда не видел! - горячо возразил тот, и генерал, наобум задавший этот вопрос, с волнением сделал паузу, чтобы успокоить взбунтовавшиеся нервы. - А ты смог бы его описать?
- А чо его описывать: крепкий такой, голубоглазый, светловолосый... не знаю, что еще сказать... - Он прищурил и без того узкие глазки. - А, вот еще... - Он скосил глаза на свою щеку. - Шрам у него был, рваный такой...
- Вот здесь? - генерал намеренно провел пальцем по другой щеке.
- Точно, только с другой стороны... Да, с другой! - уверенно добавил он, на секунду прикрыв глаза, словно мысленно вспоминая Савелия. - Давно освободился? - быстро спросил генерал. - Два года уже... - Карим тяжело вздохнул. - Ну вот, а теперь, если нет других делишек, за пистолет посидишь.
- Нет, - тот тряхнул уверенно лохматой головой. - За пушку меня не посадят: разрешение имеется! - горделиво заявил он. - А за другое... пусть ищут. Найдут - отсижу, нет - извините!
- Ну что же, желаю удачи! - усмехнулся генерал, встал со стула и направился к двери.
- Как? - удивленно воскликнул Карим. - И только за этим ты приходил, начальник?
- Угадал: только за этим. Дежурный! - крикнул он, и в палату заглянул старший сержант. - Займите свой пост. Я ухожу.
- Товарищ Говоров, вас ожидает следователь! - тут же доложил старший сержант. - Где ожидает? - удивился генерал. - В коридоре. - Почему не зашел?
- Так вы же сами сказали не мешать, - смутился тот.
- А-а... - хмыкнул Говоров. - Все правильно! Когда генерал вышел из платы и увидел Лебедева, то с трудом сдержал смех. - Не пустили?
- "Сказали, чтобы никто не мешал допросу!" - очень похоже передразнил следователь старшего сержанта. Они оба засмеялись, но Говоров тут же спросил: - Есть новости?
- Ну вы даете, товарищ генерал, - и получаса не прошло. - Следователь покачал головой и добавил: - Однако новость есть. Вскрытие тела майора показало, Что он умер от быстродействующего яда, попавшего в организм...
- ...из маленькой пульки, выпущенной скорее всего из ручки-пистолета, - закончил за него генерал.
- Откуда... - начал тот, но Говоров сразу же пояснил:
- О причинах смерти каждого мне рассказал дежурный врач морга, который так долго проработал на своем месте, что обходится без вскрытия. И, судя по тому, что вы мне сказали, он редко ошибается. Но меня интересует другое: кроме документов и стреляющих ручек у этого Жоржа было еще что-нибудь?
- Да-а, - протянул восхищенно следователь. - Много я слышал о вас, но... - Он вытащил из портфеля две фотографии и протянул генералу одну, на которой Савелий был снят в окружении душманов. - Эта фотография была у так называемого Жоржа Кроуппа, он же Георгий Крупнии, а эта - на второй фотографии Савелий стоял со своим названным братом Андреем Вороновым - была найдена у майора.
- Так я и думал... - проговорил Говоров. Когда Карим описывал встретившегося им парня, генерал сразу же понял, что речь идет о Савелии Говоркове, его любимом ученике. И сейчас, увидев его на фото, он встревожился за его жизнь. Чтобы не было никаких сомнений, Говоров, не говоря ни слова, быстро вернулся в палату. Лебедев поспешил за ним. Старший сержант моментально вскочил со стула, увидев влетевшего в комнату генерала.
Говоров, не обращая на него внимания, быстро подошел к кровати и сунул Кариму под нос фото Савелия. - Это был он?
- Он, - подтвердил парень и удивленно взглянул на странного мужчину в штатском.
- Я так и думал, - тихо повторил генерал и, ни слова не говоря, вышел из палаты, оставив в недоумении старшего сержанта и Керимова. В коридоре генерал внезапно остановился. - Вот что, Лебедев, - задумчиво произнес он. - Эти фотографии я оставлю пока у себя, нужны будут - позвонишь Богомолову! Продолжай работу, но могу тебе сказать, что убийца старика и майора лежит в морге с дырой в сердце, а кто сделал эту дыру... - Он помолчал немного. - Мне это хотелось бы узнать как можно скорее! Но я прошу, дорогой Лебедев, пока ни с кем не делиться моими выводами.
- Понял, товарищ генерал! - серьезно отозвался тот. - Кроме нас с вами, о них никто не узнает.
- Вот и хорошо. Обо всех новостях моментально сообщать мне или генералу Богомолову. - Есть, товарищ генерал!
- Желаю нам удачи, - сказал Говоров и пошел к выходу.
По дороге к Богомолову старый генерал старательно пытался соединить все звенья в единую цепочку, выстроить что-то определенное. Но как бы он не выстраивал ситуацию, в нее никак не вписывалось поведение Савелия. Не мог он вести себя так, когда вокруг гибнут люди, не мог! Но это же был он? Он! Так что же? Одно из двух: либо он, старый дурак, так и не знает своего любимого ученика, либо с Савелием что-то произошло... Но что?
Богомолов ожидал его уже с Вороновым. Стараясь не упустить ни одной подробности, Говоров рассказал все, что узнал о происшествии на Пироговке.
- Занятно, очень занятно... - задумчиво проговорил Богомолов. - А что вы можете сказать об этом ЖоржеГеоргии? - неожиданно спросил он, быстро подняв глаза на Говорова.
- Мне кажется... нет, я просто уверен, что Жорж - посланник Рассказова, - уверенно ответил тот.
- И ваша уверенность имеет под собой реальную основу! - Генерал сделал эффектную паузу и продолжил: - Я сразу же, как только узнал об этом Кроуппе, сделал запрос Майклу и только что получил от него ответ. Жорж Кроупп или Георгий Крупнин работает на Рассказова, а все его бумаги для поездки в Москву проталкивал некий Стив Блессинг по прозвищу Красавчик-Стив.
- Это надо же! - с горечью воскликнул Воронов. - Каких-то четыре дня в Москве и уже вышел на Савелия, а мы... - Он махнул рукой.
- Удачное стечение обстоятельств, - резонно заметил Говоров. - Я просто уверен в этом!
- Не слишком ли много случайностей и совпадений? Рассказов, Воланд... - начал перечислять Андрей.
- Не забывай, что и наш майор оказался в тот момент там же, - напомнил Богомолов.
- И поплатился за это жизнью... - с грустью добавил Говоров.
- До сих пор не верю! - Богомолов встал и с раздражением стал холить по кабинету. - Опытный сотрудник, столько лет проработал в органах и так бездарно погиб!
- Всего предусмотреть невозможно, - вздохнул Говоров. - Откуда он мог знать, что, встретив Савелия, он тут же столкнется, и с его врагами? Пожалуй, роковой его ошибкой было то, что он не вызвал подкрепление, но допускаю, что он просто не успел.
- Этого мы уже никогда не узнаем. - Богомолов огорченно вздохнул. - Непонятно одно: куда мог исчезнуть Савелий? Неужели испугался и сбежал?
- Все что угодно, только не это! - горячо возразил Воронов. - Не мог Савелий так поступить!
- Я тоже так считаю, - поддержал его Говоров. - Думаю, что его вынудили уйти с места происшествия!
Хозяин кабинета хотел что-то сказать, но в этот момент в селекторе раздался голос помощника:
- Константин Иванович, звонит некто Лебедев, говорит - срочно!
- Соедините! - приказал генерал, переглянувшись с Говоровым.
- Извините, товарищ генерал, что беспокою... - начал Лебедев.
- Говорите! - перебил его Богомолов. - Моему помощнику удалось найти одного свидетеля, который видел, как парня со шрамом усадили в бежевую "девятку" трое молодых мужчин. Номер, к сожалению, он не запомнил, да и обратил на это внимание только потому, что за этой "девяткой" двинулся целый эскорт: два "мерседеса" и "Москвич".
- Попробуйте с этим свидетелем поработать и составить фоторобот "молодых мужчин", - приказал Богомолов.
- Этим сейчас занимаются, - ответил следователь. - Рад, что не ошибся в вас!
- Спасибо, товарищ генерал. - По голосу было слышно, что Лебедеву очень лестна похвала высокого начальства. - Передайте генералу Говорову, что дежурный врач морга оказался прав на сто процентов: все его предположения подтвердились при вскрытии. Копии заключений находятся у меня.
- Хорошо! Как только будут готовы фотороботы, разошлите их по всем отделениям! Если их обнаружат, установите наблюдение и доложите.
- Слушаюсь, товарищ генерал. Разрешите выполнять?
- Выполняйте. - Богомолов положил трубку и повернулся к Говорову. - Это уже кое-что.
- Очень интересно... - проговорил Говоров. - Кто же это тебя так "окучивает", Савушка?.. Кстати, капитан, - обратился он к Воронову, - вы не об этой фотографии рассказывали? - Говоров вытащил из внутреннего кармана фото Савелия в окружении душманов.
- То же место, но другой ракурс... Нет, это не фото! - уверенно произнес он. - Откуда оно у вас?
- Эта фотография обнаружена у Жоржа Кроуппа, то есть у Георгия Крупнина.
- Ай да Рассказов! - с явным восхищением произнес Богомолов, посмотрев на фото. - И с душманами подружился!
- Нет, товарищ генерал! - быстро возразил капитан и тут же смущенно добавил: Простите. Разрешите сказать?
- Ладно, попробуйте, товарищ Воронов! - усмехнулся Богомолов.
- На втором плане виден тот, кого опознал Майкл Джеймс - некто Уокер. - Капитан прикрыл глаза, вспоминая, что, им поведал Майкл. - Был инструктором в Африке, наемник со стажем, двойной агент... Уверен, что именно через него Рассказов заполучил это фото.
- Уокер... Уокер... - несколько раз повторил Богомолов. - Что-то очень знакомое.
- Вы пили когда-нибудь виски "Джонни Уокер", товарищ генерал? - с иронией напомнил Говоров.
- В другой момент я бы посмеялся... - задумчиво проговорил Богомолов, потом нажал на кнопку селектора. - Миша, ты уже отнес материалы по задержанию на таможне?
- Нет еще, они у меня, - отозвался помощник. - Принести?
- Обязательно! - нетерпеливо сказал Богомолов, и вскоре в кабинет заглянул моложавый подполковник. - Разрешите, товарищ генерал? - Давай, Миша!
Взяв пухлую папку, генерал стал быстро листать бумаги, приговаривая себе под нос:
- Это не то... не то... так... нет... - Но вот он победоносно взглянул на Говорова. - Не подвела меня память-то! - Он пробежал нужный листок глазами. - Ага, вот: "Задержанный совершенно случайно назвал фамилию, как он сказал, давнишнего приятеля, который, по его словам, к данному делу никакого отношения не имеет. В его голосе мне послышалась какая-то фальшь, и потому я решил занести эту фамилию в протокол - Уокер. В дальнейшем, когда я снова заговорил об этом Уокере, задержанный пояснил, что много лет назад воевал вместе с ним... Следователь по особо важным делам Прокуратуры РФ А.С.Семушкин". Ай да Семушкин! - довольно потирая руки, проговорил Богомолов. - Нужно будет снова связаться с Майклом.
- Вряд ли Майкл Джеймс знает, где сейчас Уокер, - скептически проговорил Говоров. - После провала с Савелием многие участники тех событий ушли на дно.
- Но Рассказов-то не ушел! - вставил Воронов. - А ему просто деваться некуда, - хмыкнул Богомолов. - Поэтому он и пошел на такой риск, как посылку наемника.
- И я не буду удивлен, если он послал к Савелию не одного человека, - добавил Говоров. - Нам крайне необходимо найти Савелия первыми!
- Но почему он сам молчит и не выходит на связь? - с горечью воскликнул капитан.
- В этом вся и загвоздка! - Богомолов развел руками.
- Мы узнали главное: он жив. А все остальное спросим, когда повстречаемся! - бодро подытожил Говоров.
Неприятные вести из Москвы
Красавчик-Стив был не в самом хорошем расположении духа: сегодня Жорж, посланный им в Москву, опять не вышел на связь. Если в первый раз, не услышав его голоса, Стив не очень взволновался, то сейчас он был выбит из колеи. Через пару дней он должен услышать весточку от второго человека, посланного на всякий случай вдогонку Жоржу. Второй посланец был американцем в третьем поколении и работал на Стива только из-за денег, которых у него всегда катастрофически не хватало: он был очень азартным игроком и играл во все, что могло заставить его помечтать о "сказочном" выигрыше. Но надо сказать, что Джон Кинг (как ни странно, это была его подлинная фамилия, а не кличка) ни разу не закончил игры с положительным для себя итогом.
Если Жорж был выходцем из России и мог совершенно спокойно раствориться в российской толпе, то Книг знал по-русски всего несколько слов. На всякий случай и он имел в кармане фотографию Савелия, но его главной задачей было вовремя сообщить, как дела у Жоржа. Задача была не из сложных, и Джон сразу же согласился, тем более что он давно мечтал побывать в этой странной стране. Он выклянчил себе на расходы больше, чем предполагал, и был этим очень доволен, не подозревая о том, что Красавчик-Стив, зная слабость Книга, сначала предложил ему меньшую сумму, а затем "скрепя сердце" увеличил ее. И оба остались довольны друг другом...
Красавчик-Стив, раздраженно меряя шагами кабинет, с нетерпением ожидал, когда позвонит Джон. Он чувствовал, что в Москве что-то случилось. Еще тогда, когда Рассказов приказал прислать в Москву надежного человека, Стив подумал, что это довольно рискованная затея. Мало того, что разыскать в огромном городе человека, которого не могут найти органы, почти невозможно, так его еще нужно было попытаться вывезти из страны или, в крайнем случае, - убить. Нужно отдать должное Жоржу: он уже выполнял подобные поручения, и срывов у него не было. Несмотря на свою внешнюю безалаберность, он был исполнительным и пунктуальным боевиком, и то, что он не вышел дважды на связь, было на него непохоже.
На свой страх и риск Красавчик-Стив решил послать не только Джона для наблюдения за Жоржем, но и еще одного боевика, на которого мог положиться, как на самого себя. Рональд Бредфорд был "дубовым", как прозвал его Стив, исполнителем. Он, словно робот, выполнял все, что ему приказывал Стив, которого он считал своим господином и покровителем. Он забрал Рональда из "психушки", в которой тот мучился лет с двенадцати. Его упрятала туда мать, родственница Стива, перед тем, как сама попала в наркологическую больницу, где тихонько и скончалась, взяв перед смертью со Стива слово, что он позаботится о ее сыне.
Понемногу встав на ноги, Стив вспомнил о своем обещании и решил навестить "малыша". Каково же было его удивление, когда к нему вышел двухметровый верзила. Его детское лицо было каким-то вяло-потухшим и безразличным. Сильно сомневаясь в правильности своего решения, Красавчик-Стив оформил необходимые документы, забрал его из психбольницы и привез в свою пятикомнатную квартиру. Ронни было двадцать четыре года, о нем никогда никто не заботился, и доброе отношение к нему Стива настолько поразило его, что он привязался к нему, как собачонка. Ронни был немногословен, тих и неприметен, несмотря на свой внушительный вид, и это вполне устраивало Красавчика-Стива. Во всяком случае, ему понравилось, что тот никогда ему не мешал, а внушительный вид Ронни заставлял посторонних верить, что он телохранитель Стива.
Вполне возможно, что так бы продолжалось довольно долго, если бы не один случай. Красавчик-Стив пришел в один ночной клуб, чтобы взять с хозяина обычный "защитный взнос", но тот, решив, что больше не нуждается в подобных "услугах", нанял троих охранников. Когда Красавчик-Стив повысил голос, хозяин приказал выбросить его из клуба. Там было много посетителей, и Стив не мог воспользоваться пистолетом. Он уже хотел ретироваться и отложить разборку до другого раза, но в этот момент Ронни почувствовал, что его покровителю угрожают. Смирный парень неожиданно превратился в настоящего зверя, защищающего своего детеныша. Он с такой легкостью раскидал троих охранников, что все вокруг оцепенели, а сам хозяин застыл с открытым ртом. Ронни, оглядевшись и не заметив больше никакой опасности для своего покровителя, мгновенно успокоился и стал влюбленно глядеть на Стива.
Подошел хозяин клуба и безропотно отдал деньги. Красавчик-Стив успел уже взять себя в руки и снисходительно похлопал его по плечу.
- Смотри, в последний раз прощаю! - сказал он и повернулся к своему неожиданному защитнику. - Пошли, дорогой Ронни, все в порядке! - Он проговорил это с такой нежностью, что Ронни заулыбался во весь рот и пошел вслед за ним. Он глядел по сторонам с видом человека, которого любят, о котором заботятся. Ради Стива Ронни был готов на все...
С тех пор прошло четыре года. За это время Стиву удалось сильно улучшить умственные способности своего подопечного. Хорошее отношение сделало то, что не удалось бы ни одному психиатру. А природные данные Ронни были настолько хороши, что школу боевых искусств, в которой воспитанники обучались около двух лет, он закончил за год и стал отличным боевиком. Его преданность Стиву была настолько безрассудной, что он не задумываясь мог вцепиться зубами в любого, кто попытался бы недобро посмотреть на благодетеля.
Вручив Ронни фото Савелия и двух других посланников, Красавчик-Стив приказал ему то же самое, что и Жоржу. Он был уверен в Ронни, как в себе самом, и потому нисколько не беспокоился, зная, что тот ни за что не отойдет от поставленной задачи и не станет понапрасну себя подставлять. По его расчетам, Ронни уже должен был разыскать Джона и Жоржа.
Он взглянул на часы: осталось несколько минут до сеанса связи, и Стив волновался. Неужели опять не будет звонка? В эту минуту тишину взорвал длинный междугородний звонок, и Стив мгновенно схватил трубку. - Слушаю!
- Стив? Это Джон, - услышал он чуть встревоженный голос.
- Говори! - нетерпеливо бросил Стив. - Знакомого пока не нашли, а наш приятель ушел в бессрочный отпуск...
- Все документально оформлено? - Красавчик-Стив с трудом сдержался, услышав, что Савелий пока не найден, а Жоржа отправили на тот свет, и спросил Джона, знает ли тот подробности его гибели.
- Более или менее, - ответил Джон. - Какие будут поручения, шеф? - Мой сынок связался с тобой? - Он сейчас сидит рядом, дать ему трубку? - Подожди! Его задача остается прежней: отыскать нашего знакомого и пригласить его в гости, а тебе придется помочь ему в поисках. Денег не жалеть! Попытайтесь как можно больше быть на людях и держите глаза и уши открытыми. У вас есть десять дней, если вы его не найдете, возвращайтесь. Но было бы лучше, если бы вы его отыскали! - В его голосе послышалась явная угроза. - Дай трубку сыночку!
- Стив, родной, здравствуй! - услышал он радостный голос Ронни. - Очень скучаю по тебе!
- Здравствуй, Ронни! Я тоже по тебе скучаю и очень люблю тебя. Как только ты найдешь того человека, о котором мы с тобой говорили и привезешь ко мне в гости, так и увидимся.
- Всю Москву переверну, а найду его! - горячо проговорил Ронни. Стив в его словах нисколько не сомневался. - Дай трубку Джону! Вот что, Джон, при любых обстоятельствах звони мне в определенные часы. При любых! - жестко добавил он. - А если что-то срочное, то в любое время дня и ночи! - Понял, шеф! Можешь быть уверен! Красавчик-Стив положил трубку и задумчиво покачал головой: что он сейчас скажет Рассказову? Можно себе представить, как он разъярится, когда услышит, что его кандидат, не выполнив задания, отправился на тот свет. Зная своего шефа, Красавчик-Стив мог предположить, что тот прикажет ему самому отправиться на выполнение этого сложного задания.
При других обстоятельствах Красавчик-Стив с удовольствием побывал бы в России, на родине своих предков. Его дед эмигрировал из Питера незадолго до Октябрьской революции, почувствовав что ничего хорошего не может произойти в стране, где открыто проповедуют "всеобщее равенство и братство".
Дед был человеком с головой, но владел не очень большими капиталами, однако сумел их приумножить, оставив сыну в наследстро хороший дом, доходное дело и приличный счет в банке. Но сын довольно сильно отличался от отца. Он рано женился, был мотом, выпивохой и любил по-крупному рисковать на бирже. Ни в одном из трех своих увлечений он не знал меры и успел промотать все наследство еще до того, как Стив достиг совершеннолетия. У них остался только дом, много раз перезаложенный. А когда Стиву исполнился двадцать один год, его отец, набравшийся по этому поводу сверх меры, оставил грешную землю. Он попал под грузовик, который, по иронии судьбы, был доверху наполнен отменным виски, столь любимым покойником.
Его мать, всю жизнь боровшаяся с пороками мужа, после его гибели моментально сдала, словно ее силы поддерживались только этой борьбой. Через пару месяцев она слегла и вскоре отправилась вслед за мужем, чтобы продолжить борьбу за его душу уже в загробном мире.
Оставшись один, Стив довольно быстро оказался на улице. Беспощадные кредиторы отобрали в счет погашения долгов отца все, что имело хотя бы какую-то ценность: дом, мебель, даже те немногочисленные тряпки, что не успел пропить безалаберный отец. После неудачных попыток найти работу Стив несколько раз попадал за решетку и скорее всего, обладая дурным характером, закончил бы жизнь с ножом в груди под забором, но однажды он познакомился с крутым мужиком, который и взял его пол свое крылышко.
Этот мужик занимался довольно опасным ремеслом - контрабандой наркотиками. Он был одним из доверенных людей того бизнесмена, с которым впоследствии разделался Рассказов. Однажды Стив вместе со своим покровителем пришел к Рассказову "качать права". Убив главаря. Рассказов побеседовал с каждым из сопровождающих в отдельности. Стив мгновенно понял, что Рассказов именно та лошадка, на которую можно ставить не задумываясь, и ответил согласием на предложение работать на него. Его прямота понравилась Рассказову, и с этого момента Стив превратился в Красавчика-Стива. Важным моментом было и то, что Стив поведал Рассказову о своем деде, выходце из России.
Красавчик-Стив, никогда никому не присягавший на верность, оценил нового шефа и стал преданно служить ему. Постепенно Рассказов, убедившись в его верности, приблизил к себе и сделал своей правой рукой. Нужно заметить, что не только сам Рассказов учинял Стиву неожиданные проверки. Его противники, стремясь добраться до Рассказова, пытались запугать и подкупить Стива, но тот не шел ни на какие сделки и моментально докладывал обо всем своему шефу. Стив обладал хорошей реакцией, отличной интуицией, и эти качества не раз спасали не только его самого, но и Рассказова...
Прежде чем отправиться к шефу, Красавчик-Стив позвонил ему. Он хорошо знал его распорядок дня - в этот момент тот занимался своими "курочками". Неожиданный приход сам по себе мог вызвать неудовольствие шефа, а если учесть информацию, которую нес ему Стив, стоило ожидать бури.
- Приветствую вас, шеф! - деланно бодро сказал Стив в трубку. Он услышал плеск воды. Значит, шеф не изменил привычке, и сегодня: он принимал "курочек" в бассейне.
- Есть новости? - томно спросил Рассказов, расслабившийся от легких прикосновений своих массажисток.
- Да, кое-что есть, - уклончиво ответил Красавчик-Стив, облегченно вздохнув: судя по всему, шеф был в отличном расположении духа.
- Срочно или как? - спросил Рассказов, и Стив сразу же понял, что тому не очень хочется прерывать массаж.
- Или как! - весело отозвался тот. - Не хочешь присоединиться к нам? - неожиданно услышал Стив и немного опешил. Однажды случилось так, что они с Рассказовым здорово перебрали и очнулись под утро в окружении "курочек". Шеф тогда ничего не сказал Стиву, но несколько дней удерживал его на расстоянии, обращался с ним сухо и только по делу.
- Но... - начал Красавчик-Стив, не зная как реагировать на столь лестное предложение, которое могло оказаться и обычной проверкой.
- Успокойся, дорогой мой мальчик, забудь о том, что было. Сейчас я тебя приглашаю без всяких задних мыслей. Просто мне хочется разнообразить свою сексуальную жизнь! - сказал Рассказов откровенно. - И мне хочется, чтобы в этом разнообразии участвовал самый близкий мне человек! Если хочешь, можешь взять с собой ту "курочку", которую ты привез с собой...
Теперь Стиву все стало ясно: Рассказов никак не может смириться с тем, что он с ним не посоветовался, когда привез для себя из Таиланда Уонг-Диану. Ну что же, шеф имеет на это полное право. Это был единственный раз, когда Красавчик-Стив не стал раскрывать перед ним своих намерений. Когда Рассказов как бы мимолетно предложил прихватить девушку с собой, Стив понял, что сейчас он должен раз и навсегда определить свое отношение к шефу. Он понимал, что если придет один, без Дианы, то Рассказов не покажет вида, что это его както задело, но в нем застрянет заноза, которую Стиву будет очень сложно вытащить. Стоит ли девушка таких жертв? Да, она мила, преданна, заботлива, и он ей обещал, что, кроме него, у нее никого не будет, но... Взвесив все за и против, Красавчик-Стив решил, что вряд ли стоит держать слово, данное девушке: она должна его понять. Он решительно нажал на кнопку связи с Дианой: в момент нажатия в ее спальной раздавался звоночек, и она знала, что господин хочет видеть ее.
Когда он прошлый раз раздраженно выгнал ее, Диана нисколько не была обижена, понимая, что внезапная злость исходит не от него, а от посторонних сил. Однако как он не хочет понять, что она любит его и хочет разделить с ним все невзгоды, все белы, сделать так, чтобы ему было хорошо? Вернувшись к себе, Диана уткнулась в учебник английского языка и стала монотонно повторять новые слова, но ее мысли возвращались к нему. Она была счастлива, ее баловали, хорошо одевали и кормили. Она научилась делать массаж, а ее руки словно специально были созданы для этого, они снимали не только усталость, но и боль. Она скучала лишь по общению с подругами: кроме Красавчика-Стива, она никого не видела, не считая пожилой угрюмой американки, которая обучала ее языку и хорошим манерам.
Она настолько ушла в свои мысли, что не сразу услышала радостный для нее звук колокольчика, который возвещал о том, что ее Повелитель помнит о ней. Диана вздрогнула, швырнула книгу и радостно бросилась к зеркалу. Ее сердце почему-то тревожно билось, но Диана отбросила страхи в сторону и поспешила к Нему.
Стив принимает решение
Красавчик-Стив лежал на огромной софе в атласном халате. Диана счастливо улыбнулась, едва увидев его красивые улыбающиеся глаза. Видно, к нему вернулось хорошее настроение, и она, ни слова не говоря, медленно подошла, опустилась на колени и прижалась благодарно к его руке, ожидая знака для дальнейших действий. Она настолько тонко чувствовала его желания и перепады настроения, что иногда это даже удивляло Стива. Их любовные ласки были возведены до степени неких ритуальных действий, и в основном это исходило от нее. Именно она была режиссером этого одухотворенного эротического действа, а ему отводилась роль актера и зрителя.
Прошло несколько томительных минут, но он не предпринимал никаких действий. Диана тихо спросила: - Милый, тебя что-то мучает? Скажи... Красавчик-Стив с грустью взглянул ей в глаза. Он был талантливым актером, и театральные подмостки многое потеряли в его лице. Изображая грусть, КрасавчикСтив был занят только одной мыслью: как ей сказать обо всем, чтобы сохранить ее верность?
- Ты хочешь сказать мне что-то плохое? Ты хочешь расстаться со мной? - прошептала она с тревогой. Слезы вот-вот были готовы брызнуть из ее огромных глаз.
- Нет, моя милая Диана, я не хочу расставаться с тобой... - тут же отозвался он и снова многозначительно замолчал.
- Не хочешь? - радостно воскликнула девушка. Это было для нее главным, все остальное ее нисколько не заботило. - Милый, тогда все в порядке: если ты не хочешь со мной расставаться, то все остальное... - она забавно пожала плечиками и по слогам добавила: - Е-рун-да! - Ты уверена?
- Абсолютно! - не задумываясь воскликнула девушка.
- Даже если тебе придется быть милой и обаятельной с другим мужчиной? - неожиданно спросил он.
- С другим? - она несколько растерялась, помолчала немного. - А тебе это нужно? - Очень... - Он тяжело вздохнул. - Для моего повелителя я сделаю все, что он прикажет, - серьезно проговорила девушка, и сейчас она была не Диана, а Уонг. Это было поразительно. Она добавила: - Могу даже умереть, если тебе нужно.
- Я... я очень благодарен тебе, моя Уонг, - тихо сказал он.
- Да, мой повелитель, я сейчас - Уонг... Кто он? - Это мой хозяин.
- Я все поняла: он должен быть довольным. - Да... - Он снова вздохнул.
- Куда я должна идти? - спросила девушка и встала с колен.
- Я там тоже буду, и там ты увидишь своих подруг. - Красавчик-Стив поднялся с софы и вдруг обнял девушку за плечи и крепко прижал к груди.
- Правда? - Она даже обрадовалась, затем подняла на него свои огромные глаза. - Я поняла: всем должно быть весело и хорошо. Я все сделаю, и всем будет хорошо, обещаю! - твердо проговорила девушка, затем крепко поцеловала Красавчика-Стива, вложив в этот поцелуй всю свою страсть и нежность. - Пошли!
- Подожди... - Красавчик-Стив критически оглядел ее коротенький полупрозрачный халатик, который едва прикрывал узенькие плавочки и обнаженную пышную грудь, и остался доволен. - Идем! - Он обхватил ее за талию, и они направились к выходу...
Рассказов возлежал на невысокой кушетке. Над его телом трудились три таиландки, нежно пробегая по нему пальчиками. Четвертая, самая молодая, сидела перед ним, и он привычно ласкал грудь, живот, бедра, заставляя ее всякий раз вздрагивать, когда пальцы прикасались к заветным местам. Очень тихо и неназойливо играла восточная мелодия, которая, казалось, обволакивала и завораживала.
В какой-то момент Рассказов почувствовал в движениях и прикосновениях девушек нечто совсем необычное и удивленно скосил глаза, чтобы понять, чтр происходит. Увидев Красавчика-Стива с молоденькой стройной девушкой, Рассказов довольно улыбнулся. В который раз он убеждался в том, что Красавчик-Стив готов ради него на все. Он привел сюда свою пассию, в которую, по достоверным сведениям, был действительно влюблен и которую пока никому еще не показывал, а значит, Стиву не жалко ее для своего хозяина.
Рассказов медленно встал с кушетки и подал знак "курочкам", которые, как ни странно, не бросились, как обычно в бассейн, а уставились на вошедших, словно увидели привидения. Рассказов вспомнил, что эти девушки оттуда же, что и та, которую привел Красавчик-Стив.
- Стив, дорогой, как я рад, что ты принял мое приглашение и пришел не один, а с изумительной девушкой! - радушно воскликнул он.
- Ее имя - Уонг! - представил девушку Стив, и та мгновенно оценила это: представив ее как Уонг, Стив словно отделил свою Диану от той, что присутствует здесь. Она благодарно посмотрела на него, потом, стараясь понравиться Рассказову, грациозно подошла и опустилась на колени.
- Я очень рада, мой Господин, быть представленной вам.
- Она не только мила, но и отлично говорит по-английски! - Рассказов повернулся к остальным девушкам и милостиво сказал: - Я знаю, что вы подруги, и потому пообщайтесь между собой, пока мы поговорим с Красавчиком-Стивом о разных глупостях.
- Спасибо вам, Господин, я очень давно не видела подруг! - воскликнула Уонг, потом встала, сделала шаг к Рассказову и благодарно поцеловала ему руку.
Этот странный порыв девушки неожиданно чуть смутил Рассказова, и он повернулся к Красавчику-Стиву:
- А ты умеешь воспитывать своих девушек... - Ваша школа, дорогой хозяин! - усмехнулся довольный Красавчик-Стив.
- Ладно, оставь свои реверансы, - сказал Рассказов, однако чувствовалось, что ему приятно это слышать. - Ответь мне честно: тебе же не очень хотелось вести ее сюда, не так ли?
- Дорогой шеф, по-моему, у вас есть одна хорошая пословица: "Трубку, коня и жену не отдам никому!" По поводу трубки и коня ничего не могу сказать, вам, кажется, отдал бы, а вот по поводу жены могу сказать определенно: не уступил бы, если бы она была против. Но эта девушка, Уонг, не жена мне, а вы мой босс. Кому другому не позволил бы, но вам... - Он уставился на Рассказова не мигая. - Можете поверить, уступлю без всяких колебаний!
- Не знаю почему, но я тебе верю, - серьезно проговорил Рассказов. - А как она отнесется к этому?
- Она уже все знает, но... - Красавчик-Стив хитро усмехнулся. - Было бы хорошо сгладить всяческие нюансы хорошим коньяком.
- Все ясно, принимаю с удовольствием, давай устроим алкогольно-эротический разгул. Курочки! - крикнул Рассказов, повернувшись в сторону бассейна, где плескались радостно-возбужденные от встречи девушки. - Через пять минут прошу к столу!
Девушки прекратили веселый гомон, услышав приглашение, и медленно направились к поручням. Они вытерлись насухо и продолжали что-то рассказывать друг другу. Когда Уонг потянулась к своему халатику, одна из девушек сказала:
- Когда Хозяин приглашает к столу, это большой почет, но здесь не принято надевать верхнюю одежду, можно только трусики и то не всегда. - Понятно.
- И еще, подруга... - Она совсем понизила голос. - Не знаю, как у тебя там со Стивом, но здесь любая просьба Хозяина является законом.
- Ясно, - кивнула Уонг и искоса поглядела в сторону мужчин. Конечно, Стив гораздо моложе своего Господина, его красивая статная фигура явно выигрывала рядом с ним, но... Она критически осмотрела Рассказова и нашла, что и он подтянут и привлекателен, несмотря на возраст. Уонг специально настраивала себя на то, что придется ублажать этого Госполина, потому что это нужно ее любимому Стиву, а значит, обязательно и для нее. Ну что ж, она постарается, чтобы этот Господин остался доволен. Она уже хотела двинуться вперед, но ее остановила та девушка, что давала ей пояснения. Уонг благодарно пожала ей руку и оглядела ее: очень красивая хрупкая фигурка с плотными острыми грудями, нежные длинные пальцы на руках... Уонг понравилось, что она приняла участие в ней.
- Тебе нравится Красавчик-Стив? - неожиданно спросила Уонг.
- Очень! - не задумываясь ответила она. - Он мне понравился еще тогда, на нашей родине.
- Он очень любит долгую нежность, а еще... - шептала ей Уонг, но закончить фразу не успела: Рассказов громко хлопнул в ладоши, и девушки пошли к столу с напитками и фруктами. Рассказов сам указал каждой девушке ее место. Рядом с собой он усадил Уонг и самую молоденькую - Машеньку. Наташу, с которой разговаривала Уонг, он посадил с правой стороны от КрасавчикаСтива, а Оксану - с левой. Как бы одна осталась Ольга, но это ее нисколько не смутило. У нее была большая свобода, чем у остальных девушек. Если те обязаны были сидеть, где их усадили, то Ольга могла делать все, что ей хотелось, не забывая только об одном: следить, чтобы бокалы были всегда наполнены.
Уонг сразу заметила, что ее бокал был наполнен виски до самых краев, и она чуть заметно взглянула на Красавчика-Стива. Он перехватил ее взгляд и едва заметно кивнул, ободряюще улыбнувшись.
Когда они были вдвоем со Стивом, то довольно часто пили спиртные напитки, но, как он говаривал, для настроения и в очень небольших дозах. До встречи с ним она никогда не пила ничего крепче пива и в первый раз попробовала шампанское с опаской. Но потом это ей понравилось, и уговаривать ее не было нужды.
Получив одобрение Стива, Уонг уверенно взяла в руки бокал и повернулась в сторону Рассказова, ожидая его слов. Ему это понравилось и он весело проговорил:
- За нашим столом появилась новая прекрасная девушка по имени Уонг. Я предлагаю выпить за нее, надеюсь, что ей понравится с нами, а значит, она будет бывать здесь почаще! - Он чокнулся с ней и игриво подмигнул.
- Спасибо, мой Господин! - вежливо улыбнулась Уонг и храбро поднесла бокал к губам. До этого она ни разу не пила виски, и ее язык обожгло словно она хлебнула кипятку. Девушка поперхнулась, но допила до конца, благодарно приняла от Рассказова сок манго и победоносно улыбнулась.
- Наш человек! - радостно воскликнул тот и быстро опрокинул свою дозу в рот. Повернувшись к Уонг, он притянул ее за хрупкую шею и впился в ее губы.
К чему-то подобному она была готова и потому охотно откликнулась на поцелуй, но здесь ее ожидал сюрприз: оказывается. Рассказов оставил во рту последний глоток виски и влил его ей в рот. Это было настолько неожиданно, что она чуть заметно дернулась, но его руки держали ее крепко, да и виски показалось во второй раз не таким обжигающим. Поцелуй продолжался долго. Все присутствующие девушки уже прошли это "испытание" и с любопытством наблюдали за ними. Красавчик-Стив, хлобыстнув полстакана виски, чтобы притупить ненужные чувства, также смотрел с интересом.
Когда Рассказов оторвался от ее губ и, глядя на девушку, перевел дыхание, та, немного опьянев от виски и коварного поцелуя, посмотрела на него смело и вызывающе.
- Вот это по-нашему! - воскликнул Рассказов, и все вокруг зааплодировали и выпили за Уонг, столь хорошо выдержавшую экзамен на выносливость.
- Почему ты не появлялась у меня в гостях раньше? - игриво прошептал на ухо девушке Рассказов.
- А вы меня и не приглашали! - весело ответила она. Хмель сразу ударил ей в голову, и ей хотелось подурачиться. - Может, искупаемся? - спросила она, пытаясь освободиться от его руки, которая поползла по бедру.
- Нет, у меня другое предложение: я сделаю тебе подарок в честь нашего знакомства, но сначала хочу, чтобы ты предложила тост, а все выпили! - Он многозначительно смотрел ей в глаза, и девушке стало жутковато, но она постаралась перебороть это ощущение, задорно рассмеялась, взяла свой бокал в руки и с удивлением заметила, что он уже наполнен. - Внимание! - воскликнул Рассказов. - Наш Уонг хочет что-то сказать.
Девушка встала, чуть пошатнувшись от выпитого, и заметила, как Красавчик-Стив с грустью вздохнул, но тут же, взяв себя в руки, ободряюще кивнул.
- Господин Аркадий, хозяин этого дома, был очень любезен, произнеся первый тост за меня, девушку из далекой страны, и я ему очень благодарна за это! - Она посмотрела на Рассказова. - Спасибо вам, мой Господин! - Уонг наклонилась и чмокнула его в щеку. - Если позволите, я попрошу всех сидящих за этим прекрасным столом выпить за здоровье Хозяина этого дома!
Рассказов рассмеялся, покачал головой, словно говоря "что поделаешь с этой девчонкой?" и стал медленно пить. И только тогда, когда он допил до дна, Уонг вдруг очень быстро выпила свой виски и, не давая ему ни запивать, ни закусывать, впилась в его губы и в точности повторила проделанное им испытание. Для него это было совсем неожиданно, но пришлось подчиниться. Когда девушка оторвалась от его губ, он с огромным трудом сумел отдышаться, а ничего не понявшие девушки весело зааплодировали.
- Неожиданно... - сказал наконец удивленный Рассказов, - но очень приятно! Такое вознаграждается! Пошли со мной! - сказал он девушке, встал с кресла (было видно, что он уже слегка пьян) и пошел нетвердой походкой.
Уонг тоже встала, хмельно и несколько вопрошающе взглянула на Красавчика-Стива, как бы давая ему последний шанс заставить ее отказаться, но тот согласно кивнул головой, и девушка, с улыбкой оглядев своих подруг, подмигнула им и весело бросила:
- Не давайте скучать моему Хозяину, а мы... мы скоро вернемся! - Она быстро пошла догонять Рассказова.
Едва они скрылись, как девушки набросились на Красавчика-Стива, со смехом подхватили его на руки и осторожно перенесли на пушистый ковер. Было заметно, что они с радостью приняли призыв своей подруги и готовы были разорвать его на кусочки в порыве страсти. Даже самая молоденькая, названная Машенькой, и та, захваченная азартом подруг, включилась в игру. Она откровенно прикасалась к его плоти своими маленькими пальчиками и радостно повизгивала, когда вдруг ощущала трепетное вздрагивание, ловила губами его губы, целовала в грудь. Красавчик-Стив сразу понял, что девушки были не только подстегнуты алкоголем, но и давно не видели посторонних, а потому были рады пообщаться с ним, тем более, что они были уже знакомы.
Эти девчонки, несмотря на молодость, были умны и толковы и сразу сообразили, что Уонг появилась здесь не случайно. Своим Господином они были довольны. Он был внимателен, нежен, часто оделял подарками и особенно ценил в них немногословность. Они отличались от западных девушек: ни одна из них не стремилась к лидерству, не испытывала зависти, а главное - не ревновала к другим. Более того, они были очень дружны между собой и всякий раз делились друг с другом после какой-нибудь неудачи, предостерегая других.
То, что Господин удалился с Уонг, обрадовало их: они часто вспоминали о Красавчике-Стиве, и эти воспоминания были им приятны. Когда Стив появился сегодня у бассейна, они многозначительно подмигнули друг другу и стали терпеливо ожидать. И теперь, не успела закрыться дверь за Рассказовым и их подругой, как они сразу же набросились на Красавчика-Стива. Но и он был на взводе от выпитого, и от вынужденной уступки девушки, к которой он чувствовал какую-то нежность.
Он сам себя не узнавал, внутри все клокотало и требовало выхода. Обычно уравновешенный и спокойный даже в самых сложных и опасных ситуациях, КрасавчикСтив был сейчас так взвинчен, что готов был сорваться по любому поводу. Срывать злость на милых и обаятельных девушках ему не хотелось, но стресс снять было нужно, и он, боясь самого себя, неожиданно предложил:
- Девочки, вы такие милые, мне так хорошо с вами! Давайте расслабимся по полной программе?! Машенька, неси шампанское! - Он провел указательным пальцем по ее носику, подбородку, между красивыми упругими грудками, по животу, затем стал опускать вниз трусики, и девушка вдруг напряглась и замерла в ожидании. Остальные понимающе переглянулись, перестали щебетать, и только их нежные руки мягко прикасались к телу Красарчика-Стива и их подруги.
Девушки знали то, чего не знал Красавчик-Стив. Дело в том, что Рассказов до сих пор не сделал Машеньку женщиной. Нет, не потому что он пощадил девочку, а потому, что решил поиграть в благородство. Когда он впервые стал ее ласкать, Машенька вдруг жалобно на него взглянула, и ему показалось, что из красивых глаз сейчас хлынут слезы. Ему вдруг почудилось, что перед ним лежит его дочка. Ощущение было столь сильным, что он моментально встал с огромной кровати, повидавшей много тел и страстей, отечески хлопнул ее по розовенькой попочке и попросил принести что-нибудь выпить. С тех пор он стал относиться к ней по-отечески, нежно и ласково. Но внутри него клокотала страсть, которая жаждала ее тела, подталкивала к ней, однако ему всякий раз удавалось не переступать черту.
Девушка была очень благодарна своему Господину и старалась быть с ним нежна, услужлива и с детской непосредственностью подвергала его плоть мучениям, когда принималась ласкать его. Иногда она доводила его до белого каления, и казалось, что он вот-вот сорвется и, как зверь, набросится на ее хрупкое тело, подомнет под себя и начнет терзать... Но Машенька интуитивно каждый раз улавливала эту грань, начинала по-детски мурлыкать и что-то ласково шептать, отвлекая его и снимая напряжение.
Несмотря на свою молодость, девушка знала очень многое из того, что в этом возрасте лучше бы и не знать. Эротические игры постепенно увлекли ее, и единственным, что ее удерживало от последнего шага, было желание ощутить первую близость с тем, кто ей понравился, - с Красавчиком-Стивом. Да-да, именно он запал в душу девушке, когда она впервые увидела его, и каждый раз, лаская тело Рассказова, она представляла себе КрасавчикаСтива. Однажды он пришел к Рассказову, когда девушки плескались в бассейне. Рассказов неожиданно заметил, как Машенька смотрит на Красавчика-Стива. В первый момент его охватила ревность, но он немного подумал и решил, что ситуация складывается весьма удачно. С одной стороны, он давно уже хотел познакомиться с девушкой Стива, и как можно ближе (заодно можно будет еще раз испытать верность своего помощника, к которому он относился как к сыну), а с другой - можно будет разрубить "гордиев узел" с Машенькой: пусть КрасавчикСтив вспашет поле, а уж сеять будет он...
Не желая отвлекать Машеньку, девушки принесли шампанское и фужеры, а потом, когда Стив с Машенькой слились в поцелуе, стали лить на них шампанское. Смеясь, они ловили шипящую струю ртами, напоминая огромных птенцов. Шампанское попадало в рот, в нос, стекало по их телам, звонкой струйкой устремляясь к их взбунтовавшейся плоти. Это было настолько приятно, что у обоих захватило дух, и Машенька вдруг откинулась на спину, увлекая на себя Красавчика-Стива. Они стали торопливо сдирать друг с друга остатки одежды. Всезнающие ее подруги, охмелев от шампанского и необычного зрелища, весело смеясь, помогали им отделаться от трусиков. Оксана стала нежно ласкать тело Стива язычком, и эти ласки становились все откровеннее, а Ольга увлеклась девичьим телом, которое извивалось в изнеможении.
Стив позабыл обо всем, каждая клеточка его тела была возбуждена и, казалось, вздрагивала от прикосновений множества женских рук. Он уже ничего не помнил и не ощущал, кроме желания обладать этим нежным и хрупким созданиям. Он уже хотел направить свою отвердевшую плоть в нужном направлении, но вдруг почувствовал, как нежные пальчики Оксаны обхватили его естество и несколько раз сжали, словно проверяя мощь. Затем она вдруг наклонилась, медленно вобрала его в рот и несколько раз качнула туда-сюда, не забывая пальчиками ласкать Машеньку.
Ольга легла на спину между ног Оксаны и начала лаекать язычком ее трепещущую от возбуждения плоть. Когда Оксана почувствовала, что пухлые губки Машеньки достаточно омочились от желания, она выпустила изо рта твердый член Красавчика-Стива и направила его в девушку. Ее горячие губы обхватили его член, она нетерпеливо дернулась к нему навстречу и вдруг коротко вскрикнула от боли. Девушке показалось, что ее задело внутри раскаленным железом, и она в страхе замерла, боясь пошевелиться.
Красавчик-Стив, распаленный страстью, хотел продолжить, но его вдруг пронзила догадка, и хмель мгновенно исчез. Машенька оказалась девственной! Боже, что скажет Рассказов?! Он за меньшее отправлял людей на тот свет, а здесь... Эта девчушка столько времени живет в его доме, и Красавчик-Стив был уверен, что она уже давно стала женщиной. Что это может означать? Если бы Рассказов хотел, чтобы она оставалась девушкой, то наверняка предупредил бы его: Машеньку не трогать! А вдруг он попросту забыл предупредить? Стив опустил руку под ее упругую попочку и осторожно притронулся к нежной плоти, потом, стараясь не привлекать внимание девушек, взглянул на пальцы: они были окрашены яркоалой кровью.
- Машенька, что же ты меня не предупредила, что ты еще никогда... - тихо зашептал Стив, но она вдруг впилась в его губы.
Боль, пронзившая ее насквозь, прошла, по всему телу разлилась приятная истома, которую она еще никогда не ощущала. Это было настолько восхитительно, что девушка, откинув прочь мысли о возможной боли, снова дернулась ему навстречу, словно пытаясь вобрать его внутрь себя. В какой-то момент боль снова настигла ее, но она была не такой острой, как в первый раз, и девушка удержалась, не вскрикнула, лишь сладостно простонала. Она откинула руки и уперлась в пушистый ковер, чтобы лучше принимать его. Одна рука ее неожиданно наткнулась на что-то влажное и горячее, и Машенька поняла, что это жаждущая ласк женская плоть, принадлежащая Ольге, которая благодарно потянулась к ней навстречу, помогая Машеньке ее ласкать.
Этот странный человеческий клубок из трех девушек и одного мужчины был настолько гармоничным, и каждый получал такое наслаждение, что для них, казалось, ничего не существует вокруг. Есть только четверо на этой грешной земле, и им никто больше не нужен... Это слияние было настолько органичным, что они почти одновременно вскрикнули в страстном изнеможения, потеряв ощущение веса, времени и пространства. Они парили над землей в счастливом упоении друг другом...
А в это время в нескольких десятках метров двое других также пытались обрести блаженство.
Как всякий сильный и уверенный в себе человек, Рассказов не торопил события: он очень любил поиграть в чувственность с приглянувшейся ему "курочкой". Вот и сейчас, когда Уонг довольно легко пошла ему навстречу, он старался оттянуть миг окончательного сближения, тем более, что был изрядно пьян. Однако Уонг не зря училась у Красавчика-Стива, да и сама была очень умненькой девушкой, хотя и молодой. В первый момент, когда Господин вдруг ослабил напор, девушка забеспокоилась: не сделала ли она что-то, что может навредить Стиву, но потом поняла игру, ей это даже понравилось, и она моментально подключилась к ней.
Огромная спальня напоминала дворцовый альков: под балдахином стояла огромная старинная кровать, застеленная белоснежным шелковым бельем. Вверху было невероятных размеров зеркало, отражавшее партнеров. Стены были завешаны атласными шторами, и определить, есть ли за ними окна, было невозможно. Великолепной работы ковер закрывал весь пол и был настолько нежным и мягким, что Уонг даже зажмурилась от удовольствия. Она никак не могла понять, откуда струился свет, мягко заполняющий все помещение. Чтобы скрыть неожиданное смущение, охватившее ее, девушка повернулась к Рассказову.
- По-моему, мы напрасно не взяли с собой чего-нибудь выпить, мой Господин...
Рассказов чуть заметно ухмыльнулся, вытащил из небольшого шкафчика дистанционный пульт и нажал одну из многочисленных кнопок. Прямо в изголовье над спинкой кровати сдвинулась потайная дверка, и появился зеркальный бар с напитками.
- Как интересно! - совершенно по-детски воскликнула Уонг.
- Прошу! - театрально вскинул руку Рассказов. - Сегодня ты здесь хозяйка.
Уонг бойко вскочила на огромную кровать. Она выбрала два напитка, которые уже успела попробовать с Красавчиком-Стивом: французский коньяк "Наполеон" и легкое, очень терпкое на вкус алжирское вино. Ловко и быстро девушка плеснула коньяку в один фужер, вина - в другой и первый протянула Рассказову.
- У нас на родине, если хозяину дома хотят хорошего, говорят: "Пусть ваш дом будет полным, как эта чаша, пусть у вас будет столько здоровья, сколько дают этому напитку энергии солнце, вода и земля, и пусть самые большие неприятности оставляют в вашей голове лишь легкое опьянение, которое очень быстро проходит!" - Она замолчала, глядя прямо в глаза своему собеседнику.
- Ты так молода и так умна... - удивленно начал он. - Но откуда ты, при своей молодости, могла услышать такой интересный тост?
- Мой папа, хоть и горький пьяница, был довольно грамотным и даже учился в воскресной школе, - с гордостью отвечала девушка. - Он очень много знал, и, когда был в хорошем настроении и не выпивал больше положенного, говорил очень красиво. За это его, мой Господин, часто приглашали на различные торжества, пока он окончательно не спился и его не забрал к себе Господь! - Девушка произнесла это совершенно спокойно, без надлома и грусти, словно рассказывала о совершенно постороннем человеке.
- Что ж, благодарю тебя, милая девочка, за хорошие слова. - Рассказов ткнулся фужером в ее чуть вздернутый носик и залпом опрокинул коньяк в рот, затем взял сочный персик и надкусил. По подбородку на волосатую грудь стекли струйки сока.
Уонг, как бы передразнивая его, быстро выпила, игриво потянулась к персику в его руках и вонзила в его золотистый бок жемчужные зубки. Сок брызнул во все стороны и устремился по ее загорелому телу к темно-вишневым сосочкам. Взгляд Рассказова остановился на ее восхитительной груди. В нем было столько желания и страсти, что Уонг чуть вздрогнула, попыталась засмеяться, но вдруг поймала себя на том, что уже не может больше ни о чем думать кроме его жаждущих губ, сильных уверенных рук и того, что вдруг стало топорщиться под халатом.
Уонг отбросила в сторону свой фужер, который беззвучно упал на пущистый ковер, обхватила ручонками мощную шею Рассказова и прижалась к нему всем телом.
В первый момент он даже несколько растерялся, но потом дотянулся до бара, поставил фужер и крепко обнял девушку. Теплая и нежная водна прокатилась внутри, заставляя чаще биться сердце, задыхаться, словно от нехватки воздуха.
- Что происходит? - прошептал Рассказов, ощущая внезапную слабость во всем теле. - Ничего не понимаю...
- Все в порядке, мой Господин, все в порядке... - услышал он как бы издалека ее мелодично-журчащий голос и медленно опустился на кровать, поддерживаемый нежными руками девушки.
Он в сладострастном упоении прикрыл глаза, когда ее пальчики забегали по всему телу, едва прикасаясь к коже. Она распахнула халат и увидела его мужскую доблесть, гораздо большую, чем у Красавчика-Стива.
Дрожащими руками она потянулась к его члену, и от этого прикосновения он вздрогнул, напрягся так, что, казалось, вот-вот лопнет.
Не открывая глаз, Рассказов потянулся рукой к девушке, нащупал ее грудь и стал нежно ласкать соски.
- Не нужно, мой Господин... - тяжело дыша, прошептала девушка, - я и так уже на пределе... Вы только лежите и получайте удовольствие: я сегодня буду активной.
Приняв условия игры, Рассказов выпустил ее грудь, раскинул руки в стороны и стал ждать.
Ощущая его состояние, девушка перестала ласкать член, наклонилась и язычком увлажнила ему головку, потом потерла ее сосочками, отчего по мощному телу Рассказова волной пробежала мелкая дрожь и он с огромным трудом удержался, чтобы не вцепиться в ее хрупкое тело. Словно в благодарность за эту борьбу с собой, девушка еще раз увлажнила губами его внушительную головку, затем привстала над ней и стала медленно опускаться, впуская его в себя. Член был таким огромным, что в какойто момент девушку пронзила боль, но она вытерпела, замерев на время, потом продолжала опускаться и, когда вобрала его весь и ощутила, как он запульсировал, стала двигаться из стороны в сторону. Для него это было настолько необычно, но приятно, что он, помурлыкивая от удовольствия, забыл обо всем.
А Уонг, доведя себя до критической точки, думала о Красавчике-Стиве, о его статной фигуре, чувственных губах. Ей нравилось заниматься с ним любовью, но более всего тот момент, когда в нее ударяла мощная горячая струя. К этому моменту она всегда сознательно готовилась и старательно отдаляла его, продлевая чувство нетерпеливого ожидания, доводя себя до полного изнеможения. Почувствовав, что Рассказов вот-вот "взорвется", Уонг приготовилась к упоительному моменту "извержения вулкана". Сейчас... сейчас... Рассказов напрягся всем телом, по-зверинному зарычал, дернулся пару раз и обмяк.
Ничего не понимающая Уонг озадаченно взглянула на него, потом осторожно приподнялась с обмякшего члена и заметила на нем белую густую капельку. Ее разочарованию не было границ. В этот момент Рассказов открыл глаза и нежно взглянул на девушку:
- Как давно я не испытывал этого... - Его благодарный голос вывел девушку из разочарования, и она тихо спросила:
- Вам действительно хорошо, мой Господин? - Лучше бывало лишь в далекой молодости! - с еле заметной грустью заметил он и улыбнулся.
- А я уж думала, что сделала что-то неправильно, если вы не смогли завершить...
- Как, не смог? - удивленно воскликнул он, - Кончил и еще как кончил! - Он бодро вскочил на ноги, благодарно обнял ее и нежно поцеловал в губы. - У тебя есть какая-нибудь мечта? - Он был в таком настроении, что мог выполнить любой ее каприз.
- Мечта? - Она смущенно улыбнулась, не понимая, что должна отвечать.
- Ну да, мечта!
- Ну, если... - Она вдруг хитро взглянула на Рассказова. - Быть богатой и счастливой!
- С первым, я думаю, нет проблем... - Он задумался на мгновение. - А второе... второе, мне кажется, зависит большей частью от тебя самой... Ответь честно: тебе, действительно, хорошо со мной или ты просто подыгрывала? Девушка недоуменно посмотрела ему в глаза. - Скажи правду, я нисколько не обижусь, - заверил он.
- Если честно... - Уонг провела пальчиком по его щеке, словно набираясь смелости. - Я же вас, мой Господин, вижу впервые и, естественно, не могу уверенно о чем-то судить, но... - Но? - повторил он.
- Но одно могу сказать твердо: я не подыгрывала, я просто хотела, чтобы вам, мой Господин, было хорошо.
- Вот и прекрасно! - Рассказов был явно доволен ее ответом. Он подошел к шкафу в стене, открыл дверку, за ней оказался сейф. Он приложил большой палец к красному пятнышку, через несколько секунд раздалась красивая музыка и сейф распахнулся. Рассказов вытащил из него красный кожаный футляр, закрыл сейф и подошел к девушке. Она удивленно смотрела на него, ожидая, что будет дальше.
- Вот, милая моя девочка, - он раскрыл футляр и Уонг увидела массивное золотое ожерелье с крупными изумрудами. - За то, что ты подарила мне возможность ощутить это прекрасное состояние, я дарю тебе это ожерелье! - Он взял его из футляра и надел девушке на шею.
- Но, Господин мой, это же стоит огромных денег, - растерянно проговорила она, все еще-не веря в происходящее.
Да, Красавчик-Стив не был скупым человеком и постоянно одаривал ее платьями, бижутерией, дорогими духами, но... Этот Господин за одну секунду сделал ее богатой. Но, может быть, он сделал этот подарок в хмельном угаре и, когда придет в себя, пожалеет о своей глупой щедрости. Это может сразу ухудшить ее положение. Нет, она не может так просто принять такой дорогой подарок, не может... В этот момент Рассказов повернул девушку к зеркалу.
- Такое впечатление, что это ожерелье специально сделано для твоей шейки! - Он наклонился и нежно притронулся губами к ее плечу.
- Нет, Господин мой, я не могу принять столь щедрый подарок... - с грустью произнесла Уонг и потянулась к ожерелью, чтобы снять его.
- Почему, девочка моя? - Он был удивлен: обычно его "курочки" радовались, словно дети, когда он одаривал их золотыми безделушками. Конечно, те подарки никак не могли сравниться с этим ожерельем, но...
- Придет утро, у вас будет другое настроение, и вы станете жалеть о своей неосторожности... - она запнулась, потому что слово "выходка" показалось ей несколько грубоватым, - ...о своем неосторожном шаге, - поправилась девушка и снова попыталась нащупать застежку ожерелья.
- Так... - Рассказов нахмурился. - Ты хочешь сказать, что я сейчас поступаю неразумно и позднее буду раскаиваться, так, что ли? Она со вздохом кивнула головой. - Когда я спросил, хорошо ли тебе было со мной... - он мягко, но настойчиво оторвал ее руки от застежки и поднес к губам, - ...я хотел предложить остаться у меня. - Рассказов пытливо уставился в ее огромные глаза.
- А как же мой Хозяин? - растерянно воскликнула девушка, не зная, как себя вести и что ответить. Однако она знала, что если она откажет этому господину, то сделает плохо не только себе, но и Красавчику-Стиву, а если даст согласие, то ей придется расстаться с первым в жизни мужчиной, которого, как ей казалось, она любит.
- О Красавчике-Стиве ты можешь не волноваться, с ним я всегда сумею договориться! - Его тон был настолько спокойным и уверенным, что девушке стало немного не по себе. - Для меня главное - услышать твой ответ... - он сделал небольшую паузу и добавил: - А чтобы тебе было легче принять правильное решение, слушай: здесь тебя никто не обидит, а если нам по какой-либо причине придется расстаться, твоя будущая жизнь будет хорошо обеспечена. От тебя требуется лишь быть верной, послушной и немой с другими.
- Как рыба? - совсем по-детски спросила девушка. - Примерно... - Он вдруг весело рассмеялся, потом резко оборвал смех и строго взглянул ей в глаза. - Ну, что ты ответишь?
- А другие девушки тоже будут с тобой, мой Господин? - вдруг спросила она.
- А ты что, очень ревнива? - удивился Рассказов. - Разве я имею на это право? - Девушка чуть заметно улыбнулась.
- Ну, знаешь!.. - Он даже не нашел слов и снова рассмеялся.
- О своих землячках я спросила не из ревности, мне хотелось бы иметь возможность чаще их видеть. - Да хоть каждый день!
Девушка замолчала ненадолго, словно продолжая раздумывать над его предложением, хотя уже приняла его. Она подошла к зеркалу, внимательно осмотрела прекрасный подарок, свою фигуру, представила себе КрасавчикаСтива и мысленно поцеловала его со словами: "Прощай, мой любимый, я была так счастлива, что долго это не могло продолжаться".
Девушка взглянула на Рассказова: если к нему внимательнее присмотреться, то его тоже можно полюбить. Да, он намного старше Красавчика-Стива, но он и мудрее, увереннее, не говоря о том, что несметно богат. Да и за фигурой следит...
Рассказов почувствовал, что девушка его изучает, оценивает, но это не было ему неприятно, скорее наоборот. Он терпеливо ждал, что она скажет.
- Я буду верной, послушной, молчаливой и... - девушка хитро взглянула ему прямо в глаза, - ... не ревнивой.
- А это - тост! - воскликнул довольный Рассказов, поцеловал ее в губы, затем накинул на нее коротенький прозрачный халатик и повел ее к тем, кого они оставили. Когда они вышли к бассейну, то увидели КрасавчикаСтива, резвящегося с тремя девушками в воде. Рассказов кивнул Уонг, и она подкатила столик к краю бассейна. Рассказов выстрелил пробкой от шампанского, разлил его по фужерам. Купающиеся подплыли к ним, с нетерпением ожидая, что скажет Хозяин.
- Друзья мои, хочу вам представить новую хозяйку моего дома, - торжественно проговорил он, указывая на Уонг. - С этого дня ее имя - Любава! Прошу! - Он кивнул на фужеры.
Красавчик-Стив в первый момент погрустнел, но тут же взял себя в руки и засуетился, раздавая фужеры девушкам.
- Не нужно грустить, дорогой Стив, - заметил Рассказов.
- Ну что вы, шеф! - протестующе воскликнул тот. - Я от души поздравляю вас с отличным приобретением!
- Но я должен чем-то компенсировать тебе потерю. - Он хитро прищурился, и, когда Стив хотел чтото возразить, перебил его: - Не спорь, мой дорогой! Ты можешь взять любую из этих трех моих "курочек", если кто-то тебе приглянулся, а если нет, то я оплачу твою поездку в Таиланд и ту, что придется тебе там по душе. - Любую, шеф? - переспросил Красавчик-Стив. - Любую! - с улыбкой подтвердил Рассказов. - В таком случае, я уже выбрал! - Стив повернулся к Машеньке и снова взглянул на Рассказова
- Я был уверен, что ты остановишься на ней, - хмыкнул он, потом подмигнул. - Она твоя, мой дорогой Стив!
И тут, неожиданно для всех, обычно тихая и сдержанная Машенька ухватилась прямо из бассейна за руку Рассказова и прильнула к ней губами.
- Благодарю вас, мой Господин! - с горячностью воскликнула она.
- Я вижу, что вы уже спелись здесь без меня, - чуть завистливо проговорил Рассказов, потом махнул рукой. - Что ж, тем лучше! Сегодня празднуем всю ночь, а дела... - Он посмотрел на Красавчика-Стива. - Дела оставим на завтра.
Савелий вспомнил все
Сегодня Савелия вызвала к себе Лолита. Он был совершенно уверен, что это связано с предстоящими поединками: снова придется выслушывать слова напутствия и пожелания успехов. С того дня, когда в присутствии Савелия были убиты люди, его ни на шаг не отпускали: слежка продолжалась днем и ночью. За эти четыре дня он только единожды повидался с Наташей, да и то ее привезли в клуб. Они провели пару часов в его номере, не желая выходить. Он очень ждал этой встречи не только потому, что соскучился по Наташе, но и желал услышать от нее подробности о происшествии на Пироговке, но она ничего нового не рассказала: двум людям неожиданно стало плохо, и они были отправлены в больницу. Это были слухи, пробежавшие по городу: ни в прессе, ни по телевидению ничего не сообщалось. Савелий чувствовал, что здесь что-то не так: видимо, кому-то очень хотелось скрыть то, что произошло на самом деле. Но кто может воздействовать на прессу, которая так охоча до "жареных фактов"? Вряд ли у Леши-Шкафа найдутся такие связи и деньги... А значит, здесь замешаны либо высшие инстанции, либо...
После встречи с Воландом Савелий очень многое вспомнил из своего прошлого, но всякий раз, когда пытался продолжить воспоминания, он натыкался на пустоту. Сейчас, пытаясь разобраться хотя бы немного о том, что его окружает, он снова ушел в воспоминания, и на этот раз его охватила какая-то тревога. Она подкатила к горлу, обхватила его, словно стараясь лишить Савелия воздуха. Он мгновенно покрылся потом, стал тяжело дышать, пытаясь набрать в легкие воздуха, и вдруг перед его глазами вновь возник сморщенный, седой как лунь старик. Его глаза печально смотрели на Савелия и молчаливо вопрошали: "Что же ты, сынок, неужели не узнаешь меня?" И вдруг Савелий упал перед ним на колени и склонил голову. - Учитель!
- СПАСИБО, БРАТ МОЙ! - Старик положил морщинистую руку на голову Савелия. - Я БЫЛ УВЕРЕН, ЧТО ТЫ УЗНАЕШЬ СВОЕГО БЕДНОГО УЧИТЕЛЯ... - Он горестно вздохнул. - НЕСКОЛЬКО ДНЕЙ НАЗАД Я СУМЕЛ ПРОБИТЬСЯ К ТЕБЕ ЧЕРЕЗ КОСМОС И УЗНАТЬ О НЕСЧАСТЬЕ, ПОСТИГШЕМ МОЕГО ЛЮБИМОГО УЧЕНИКА. ВСЕ ТВОИ БРАТЬЯ, КОТОРЫХ ТЫ НАКОНЕЦ-ТО ВСПОМНИЛ, СОБРАЛИ СВОЮ ЭНЕРГИЮ ВОЕДИНО, ЧТОБЫ ВЕРНУТЬ ТЕБЕ ПАМЯТЬ. ПОЛУЧИВ ЭТУ ЭНЕРГИЮ, ТЫ СТАЛ НАМНОГО СИЛЬНЕЕ, МУДРЕЕ И ОПЫТНЕЕ. - Его голос вдруг чуть дрогнул. - И Я ТЕБЕ БОЛЬШЕ НЕ НУЖЕН...
- Учитель! - протестующе воскликнул Савелий, но старик поднял руку, заставляя его замолчать.
- НЕ СПОРЬ, БРАТ МОЙ... - Его взгляд стал спокойным и уверенным. - Я УЖЕ ПЕРЕШЕЛ В ДРУГОЕ СОСТОЯНИЕ, БОЛЕЕ ВЫСОКОЕ, ЧЕМ ДО СИХ ПОР, И ВЕРНУТЬСЯ ОБРАТНО НЕВОЗМОЖНО. - Голос казался Савелию очень величественным, но какимто нереальным. - МЫ, СВЯЗАННЫЕ ОДНОЙ КРОВЬЮ И ОБЩИМ ДУХОМ, ВСЕГДА БУДЕМ ПОМНИТЬ ДРУГ О ДРУГЕ, И В ТРУДНУЮ МИНУТУ ЖИЗНИ ЭТО ТЕБЕ ПОМОЖЕТ. - Да, Учитель!
- И ПУСТЬ У ТЕБЯ НИКОГДА НЕ ОПУСТЯТСЯ РУКИ В БОРЬБЕ, НЕ ОСЛАБНЕТ ДУХ, НЕ ПРИДЕТ УСТАЛОСТЬ НИ В ТВОЮ ДУШУ, НИ В ТВОЕ ТЕЛО! - Да, Учитель!
- СЕЙЧАС, КОГДА ТЫ СНОВА ОБРЕЛ ПАМЯТЬ, Я СТАЛ ПОКОЕН И МОГУ УЙТИ В СОЗЕРЦАНИЕ. НАПОСЛЕДОК Я ОТКРОЮ ТЕБЕ ТРИ ТОЧКИ, КОТОРЫЕ ПОМОГУТ НАМ СВЯЗЫВАТЬСЯ ДРУГ С ДРУГОМ. ВОТ ОНИ! - Старый Учитель прикоснулся сначала ко лбу Савелия, потом к сердцу и, наконец, к солнечному сплетению, - К ЭТИМ ТОЧКАМ ОДНОВРЕМЕННО НУЖНО ОБРАЩАТЬСЯ ТОЛЬКО В САМОМ КРАЙНЕМ СЛУЧАЕ: НЕЛЬЗЯ РАСХОДОВАТЬ ЭНЕРГИЮ КОСМОСА ПО ПУСТЯКАМ. ПОМНИ ОБ ЭТОМ, БРАТ МОЙ! - Да, Учитель!
- НУ, ЧТО Ж... - Учитель снова прикоснулся к Савелию, и ему показалось, что старый Учитель стал на целую голову выше. Он благоговейно преклонил колено. - ПРОЩАЙ, СЫН МОЙ... - Голос старика дрогнул, он наклонился и прижался бесплотными губами к макушке Савелия.
- Учитель! - чуть не плача воскликнул Савелий и поднял голову, чтобы взглянуть в последний раз в его глаза, но того уже не было: он исчез так же бесшумно, как и появился.. Савелию вдруг захотелось прикоснуться к Древнему Знаку из золота, который был передан ему братьями. Он вспомнил ту ночь и все, что говорил Учитель. Металл излучал странное тепло, и Савелию стало покойно и хорошо. Он крепко сжал в руке знак удлиненного ромба и замер, а когда разжал руку, то в ней ничего не было, знак исчез. Значит, к нему окончательно вернулась Память...
Несколько минут Савелий стоял на коленях, словно прощаясь с Учителем, отдавая ему все свои мысли, потом решительно поднялся на ноги и неожиданно стукнул кулаком по столу.
- Вы захотели использовать меня? Отлично, я помогу вам! - Он зло усмехнулся. В этот момент в номер заглянул испуганный Никита. - Чего тебе? - рявкнул Савелий. - Нет... я так... показалось что-то. Я тебе не нужен? - Пока нет, - ответил Савелий спокойно, ругая себя за то, что повысил на Никиту голос: он-то здесь причем?
- Хорошо, Рэкс. - Никита моментально закрыл за собой дверь и пожал плечами: он готов был поклясться, что слышал в номере два голоса и потом сильный стук. Неужели у него начались "глюки"?
Видать, от недосыпу... Он уселся в кресло и склонил голову на руку в перчатке с прикрепленной к ней "липучкой". После того раза, когда он заснул и проворонил свой объект, Никита самолично сделал такую перчатку: стоило ему задремать, как подбородок или щека съезжали по перчатке и кожа терлась довольно больно о колючую "липучку". Никита усмехнулся: "Неплохо было бы запатентовать свою, как говорит шеф, "ноу-хау"!
Коротко звякнул телефон на тумбочке, и Никита быстро схватил трубку: - Да, госпожа Лолита, я здесь. - Чем занимается твой подопечный? - Ничем особенным... - замялся он, не зная, стоит ли докладывать о своих "глюках", - мне показалось, я слышал в его номере два голоса: его самого и пожилого мужчины. - И кто это был?
- В том-то и дело, что когда я заглянул, кроме нашего Рэкса, никого больше не было. Вот ведь какая штука! А я же отчетливо слышал этот странный голос.
- Ты там не переутомился случаем? - сердито спросила Лолита.
- Ну что вы, госпожа Лолита, как можно? - залепетал он, проклиная себя за то, что все же решился доложить о своих сомнениях.
- Хорошо, позови-ка его ко мне. Сейчас! - Она раздраженно бросила трубку..
Робот Смерти
До сегодняшнего утра Лолита была уверена, что задуманный ею сюрприз принесет огромные деньги, по сейчас... Этот звонок совершенно вывел ее из себя: позвонил парень, которого она сумела перевербовать на свою сторону. Он работал на одного из ее соперников, которого Лолита, действительно, побаивалась, не в смысле физической расправы, а в умении широко и свободно мыслить. Он не раз сумел перехитрить Лолиту, выискивая очень сильных бойцов, чье умение держал в такой тайне, что иногда даже его подчиненные ставили на других и проигрывали. Они-то проигрывали, но сам Колюжный, прозванный Хитрованом, делал себе на этом огромные "бабки".
Несколько раз Лолита пыталась подобраться к его окружению, но тот, видно, или слишком много платил им, или сумел найти слабые струны у каждого, и этим умело пользовался. Полите помог случай: однажды, проезжая по улице, она заметила у обочины легковую машину. Молодой парень, лицо которого показалось ей знакомым, копался в моторе. Она остановилась и спросила, не нужна ли ему помощь. Парень был столь растерян, что не сумел скрыть своей радости. В машине сидела его старушка мать, которую он вез в больницу. Когда машина заглохла, он пытался остановить кого-нибудь, но безуспешно. Лолита же согласилась помочь, и он быстро пересадил мать в ее машину и сел сам. По дороге Лолите удалось выяснить, откуда ей знакомо лицо этого парня: именно он часто сопровождал на поединки своего шефа по прозвищу Хитрован.
То ли из благодарности, то ли из-за того, что Лолита ему приглянулась, по Эдик, так звали парня, не заставил себя долго уговаривать и согласился снабжать ее информацией, по с условием, что встречаться они будут только в крайнем случае, а так - звонок - пароль - отзыв - информация, все! Об оплате тоже договорились: Лолита не поскупилась, и Эдик остался доволен.
Сегодня он сообщил, что Хитрован привез из-за кордона какую-то звезду рукопашного боя, у которого на счету было уже несколько убитых противников. Он был беспощаден, кровожаден по-садистски и очень хорошо держал удары. Хитрован уверен в его победе, но сделает хитрый ход: сам поставит довольно крупную сумму против своего бойца, а его подставное лицо почти все деньги Хитрована поставит на этого гориллу по кличке Робот Смерти. Эдик уже видел этого бойца, и тот действительно поразил его: сплошная груда мышц, которые мгновенно взрываются и бросают мощное тело на противника...
Это просто взбесило Лолиту, и она, не зная, что предпринять, решила сначала пообщаться с тем, на кого собиралась поставить. Она не знала, о чем будет говорить с ним. Вполне возможно, ей просто захотелось лишний раз убедиться в правильности выбора и окончательно решить, стоит ли ставить на эту лошадку. Лолита, естественно, понимала, что никто, кроме Господа Бога, не сможет точно сказать, кто из них выиграет последний бой, но она была очень импульсивна и доверяла своей женской интуиции, которая, нужно признаться, никогда ее не подводила в самые трудные минуты. Нет, она не будет бросать монетку и вручать свою судьбу случаю, она сама поймет, правильно ли сделала выбор.
Лолита очень многое ставила на карту. Даже ЛешуШкафа она не посвятила в свои сокровенные планы на будущее, где и ему отводила достойное место.
Уже несколько недель в тайне даже от Леши-Шкафа она заводила нужные связи. Где женскими прелестями, где заманчивыми предложениями, она все подготавливала почву для проживания в далекой стране. Заплатив несколько тысяч долларов человеку, которому она доверилась, Лолита внесла задаток за двухэтажную виллу на берегу Адриатического моря и поручила найти фирму, занимающуюся предприятиями, которые стоят на грани банкротства. Она открыла этому человеку свои перспективные планы и обещала ему пост юрисконсульта. Нарисованные ею перспективы могли соблазнить кого угодно, и Феликс, бывший психиатр, пробивной человек, всецело доверил свою судьбу этой "маленькой хищнице", как сам называл ее.
Лолиту очень волновала победа или проигрыш Рэкса, потому что, истратив достаточно большие средства на виллу, она нуждалась в крупных суммах, чтобы воплотить свою мечту в реальность. Как отгадать, кто выиграет: Рэкс или Робот Смерти? Ее размышления были прерваны стуком в дверь.
- Да! - раздраженно бросила она, и в дверь просунулась голова Никиты.
- Привел... - тихо проговорил он, заметив настроение хозяйки. - Пусть войдет один!
Савелий вошел, и Никита тихонько прикрыл за ним дверь. Кивнув Лолите, Савелий прошел без приглашения к креслу, стоящему напротив стола, и молча плюхнулся о него. Долита тоже не начинала разговора. Со стороны могло показаться, что эти люди понимают друг друга без слов. Игра в молчанку продолжалась несколько минут. Савелий с удовлетворением ощущал, что совершенно четко читает ее мысли. Это для него было так забавно, что он даже усмехнулся.
- Чему это вы так радуетесь? - не выдержав, спросила Лолита.
- Радуюсь? Вы неправильно расшифровали мою улыбку, - совершенно спокойно отозвался он. - Просто люблю наблюдать за человеком в экстремальной ситуации.
- Откуда вы... - начала Долита, но тут же осеклась. - Почему вы решили, что я нахожусь в экстремальной ситуации?
- Почему - не столь важно, как, впрочем, и то, откуда я это знаю. - Он ехидно хмыкнул. - Гораздо важнее для вас понять другое... - Савелий сделал довольно длинную паузу, до тех пор, пока Лолита не начала нервно ерзать в кресле. - Можно ли ставить на меня или нет, не так ли?
- Что? - Она так округлила глаза, что, казалось, они вот-вот вылезут из орбит. - Бред какой-то... Вы должны мне сказать, откуда вы это узнали! - она встала и капризно топнула ножкой.
- Да никто мне ничего не говорил... - Он устало потянулся в кресле, снова сделал паузу и добавил: - Это же элементарно, дорогой Ватсон... - Савелий усмехнулся. - Завтра начинаются поединки, вы неоднократно говорили, что хотите на мне заработать, и вот вы меня срочно требуете к себе... Зачем? Или сделать мне напутствие, или лишний раз убедиться в правильности своего выбора, логично? - Он вызывающе уставился ей прямо в глаза.
Лолита ответила не сразу, она была немного ошарашена. О Рэксе она имела свое представление, и оно было довольно простым и определенным: бывший спортсмен или "афганец", с неудачно сложившейся жизнью, довольно потрепанный, опустившийся, не очень умный, но определенна ценящий себя, однако последнее, как говорится, отголоски прежнего "я". А тут? Она поймала себя на мысли, что совершенно не знает сидящего перед ней человека. Он не так-то прост, как показался сначала. Неожиданно Лолита почувствовала к нему симпатию, неудержимую тягу. Захотелось встать, подойти и прижать его голову к груди. Она настолько реально представила себе это, что даже почувствовала сладкую истому во всем теле, казалось, еще миг, и она не сможет сдержать свой порыв. В этот момент раздался телефонный звонок, который показался ей таким громким, что она вздрогнула, со злостью покосилась на телефон, потом виновато взглянула на Савелия, словно извиняясь за что-то, и взяла трубку:
- Слушаю! - резко бросила она, забыв отключить громкую связь.
- Милая, что с тобой? - раздался голос Леши-Шкафа. Он не был напуган ее тоном, вопрос был скорее участливым. - Со мной? - Лолита чуть помолчала, пытаясь вернуться к реальности от своих мыслей. - Нет-нет, все в полном порядке... - Она смягчила тон и бодро добавила: - Просто немного устала... Есть проблемы? - Она сказала эту условную фразу для того, чтобы он знал, что она не одна. Почему-то ей совсем не хотелось переключать телефон. Чуть отвлекшись, Лолита не заметила, как Савелий криво хмыкнул, услышав ее последние слова, и, когда Лолита повернулась к нему, знаком предложил оставить ее одну, но Лолита отрицательно покачала головой.
- Ну и хорошо, - облегченно вздохнул ЛешаШкаф. - Я очень хочу, чтобы на завтрашнем празднике ты была самой красивой. - Спасибо, милый!
- А звоню я вот по какому поводу: мне стало известно, что Хитрован готовит нам какой-то сюрприз, но какой - выяснить не удалось. Дело в том, что из твоего резерва мне пришлось отдать еще шесть билетов: четыре - приморскому региону и два - нашим возможным западным партнерам.
Слова "приморский регион" означали, что кто-то из боссов Приморского края решил посетить их праздник, а "возможные западные партнеры" - что прибудут гости из Италии.
- Слушай, такой ажиотаж вокруг нашего Юбилея, что очень многим приходится отказывать. - Как ни странно, в голосе Леши-Шкафа не было большого энтузиазма, скорее озадаченность.
- Не беспокойся, милый, все будет на самом высшем уровне. - Лолита полистала свою записную книжку и добавила: - Если нужно, можешь использовать еще семь билетов из резерва, себе оставлю только два, на всякий случай.
- Спасибо, ты меня просто выручила! - Голос Леши-Шкафа явно повеселел. - Как там наш Рэксик поживает?
- Кажется, нормально... - Она сделала паузу, словно решая, сказать или нет. - Кстати, если есть желание, можешь сам спросить его об этом. Он сидит прямо передо мной...
- Вот как? - Было заметно, что этот сюрприз был для него не из самых приятных, но он бодро сказал: - Очень хорошо! Дай ему трубку. Лолита взглянула на Савелия, словно пытаясь понять, как он отнесся к такому неожиданному повороту, но тот спокойно протянул руку и взял трубку. - Слушаю, шеф - проговорил он без каких-либо эмоций.
- Привет, чемпион!
- Идущий на смерть приветствует тебя! - усмехнулся Савелий. - Откуда такой пессимизм? - Ну, почему же сразу пессимизм? Так гладиаторы приветствовали римского императора.
- Да, я читал "Спартака", - хмыкнул ЛешаШкаф. - Как самочувствие? Есть ли пожелания? Просьбы? - Самочувствие отличное! А пожелание только одно: чтобы поскорее наступило завтра.
- Что ж, мне нравится, что ты рвешься в бой.
- Не столько в бой, сколько быстрее развязаться с тобой! - Савелий нисколько не старался смягчить тон.
- Ну зачем же так-то? Неужели тебе плохо с нами?
- Какая разница - плохо или хорошо? Просто не люблю быть под чьим-то началом. Я - собака, которая гуляет сама по себе!
- Хорошо-хорошо, сделаешь дело и гуляй смело, - примирительно произнес Леша-Шкаф.
- Ты спросил - я ответил... Есть еще что, или передать трубку хозяйке?
- Ладно, передай... - В голосе Леши послышалась обида.
Лолита взяла трубку и отключила громкую связь, понимая, что сейчас Леша спросит что-то о Рэксе. - Да, слушаю, милый.
- Что с ним? - недовольно спросил Леша-Шкаф.
- Это я и пытаюсь выяснить... - осторожно ответила Лолита, посмотрев на Савелия.
- Может, стоит его чуть "подогреть"? - У них это означало: припугнуть, шантажировать, сыграть на чем-нибудь, в данном случае, на Наташе или на ее братишке.
- Ни в коем случае! - отрезала она. - Верь мне: все будет в порядке!
- Смотри, а по поводу Хитрована я все-таки подстрахуюсь. Кстати, только что разговаривал с Гогой... придется существенно поделиться с ним нашими завтрашними доходами.
- Из-за братьев? - догадалась Лолита.
- Естественно...
- Он что, так и будет сидеть у нас на хвосте?
- Посмотрим... Ладно, милая, целую!
- Я тоже. - Лолита положила трубку и нервно закурила.
- Проблемы? - с иронией спросил Савелий.
- Есть немного... - согласилась она, не обращая внимания на его тон. - Ничего, справлюсь... Вот что, Рэксик, хочу вас спросить о другом, что меня волнует сейчас гораздо больше... - Она немного помедлила, затягиваясь сигаретным дымом, затем выдохнула и продолжила: - В нашей игре есть два варианта. Если предположить, что вы выиграете и станете чемпионом, то мы, поставив на вас, можем сорвать хороший куш, который сразу покроет ваш долг. Но можно прямо сейчас "открыть" вас, создать хорошую рекламу, заставить многих поверить в вашу победу, а самим поставить против вас... Как видите я ничего не скрываю. Конечно, второе менее прибыльно, но безпроигрышно.
- Вы что-то недоговариваете. Судя по всему, у вас появились сомнения на мой счет, и связано это с новостью, которую вы получили сегодня. Поэтому вы и решили прощупать меня, не так ли?
- А вы очень опасный человек, от вас ничего не скроешь! - За кокетливым тоном Лолита попыталась скрыть свое удивление.
- А зачем вам скрывать что-то от меня - мы же партнеры. - Он ехидно ухмыльнулся.
- Вы правы. Да, у меня, действительно, появилась информация, которая заставляет насторожиться. Дело в том, что один из наших конкурентов приготовил нам сюрприз: вместо заявленного ранее бойца он выставляет другого, которого привез из-за границы. Этот метис никогда не проигрывал, угробил нескольких противников, а кличка у него под стать биографии - Робот Смерти. - Лолита как-то странно посмотрела на Савелия: то ли испытующе, то ли с сожалением.
- Вот как! - Улыбка моментально слетела с его лица, и в глазах появился стальной блеск. - Очень хорошо, что вы мне сказали об этом: можете ставить на меня все, что имеете, - завтра его победное шествие прервется! - В его голосе было столько неприкрытой злости, что Лолита даже чуть вздрогнула, подумав, что не желала бы никому иметь этого человека своим врагом.
- Обо мне кто-нибудь знает? - неожиданно спросил он. - Ну что вы!
- Если вы сумели получить информацию о противнике, то как вы можете быть уверенны в том, что он не смог сделать то же самое?
- Вполне логично! - была вынуждена согласиться Лолита. - Но что же тогда делать?
- Думаю, что нынешний хозяин этого Робота Смерти уверен в его победе, но если он хоть что-то узнал обо мне, то... как бы вы поступили на его месте? - неожиданно спросил Савелий. - Деньги-то, судя по всему, немалые!
- Я бы попыталась свести на нет возможность вашей победы.
- То есть?
- Подослала бы костоломов!
- Правильно! А для того, чтобы этого не произошло, меня нужно усиленно охранять. Именно об этом вы сейчас подумали, не так ли?
- Точно!
- Конечно, это существенно уменьшает их шансы, но я уверен, что и противник об этом подумал, а значит, пойдет не только лобовым путем, но и более сложным... Он попытается найти кого-нибудь из вашего окружения, купит его с потрохами, и тот либо пырнет меня сзади ножичком, что маловероятно, либо подсыпет чего-нибудь в еду.
- Организую проверку каждого блюда!
- Сейчас известны такие препараты, что обнаружить их обычным способом почти невозможно, а снятие пробы ничего не даст, результат может проявиться прямо на соревнованиях... - Он говорил с ней, как учитель с нерадивым учеником.
Лолита несколько минут размышляла над тем, что услышала от Савелия. Нет, ей определенно нравился этот парень. Отличная голова! Как четко он все разложил по полочкам! Вот кого бы заиметь "консультантом"...
- Я с вами согласна на все сто и потому принимаю решение: прямо из кабинета вас отвезут ко мне... к нам на квартиру. Я думаю, что с вашей стороны нет возражений. У нас много комфортнее, чем в вашем номере.
- Не сомневаюсь, - кивнул Савелий. - Но как на это посмотрит ваш "милый"?
- А вот это вас не касается!
- Ошибаетесь, хозяйка, очень даже касается: приревнует и... - Он провел рукой по горлу.
- Не бойтесь, не тронет. - Лолита с улыбкой подмигнула.
- Я не за себя, за него боюсь! - жестко отрезал Савелий, и улыбка слетела с ее лица.
- Все будет нормально, с Лешей мы как-нибудь это уладим, - заверила она, но Савелий сказал: - Лучше бы прямо сейчас: не люблю сюрпризов! - Хорошо! - Лолита схватила трубку и быстро набрала номер. - Милый, это я... Знаешь, после твоего звонка я подумала, что ты был прав и нам нужно быть умнее наших противников. - Есть предложения?
- Мне кажется, что Рэксу во избежание каких-либо сюрпризов нужно пожить у нас до самого начала поединков, как ты думаешь?
Савелий с улыбкой покачал головой. Хитрая бестия, очень умело играет на Лешиных слабостях... Тот, видно, уже расплылся в улыбке и думает, что он это сам придумал...
- Ты умница! Я сейчас позвоню и предупрежу, чтобы Марина готовила еще на одного человека.
- Ты просто прелесть, милый! Целую! - Она с довольным видом бросила трубку. - Ну, как? - Высший пилотаж! - хмыкнул Савелий. - Вот что, Рэксик, Никита вас выведет через мой личный вход. Я не хочу, чтобы кто-то узнал, что вас нет в номере.
- Вы опасная женщина. Идею схватываете просто на лету, - вынужден был похвалить ее Савелий.
- Опасная только для врагов, а для друзей... - Лолита игриво подмигнула и нажала на кнопку под столом. В кабинет тут же ввалился Никита. - Слушаю, Хозяйка!
- Вот что, Никита, выведешь его через мой личный вход, не привлекая внимания, посалишь в машину и отвезешь к нам на квартиру. Там передашь его Константину и вернешься, поговорим. Ясно?
- Так точно, Хозяйка: он здесь, но его нет! - весело выпалил Никита. - Вот именно: он здесь, а его нет! - И еще кое-что... - сказал Савелий. - Слушаю вас! - с интересом повернулась к нему Лолита.
- Жеребьевку кто будет проводить? - Это в моих руках, - понимающе ответила она. - Можете быть уверены, что в первом поединке вы с ним не встретитесь...
- А ставки делаются сразу или принимаются после каждого поединка?
- Ставки прекращают приниматься с первым гонгом каждого боя.
- Придется потрудиться, - усмехнулся Савелий. - Еще как!... - воскликнули Лолита и протянула Никите ключи. - До вечера!
Никита кивнул Савелию, чтобы следовал за ним, и они вышли в дверь, расположенную прямо за ее столом. Там оказалась еще одна комната, где был диван, телевизор и небольшие тренажеры. К комнате примыкали ванная, туалет, небольшой бассейн с финской баней. Все это Никита успел ему рассказать, пока они не подошли к двери, за которой скрывался лифт. Спустившись, они оказались в небольшом вестибюле, где Никита попросил подождать, пока он не подгонит машину прямо ко входу. Вскоре машина стояла на месте. Никита, быстро осмотревшись, кивнул Савелию, и тот быстро юркнул в машину и спрятался на заднем сиденье. Никита сел за руль и быстро отъехал прочь.
В машине Савелий с удовольствием ушел в своим мысли. Он точно рассчитал с Лолитой: убедительные доводы подтолкнули ее к тому, что она решила вытащить Савелия из клуба, чего он, собственно, и добивался. Теперь необходимо связаться с полковником Богомоловым, если он еще работает в Органах. Сейчас Савелий вспомнил все и был бесконечно благодарен за это своему старому Учителю, который появился как нельзя кстати.
К полковнику Богомолову у него было много вопросов: и по происшествию на Пироговке, и о капитане Воронове, и о трупе, на который он наткнулся в подземной теплотрассе. Он и так потерял слишком много времени, чтобы продолжать бездействовать. Конечно, он мог бы попытаться связаться с Богомоловым через Наташу, но почему-то не решился впутывать ее в это дело. Савелий не знал, что его бывший учитель по спецназу уже получил о нем сведения, но никак не мог понять, почему Савелий сам не ищет связи с ним или с Богомоловым.
Вычислив, что Лолита переведет его из номера, скорее всего, к себе на квартиру, Савелий хотел только одного: найти возможность позвонить Богомолову, а если его уже нет в Органах, то разыскать Зелинского. Конечно, он понимал, что за каждым его шагом будут следить, но если Никита был с ним с самого начала и успел получить нагоняй от хозяйки, то этот Константин, надо надеяться, не сразу врубится в то, что он него требует Лолита.
Когда Никита ввел его в квартиру Лолиты и ЛешиШкафа, перед ними предстал огромный детина с кобурой под мышкой, из которой виднелся пистолет Макарова.
- Вверяю тебя, Рэкс, в надежные руки, - с усмешкой произнес Никита. - Живите дружно, пока! - Он тут же вышел.
- Константин! - дружелюбно представился детина. - Зовите меня просто Рэкс! - произнес Савелий, погусарски стукнув пятками и склонив голову. - Чем будем заниматься?
- Как насчет обеда? - не обращая внимания на явную иронию, спросил Константин.
- А кто будет готовить, не ты ли? - скривился Савелий.
- У нас есть кому готовить... Между прочим, здесь отличная повариха: пальчики оближешь... - невозмутимо ответил тот, получив, видимо, от Лолиты вполне определенные указания "создать гостю уют и комфорт".
- В таком случае, я - за!.. Кстати, откуда можно позвонить? - как бы между прочим поинтересовался Савелий.
- Телефон на стене. Но звонить ты должен только в моем присутствии и только Наташе! - Он не изменил тона, но Савелий почувствовал, как он доволен, что имеет право хотя бы на этот запрет.
- Как - только Наташе? А родственникам, брату например? - Савелий сделал такое удивленное лицо, что тот даже несколько смутился. - Нет, если ты по этому вопросу сам не можешь принять решение, то давай я позвоню госпоже Лолите, и она подтвердит, что уж братуто я могу позвонить! - Савелий сделал шаг к телефону, но был остановлен, как и рассчитывал.
- Хорошо, можно и брату, но в моем присутствии, - решительно проговорил Константин.
- Естественно, приказы начальства не подлежат обсуждению! - на полном серьезе произнес Савелий и набрал телефон Богомолова. - Приемная... - услышал он мужской голос. - Соедините, пожалуйста, с Константином Ивановичем, - спокойно проговорил Савелий. - Как доложить?
- Скажите, что звонит его младший брат. - Савелий не задумываясь пошел на эту ложь в надежде, что офицер либо соединит машинально, либо доложит Богомолову, и тот прикажет соединить из любопытства. После недолгой паузы Савелий услышал голос Богомолова:
- Слушаю!
- Костя, это я, твой "бешеный" брат! - Савелий подмигнул Константину, а у самого внутри все звенело: узнает ли его Богомолов, примет ли условия игры. Он очень надеялся, что тот сразу поймет все, как понял его тогда, когда Савелий сообщал ему о генерале Галине.
Константин Иванович сразу же узнал голос Савелия и с трудом сдержался, чтобы не засыпать его вопросами. Не зная, откуда звонит Савелий, и не будучи уверенным, что их разговор не подслушивается кем-либо третьим, он решил предоставить Савелию возможность самому решить, что и как говорить.
- Привет, братишка! - весело проговорил он. - Давно ты мне не звонил, как дела?
- Понимаешь, Костя, тренировался много: готовился к серьезным поединкам на звание чемпиона России, и потому никак не мог выбрать время связаться с тобой, а сейчас, за день до схваток, нашел возможность... Очень бы хотелось, чтобы ты появился и поддержал меня, но с билетами трудно: вмиг разошлись по самым крутым кругам. И вряд ли удастся у кого-нибудь перекупить. Я тут встретил на днях старого знакомого, хотел у него попросить, но... да ты его должен помнить: я его как-то раз привозил к тебе на "мерседесе"...
- Да, я его помню... Спасибо за приглашение, попытаюсь через знакомых достать... Желаю удачи и помни: я всегда болею за тебя, как и многие другие, кто любит тебя и всегда помнит! Звони, когда сможешь!
- Если смогу, то конечно! - сказал Савелий с явной усмешкой. - Хорошо бы повидаться, чайку попить, потолковать о том, о сем...
- Еще повидаемся. - Богомолов сделал небольшую паузу и тут же добавил: - Помни, теперь я всегда буду рядом с тобой!
- Я знал, что на брата я всегда могу положиться, как на себя самого. Всем огромный привет! - Последним словам Савелий особенно обрадовался: Константин Иванович смог засечь номер телефона, а значит, найдет и адрес. Он положил трубку и взглянул на Константина. - Ну, как, вроде никакой оплошности я не допустил? Я ж понимаю, что ты выполняешь свою работу, и потому не собираюсь тебя подставлять. Могу даже не говорить про разговор с братом, которого она не знает. - Он произнес это так спокойно, словно речь шла о совершеннейшем пустяке.
Константин понял, какую глупость он сейчас совершил, но совладал с собою и во вздохом сказал:
- Можешь говорить, можешь не говорить: хозяйка и сама узнает об этом звонке. Все разговоры с этого телефона записываются. - Он взглянул испытующе в глаза Савелию, но тот справился с охватившими его чувствами и спокойно сказал:
- Ну что ж, тем лучше! - В мыслях он прокручивал весь разговор с Богомоловым, пытаясь найти хоть чтонибудь, что могло бы насторожить Лолиту. Если она обратит внимание на "старого знакомого, которого "встретил на днях"... Но и здесь есть отмазка: можно сказать, что встретил его, когда смотался из номера в тот злополучный день. Кто он? Да хотя бы Алик. Очень увлекается боевыми искусствами, вот и хотел у него билетиком разжиться. Почему не рассказал про брата? Кто он и чем занимается? Здесь, конечно, посложнее... Приемная! Хорошо еще, что помощник не назвал, что за приемная. Чем занимается? Президент коммерческой фирмы! Самая популярная сейчас профессия...
Неожиданно Савелий вспомнил о мыслях Долиты, когда она разговаривала по телефону с Лешей-Шкафом. Тогда, занятый другими проблемами, он зафиксировал их и отложил в память, а сейчас эта информация неожиданно выплыла, заставив его сосредоточиться.
Лолита тогда подумала о каких-то двух покойных братьях, которые были уничтожены с ее подачи. А ведь она не курочка, Лолита только прикидывается курочкой, на самом деле она стервятник!
На связь пойдет Воронов
Генерал Богомолов был настолько изумлен, звонком Савелия Говоркова, что в первые минуты с трудом справился с волнением. Он его столько разыскивал, столько было затрачено сил на его поиски, которые принесли даже гибель одному сотруднику, что этот звонок буквально ошарашил генерала. Внутри у него просто клокотало, когда он бодрым голосом изображал его брата. Услышав голос Савелия, Константин Иванович тут же подал знак своему помощнику определить телефон, с которого он звонил. По его тону генерал понял, что Савелий разговаривает с ним под наблюдением и этот разговор может прослушиваться еще кем-то. Понял он также, что Савелию нужна помощь, а если судить по тому, что он пошел на такой риск, ситуация действительно может быть самой экстремальной. Хотелось надеяться, что Савелию удалось набрать номер без посторонних глаз, но если всетаки им удалось его засечь, то нужно быть готовым к проверке.
Константин Иванович распорядился, чтобы этот номер перевели на отдельный телефон, куда посадили сотрудника для круглосуточного дежурства. Кроме того, нужно было придумать легенду о работе брата Савелия. Помощник уверенно заявил, что не называл их ведомство и сказал только одно слово: приемная. - Что мог сказать Савелий? Какую легенду он выдумал? Вряд ли он стал бы придумывать что-то сложное... Скорее всего, то, что очень популярно в стране и у всех на слуху. Какая-нибудь коммерческая структура... Стоп! Приемная может быть у директора банка, фирмы... Савелий работал в фирме "Феникс" и, скорее всего, использовал этот факт, чтобы не проколоться на каком-нибудь пустяке. Итак, фирма, а раз приемная, то брат - директор или президент. Прекрасно...
Теперь нужно продумать следующее: если их разговор записан, то голос генерала тоже зафиксирован, и теперь только он может говорить от имени брата. С этим ясно, дальше... В дверь кабинета постучали.
- Можно? - заглянул его помощник, полковник с очень звучной фамилией - Рокотов. - Пожалуйста, Михаил Никифорович. - Удалось выяснить адрес и хозяев квартиры... - Слушаю, полковник! - нетерпеливо бросил Богомолов.
- Квартира оформлена на Марию Петровну Подшивалову, но проживает в ней ее племянник - Иконников Алексей Дмитриевич по кличке Леша-Шкаф. Личность довольно известная в криминальных кругах, им не единожды интересовались органы внутренних дел, ко каждый раз он выходил сухим из воды. Занимается бизнесом, пытается найти выходы на зарубежный рынок, имел контакты с представителем итальянской фирмы "Алаконд", которая принадлежала одному из известных братьев... - Принадлежала? - нахмурился генерал. - Да, Константин Иванович. Несколько дней тому назад оба брата были уничтожены взрывом у своего дома. Следствие ведется.
- Продолжайте... - задумчиво бросил Константин Иванович, пометив что-то в своем блокноте.
- Последнее время проживает с Илоной Мезенцевой по кличке Лолита. Судя по всему, взаимоотношения очень серьезные...
- Судя по чему? - перебил генерал. - Ранее Леша-Шкаф разрывался на две части: и фирму возглавлял, и свое любимое хобби не бросал. Он увлекался рукопашными боями и был одним из сильнейших бойцов в городе, когда еще каратэ было под запретом...
Генерал неожиданно поднял глаза, услышав слово "каратэ"
- Именно тогда он и организовал клуб, где проводил подпольные поединки. Выловить в то время его так и не удалось: каждый раз он менял помещение, бои проводились втайне, допускались только доверенные лица. Так вот, когда в его жизни появилась Лолита, он отдал ей свое детище, и сейчас она возглавляет клуб "Виктория". И там проводятся состязания, теперь уже на вполне официальном уровне.
- Стоп! - неожиданно воскликнул Константин Иванович. Он сразу же понял, что такое совпадение не может быть простой случайностью и то, о чем говорил Савелий Говорков, скорее всего, связано именно с клубом "Виктория". - Вот что, дорогой Михаил Никифорович, мне нужна срочная и полная информация об этом клубе, а в первую очередь - о ближайших состязаниях, которые, я уверен, будут проводиться завтра. Во что бы то ни стало нужно достать на эти состязания хотя бы пару билетов.
- Не думал, что вы интересуетесь восточными единоборствами... - Полковник удивленно пожал плечами, но, перехватив серьезный взгляд своего шефа, тут же сменил тон. - Я так понимаю, что попасть туда нужно не под нашей крышей.
- Разумеется! И билеты должны быть приобретены, а не получены в подарок.
- Да, но... - полковник чуть замялся. - Если так, то они очень дорого стоят.
- Не дороже денег! - резко оборвал генерал, но потом добавил: - Почему вы так считаете?
- Да есть у меня один приятель - бизнесмен, который тоже увлекается единоборствами, но по другим причинам... - Заметив подозрительный взгляд шефа, полковник быстро добавил: - Нет-нет, он нормальный мужик и большой умница, из кадровых военных. Когда попал в аварию и потерял ногу, занялся коммерцией и делает деньги, на чем может. Он рассказал мне об этих боях, где, как на ипподроме, делаются ставки, и можно выиграть большие деньги. Уверен, что, если завтра в этом клубе будут состязания, он будет на них. - Рокотов подумал немного и решительно сказал: - Думаю, что именно через него и можно обзавестись билетами. - Только очень аккуратно, - бросил генерал. - Разумеется. Разрешите идти? - Да, и держите меня в курсе!
Когда полковник вышел, Константин Иванович задумчиво покачал головой: уж слишком все гладко идет! Он не любил, когда судьба подносила ему легкие успехи, которые почти всегда позднее вели к срывам. Но, может быть, сейчас все повернется по-другому и судьба будет более милосердной... Он быстро набрал номер.
- Порфирий Сергеевич? Очень рад, что застал вас дома! - Богомолов не смог скрыть радости в голосе и не очень удивился, когда старый генерал мгновенно "вскрыл его, как консервную банку": - Неужели нашелся Говорков?! - С вами просто неинтересно! - привычно заметил он. - У вас нет срочных дел?
- Даже если бы и были! - быстро ответил Говоров. - Где и когда?
- Высылаю машину, а пока она едет, созвонитесь с Вороновым.
- Без проблем! - бодро подхватил Говоров и положил трубку, словно боясь, что Богомолов может передумать.
Генерал Богомолов связался с теми, кому была поручена слежка за квартирой Леши-Шкафа. Возглавлял эту слежку весьма толковый капитан, которого генерал Богомолов присмотрел у воздушных десантников. Тогда он был старшим лейтенантом и командовал разведротой. Генералу понравился его независимый характер, гибкий ум, цепкая память и отличное владение приемами рукопашной схватки. С его красивой внешностью и стройной фигурой он вполне мог сойти за актера одного из столичных театров. Капитан Иннокентий Решетников владел двумя языками - английским и арабским, его родители преподавали в институте иностраных языков. Он мог спокойно получить высшее образование в том же институте, но вдруг отказался от уготованной ему проторенной дорожки и пошел в армию, в воздушно-десантные войска, там добился направления на учебу и вернулся в ту же дивизию уже лейтенантом. Он был очень деятельным человеком, и вскоре ему наскучила однообразная служба в дивизии, поэтому, когда генерал Богомолов обратил на него внимание во время инспекции, старший лейтенант Решетников без особых колебаний согласился перейти работать в органы госбезопасности.
Когда Богомолов возглавил отдел, он взял к себе Иннокентия офицером для особых поручений и был им весьма доволен, зная, что на него можно положиться во всем. И он был единственным, кого генерал называл по имени. - Кеша? Это Богомолов! Есть новости? - Только что приехала хозяйка дома, Константин Иванович, - сразу же стал докладывать тот. - Судя по тому, что машину не отпустила, заехала ненадолго. Других посещений не было, из квартиры никто не выходил. Константин Иванович, может быть, стоит посетить квартиру? Есть один довольно надежный простой планчик.
- Может быть, он и понадобится... - задумчиво ответил генерал. Очень уж заманчивым было предложение его любимца, но и опасность велика: можно было навредить Савелию. - Пока только пассивное наблюдение! А второй группе поручить не выпускать из виду хозяйку. Третья группа отозвалась?
- Так точно, Константин Иванович! Они крепко вцепились в самого хозяина и не выпускают его из виду ни на минуту. Тяжеловато им приходится: мотается по всему городу. Что-то у них назревает...
- Нам это известно, - ответил Богомолов. - Хорошо, будь на связи и, если что, сразу выходи лично на меня.
- Слушаюсь, товарищ генерал!
- Гуд лак! - по-английски пожелал ему удачи Константин Иванович и улыбнулся, когда услышал в ответ: - А как же!
Дело в том, что Богомолов впервые увидел Иннокентия на занятиях английским языком, которые тот проводил в своей роте. У него был один солдат, который на любой вопрос, заданный по-английски, отвечал: "А как же!" Даже когда он обратился к нему с вопросом: "Как служится?", этот солдат, нисколько не смущаясь, ответил: "А как же!" Как ни странно, Иннокентий стал его защищать и уверял Богомолова, тогда еще полковника, что солдат этот очень способный, отлично говорит по-английски и просто валяет дурака!
Размышления Богомолова были прерваны стуком в дверь.
- Входите, Михаил Никифорович! - Вот! - Полковник выложил три билета. - Отлично! Теперь подробности, пожалуйста. - Генерал стал рассматривать билеты с довольно многообещающей надписью: "Дорогой друг! Президент клуба "Виктория" имеет честь пригласить Вас на празднование юбилея клуба, где Вам гарантируется отличное настроение, возможность пощекотать нервы, а некоторым - поправить свои финансовые дела. Клуб и Лолита ждут Вас".
- Билеты стоят от двухсот пятидесяти до тысячи долларов. Это как минимум - некоторые и по пять-десять тысяч платили.
- Вот как? - нахмурился Богомолов. - Очень интересно. Надеюсь, эти вам обошлись в минимальную сумму? - Естественно, по двести пятьдесят. - Отчет ко мне на стол, я подпишу. Дальше! - Как я и говорил, клуб с недавних пор возглавила Лолита и очень круто взялась за дело: ремонт, мебель, новая обслуга - красивые, стройные, длинноногие, хоть в манекенщицы направляй. Очень серьезное внимание уделяет службе безопасности, которая, судя по всему, занимается и другими деликатными делами. Завтра состоится юбилейный вечер, или, скорее, ночь, так как длится он до пяти утра. На этом празднике будет разыгрываться титул Чемпиона России.
- Все точно... - как бы про себя заметил Константин Иванович, вспомнив свой разговоре Савелием.
- Это как раз и является главным, ради чего туда собираются очень богатые и азартные люди. - Тотализатор? - вставил генерал. - Так точно! Меня подробно посвятил в это дело мой приятель.
- Стоп! Вы еще не сказали, Михаил Никифоропич, каким образом он достал нам билеты, если они в таком дефиците?
- Все в порядке, Константин Иванович. Нам просто повезло: у моего приятеля как раз завтра назначена встреча в Питере, и он был рад уступить мне свои билеты. - Полковник хитро улыбнулся.
- Надеюсь, встреча в Питере, которую вы организовали, не разочарует вашего приятеля? Слушаю дальше...
- Каждый обладатель билета обязан делать ставки, и не менее чем на три поединка! - Рокотов со вздохом покачал головой. - Минимальная ставка сто "зеленых", хотя меньше пятисот там никто не ставит. Делать ставку можно до первого гонга каждой встречи.
- А если кто-то не захотел делать ставку или не смог - денег, допустим, нет, - тогда как?
- Если тебя знают и верят, то предоставляется кредит, в противном случае - вежливо попросят пройти к выходу.
- Понятно... и достаточно справедливо: нет денег - сиди дома и зарабатывай мозоли на жене! - Генерал хмыкнул. - Как одеваться?
- Обязательно смокинг и бабочка. Мой друг особо подчеркнул: оружие с собой не брать, оставлять в машине. Самым почетным гостям разрешено проводить с собой одного телохранителя, который стоит наверху, за последним рядом, и весь праздник проводит на ногах. Питание получает наравне со всеми, кроме спиртных напитков.
- Да, ритуал расписан четко! - Генерал подумал, потом решительно опустил ладони на стол, словно ставя точку. - Очень хорошо, что вам удалось достать именно три билета. Сейчас сходите, пожалуйста, - он бросил взгляд на часы, - они еще там, успеете - к начфину и получите на свое имя пять тысяч долларов. И скажите, чтобы ко мне зашел Варданян. - Есть! Разрешите идти!
- Да-да, выполняйте! - проговорил генерал, мысли которого были уже далеко.
Майор Варданян был незаменимым человеком при любой власти: он закончил школу дизайнеров, был классным художником, модельером, портным и черт знает кем. Любого человека он мог одеть в пять минут, да еще успевал рассказать, как носить ту или иную вещь, в каких случаях зонтик, тросточку и головной убор можно оставить, а в каких - сдать швейцару или в гардероб. Он знал, кажется, все этикеты - от воровского до приема в Кремле или на Елисейских полях.
Не успел он войти в кабинет и поздороваться, как генерал сказал:
- Дорогой Ашот, нужны три смокинга, три бабочки и три пары обуви.
- По какому случаю приемчик? - поинтересовался тот.
- Юбилей фешенебельного клуба, где соберется блатная знать со всего бывшего Союза. Не исключено, что будет и зарубеж.
- Понятно. Кого нужно одеть? - Было заметно, что майору это не очень интересно: он любил сложные и необычные задания, когда его способности могли проявиться во всем блеске.
- Во-первых, меня, во-вторых... - Генерал вновь взглянул на часы, - минут через пять придут еще двое. Костюмы должны быть готовы завтра к семнадцати часам.
Майор хотел еще что-то спросить, но тут в дверь кабинета постучали.
- Войдите! - тут же отозвался генерал, и в кабинет вошли Говоров и Воронов.
- А вот и те, о ком мы говорили! - воскликнул генерал, встал из-за стола и крепко пожал им руки. - Знакомьтесь: незаменимый в своем деле майор Варданян! - не без пафоса произнес он.
- Здравствуйте, - кивнул тот, задумчиво оглядывая их с головы до ног. - У вас, обратился он к Говорову, - пятьдесят четвертый, второй рост, обувь - сорок второй, а у вас - пятьдесят второй, третий рост, обувь - сорок третий. Отлично! Я могу идти? - спросил он, повернувшись к Богомолову.
- Да, вы свободны! - чуть усмехаясь, ответил генерал, и Варданян тут же вышел, бормоча что-то про себя.
- Кажется, вы что-то придумали? - Говоров вопросительно глянул на Богомолова.
- Что с Савелием? - не выдержав, спросил Воронов. - А разве генерал ничего вам не рассказал? Ах да, он и сам ничего еще не знает! Так вот, слушайте... - И Богомолов рассказал им все, что ему было известно о Савелии и о предстоящих состязаниях.
- Если Савелий решился на такой риск, как звонок под наблюдением, то дело там намечается очень серьезное, - задумчиво проговорил Говоров. - Вы точно пересказали то, о чем он говорил с вами? - Можно сказать, дословно, - заверил генерал. - Так... Сигнал опасности не подал, значит, не хотел, чтобы мы сразу бросились его вытаскивать оттуда. Но тон разговора говорит о том, что он находится под серьезным наблюдением и не имеет возможности свободной связи, а она ему очень нужна. Очень! - со вздохом повторил Говоров.
- Вот три билета на этот ночной пикник, где он будет участвовать в схватках за... как тут пишется, звание Чемпиона России.
- Теперь понятно, в чем специализируется майор Варданян! - усмехнулся Говоров.
- А кто пойдет с нами третьим? - неожиданно спросил Воронов.
- Третьим пойду я, - спокойно ответил Богомолов. - Вы? - почти одновременно воскликнули с изумлением Говоров и Воронов. - Или я чего-то не понимаю или... - начал Говоров.
- Или я свихнулся, не так ли? - договорил за него Богомолов.
- Не так грубо, но где-то близко... - согласился тот.
- Понимаете, дорогой Порфирий Сергеевич, - не торопясь начал объяснять генерал, - то, на что идет Савелий, очень опасно, и мне хочется, чтобы как можно меньше посторонних было связано с этим. - Рассказов... - прошептал Говоров. - Да, Рассказов. - Генерал тоже машинально понизил голос, словно боялся, что их может кто-то подслушать. - Позднее, когда мы сможем вытащить из всего этого Савелия, я подробно расскажу вам о плане, о котором пока знаю только я.
- Но вы же прекрасно знаете, какому риску подвергаете себя, решившись нырнуть в это логово!
- Знаю, но стараюсь свести риск до минимума и потому прибегну к искусству Варданяна не только в одежде, но и в гриме. Увидите, все будет в порядке! - Богомолов рассмеялся. - Так что завтра мы окунемся в ночную жизнь богатых людей и будем швырять "зеленые" направо и налево, но... в разумных пределах! - усмехнулся он. - Деньги-то государственные! - Разрешите задать вопрос? - сказал Воронов. - Прошу.
- Намечается активная операция? - Ни в коем случае! - резко ответил Богомолов. - Только наши пассивные наблюдения и пассивные, повторяю, поиски контакта с Савелием. Но почему вы об этом спросили, капитан Воронов?
- Вы же сами говорили, что мы должны быть как все, не так ли?
Богомолов явно не понимал, к чему клонит Воронов. - А там будет тотализатор... - в глазах Воронова промелькнула хитрая усмешка.
- Капитан хочет сказать, что государственные деньги можно вернуть с хорошей прибылью! - пояснил Говоров.
- Откуда такая уверенность? А если его противником окажется какой-нибудь профессионал? К тому же мы не знаем, в каких условиях находился наш приятель и в какой сейчас форме, - не очень уверенно пытался отговориться Богомолов, хотя было видно, что идея пришлась ему по душе.
- В каких бы условиях ни содержался Савелий, но если он дал согласие участвовать в этих схватках, то можно смело ставить на него! - уверенно воскликнул Воронов.
Богомолов внимательно посмотрел на капитана, потом перевел вопросительный взгляд на Говорова, словно ища у него поддержки.
- Боюсь, что в этом вопросе я всецело на стороне капитана Воронова, но, в отличие от его эмоционального порыва, я сделаю небольшой анализ в пользу этого решения. Судя по всему, Савелий участвует в этих состязаниях под покровительством владельцев этого клуба, и его участие держится под большим секретом. Вполне резонно можно предположить, что его хотят выставить "темной лошадкой", на которую вряд ли многие решатся поставить, а как раз на это расчет его покровителей: они хотят сорвать на нем огромные деньги. В таком случае жизнь нашего приятеля была немного лучше, чем у нас с вами. Во всяком случае, кушал и тренировался Савелий не хуже, чем Тайсон.
- Звучит убедительно, - вынужден был согласиться Богомолов.
- Скажу больше, - продолжил Говоров. - У меня скопились кое-какие сбережения на старость, так я все поставлю на своего любимца. - А если проиграете?
- Если проиграю, то, по крайней мере, не будет стыдно за то, что я не поверил в него.
- Константин Иванович, я не имею никаких сбережений и не прошу вас выделять мне служебные деньги, но дайте мне в долг, сколько сможете, а если что... то я заработаю и верну! - попросил Воронов.
- Вы что, сговорились? - улыбнулся Богомолов, потом немного подумал и махнул рукой. - Была не была, иду вам навстречу, а сам не могу, не имею права: только в пределах служебных интересов...
- Скажите, Константин Иванович, вы уверены, что у хозяев клуба "Виктория" достаточно сил, чтобы оградить празднование юбилея от возможных инцидентов? - неожиданно спросил Говоров. - Что вы имеете в виду?
- Я знаю хорошо своего ученика: он не пойдет на компромисс и будет биться до последнего, а это может не устроить хозяев его соперника.
- Вы думаете, что те попытаются ему что-нибудь подстроить? - встревожился Богомолов. - Во всяком случае, такой момент нельзя исключать.
- А что если усугубить ситуацию до предела? - снова вмешался капитан Воронов.
- Каким образом и для чего? - не понял Богомолов. - Представьте себе: вы готовите "сюрприз" своим соперникам и старательно держите его в тайне, вдруг звонит некто и предупреждает, что вашему "сюрпризу" готовится ловушка. Что вы предпримете?
- Продумаю все варианты защиты моего "сюрприза" от этих ловушек... - не очень уверенно проговорил генерал Богомолов.
- Стоп! - воскликнул Говоров. - А в этом что-то есть! Давайте поразмыслим: что может сделать нечистоплотный противник в подобной ситуации? На открытое пападение вряд ли решится: открыть себя в таких делах - значит навлечь на себя угрозу со всех сторон. Физическое вмешательство маловероятно... - Отравление! - воскликнул хозяин кабинета. - Вот! Именно на это, я уверен, и должны пойти его соперники. Нисколько не сомневаюсь, что именно поэтому Савелия и перевели в дом, и у тех остается слишком мало времени, чтобы осуществить свой план, - с момента появления Савелия в клубе до выхода на ринг.
- Комната, где он будет переодеваться, коридор, по которому его поведут к месту схватки и судья... - задумчиво перечислил Богомолов.
- Ему, может, захочется и водички попить, - добавил Воронов.
- И массаж! Во время массажа вполне можно ввести какую-нибудь дрянь, - поморщился генерал.
- Нет, массаж Савка делать не будет! - решительно заявил Воронов. - Он готовит мышцы по специальной методе внутреннего созерцания, и в этот момент остается один.
- Итак, комната, коридор и судья. - Богомолов покачал головой. - Многовато...
- Думаю, что и комнату можно уверенно исключить, - заявил Говоров. - Посторонних туда не допустят, а пить перед схваткой Савелий и сам не будет. А коридор и судья... Это самые уязвимые места в системе защиты, вот о них-то и нужно предупредить Савелия и его хозяев.
- С хозяевами-то просто: звонит "доброжелатель" и предупреждает... Стоп! Мой очень толковый офицер, который сейчас ведет наблюдение за этой квартирой, предлагал план встречи с Савелием. - Что за план? - встрепенулся Говоров. - Сейчас... - Генерал взял в руку рацию. - Первый! Первый!
- Первый слушает! - тут же отозвался голос. - Кеша, это Богомолов. Новости есть? - Хозяйка уехала, пробыв в квартире минут тридцать, больше никакого движения.
- Кеша, какой планчик был у тебя! Или он уже устарел?
- Никак нет! - обрадованно заверил Решетников. - Прямо под ними живет старушка. Она уже несколько раз жаловалась, что ее заливают сверху... - Он красноречиво замолчал.
- Да-а... - протянул генерал. - Простота, которая хуже воровства! Сам придумал или в кино увидел?
- Это вы зря, Константин Иванович... - без всякой обиды ответил капитан. Было заметно, что ему не впервой выслушивать от генерала подобные насмешки. - Эту информацию мы получили от участкового инспектора, которого старушка не раз вызывала.
- Ладно, верю. Свяжись через своих ребят с диспетчерской этого участка: пусть там появится запись о протечке в квартире...
- Сорок девятая, Константин Иванович. - В квартире сорок девять. И пусть сделают пометку, что туда направился сантехник. На все это у тебя есть... - Он повернулся к Говорову, и тот показал на пальцах двадцать пять минут. - Пятнадцать минут, ясно?
- Не сомневайтесь, Константин Иванович - бодро заверил капитан. - Гуд лак!
- А как же! - усмехнулся Иннокентий. Генерал Богомолов с улыбкой покачал головой и отложил рацию. - Я так понимаю, что вы направитесь сантехником к Савелию, не так ли, генерал? - повернулся Богомолов к Говорову.
- Мне этого очень бы хотелось, но, думается, лучше будет пойти капитану Воронову.
- Откровенно говоря, я думал, что мне придется убеждать вас отправить меня на эту встречу, - смущенно заметил Андрей. - Мы с Савкой еще в детстве придумали систему знакового общения между собой... - Он замолчал и умоляюще смотрел на Богомолова.
Тот покачал головой, поморщился, словно пытаясь бороться сам с собою, но слишком уж убедительно прозвучал последний довод Воронова, и потому он вздохнул и согласно кивнул.
- Сейчас мой помощник отведет вас к Варданяну, и тот сделает вас классным сантехником. К дому ЛешиШкафа, вас отвезет мой водитель. Остановитесь за пару кварталов до объекта, а назад вас отвезет кто-нибудь из людей Кеши. Они сами подойдут к вам и скажут: "У нас, земляк, снова протекает, а обещали, чти все будет нормально". В ответ вы скажете: "Слово нужно держать". - В каком месте они подойдут? - Это неважно, но думаю, там, где вас высадят. - Главное, что вы должны сообщить Савелию: опасность в коридоре и опасность со стороны судьи, а от него узнать, какая ему нужна помощь и система связи, если он решит там задержаться. И прошу вас, никакой самодеятельности! - серьезно добавил Богомолов. - Никакой! Мы не знаем, что за люди окружают Говоркова и что с ним произошло за последнее время.
- Не беспокойтесь, Константин Иванович, Савка мне как брат родной, даже больше: я жизнью ему обязан! - Капитан встал, расправил плечи и, казалось, стал даже выше, мощнее оттого, что у него, наконец, появился реальный шанс помочь Савелию. - Я готов!
- Вижу! - улыбнулся Богомолов и вызвал помощника.
Послание от Савелия
А Савелий в этот момент сидел перед огромным экраном "Панасоника" и смотрел фильм, в котором Джеки Чан шутя расправлялся со своими врагами. Однако мысли Савелия были заняты совершенно другим. Он пытался поставить себя на место Богомолова: что бы он сделал в его положении? Во-первых, постарался бы найти клуб, где будет проходить юбилей. Во-вторых, попытался бы найти возможность контакта здесь, в квартире. Но это совсем уж из области фантастики. Пойти на такой риск! Для этого нужно такое прикрытие, чтобы комар носа не подточил.
Савелий не очень удивился приезду Лолиты: скорее всего о звонке сообщил Константин, который с него буквально не сводил глаз. Лолита задала несколько вопросов о его самочувствии, о том, как ему понравился их дом, а потом, как бы невзначай, поинтересовалась его братом. Савелий спокойно расписал ей, чем он занимается, без колебаний назвал номер телефона, уверенный, что Богомолов уже успел подстраховаться, и посетовал на то, что из-за отсутствия билетов не может пригласить брата на поединки.
Лолита сделала скорбную физиономию и пожурила его за то, что он не сказал, что ему нужно кого-то пригласить. Для Наташи билет она оставила, причем, как важно заявила она, за счет клуба, гостевой, по которому она может не делать ставки. Когда он поинтересовался, что это означает, Лолита ответила, что без гостевого билета неучастие в тотализаторе может привести к тому, что ее просто выведут из зала. Ей, конечно, очень жаль, что она уже не может помочь с билетами, но в следующий раз... Она многозначительно посмотрела на него, пожелала хорошего отдыха, затем что-то шепнула его охраннику и тут же вышла.
Савелию снова удалось прочесть ее мысли: она была сильно озабочена новоявленным братом и собралась проверить все, что он ей рассказал. В какой-то момент она решила плюнуть па резерв и отдать оставшиеся билеты его "брату", но Савелий, предупреждая ее эмоциональный порыв, заверил, что у брата достаточно возможностей достать билеты, было бы желание. В этом случае он будет рад их познакомить.
На всякий случай Савелий решил подготовиться к возможному появлению человека от Богомолова в квартире. Он припрятал салфетку во время обеда, стянул авторучку и в туалете быстро набросал несколько строк. Он ничем не рисковал, если бы этот клочок оказался у кого-нибудь, кроме Воронова: только он мог разобраться в столбике цифр, напоминавшем подсчет упражнений, прыжков, поднятия тяжестей, что было совершенно естественным. Он даже не стал прятать этот листок, а просто сунул в карман. Осталось только ждать и надеяться.
В тишине квартиры звонок в дверь показался оглушительным, и парень, внимательно поглядывающий на Савелия, чуть заметно вздрогнул. Судя по его реакции, он никого не ждал в это время. Сунув руку под мышку, он выхватил пистолет и бросил Савелию:
- Сиди тихо! - Потом подошел к двери, заглянул в глазок и сонно спросил: - Кого нужно?
- Сантехник я, из ДЭЗа. Протечку от вас сделали в нижнюю квартиру...
Из-за толстой двери слышно было довольно плохо, но голос показался Савелию знакомым. - А кто вас послал?
- Как кто? Диспетчер. Вот люди, к ним с делом пришли, а они - кто да что... Если не верите, - позвоните диспетчеру. - Чувствовалось, что мужчина за дверью начал раздражаться.
- Хорошо, подождите. - Константин подошел к телефону и быстро набрал номер. - Вам звонят из пятьдесят третьей квартиры дома девятнадцать, вы направляли к нам сантехника?.. Хорошо-хорошо, не нужно так кричать! Не мы виноваты, что квартиру заливает, у нас вроде все сухо. - Он бросил трубку, подошел к двери и нехотя открыл ее. На пороге Савелий увидел капитана Воронова.
Несмотря на то что Савелий был наготове и ждал чего-то подобного, он был настолько ошарашен, что если бы Константин знал его-давно, то наверняка бы сразу заподозрил что-то неладное. Однако Савелий быстро взял себя в руки и тут же подал знак "опасность".
Их взгляды встретились буквально на мгновение. Со стороны могло показаться, что два незнакомых человека мимолетно оглядели друг друга и тут же забыли об этом. На самом деле они вложили в эти взгляды столько информации, что непосвященному это понять было бы невозможно.
Они сказали, что очень скучали и переживали друг без друга, что Андрей совсем отчаялся разыскать Савелия, но никогда не терял надежды на благополучный исход, что Савелий не мог ничего сообщить о себе, но об этом он расскажет потом, что сейчас ему необходима помощь, но с ней нужно быть весьма осторожным, что он приготовил для него послание и готов его передать, на что и Андрей ответил тем же. В этих взглядах было и многое другое, что невозможно рассказать на бумаге.
Воронов поставил на пол чемоданчик. Критически оглядев Константина, обратился к Савелию.
- Ты, что ли, здесь хозяин? - не очень вежливо спросил он.
- Не угадал, приятель, - усмехнулся Савелий. - А мне все равно, - равнодушно буркнул Воронов и повернулся к Константину: - Где тут у вас ванная и туалет?
Тот молча кивнул следовать за ним и на миг отвернулся. Этого было достаточно, чтобы Воронов незаметно сунул бумажку за косяк.
Когда они скрылись в ванной, Савелий подскочил к чемоданчику, сунул свою записку под замок, подхватил послание Андрея и проворно вернулся на свое место, что оказалось весьма своевременно. Оба вернулись. Савелий подал знак Андрею, что он все успел сделать.
- Прямо не знаю, что и делать... - задумчиво проговорил Воронов, ожидающе поглядывая на Константина. - Везде вроде сухо, а соседи под вами залиты.
- Но вы же сами убедились, что у нас сухо... - несколько раздражаясь, ответил тот.
- Убедиться-то убедился, но, может быть, вы залили их и успели все подтереть. Тогда как? - рассудительно спросил Воронов.
- И что же делать? - Парень видно совсем растерялся.
Неизвестно, сколько бы продолжалась эта "дипломатическая" игра, если бы к ним не вышла мощная, но миловидная дамочка. Она укоризнеияо посмотрела на Константина.
- Ну мужики пошли: ни черта не могут - ухмыльнулась она, сунула руку в карман фартука, вытащила оттуда несколько пятисотенных купюр и вручила их Воронову. - Вы же сами пришли и увидели, что у нас все сухо и нигде не течет! - Она подмигнула ему.
- Вот я и говорю, что протечка, видно, внутренняя. - Воронов хитро улыбнулся. - Так и доложу инженеру, пусть сами решают, что делать. - Он поднял с пола чемоданчик. - Бывайте, хозяюшка! - благодарно сказал он женщине, а на Константина даже не взглянул и пошел к выходу, бормоча что-то себе под нос.
Константин закрыл за ним дверь, затем повернулся к домработнице.
- Что ты так на меня смотришь? Откуда я мог знать... - оправдывающимся тоном начал он. - Он что, не мог прямо сказать?
- Прямо? Этот мужик работает на государственной службе и пашет за гроши. Он скажет прямо, а какойнибудь охламон пойдет и сдаст его с потрохами! - Но... - парень явно смутился. - Вот тебе и "но"! - Она повернулась к Савелию. - Через пятнадцать минут прошу к столу: будет все, как вы просили. - Было заметно, что Савелий ей по душе.
- Очень хорошо! - воскликнул он и направился в ванную комнату. - Помыться, побриться и смокинг надеть! - весело добавил он и церемонно пропустил вперед себя женщину.
Этот джентльменский жест вызвал на ее щеках румянец смущения. Она улыбнулась и, кокетливо виляя крутыми бедрами, направилась в сторону кухни.
Савелий вошел в ванную, закрылся на задвижку, пустил воду и только после этого вытащил послание Воронова: оно было весьма похожим на то, что послал им сам Савелий, и только они с Вороновым могли разобраться в этом выдуманным ими шифре. В записке говорилось, что они очень обеспокоены тем, что Савелий столько времени не давал о себе знать, и если ему не удастся дать им какую-нибудь информацию, то пусть будет наготове по пути из своей комнаты отдыха до тотами: они попробуют что-нибудь придумать. Ни в коем случае он не должен что-либо пить в клубе, кроме того следует внимательно отнестись к судье: есть обоснованное подозрение, что ему хотят создать физические сложности, чтобы не дать стать победителем. (Савелий благодарно улыбнулся: его интуиция подсказывает то же самое, а это почти исключает случайность.) На юбилее обязательно будут его друзья, и потому пусть не нервничает. Следующие слова заставили Савелия нахмуриться: объявились посланцы старого знакомого из-за кордона, которые, скорее всего, хотят с ним посчитаться. Эти пойдут на все, и лишняя осторожность ему не помешает.
Дальше шла приписка Андрея: "Учти, Савка, я ставлю все свои кровные на тебя!"
Дорогой мой Андрюша, как мне тебя не хватало в последнее время! Можешь не волноваться: твой братишка не подведет тебя!" - Савелий подмигнул, словно Воронов был рядом, затем тщательно порвал послание и смыл клочки в раковину.
Он стал быстро раздеваться и вдруг подумал, что, скорее всего, и они сейчас читают его записку...
Савелий оказался прав: "великолепная тройка", действительно, читала его послание. В нем сообщалось, что он несколько недель находился в состоянии амнезии, что за это время он познакомился с девушкой по имени Наташа, которая ему стала близким человеком, что ЛешаШкаф этим воспользовался и шантажом заставил Савелия работать на него, выкрав ее братишку. И потому он просит обеспечить им безопасность. На Пироговке произошел случай, во время которого погибли люди, и среди них Воланд. Савелий уверен, что это дело рук людей Леши-Шкафа. Он просит еще некоторое время для того, чтобы попытаться прояснить ситуацию. Пока лучще всего общаться знаковой системой, которую знает Воронов... И последнее: у него есть предчувствие, что во время юбилея клуба, может что-то произойти.
- Это все, товарищ генерал, - сказал Воронов, расшифровав записку Савелия.
- Да-а... - протянул задумчиво Богомолов. - Неожиданный поворот.
- Извините, Константин Иванович, мне кажется, что ничего неожиданного здесь нет, - вступил в разговор Говоров. - Более того, лично мне очень приятно слышать, что выводы моего любимого ученика, хотя он и не обладает той информацией, какой обладаем мы, совпадают с нашими. Сказанное им по случаю на Пироговке лишь уточнило наши предположения. Мы же знали, что эти убийства как-то связаны с Савелием. Меня очень беспокоит эта девушка с братишкой!
- А за это можете не волноваться. - Константин Иванович нажал кнопку селектора. - Радченко, зайдите, пожалуйста, ко мне... Этот капитан "собаку съел" на охране объектов.
- Хорошо бы и с девушкой поговорить, - осторожно промолвил Воронов. - Я уверен, что она обязательно будет на этом юбилее.
- Может ей стоит "заболеть"? - предложил генерал. - Ни в коем случае! - тут же возразил Говоров. - Это встревожит Савелия - раз, может насторожить инициаторов этого юбилея - два... Нет, мне думается, нужно поговорить с этой Наташей. Вы как, не возражаете? - спросил он у Богомолова. - Ни в коем случае, - с иронией передразнил он Говорова. - Звоните! Я правильно записал телефон? - повернулся он к Воронову.
- Абсолютно! - заверил капитан, взглянув в листок. - Откуда вы знаете, вы же не посмотрели в его записку?
- Нужные цифры я запоминаю с одного прочтения. - Тогда... - генерал пожал плечами и пододвинул листок с телефоном Говорову. - Прошу. Порфирий Сергеевич не торопясь набрал номер: - Простите, пожалуйста, можно мне поговорить с Наташей? - спросил он, услышав какой-то старческий женский голос.
- А кто просит Наташеньку? - после небольшой паузы спросила она.
- Скажите, что с ней хочет поговорить знакомый Савелия...
- Савелия? - удивленно переспросила старушка и после небольшой паузы в трубке послышался молодой женский голос. - Извините, кто это говорит и кто вам нужен? - Наташа, это вы?
- Да, я Наташа, но у меня нет никакого знакомого по имени Савелий! - Девушка сказала это довольно уверенно, и Говорова это несколько смутило. Неужели с телефоном путаница? И он совершенно машинально, не зная, как дальше продолжить разговор, неожиданно спросил:
- Наташа, вы завтра пойдете смотреть его бои? - Господи! - воскликнула тревожно-радостно Наташа. - Так вы говорите о Рэксе?
- Да, его так называли в Афганистане, - быстро сказал Порфирий Сергеевич, боясь, что девушка повесит трубку.
- Значит, вы его давно знаете?
- Очень давно! - И тут Говоров вспомнил о том, что говорилось в записке Савелия. - К нему уже вернулась память, Наташа. Вам от него большой привет!
- Где он? Что с ним? - с тревогой воскликнула девушка. - Я была в клубе, хотела увидеть его, но мне сказали, что он отдыхает и к нему нельзя, а мы с ним договаривались сегодня встретиться... - в ее голосе слышалось волнение.
- С ним все в порядке, не волнуйтесь, пожалуйста. Скажите, Наташа, вы случайно не почувствовали, что за вами кто-нибудь следит?
- Извините, а кто вы? Почему я должна отвечать па ваши странные вопросы, даже не зная, с кем разговариваю?
- Меня зовут Порфирий Сергеевич... - Он посмотрел вопросительно на Богомолова: была включена громкая связь, и в кабинете все было слышно.
Богомолов тут же кивнул на свой телефон, и Говоров облегченно вздохнул.
- Вот что, Наташа, запишите телефон, с которого я сейчас вам звоню, и перезвоните, хорошо?
- И что это даст? Откуда я буду знать, что этот телефон какой-то особенный?
- Минуту, Наташа... - Говоров отключил микрофон и вопросительно взглянул на генерала. - Узнаю руку Савелия! - Он улыбнулся. - Девушка-то права... Что будем делать?
Богомолов поморщился и покачал головой. - Как не хочется вводить новых людей... А светиться для встречи с ней тоже не очень разумно: ее могут "пасти" люди Леши-Шкафа... Ладно, пусть позвонит сама по "ноль девять" и узнает номер справочной Комитета, а там назовет этот номер и попросит соединить. - Он взял другую трубку. - Миша, свяжись, пожалуйста, с нашей справочной и попроси в порядке исключения соединить меня с тем, кто сейчас позвонит. - Он положил трубку и кивнул Говорову.
- Наташа, запишите, пожалуйста, номер... Вы запишите, потом я вам объясню. - Он продиктовал номер Богомолова. - А сейчас сами позвоните в справочную и спросите номер справочной Комитета госбезопасности. Попросите соединить с номером, который вы уже записали, хорошо? - Я вас поняла, сейчас... Говоров положил трубку. - Видно, там все гораздо серьезнее, чем мы предполагали.. - задумчиво проговорил он. - Не кажется ли вам, дорогой Константин Иванович, что завтрашняя встреча может оказаться с сюрпризами? - Думаете, что нужно подключить группу захвата? - Не уверен на все сто, но подумать об этом не мешает.
Богомолов уставился глазами в окно, словно желая оттуда получить подсказку, а его рука что-то нервно чертила авторучкой на бумаге. Наконец он перевел взгляд на листок, покачал головой и сказал:
- Возможно, вы и правы. Думаю, что... - Закончить свою мысль он не успел: зазвонил телефон, и Говоров сразу схватил трубку.
- Порфирий Сергеевич? - послышался голос Наташи.
- Да, это я, Наташа, - спокойно ответил он. - Теперь у вас нет сомнений?
- Прошу вас извинить меня, по Рэксик, в смысле Савелий, предупреждал...
- Ничего, вы все сделали правильно. - Он пытался подбодрить ее. - А теперь ответьте на мой вопрос: вы не замечали за собой или вашим братиком слежки?
- О, за нами наблюдают круглосуточно, и я очень боюсь! - ее голос чуть дрогнул.
- Ничего не бойтесь, Наташа, все будет в порядке! - бодро заверил он и тут же попросил: - Подождите еще минутку!.. - и снова отключил микрофон, перехватив взгляд Богомолова.
- Скажите ей, что если к ней обратится кто-то со словами: "Девушка, а я помню вас в очках!" то она должна этому человеку довериться и выполнять все его приказания... И спросите, в чем она будет на юбилее клуба "Виктория"?
- Наташа, извините, - сказал Говоров, снова включая микрофон. - В любом месте к вам может обратиться человек с фразой: "Девушка, а я помню вас в очках!", а вы скажете: "Важно, чтобы я вас помнила". Запомнили?
- Да, Порфирий Сергеевич, запомнила, но для чего это? - Для какой-нибудь экстремальной ситуации. Теперь вас все время будут охранять наши люди, а человеку, который скажет вам ту фразу, можете всецело доверять и делать то, что он скажет, договорились? - Вам виднее, - согласилась девушка. - Вы можете на завтрашний юбилей надеть что-нибудь такое, что могло бы отличить вас от других?
- Поняла... Я буду одета в голубое платье с обнаженными плечами, и на шее у меня будет золотая цепочка с овальной иконой Божьей Матери. Этого достаточно?
- Вполне. И прошу вас: ничего не бойтесь; доверьтесь нам.
- А как с Савелием? Ему тоже можно не беспокоиться?
- Думаю, что да! - твердым уверенным голосом ответил Говоров.
- Спасибо вам, Порфирий Сергеевич! Вы меня успокоили!
- Всего доброго, до встречи! - До свидания. - Она положила трубку. - Да-а, кажется, к ней придется прикреплять Кешу, - сказал Богомолов
- А кто за Савелием присмотрит? - нахмурился Говоров.
- Не беспокойтесь, есть у меня один резерв, который я использую только в крайнем случае. Хотя... - Он побарабанил пальцами по глянцевой крышке стола. - Лучше их пустить к девушке, а Кешу оставить на месте... Точно! Так будет вернее! - генерал придавил ладонью стол, как бы ставя точку, и с веселым задором взглянул на собеседников. - Не пора ли нам чего-нибудь покушать, господа?
- Я бы сказал, что мысль просто насущная на данный момент! - поддержал Говоров и взглянул на Воронова. - А моя ложка всегда-в сапоге! - усмехнулся тот.
Большая сходка
Гога буквально влетел в свою двухэтажную квартиру на Тверской, совсем рядом с магазином "Армения". Он только что вернулся с довольно крутой сходки, где главари нескольких группировок встретились, чтобы разрешить проблемы, возникшие из-за гибели братьев. Вначале Гога молчал, спокойно взирая па своих коллег, которые пытались взвалить вину за убийство друг на друга.
Эти перепалки напоминали детские разборки: "А помнишь, что делал ты?" - "А что ты сделал в тот раз?" - "А где ты был в то время?" и так далее и тому подобное. Казалось, что этому не будет конца. Гога решил, что посидит еще пять минут и уйдет, сославшись на дела. Но в этот момент, один из самых неприятных ему людей, входивший в солнцевскую группировку, вдруг остановил на нем свой взгляд.
Их неприязнь была давнишней и непримиримой. Началось это с того, что однажды ребята Гоги подловили его ребят на своей территории: те занимались выколачиванием "бабок" из палаточников. Чтобы их вызволить, он самолично появился у Гоги и вальяжно бросил:
- Я - Профессор! И пришел к тебе за своими ребятами!
Гога уважительно относился к "авторитетам", понимая, что не всегда можно уследить за своими боевиками. И если бы Профессор извинился и дал слово, что его ребята никогда не будут "пастись" на чужой территории, то, скорее всего, Гога пошел бы на мировую и даже не стал бы накладывать "штраф". Но наглый вид Профессора, его безапелляционный тон и неприкрытая угроза в поведении привели к тому, что Гога, не вступая с ним в словесную перепалку, спокойно выслушал его, затем тихо сказал:
- Послушай, Профессор, ты пришел ко мне в дом в первый раз: ни я тебя не знал до этого, ни ты меня. Однако ты ведешь себя так, словно я твой должники ты пришел включить мне "счетчик"... - Он говорил так спокойно и тихо, что Профессору пришлось чуть наклониться к нему, чтобы услышать. В спокойствии Гоги было столько уверенности и злости, что тому стало не по себе, он даже попытался прервать его; но Гога резко сказал:
- Когда ты говорил так много и не всегда по делу, я молчаливо слушал, уважая право гостя, но теперь ты уважай право хозяина и дослушай, меня до конца! - Когда он волновался, его акцент усиливался. - Думаю, что ты немного попутал масти, и потому выслушай мои условия: за то, что твои парни нарушили договоренности, пытаясь "работать" на моей территории, вы должны в течение трех дней принести пять миллионов рублей, после чего парни будут свободны, и мы будем считать инцидент исчерпанным при условии, что ты дашь мне слово, что такого больше не повторится.
- А если меня не устраивает такой оборот? - презрительно бросил тот.
- Если нет, то ты своих людей больше не увидишь и за стол переговоров я с тобой никогда не сяду! - зло бросил Гога.
- Вот как? - воскликнул Профессор. - Но я еще имею право обратиться к Большой сходке!
- Я уважаю это право, но на сходке цифра выкупа будет уже другой: десять лимонов! - Это с какой стати?
- Пять за нарушения, два на счетчик и три за моральный ущерб и за потерянное мною время. - И это твое последнее слово? - Самое последнее. Три дня - пять миллионов, сходка - десять!
На том они и расстались. Профессор повидался с несколькими "авторитетами", решив посоветоваться, и каждый них заверил его, что он еще должен быть благодарен, что Гога не раздел его до нитки. Не найдя ни у кого поддержки. Профессор скрепя сердце собрал нужную сумму и на третий день принес Гоге.
- Вот то, что вы нам выставили! хмуро проговорил он и небрежно бросил пакет с деньгами на стол.
Этот жест тоже не понравился хозяину, но он ничего не сказал, вывалил пачки на стол и стал спокойно пересчитывать деньги.
- Можете быть уверены: сумма точная! - нетерпеливо заверил Профессор.
- Может быть... - согласно кивнул головой Гога, продолжая считать и не обращая внимания на гостя. Он не закончил, пока последняя пачка не прошла через его руки. - Все точно! - едва ли не через час сказал он и нажал на потайную кнопку.
К ним вошел огромный детина с довольно уродливым лицом, покрытым многочисленными шрамами:
- Слушаю, Хозяин! - бросил он, недобро поглядывая на Профессора.
- Выдай, сынок, Профессору тех ребят и пожелай им здоровья.
- Хорошо, Хозяин, - тупо повторил тот и выжидающе уставился на Профессора.
- Заходи, Профессор, если что! - с неприкрытым ехидством произнес Гога.
- Постараемся обойтись! - отрезал тот, и с тех пор каждый из них не упускал случая, чтобы не уколоть другого, несмотря на то, что их много раз пытались примирить и на сходках, где они клялись в дружбе друг другу, и просто в компаниях, куда их специально приглашали обоих...
- Прошу всех выслушать меня! - громко выкрикнул Профессор, не отрывая глаз от Гоги. Когда стало немного тише, он вдруг ткнул пальцем в сторону Гоги и громко сказал: - А почему он молчит? У него есть что сказать на этой уважаемой сходке! - В его тоне было столько уверенности, что многие попросителыю посмотрели в сторону Гоги.
- Не понимаю, что имеет в виду Профессор? - Гога спокойно пожал плечами.
- Да, Профессор, может быть, пояснишь народу? - подхватил щегольски одетый парень по кличке Сивый. Он совсем недавно возглавил район Домодедово и старался казаться крутым.
- Мне стало известно, что за день до убийства братьев, которые приносили нам большую пользу, Гогу навещал один из наших коллег, у которого были трения с этими братьями. - Он выразительно посмотрел в сторону Леши-Шкафа.
- Ты что, выдвигаешь обвинение? - нахмурился один из самых уважаемых "авторитетов". Он лет двадцать провел на "командировках" и заработал там чахотку. Его дыхание было прерывистым, он часто покашливал и отхаркивался в специальную баночку, с которой никогда не расставался. У него была странная кличка - Мабуту, и его многие побаивались за бескомпромиссность и жестокость при разборках.
- Я пока никого не обвиняю, но мне хочется понять: не была ли эта встреча чем-то большим, чем простое совпадение, - за время, прошедшее с их первой встречи с Гогой, Профессор научился сдержанности и спокойному общению даже со своими врагами.
- Что ты можешь ответить, Гога? - Мабуту повернулся к Гоге и снова хрипло закашлялся, что было на руку Гоге: он мог спокойно подумать над ответом. Когда Мабуту прокашлялся, Гога встал с места.
- Меня удивляют намеки, сделанные Профессором, - спокойно начал Гога. - Многие из здесь присутствующих приглашены на завтрашний юбилей клуба "Виктория", принадлежащего Леше-Шкафу, и в тот злополучный день, о котором упоминает Профессор, Лешашкаф, действительно, заезжал ко мне, чтобы вручить билеты на этот юбилей. Это я говорю не для того, чтобы оправдаться перед Профессором, а потому, что меня спросил уважаемый Мабуту. - Каждый раз произнося слово "Профессор", Гога настолько не скрывал иронии, что тот с большим трудом сдерживался, чтобы не вступить с ним в перепалку.
Многие из присутствующих ехидно посмеивались, а Хитрован вдруг подмигнул Гоге и дал знак, что после сходки хочет с ним переговорить. Гога кивнул ему, что понял, и осмотрел сидящих за столом, потом остановил взгляд на чахоточном Мабуту.
- Мне думается, что Профессор несколько перегнул в своих намеках и должен взять свои слова назад! - Мабуту несколько раз глубоко вздохнул, и его острый взгляд уткнулся в Профессора.
Почувствовав, что снова не нашел поддержки среди "авторитетов", Профессор встал из-за стола и примирительно сказал:
- Я не имел в виду ничего плохого, хотел только прояснить для себя то, что было непонятно, и если мои слова тебя, Гога, как-то задели, прошу их забыть!
- Я тоже уверен, что ты ничего не имел в виду плохого. Профессор, и буду рад завтра поиграть против тебя на ставках в "Виктории". - Гога был сама любезность, но в его голосе все равно слышалась непримиримость.
- С удовольствием принимаю твой вызов, Гога! - Профессор облегченно вздохнул и внутренне порадовался: случайно он стал обладателем очень важной информации, которая могла принести ему огромные деньги на схватках. Об этой информации он, действительно, узнал совершенно случайно, когда на одной из светских тусовок встретился с Хитрованом. Тот был изрядно пьян, и хвастливо проговорился, что его Робот поломает кого угодно, но потом осекся и внимательно уставился на Профессора, пытаясь понять: слышал тот про Робота или нет. Профессор сделал глуповато-пьяную физиономию и фальшиво запел "Нинку" Высоцкого...
Гога, с трудом сдержавшийся на сходке, потом разговаривал еще и с Хитрованом, который предлагал ему что-то за помощь его брату, который угодил под следствие за рэкет. У Гоги была "рука" на Петровке, и через этого человека он многим помогал. Но сейчас он не был в состоянии что-то понять и предложил Хитровану встретиться вечером у него в офисе.
- Гаденыш! Какой гаденыш! - выкрикивал Гога, бегая по комнатам.
Нюх у Профессора, как у хорошей ищейки: никак не может успокоиться за те пять лимонов. С ним надо что-то делать, подумал Гога и нервно налил себе полный стакан грузинского вина, которому отдавал предпочтение перед всеми иностранными винами. Выпив его едва ли не залпом, он несколько раз причмокнул губами, прислушиваясь, как живительная влага, вобравшая в себя солнечные лучи, побежала по всем жилам, успокаивая взвинченные нервы, потом довольно крякнул и взглянул на телефон. Интересно, о чем это хочет поговорить с ним Хитрован?
Гога слышал, что с его братом случилась какая-то неприятность, и он наверняка будет просить его о помощи. С год назад Гога уже отмазывал этого брата от следствия, и тогда Хитрован клялся ему в вечной дружбе, что он предложит сейчас? Гога без особой охоты набрал его номер.
- Хитрован? - спросил он, когда услышал мужской голос.
- Извините, кто спрашивает Хозяина? - Скажи, Гога звонит!
- Хозяин просил передать, что он уже едет к вам. - Хорошо! - Гога положил трубку и чертыхнулся: он совсем забыл, что сам предложил встретиться у себя в офисе.
Он быстро накинул пиджак, сунул под мышку газовый пистолет, переделанный в боевой так, что невозможно было определить с первого взгляда (даже заряды напоминали газовые), и вышел из квартиры. У подъезда стоял серебристый "ниссан-патрол", который он водил сам. Гога любил машины, они были его любимым хобби, и менял их довольно часто: больше года у него не задерживалась ни одна машина. До офиса от его дома было минут пятнадцать езды, но в этот раз он доехал минут за десять: движение не было столь интенсивным, как обычно. Гога вспомнил, что сегодня пятница, и многие уже отправились на дачи, чтобы провести там выходные.
Когда он подъехал к офису, то сразу увидел голубой "скорпио" Хитрована. Охранник, увидев машину шефа, тут же подскочил к ней, открыл дверцу. - Вас уже ждут, шеф! - коротко доложил он. - Давно? - Нет, минут семь-восемь...
- Хорошо, поставь машину на место и, если кто приедет, сначала доложи, а потом будем решать: есть я или нет. - Слушаюсь, шеф!
Гога не торопясь поднялся в свой кабинет и в приемной увидел Хитрована, который очень нервно пил кофе.
- Извини, дружан, немного задержался! - виновато улыбнулся Гога, похлопывая его по плечу.
- Ничего-ничего, Гога, я только что вошел, даже кофе еще не допил.
- Проходи! - Гога посторонился, пропуская его в кабинет, потом повернулся к стройной секретарше. - Пока, Нинуленька, меня нет, но минут через десять докладывай и о звонках, и о посетителях. - Хорошо, шеф! Может, вам кофе? - Удачная мысль! - подмигнул Гога. - Минут через пять... - Он вошел в кабинет и плотно прикрыл за собой дверь.
Хитрован стоял посередине просторного кабинета и с удовольствием рассматривал стены, увешанные картинами довольно известных художников.
- Давненько я у тебя не был, дорогой, - натянуто-ласково проговорил он. - Многое здесь изменилось, стало очень уютно...
- Присаживайся, дружище. - Гога постарался быть максимально любезным. - Чем могу быть полезен? - Можешь, дорогой Гога, еще как можешь! - взволнованно воскликнул он. - Понимаешь, мой брат, шалопай, снова попал в дерьмо...
- Когда? Обвинение выдвинуто? Где сидит? - быстро спросил Гога. Очень многое зависит от того, когда подключаешься к делу.
- Забрали вчера, следствие еще не начато, сидит на Петровке! - быстро отчеканил тот, словно заранее подготовил ответы на вопросы Гоги.
- Что же, на этот раз ты поступил более разумно и не стал тянуть время, как в тот раз. - Гога довольно улыбнулся: на этом этапе освободить человека, сидящего на "петрах" проще пареной репы, но Гога решил немного "поиграть". - За что на этот раз залетел?
- Да... - махнул рукой Хитрован. - Деньги с одного вахлака выбивали, ну, и перестарались малость, а может, наоборот, недостарались. Поприжигали его утюжком, а он вдруг резко к небесам потянулся, они думали, что помер, выскочили за пивком, чтобы темноты дождаться, а тот возьми и оклемайся да сдерни с хаты. В "Склифе" все и выложил ментам...
- Рэкет? - деланно воскликнул Гога. - Это хуже... - Он задумчиво замолчал.
- Гога, дорогой, мне неважно, сколько это будет стоить - взмолился Хитрован. - Помоги! Все уши оборву мерзавцу, на цепь посажу.
- Понимаешь, дорогой Хитрован, в свете указов Президента и мэра города Москвы об усилении борьбы с организованной преступностью... - начал разглагольствовать Гога, но прервался. В дверь постучали: длинноногая секретарша внесла на подносе две чашки кофе и коробку шоколадных конфет. - Разрешите?
- Да, поставь, пожалуйста, Нинуленька? Она грациозно подошла к низенькому столику и наклонилась перед ним, чтобы поставить поднос. Этот прием она освоила до совершенства: ее коротенькая юбчонка приподнялась сзади, а остановилась девушка, как и полагается, лицом к хозяину и спиной к гостю. Красивые бедра приоткрылись прямо перед лицом Хитрована. Ажурные трусики были настолько узенькими и прозрачными, что ничего не скрывали.
Гога с ехидной улыбкой перехватил взгляд Хитрована: кажется, он сейчас напрочь забудет, для чего пришел сюда. Он незаметно подмигнул Ниночке и подал знак уйти.
- Еще что-нибудь нужно, шеф? - нежно проворковала она. - Нет, Нинуля, спасибо!
Раскачивая бедрами из стороны в сторону, словно профессиональная манекенщица, уверенная, что вслед ей устремлена по крайней мере одна пара глаз, девушка медленно дошла до дверей, грациозно повернулась, кивнула и тут же вышла.
- Хороша, черт возьми! - не удержался от похвалы Хитрован, потом спохватился, стер с лица похоть и повернулся к хозяину кабинета, вопросителыю глядя на него.
- Я, разумеется, дорогой мой, перекашляю с нужными людьми, но полной гарантии дать не могу, - со вздохом сожаления ответил Гога.
- Знаешь, дорогой Гога, я пришел к тебе не только просить о помощи, но и кое-что предложить. - Он сделал красноречивую паузу, словно предоставляя собеседнику время для осмысления сказанного.
- Слушаю тебя, - не очень заинтересованно отозвался Гога.
- Сегодня я слышал, как ты бросил вызов этому... - Он чуть замялся, пытаясь найти слово, которое понравится Гоге и не очень заденет Профессора, если до его ушей донесется этот разговор.
- Я понял, кого ты имеешь в виду, - Гога помог ему в щекотливой ситуации. - И что дальше?
- Мне думается, что ты имеешь возможность не только ткнуть его носом в дерьмо, но еще и прилично заработать...
- Пока что-то не очень понимаю, - нахмурился Гога, потом взял свой кофе и отхлебнул. - Сейчас, дорогой Гога, ты услышишь то, что пока не знает никто! - Хитрован проговорил это таким торжественным тоном, что могло показаться, сейчас будет открыта страшная тайна. - Дело в том, что мне удалось найти за границей настоящего бойца-убийцу. В его активе не было ни одного поражения, а несколько поединков заканчивались смертью его соперников. У него и кличка под стать: Робот Смерти!
- Да, впечатляющая кликуха, - кивнул Гога. Но как тебе удалось сохранить все в тайне?
- Это получилось почти случайно. Дело в том, что я заявил поначалу совсем другого бойца, парня из Казахстана. Тоже, между прочим, отличный боец, но совсем недавно меня вывели на этого монстра, и я, посмотрев его схватки в Сингапуре, сразу же кинулся его уговаривать. Ты даже не представляешь, во сколько мне обошелся контракт с этим бойцом и его менеджером.
- Могу только догадываться, - усмехнулся Гога. - Мне удалось вовремя внести его в списки участников вместо казаха и, естественно, под вполне безобидной кличкой: Тихий Робот.
- И ты уверен, что ему не найдется соперников в завтрашней заварушке?
- На сто процентов! - с горячностью воскликнул Хитрован. - Правда, мне стало известно, что и ЛешаШкаф готовит сюрприз, но... - он хитро прищурился, - я предпринял кое-какие шаги в этом направлении.
- Можно надеяться, что твои "шаги" не станут достоянием гласности? - Естественно, дорогой Гога.
- Я так понимаю, что сюрприз, который ты готовишь, будет гвоздем программы и ты поделился им со мной, чтобы я помог вытащить твоего братца из дерьма, в которое он угодил?!
- Не только поэтому, дорогой Гога, - обиженно произнес Хитрован. - Просто я уважаю тебя, и мне хочется, чтобы и ты заработал на этом большие деньги. - Ну-ну... - Гога встал из-за стола и дружески похлопал Хитровапа по плечу. - Конечно же, я помогу твоему брату, можешь быть спокоен и уделяй больше внимания своему Роботу! Думаю, что завтра, когда мы встретимся в клубе "Виктория", я смогу сообщить тебе приятные новости о твоем родственнике.
- Вот спасибо, дорогой Гога, я всегда был уверен, что ты придешь на помощь старому другу. - Он крепко пожал ему руку и добавил: - Может быть, и я когда-нибудь смогу быть тебе полезным... До завтра! - До завтра, дорогой, - попрощался Гога. Он правильно оценил словесный понос Хитрована: никогда бы он не дождался от него такой любезности, если бы не грозящая его брату опасность. Однако, он что-то говорил про сюрприз Леши-Шкафа... Гога задумался: после той злополучной сходки ему совсем не хотелось встречаться с Лешей до того, как буря пройдет.
Надо сказать, что его ребята сработали четко: никаких следов не оставили на месте гибели братьев, ни один свидетель ничего не видел! А у него и Лолиты железное алиби: человек десять могут подтвердить, что они были вместе до середины ночи и никто из них не отлучался. Кстати, Лолита! Гога вздохнул, подумав о ней. Когда-нибудь он все равно доберется до нее! А сейчас неплохо было бы повидаться с ней по делу: ведь она сейчас занимается всеми делами клуба. Гога уверенно набрал ее номер: - Госпожу Лолиту можно услышать? - А вы уже с ней разговариваете! - Было заметно, что Лолита в очень хорошем настроении. И было с чего: ей удалось прояснить ситуацию со звонком брата Рэкса, и там все подтвердилось. Она даже очень мило сама с ним поговорила, и оказалось, что у них могут быть "довольно близкие совместные интересы по бизнесу, связанному с заграницей".
Ей так понравился этот разговор, что она даже решила пригласить его на юбилей клуба. Как же она была удивлена, когда узнала, что тот уже имеет билеты и много слышал об этом клубе. Это несколько обескуражило Лолиту: до этого разговора она была уверена, что знает всех, кто придет к ней в гости. Выходит, кто-то из тех, кто получил билеты, покупал их для него, а это значит, что он не из мелких людей - раз, и действительно увлекается рукопашными боями - два.
Второе, что подняло ей настроение, было то, что им с Лешей-Шкафом удалось тайно перевезти их подопечного на свою квартиру. Никита, которому было поручено продолжать охрану якобы отдыхающего Рэкса, доложил, что пищу, которую принесли в номер, он проверил на одной из кошек, снующих по коридорам, и минут через десять кошка буквально взбесилась: то ходила шатаясь, то падала на спину и сучила лапами. Что с ней будет дальше, было неизвестно. Но главное, что Никите удалось, вычислить человека, который что-то подсыпал в пищу: это был по